Feels Like Falling

      От: двойника <a.m.minyard@gmail.com>       Кому: мне <a.minyard@gmail.com>       Тема: RE: ежемесячный отчет Среднее количество часов сна: -13 Ники говорит, что ты взял его с собой в поход. наружу. у тебя похитили тело? быстро, скажи мне что-нибудь, что мог бы знать только настоящий Эндрю.       RE: снова встречаюсь с Нилом. Я вижу, ты пытался вставить это так, чтобы я этого не заметил.       Это не должно было застать Эндрю врасплох. Оно нарастало в течение последней недели или около того, но он игнорировал признаки, объясняя их усталостью. Он был измотан работой, но это не было причиной, по которой он обнаружил себя безучастно смотрящим на стену своей спальни в сером рассветном свете. Это не было простым истощением, которое привело к тому, что одеяло оцепенения опустилось на него и отяготило его настолько, что он не мог представить, как поднять себя с постели.       Это не имело смысла. Депрессивные эпизоды стали редкими благодаря новейшим лекарствам, и он был доволен больше, чем когда-то давно, возможно, когда-либо вообще. Он разрушил некоторые барьеры, существовавшие между ним и Нилом, за последний месяц он лично видел Ники, Кевина и Робин (двое последних нанесли краткие визиты, когда их команды были в городе, играя с командой Нила — слишком короткий визит в случае Робин и слишком долгий в случае Кевина), он выиграл свой первый процесс в качестве главного обвинителя, и он разозлил невыносимого придурка в книжном клубе настолько, что тот перестал его посещать. Он даже познакомил Нила со своими друзьями по четвергу и был должным образом представлен подруге Нила Грейс и нескольким другим членам его команды. Все шло прекрасно.       Но за последнюю неделю он обнаружил, что впал в апатию, не желая заниматься обычными делами в свободное время, он не готовил, не читал и даже не смотрел телевизор. Нил отсутствовал большую часть недели, потому что начался первый раунд плей-офф, и у него были две выездные игры, но даже если бы он был в городе, Эндрю, вероятно, не захотел бы его видеть. Кульминацией всего этого стало воскресное утро, когда Эндрю не смог заставить себя встать, чтобы покормить своих ждущих кошек.       На прикроватном столике зазвонил телефон. Он смотрел, как загорается экран, когда пришло сообщение, но его руки были слишком тяжелыми, чтобы дотянуться до него. Ему все равно, кто пытался с ним связаться. Он закрыл глаза и позволил себе дрейфовать.       Судя по углу падения света на стену, когда он в следующий раз открыл глаза, было позднее утро. Кто-то стучал в его дверь, но он не знал кто. Ладно, это была ложь. Он знал, что это Нил. Сегодня он должен был пойти с ним за мебелью, так как ему нужны были вещи, чтобы заполнить свой большой и пустой дом, когда он переедет через пару месяцев. Кроме того, ему нужно было отвлечься от мыслей о том, что его команде не хватает одной игры, чтобы выиграть серию из семи матчей и пройти в следующий раунд плей-офф.       Стук прекратился через минуту, а затем в замке повернулся ключ. Нил пытался вернуть ключи Эндрю после Рождества, но сначала он жил в квартире Эндрю после травмы, а потом Эндрю не видел смысла возвращать их, поэтому он оставил их себе. — Эндрю? — позвал он с оттенком беспокойства. Сэр ответил на его зов, настойчиво крича на него.       Дверь спальни Эндрю распахнулась. — Эндрю? — снова спросил Нил, пересекая комнату. — Жив, — пробормотал Эндрю.       Нил присел рядом с кроватью, его глаза были полны беспокойства. Эндрю не мог долго смотреть на него. — Плохой день? — сказал Нил, но на самом деле он не спрашивал. Он не в первый раз видел Эндрю таким. Он кивнул сам себе и поднялся на ноги, оставив Эндрю в одиночестве снова смотреть на стену.       Он слышал, как Нил ходит по квартире, разговаривая с кошками и с Лордом, пока готовит им еду. Обычно Эндрю мог встать и позаботиться о них, даже в таком состоянии, но знание того, что Нил, в конце концов, появится, уничтожило крошечную долю вины, которую он был способен чувствовать.       Вскоре вернулся Нил, неся поднос. Он поставил на него несколько бутылок воды, несколько отдельных чашек яблочного пюре, пачку соленых галет и миску простой овсянки. Эндрю медленно моргнул, глядя на все это. Очевидно, Нил помнил о его неспособности есть что-либо со вкусом, когда он так себя чувствовал. — Что-нибудь упустил? — спросил Нил. — Лекарства, — сумел выдавить Эндрю после долгой паузы.       В прошлый раз он перестал принимать их и не заметил, пока не начал страдать от симптомов отмены. Кроме того, прием стабилизатора настроения мог бы помочь ему быстрее выйти из этого состояния. Не то чтобы казалось, что он когда-нибудь снова почувствует что-то. Такое уже случалось много раз, напомнил он себе. Ты всегда справлялся с этим.       Это потребовало огромных усилий, но Эндрю сумел подняться в полусидячее положение к тому времени, когда Нил вернулся с его таблетками. Он проглотил пару ложек овсянки и сделал несколько глотков воды, чтобы запить свои лекарства. Затем он снова рухнул на подушку, чувствуя себя таким измотанным, как будто поднялся на семь лестничных пролетов до своей квартиры. — Ты хочешь, чтобы я ушел? — спросил Нил, не подавая виду, что его что-то беспокоит. Он не воспримет это на свой счет, если Эндрю скажет ему, что хочет побыть один. — Тебе нужно идти за покупками, — пробормотал Эндрю. — Это не имеет значения. Остаться или уйти? — повторил Нил. — Останься, — прошептал Эндрю.       Нил парадоксальным образом тут же вышел из комнаты, заставив Эндрю задуматься, не произнес ли он противоположное тому, что хотел сказать, но вскоре вернулся, переодевшись из джинсов в пижамные штаны и прихватив из гостевой комнаты книгу и две подушки. Он положил подушки на изножье кровати Эндрю и сел на них, держась на своей стороне кровати и совсем не тесня Эндрю.       Эндрю снова закрыл глаза, прислушиваясь к ровному дыханию Нила и вспоминая, что он не один.       Так они и провели весь день, Эндрю в основном спал или апатично смотрел. Во второй половине дня он съел еще немного, заставив себя проглотить, несмотря на то, что его горло работало против него. Нил спокойно читал, периодически вставая для перекуса и походов в уборную. Сэр провел большую часть дня на второй подушке Эндрю, он спал рядом с его головой и мурлыкал.       После того как Нил вернулся после одной из своих вылазок из комнаты, Эндрю протянул руку и обхватил лодыжку Нила, сжав ее так сильно, что он мог представить, будто чувствует пульс Нила большим пальцем. Нил взглянул на него, но не протестовал.       В конце концов, Нил закончил книгу, аккуратно положив ее рядом с собой на кровать. — Ты собираешься отпустить меня, чтобы я мог взять другую книгу? — Нет, — ответил Эндрю.       Нил принял это так же легко, как любой отказ Эндрю. Он скользнул немного дальше по кровати, вытягивая руки, но не высвобождая лодыжку из хватки Эндрю. — Ты всегда говорил, что больше никогда не будешь принимать лекарства, — лениво заметил он, глядя в потолок. — Возражал против этого, — ответил Эндрю. — Но это помогает. — Это хорошо. — Нил скрестил руки за головой и начал напевать бессмысленную бессвязную мелодию, которую Эндрю не знал. — Поговори со мной, — попросил Эндрю. — О чем-то конкретном или мне просто поболтать? — сказал Нил. — Потому что я сразу предупрежу тебя, что если ты не дашь мне тему, я буду безостановочно говорить об оборонительных схемах «Торнадо».       Слушать, как Нил рассказывает об экси-стратегии, возможно, помогло бы отключить его мысли, но он не должен подпитывать беспокойство Нила, связанное с экси. Он поискал что-нибудь, отгоняя туман в своем мозгу. — Когда Робин была здесь, она сказала что-то о розыгрыше с фонтаном, — решил он. — Расскажи мне.       Нил начал очень ниловскую историю — останавливаясь и начиная через случайные промежутки времени, прерывая себя, переходя на побочные темы, которые обрывались на пустом месте, — о своем последнем годе в Пальметто. Эндрю не особо внимательно слушал, но, похоже, это было связано с тем, что футбольная команда была сексистскими придурками, а Нил каким-то образом заставил их попасть на испытательный срок, обманом заставив их искупаться в фонтане во дворе. Или, может быть, уничтожить его; честно говоря, история не имела особого смысла. — Это самая нелепая вещь, которую ты когда-либо говорил, — сказал ему Эндрю, когда он закончил. Потом он вспомнил, с кем разговаривал. — Топ пять, по крайней мере.       Нил беззастенчиво рассмеялся. — Да, это немного невероятно. Ты бы видел выражение лица Ваймака, когда он узнал об этом. Знаешь, каждый седой волос на моей голове — это из-за тебя и только тебя? — Он заставил тебя пробежать марафон, — догадался Эндрю. — Ну, на самом деле нет. Ранее в том же месяце я уже пробежал марафон, и он был обеспокоен тем, что я перенапрягаюсь. — Нил замолчал, выражение его лица сжалось. — Той осенью я был не в лучшем состоянии, поэтому я думаю, что он почувствовал облегчение, что я действительно снова чем-то занимался.       Нил до сих пор уклонялся от темы своего последнего года в Пальметто, но Эндрю знал, что это было не самое счастливое время для него, судя по тому, что мимоходом сказали Кевин, Робин и Ники. — Ты все еще злишься на меня, — глухо сказал Эндрю. — Я никогда не злился, — откровенно солгал Нил. — То есть, я, конечно, злился, — поправил он себя. — Но я был больше обижен и потерян. Ты всегда был постоянным в колледже, и я работал над тем, чтобы ты был где-то еще, но ты полностью ошеломил меня разрывом.       Эндрю ничего не сказал. — С моей точки зрения, все шло хорошо, а потом в один прекрасный день ты объявил, что бросаешь экси, и у нас больше нет ничего общего, и не успел я оглянуться, как ты съехал из общежития и отказался со мной разговаривать.       Скажем так, это не звучало хорошо. — Наверное, я мог бы справиться с этим лучше, — пробормотал Эндрю. — Думаешь? — Нил усмехнулся. — Ты когда-нибудь простишь меня?       Нил прикусил губу и посмотрел в потолок. — Я не уверен, что тебе нужно прощение за то, что ты считаешь правильным. — Он пожал плечами. — Или, по крайней мере, я предполагаю, что ты делал то, что считал правильным. Ты так и не объяснил мне свои причины.       Эндрю посмотрел на картину Нила. Он повесил ее на дальней стене, откуда мог видеть, лежа в постели, вскоре после Дня Благодарения. Он попытался представить, что ведет машину, что он свободен от всей тяжести, прижимающей его к матрасу. — Тебе и не нужно, — осторожно сказал Нил. — Я дал тебе защиту и вратарство, — сказал Эндрю. — Без этого я тебе был не нужен. — Ты же знаешь, как это глупо, да? — спросил Нил. — Я не нуждался в тебе из-за того, что ты мне предложил. Я всегда нуждался в тебе, потому что ты — это ты. — Что насчет сейчас? — Сейчас — часть всегда, — сказал Нил.       Эндрю наблюдал за лицом Нила. — Ты думаешь, я был неправ?       Выражение лица Нила стало задумчивым. — Я больше не знаю, — медленно признался он. — Я определенно так думал в то время. Но кто знает, что могло произойти? Возможно, большое расстояние было бы слишком для нас. Может быть, нам нужно было время порознь, чтобы стать теми, кем мы являемся сейчас. Может быть, мы бы сорвались так сильно, что примирение было бы невозможным. Или, может быть, у нас бы все получилось, и мы до сих пор были бы вместе. — Он пожал плечами. — Невозможно сказать. Чего бы это ни стоило, я хочу быть здесь, несмотря ни на что, независимо от того, какой путь мы выбрали.       Эндрю закрыл глаза, все еще уставший, но уже чувствуя себя чуть лучше. — Почитай мне что-нибудь.       Нил криво усмехнулся. — Да, хорошо. Подожди, я думаю, что видел… — он поерзал на кровати, согнувшись, чтобы Эндрю не пришлось отпускать его лодыжку.       Эндрю услышал, как открывается ящик его прикроватной тумбочки, и с секундным опозданием понял, что Нил собирается сделать. — Подожди, — сказал он, но Нил уже вытаскивал из ящика стола свернутый журнал и расправлял его. Он замер, увидев собственное лицо, смотрящее на него с обложки, и поднял глаза на Эндрю. — Серьёзно? — с восторгом спросил он.       На мгновение Эндрю был благодарен за то, что его эмоции утихли, потому что в противном случае он был бы убит прямо сейчас. Он сделал вид, что понятия не имеет, на что смотрит Нил, позволив своим глазам снова закрыться. — Боже, как я это ненавидел, — изумился Нил, перелистывая глянцевые страницы. — Уверен, ты будешь шокирован, узнав, что Кевин запугивал меня этим.       Дойдя до заглавной статьи, он прочистил горло и начал читать ее искусственным голосом диктора радио, каждые пару секунд вставляя свои комментарии. Он безжалостно высмеивал интервью Кевина. Нил остановился, когда дошел до своего собственного, перелистывая страницы и не глядя на фотографии.       Эндрю сжал лодыжку. — Прочитай мне мудрые слова экси-звезды Нила Джостена, — подсказал он. — Это был самый дискомфортный момент в моей жизни. — Тебя буквально пытали, — сказал Эндрю. — Хватит быть драматичным. — Ханжа, — сказал Нил, прежде чем шумно вздохнуть. — Отлично. Но я ненавижу эти фотографии. — Они хорошие, — сказал Эндрю. — Я думал, ты спишь с фотографом.       Нил вдохнул свою слюну и начал кашлять, ударяя себя в грудь. — Ты что? — выдохнул он. — То, как ты на него смотришь, — сказал Эндрю. — Сексуальные глаза. — Боже мой, — сказал Нил, прикрывая лицо рукой. — Они не такие. — Я узнаю этот взгляд. — Ну да, — сказал Нил, прочищая горло и отводя взгляд. — Он продолжал жаловаться, что на всех кадрах мне было явно некомфортно, поэтому он сказал мне представить, что я наедине с кем-то, кому доверяю. — Кого ты… — Тебя, очевидно, — воскликнул Нил. — Засранец.       Эндрю задумался. — Это по-гейски. — Ты гей, — проворчал Нил. — Угу, — согласился Эндрю. — Снял напряжение, глядя на эти фотографии.       Нил снова подавился слюной. — Даже те, что с Кевином? — У него хороший пресс, — рассеянно сказал Эндрю, потирая большим пальцем мягкую кожу под лодыжкой Нила. — Жаль, что он прикреплен к остальной его части, — дополнил Нил. — Продолжай читать.       Нил закатил глаза, но спорить не стал, и Эндрю заснул, слушая его голос, зная, что он в безопасности и не одинок.