Не влезай, убьёт!

      Время в командировке летело незаметно. Каждый день мы с Катей были заняты изучением документов, стабильно обмениваясь информацией с теми, кто остался в Москве. Ежедневно мы выслушивали детальный отчет от Амурки и Юлианы, а по вечерам отправлялись по магазинам и клубам, чтобы немного развеяться, но это, к сожалению, не помогало ни мне, ни Катерине. В моем сердце занозой засела последняя встреча с Романом в клубе и наш поцелуй. Мы словно вернулись в то беззаботное время, когда были влюблены и безумно счастливы. Катька тоже каждую ночь рыдала над журналами светской хроники, в которых Андрей, да и мой возлюбленный тоже, с завидной регулярностью мелькали в окружении холёных моделек. Так, к середине второй недели, мы всё-таки признались друг другу, что отвлечься от мрачных мыслей у нас не получается, и это нас изрядно напрягает.       Разговор по душам случился спонтанно. Одним из вечеров в пражском отеле. Мы сидели на диване и копались в документах: Катя шерстила очередные несостыковки в отчетах, а я читала компромат на Александра, который нарыли специально для меня друзья из МВД.       — Алис, – вдруг позвала меня Катя. Голос у неё был обеспокоенный и потерянный.       «Неужели снова нашла свидетельства воропаевских махинаций?» — подумала я.       — А как ты отвлекалась от навязчивых мыслей, когда узнала, что Роман тебя предал? По магазинам что ли ходила? И помогало? – спросила она, потерев руками усталые веки.       — В тир я ходила, и в спортзал. А там вместо мишени всегда представляла Малиновского. Выбросить посторонние мысли из головы иногда помогало.       — А пойдем в тир, а потом в клуб! – воодушевилась Пушкарева и гордо нацепила на нос очки. — Я тогда точно избавлюсь от мыслей об Андрее, а потом поеду к этому Мише. Или как там его… Юлиана плохого не посоветует! Может, хоть отвлекусь, наконец, от этого кретина!       — Вот это ты, конечно, нашла выход! – усмехнулась я скептически. — Так нельзя! Пока не разлюбишь Андрея, ни с кем у тебя ничего не получится. Ты только себе хуже сделаешь. И этому, ни в чем неповинному парню тоже. Поверь, я знаю, о чем говорю.       — И что мне делать? Я уже год как в аду живу. Не могу избавиться от этого наваждения! Не хочу его любить, но люблю! С первого взгляда! Ты же знаешь… –сдавленно проговорила Катя. Бумаги были тотчас же отброшены в сторону, а на глаза опять навернулись слёзы.       — Предлагаю компромисс. Сейчас мы идем в спортзал, потом в тир. Потом в магазин и в клуб. В семь прилетает Юлька. Мы стандартно напьёмся и пойдем кого-нибудь динамить. Так больше пользы. И никаких жданово заменителей! Плевать на него! – отчеканила я с видом ярого идеолога феминизма. — И на Малиновского тоже плевать!       Я демонстративно отшвырнула журнал с его фотографией на странице светской хроники.       — Давай ещё немного поработаем!       — Договорились, – кивнула Катя и вновь принялась за бумаги. — Алис, вот, смотри, я нашла, как минимум, пять несостыковок в бюджете. Финансовый директор таких ошибок сделать не мог. Он либо идиот, либо вор.       — Ну-ка, что ты там раскопала?       — Вот, смотри. Во-первых - налоги. Здесь указана неверная сумма. У компании эта сумма раза в полтора меньше, за счёт благотворительной деятельности. А здесь налоговый вычет полный.       — А ведь правда! Но почему никто ничего не заметил? Это же элементарно! – всплеснула я руками.       — Я думаю, потому что организация, которой помогала Зималетто, была заменена. Я полагаю, что первоначальные организации, в какой-то момент перестали функционировать, а новые в документах нигде уже не фигурировали, кроме как в перечислениях. Подобными делами занимается только финдиректор, а значит, подобные суммы указываются только в годовом балансе. Поэтому этой информации нет ни в одном отчете. Следовательно, по этим документам мы платим полный налог и не оказываем никакой благотворительной деятельности. Получается, что эта разница в сумме, идущая в счет налоговых обложений, оседает в чьем-то кармане, – со знанием дела подытожила Пушкарева, нервно грызя карандаш.       — Очень интересно, – хмыкнула я. — То есть, мы имеем дело с мошенниками? Это же финансовые махинации. За аферы с налогами можно и срок реальный схлопотать. Но Ветров, наш финдир, не мог проворачивать такое в одиночку, не имея за спиной покровителя из руководства. Значит, он с кем-то в сговоре!       — Думаю да, – вздохнула Катя.       — А как называется эта благотворительная организация?       — Сиротский приют в Непале.       Я забила информацию в интернете. К третьей странице я увидела знакомые лица. Это была вся семья Воропаевых в полном составе, а рядом с Кристиной стоял молодой человек, по-хозяйски обнимая ее за талию. И тогда я вспомнила, как в день моего восемнадцатилетия позвонила Кристина и похвасталась, что выходит замуж. Счастье ее было недолгим. Через десять дней после свадьбы они попали в аварию, и муж Кристины погиб.       Я зашла на сайт новостей компании и убедилась, что приют теперь принадлежит вдове молодого предпринимателя Кристине Воропаевой. Но, блин, что за ерунда? Кристина после того случая с аварией в глубочайшей депрессии загремела в какой-то притон, откуда Александр забрал ее в ужасном состоянии и силой отправил на принудительное лечение. Я сама помню. Я ее видела. Она была больна и нас даже узнавала с трудом. Гениальный махинатор из нее никакой. Мозаика не складывалась, и вопрос оставался открытым. Но главное — факт хищения был доказан, а значит, по возвращению в Москву можно будет прижать Ярослава к стенке.       — Ладно, у меня уже мозг плавится от этих гипотез! Мне нужно срочно отвлечься, – сказала я. — Идем в спортзал, я покажу тебе пару приемов. А потом съездим в тир на часок.       Катя согласно кивнула. Было видно, что ей это нужно не меньше, чем мне. Ну и хорошо. Хоть один день забыть о том дурдоме, в который мы попали.       Изрядно отметелив грушу, представляя на ее месте Киру, я блаженно повалилась на мат. Сегодня наконец-то я буду спать как убитая. Катя опустилась рядом. Себя она тоже не жалела. Из приятного забытья нас вывел звонок. Звонила Юлиана. Бодрый голос подруги мигом отрезвил сообщением, что мы сегодня веселимся, как и договаривались, но она летит не одна. У нее в паре Димка Синицкий. У них, оказывается, отношения начались, и кажется, Юлька была наконец-то счастлива.             — Он прилетит последним рейсом, – сообщила Юлиана. — Так что, у нас есть пара часов, чтобы сегодня мы стали королевами вечера.       — Это ж твой ухажер, а не наш с Катей, мы-то тут при чем? – усмехнулась я.       — Ну вы же с Катей, надеюсь, не будете чахнуть весь вечер в одиночестве? Мы вам кого-нибудь подыщем!       — Может, не надо? – жалобно пропищала Катька, и я была с ней абсолютно солидарна, но этот электровеник по фамилии Виноградова было уже остановить.       — Протесты не принимаются! Я отключаюсь, мы заходим на посадку.       Мы с Катей неуверенно переглянулись, пожали плечами и пошли собираться. Наскоро приняв душ, мы оделись и поехали в аэропорт встречать подругу.       Юлиана горячо нас расцеловала, придирчиво оглядев с ног до головы, а потом констатировала со вздохом, что оставлять нас одних без присмотра ни в коем случае нельзя.       Удивительно, но из вещей у Юльки был только зонт и сумочка, но прилетела она на три дня, поэтому мое сердце уже чуяло, что затаскает она нас по магазинам, заставив скупить половину новых коллекций всевозможных дизайнеров. В машине мы молчали. Каждая из нас думала о своем, безмолвно созерцая завораживающие чешские пейзажи.       — Как Андрей? – вдруг выпалил.а Катя.       — Как всегда. Три раза от него уходила недовольная Изотова не солоно хлебавши. Пару раз он отпихнул от себя Ларину у ресепшена, за что чуть было не получил по морде от импульсивной Натали. Потом пережил пару истерик от Киры, они опять разругались в пух и прах и, говорят, даже разъехались. И только одной девушке он не изменял ни разу. Он вспоминает тебя каждый день. Ругает, проклинает, но помнит. А ещё он стабильно, каждый день пьет, очень много пьёт, – вздохнула Юлька, пожимая плечами.       Катя нахмурилась, но предпочла промолчать. На пунцовом лице читалась обида и боль, отчего я поспешила сменить тему.       — Как ты оказалась с Синицким? – спросила я, скептически сморщив нос.       — Он пришел ко мне в офис, чтобы извиниться за произошедшее в клубе. Ну, а потом, слово за слово, и я не устояла. На следующий день он преподнёс мне роскошное колье, сдобрив все романтической серенадой. Вскоре мне надоело ломаться, и я решила дать ему шанс.       — Но он же бабник? – опустив глаза, спросила Катерина.       — Бабник! – кивнула головой Юлиана. — Но он мне нравится. Мне с ним хорошо и весело. Я подумала, что лучше жалеть о сделанном, чем о несделанном.       Припарковавшись у модного пражского бутика, мы вышли и, оживившись, принялись обсуждать план действий.       — Вот, это оно, – Юлиана указала на сиреневое, безумно открытое платье. — Оно идеально сядет на Кате. Она должна сегодня быть в нем, непременно. Ведь сегодня ее ожидает сюрприз - встреча с Михаилом, – многозначительно подмигнула подруга, а Катерина тотчас же потерялась, испуганно оглядевшись по сторонам.

POV Екатерина Пушкарева.

      Какая тут встреча с Михаилом? Мне хотелось кричать и топать ногами. Меня только что прожгли каленым железом, рассказав, как там Жданов отдыхает. Кобель! Ненавижу его! Но какие у него руки, какие губы… Да разве можно думать о ком-то еще, побывав в его объятьях? Его поцелуй, тогда в клубе, полностью подчинил меня его власти. Он шептал мне, как я прекрасна, что я забыла в одночасье зачем пришла туда. Я чувствовала, что он тоже хочет меня не меньше, чем я его. А потом он сказал: «Я доставлю тебе такое удовольствие, какое ты еще не получала ни с кем. Ты не пожалеешь. Никто никогда не жалел!»       И я словно очнулась ото сна. Он не любит меня. Я для него очередная игрушка - поиграет, сломает и выбросит, а я потом починить себя не смогу. Я не могу его не любить, но очень хочу.       Тогда я собрала остатки сил, поцеловала его еще раз и двинулась в направлении шеста. Я понимала, чем все обернется. Я была готова к этому. Я знала, что через минуту он меня возненавидит, и это послужит точкой в наших странных недоотношениях. Он может думать, что между нами ничего и не было, но я знаю - было. Между нами звенела атмосфера влюбленности, и мне хочется верить, что он тоже испытывал нечто похожее на то, что чувствовала я.       Я велела ему оставить меня в покое. Поцеловала в последний раз и ушла. Это был наш последний поцелуй, господин Жданов. С этого дня Вы и пальцем до меня не дотронетесь. Это я обещаю. Никогда.       Из воспоминаний меня вывел стук в дверь. Пришла Алиса спросить готова ли я. Я придирчиво осмотрела себя. Платье было весьма откровенным: оголенная спина, открытый лиф со смелым декольте, с первого взгляда привлекающие внимание, но сейчас так было нужно. Я должна была надеть это платье и встретиться с этим мужчиной. И кто знает, может быть, эта встреча выльется в роман. Может, я наконец-то избавлюсь от своей дурацкой влюбленности к Андрею и начну жить нормальной, полноценной жизнью.       Я нанесла духи на запястья и грудь, нацепила блестящие серьги и застегнула ремешки туфель. Взмах кисти по лицу, помада цвета фуксии как последний штрих, завершающий мой вечерний образ. В зеркале на меня смотрела молодая, красивая девушка, которая хочет начать новую жизнь. Михаил так Михаил. Какая разница, если не Андрей?       Я спустилась в гостиную, где меня уже ждали подруги. Они ошеломлённо переглянулись и подняли большие пальцы вверх, демонстрируя величайшее одобрение. Я улыбнулась и обняла их. Так, не разрывая объятий, мы двинулись к такси.       Клуб, в который мы приехали, относился к элитным заведениям Праги. Здесь от всех буквально веяло гламуром и роскошью. Мне с порога стало неуютно и я сразу захотела домой, даже сделала шаг назад, когда Юлиана подвела нас к симпатичному голубоглазому парню в белом костюме.       — Мишенька, познакомься, это Катя. Я тебе о ней рассказывала, помнишь? Тот самый талантливый экономист, которого тебе так недоставало.       Я посмотрела на Михаила, улыбающегося мне тёплой, дружелюбной улыбкой, а потом бросила короткий взгляд на Алису. Парень ей явно не нравился и, кажется, ее что-то беспокоило, но я никак не могла понять что именно, поэтому поспешила придать лицу как можно более радушное выражение.       — Приятно познакомиться, – я протянула Михаилу руку, улыбнувшись самой обаятельной улыбкой.       — Катюш, там отдельные столики. Вам с Мишей будет проще узнать друг друга наедине, – Юлиана подтолкнула меня ближе к парню, и он, не мешкая, смело взял меня под руку и повёл к диванчикам в V.I.P. ложе. Юля одобрительно кивнула ему и, не медля, потащила куда-то Алису.       Мы расположились в углу, за уютным столиком, романтично освещаемым настольной лампадкой. К нам тут же подошёл официант и поставил на стол бутылку шампанского, фрукты и два фужера. Я поняла, что оказалась на самом настоящем свидании. Оставалось только расслабиться и постараться отогнать от себя мысли об Андрее.       Этот Миша оказался скучным до невозможного! Я буквально засыпала от его монотонных рассказов про его ресторан, про спонсора, который кинул его в самый последний момент. Он только и делал, что жаловался на жизнь, будто не с девушкой сидел, а у личного психолога. Да, он был приторно обходительный, но это скорее отталкивало. В целом этот тип был явно не герой моего романа. В нем не было ничего из того, что мне нравилось в мужчинах. Меня всегда притягивали этакие плохие парни, знающие себе цену. Мне нравились хулиганы и я ничего не могла с этим поделать. А этот Миша оказался типичным гнусом - ни бе, ни ме, ни оливье, ни салат весенний.       Я зевала в кулак, замышляя побег. Оставалось только придумать, как тактично слинять. Нет, сегодня определенно ничего не получится. Я уж лучше поеду в отель, приму ванну и залягу в постель с книгой, а когда закрою глаза, то увижу во сне своего нежного, любимого Андрюшу и растворюсь в его объятьях.       — Михаил, мне было очень приятно познакомиться с Вами, – терпеть больше не было сил, и я начала воплощать в жизнь операцию под названием «Побег из Шоушенка». — Я очень рада, что Вы прилетели сюда специально, чтобы познакомиться со мной, но мне пора.       Я виновато улыбнулась, пожимая плечами, и протянула Михаилу руку. Он перехватил мою ладонь, и притянул запястье к своим губам. Вторая Мишина рука, которая все это время покоилась на столе, потянулась ко мне и смело легла на моей талии.       — Катя, может, останетесь? Я Вас прошу. Пойдёмте танцевать. Или давайте выпьем? – он сел ближе и попытался обнять меня. Я уже приготовилась его оттолкнуть, когда услышала позади нас такой любимый и до боли знакомый голос.       — Дорогая, а я тебя везде ищу. Почему ты не с Алисой? И почему этот тип позволяет себе распускать руки? – Андрей злобно зыркнул на нас с Михаилом и глыбой навис над нами.       — Молодой человек, а кто позволял Вам, трогать мою невесту? – процедил он, опалив Мишу гневным взглядом. — Катерина, потрудись объяснить, что здесь происходит, и если я тебе поверю, то возможно этот милый юноша уйдет отсюда живым!        Андрей больно стиснул мои плечи, но вместе с тем в его глазах читалась радость от нашей встречи. И тогда я поняла — он тоже скучал…