Приключения Билли Беннета

Приключения Билли Беннета Билли Беннет сидел в своей комнате и думал о вечном. Каждый новый день в его новой школе казался ему новым открытием. Эта школа заметно отличалась от тех образовательных учреждений, в которых он успел побывать за эти годы своей недолгой сознательной жизни в городских трущобах. Это одновременно радовало и немного пугало. Странное то было место. Здесь, казалось, было собрано всё мировое зло, и всё же атмосфера в Академии Смерти была пропитана таким невероятным чувством дружбы и товарищества, что покидать Убийственный Класс у Билли Беннета не было никакого желания. Как будто в жизни Билли воплотились строки попсовой песенки, звучащей из всех радиодинамиков, подвешенных на городских фонарных столбах и вещающих о том, как нечастная девушка, уставшая от безысходности бытия и неудавшейся личной жизни, наконец-то нашла свой идеал. В жизни Билли Беннета было так много предательства и обмана, что он почти уже перестал верить в то, что в ней осталось что-то светлое и ценное, и вот теперь Билли с удивлением обнаружил, что пребывание в этом месте вселяет в него силы и уверенность, о которых он раньше и не подозревал. Более того - и мечтать не мог. С уверенностью в себе у Билли и в простой, обычной школе, куда его поместил его отец, когда ещё был жив, были проблемы, а когда всё в жизни Беннета пошло наперекосяк - в шестом, седьмом, осьмом классах, - и когда в это же время не стало отца, то Билли понял подлинную суть Божией заповеди "чти отца и мать твою и продлятся дни твои на земле". Понял, что жизни у него после смерти отца не стало. Точнее, это было подобием жизни, жалкой пародией на неё. С этого момента у Билли началось то, что Россетти назвал "нисхождением в ад" (правда, великий поэт назвал этим выражением период после смерти совей возлюбленной Элизабет Сиддал * [* той самой, с которой был списан образ Благословенной Беатриче с его знаменитой картины "Beata Beatrix"], а другой великий поэт - Артюр Рембо - "Одним летом в аду". Правда, это самое "одно лето в аду" растянулось у Билли Беннета на долгие годы упорных поисков себя в этом огромном мире, одновременно и очень понятном парню, и очень ему чужом. Закончились его относительно недолгие странствия,а, точнее, мызганья сначала по местным общеобразовательным школам, которые, ввиду особенности темперамента Билли и, соответственно, вытекающего из него поведения последний менял каждые полгода, а затем - шныряния по притонам бомжей и залитым осенними дождями улицам совсем скоро. Жизнь любого человека, вообще-то, если не боевик, то, во всяком случае, относительной напряжённости мелодрама, а в случае с Беннетом обзор его удивительной и странной судьбы, особенно после того, как он с треском провалился на экзамене в своём последнем официальном (но далеко не самом лучшем) учебном заведении явно являло собой пример того, какой может оказаться судьба шестнадцатилетнего подростка, оставшегося без присмотра родителей и государственных структур. После того, как Билли чудом уцелел в уличной драке, в которой ему досталось по полной (и не только ему), некто со стороны дал ему выбор. Поначалу Билли казалось (в ранние годы его жизни, кода он активно читал и коллекционировал комиксы про супергероев), что герои существуют только в книжках и ситуации, связанные с ними, тоже, но вот ведь незадача (так, во всяком случае, показалось само му Беннету): то, чего он так старательно избегал всю свои мало-мальски сознательную жизнь, теперь очень настойчив постучалось ворота ему самому и требовало от него моментальной реакции на сложившуюся ситуацию. Да, ему не пришлось участвовать в сражении непосредственно, но именно потому, что Билли удалось вывернуться, человек в чёрном балахоне с необыкновенно красивым чёрном же капюшоне достаточно ясно дал понять Беннету, что его песня если не спета, то, во всяком случае, требует развития своей основной темы. Короче говоря, Билли сказали чётко, коротко и ясно, что, как и персонажам многих других эпопей, ясно отражающих собой жизнь, он может добавить ей полноту своим трудом - либо обесценить нежеланием сотрудничества. - Билли, тебе предлагается выбор, который ещё не каждому даётся, - мягко указал ему на заблуждение тот, коо Билли успел окрестить Человеком в Чёрном Балахоне (похожий тип, как известно, приходил к Вольфгангу Амадею Моцарту заказать у него знаменитый "Реквием"). - Если этот выбор окажется правильным, ты не только не будет нуждаться в необходимости коротать время в окружении отбросов общества, но и сумеешь, если на то будет благословенная воля Судеб, достигнуть фантастических высот в своей профессии (или погрузиться в самоуничижение) - тут уже надо смотреть по ситуации... Билли хмыкнул. Ему одновременно и знакомы и незнакомы были эти иронические интонации в голосе своего нового наставника: похожие были у столь полюбившегося ему преподавателя истории, одного их немногих нормальных, лишённых подобострастия и заискивания перед своими учениками препода, который завоевал у них авторитет. - Я серьёзно, - Человек в Чёрном Балахоне вперил в него свой пристальный взгляд и долго молчал перед тем, как продолжить разговор. Больше чем уверен, что у тебя ещё не было такого опыта прежде. Билли промолчал. Он вообще не любил распространяться о каких-либо вещах, связанных с его деятельностью. В этом отношении это качество его личности совпадало с качеством персонажа из его любимой компьютерной игры - детектива по имени Гас Макферсон - "вы умеете хранить тайны, способны видеть суть вещей". - Теперь будет, как вы говорите, - наконец-то отозвался парень. Он вообще никогда не отличался разговорчивостью, и теперь ему и вовсе хотелось замкнуться в привычном ему мире грёз и фантазий и не говорить вообще. Но ситуация подразумевала продолжение диалога, и Билли решил разузнать о своём спасителе как можно больше. К некоторому его удивлению, сделать это оказалось довольно трудно после целого часа расспросов, по большей части бесплодных. Беннет удалось разузнать лишь то, что Человек в в Чёрном Балахоне - большой мастер выручать попавших в беду. Билли оказался сидящим за партой с весьма интересным типом - тоже беспризорником, но было ясно, что опыта у последнего за плечами было не меньше, да и интересы у них совпадали. Этот тип, Джон, был человеком, если можно назвать таковой профессию строителя. Вообще-то, конечно, можно", - думал про себя Джон вопреки в сему тому, что говорили об этой профессии те, кто знал её мало и поэтому плохо понимал её представителей и специалистов. Сам Билли и детства любил строительное дело, вот почему они с Джоном после некоторых споров и разногласий, а после - борьбы за лидерство в общении и в процессе выстраивания отношений таки-нашли очень много тем для разговоров, и далеко не пустых, как оказалось позднее. Вообще общительным человеком быть гораздо интереснее, чем молчаливым и неразговорчивым, это Билли Беннет подметил ещё и бытность свою беспризорником на улицах Нью-Йорка, в тех дальних его трущобах, которые примыкают к южной оконечности города. Эти времена, когда он жил, пусть и в тесноте, в нужде, но не в обиде, Билли позднее вспомнила как лучшие в своей жизни. Да и вообще, по зрелому размышлению Беннета, в его долгом, утомительном подлунном странствовании не было времени, которое он мог бы отмести, если или пожелать забыть: любое одарило его невероятным опытом, впоследствии очень ему пригодившимся на жизненном пути.Так и теперь, сидя с Джоном на соседних партах, а чаще - совсем рядом, за одной, он всё ещё ощущал присутствие некоего духа, который и прежде склонялся над его занятиями в детской комнате (как выразился бы Оскар Уайльд, "раздвигал серебряными пальцами занавески в его комнате"), и вот теперь помогал повзрослевшему малышу постигать непростые азы науки убивать. Да, Беннет ещё не полностью смирился с мыслью, что ему придётся расстаться с прежними представлениями касательно того, каким должен быть образовательный процесс, но опыт подсказывал парню, что здесь надо быть поосторожнее с высказыванием своего мнения, несмотря на весь прежний опыт: кто-то из его любимых киногероев заметил, что порой самое лучшее высказывание - молчание, а самый лучший для себя совет - свой. Да и вообще в любом месте и в любой форме человеческого общежития следовало бы попридержать язык и подумать, прежде чем лезть к другим со своими советами. Этот урок Билли отчего-то запомнил надолго, как и тот - в отношениям с наставниками и друзьями, - что нельзя играть с ними в детективов без риска того, что тебе за необдуманное или брошенное на ветер слово запросто без обсуждения причин и последствий свернут шею. "Ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься", - вспомнилось Билли слова Учителя Человечества, Христа. Каждый день в этой Академии Смерти на первых порах напоминал предыдущий, еси бы не некоторые опасности, грозящие людям из-за каждого угла буквально, но которые не было смысла избегать - каждая такая одаривала встретившихся с ней лицом к лицу новым опытом, который было не почерпнуть не более чем странных лекциях, а некоторые превращали поиск этих опасностей и последующее их преодоление в образ жизни. Перед этим ни, разумеется, приводили в порядок свою психику, стабилизировали её, делали железной - так любовь к риску не ломает профессиональных спортсменов, а укрепляет их. Стоит отметить, что Билли к своему радостному удивлению обнаружил, что он почти не отвлекается на посторонние дела по время теоретической части их странных уроков и занятий. Глядя на то, что оставили после себя на партах поколения юных убийц, пришедших в школу, чуть раньше его, он долго размышлял над тем, о чём могли повествовать эти следы и обрывки невероятно прекрасной и загадочной летописи души, каждая страница которой пленяла Билли невысказанным, а, точнее, не до конца расшифрованным и разъясненным очарованием, что чувство было знакомо ему по одиночеству - щемящее ощущение загадочности неисследованных пространств: так подростка манят загадочные дали, - вело юношу - чувство непознаваемости, а, вернее, непознанности мира. И вот теперь это сильное и страстное ощущение снова напомнило о себе, в то время, когда Беннет уже казался себе вполне зрелым, молодым и полным сил и здоровья и энергии человеком. Надо заметить, что позднее это чувство не раз напоминало ему о себе (видимо, оно, как и мифическая Птица Счастья, обитала где-то в параллельном мире, где-то совсем рядом, но всё же оставаясь недоступной), не давал забыть о себе, но и не давал возможности насладиться им сполна (соседка по парте, Дафна, ехидно бы посмеялась, выразившись: "этим упоительным ощущением близости", намекая на тесные дружеские отношения Билли с Джоном). Напоминало - и ускользало, как всё прекрасное и то, что, чем, возможно, вдохновлялись музыканты группы Evanescence, придумывая для неё название - англиским словом evanescent * [* мимолётный, недолговечный - англ.]