Алейфирна. Школа

- Вили, возьмите с отцом оставшиеся пакеты с вещами, - прокричала мама дочери, стоя с огромными пакетами продуктов около подъезда под крышей во время дождя, - и скажи ему, чтобы помог, а то уселся в своей "ласточке" - важные переговоры у него, видите ли, а о других думать не надо? Девочка уже привыкла к таким отношениям между родителями. Порой она даже слышала, как они хотели развестись, но обещание своё не сдержали, может, позже? Не то, чтобы она этого хотела, просто уже устала от переодического крика дома, поэтому нашла себе много увлечений, чтобы отвлечься от их разборок. Особенно хорошо у неё получалось рисовать, поэтому частенько рисовала на уроках, вместо записывания конспектов. Как-то учительница истории заметила у неë на вырванном листочке в клетку рисунок кролика, и сразу сказала, что у девочки талант. Но она не ходила в художественную школу, как-то сама научилась. А после школы уходила рисовать в заброшенный гараж под номером 37, самый последний, чтобы задержаться после школы и не идти домой. - Ну наконец-то! Денис, сколько можно ходить? - спросила мама Виолы, тётя Саша. Она даже в телефоне у Виолы была записана как "Тётя Саша", ей не очень нравилось называть еë мамой. - Ты не видишь, мы всё себе отморозили, пока ты там со своим Андреем по телефону калякал! - Может хватит? Разоралась тут, - пробубнил папа, печатая кому-то эсэмэску - О, а может, я ещё и виновата? - ответила вызывающим тоном мама. Она была не из тех, кто терпел к себе такого отношения, но, почему-то, ещё живёт с этим человеком - Конечно, а кто ж ещë? - С долей сарказма не отвлекаясь, тут же парировал папа - Да что ты говоришь!? - Тётя Саша уже была на взводе, было видно, что сейчас она может взорваться, как ядерная бомба. - Так, всё, успокойтесь. - Сказала им девочка. - Давайте вы потом разберётесь? Я думаю, мы все уже хотим согреться и войти в этот тёплый, хорошенький, сухой подъезд? - А может ты нам сама дверь откроешь? - С насмешкой ответил папа, всё таки отвлёкшись от телефона, он проводил в нём большую часть времени, хотя родители наоборот должны говорить о вредности долгого использования гаджетов. - Помнишь, ты на прошлой неделе перемещала предметы силой мысли? Вот и продемонстрируй ещё раз! "Ох, как же он уже надоел это вспоминать, - подумала с раздражением Виола, - это было ещё две недели назад и, между прочим, у меня получилось" - Я не могу, эта дверь слишком тяжёлая, - ответила с каменным лицом дочка. Ей правда уже надоели эти постоянные подколы отца, поэтому в подобных ситуациях она знает, что делать - просто игнорировать - лучшее решение, которое она могла придумать - Денис, ты реально чушь какую-то несёшь. Ну, показала она тебе фокус, что в этом такого? Между прочим, это отличный заработок в наше время. "Да, хорошо, что они так считают. Я думала, они меня за психичку держат, а родители просто решили, что это фокус, ну, или хотят так думать", - но она больше склонялась к версии, где они приняли этот инцидент за фокус, родители слишком глупы, чтобы понять разницу между правдой и вымыселом. - Ага, мастерство рук и никакого обмана, - подытожил отец. Он был высоким и худым для своего возраста, - ему было где-то под сорок. Носил обычные чёрные, ничем непримечательные очки. Был подстрижен "под ёжика". Носил " козлиную бородку". Карие глаза сочетались с его коричневой шляпой, которой минимум лет десять, но Вили думала, что ей намного больше. Она не знает, почему эта шляпа так важна для него, любой нормальный человек, наверное, уже давно поменял бы на более современную, но её отец, по её мнению, что-то да смыслил в хорошем стиле, поэтому она его об этом не спрашивала, если до сих пор носит, значит так надо. Одет был в бежевый костюм с широкими штанами, белой рубашкой и свободным пиджаком. Чёрные остроносые лакированные туфли смотрелись очень изящно. На безымянном пальце левой руки носил обручальное серебрянное кольцо с маленьким красным камушком с гравировкой "Для молодожёнов Александры и Дениса Жужжиных. От мастера И. С." Дядя Денис в это раз взял пакеты и дотащил их до старенького хлипкого лифта сссровских времён. Удивительно, что мама не придралась в этот раз ни к чему, наверное, просто устала настолько, что даже на это у неё нет сил. Папа рассуждал точно так же, как и Виола. Ему тоже не ахти живётся с такой женщиной, "хранительницой домашнего очага", постоянно орущей и недовольной. Как бедной девочке ещё прожить с ними столько лет? Но она не сильно переживала по этому поводу, вскоре, она уедет в какую-нибудь специальную частную художественную школу и будет заниматься только рисованием, самое главное - подальше от родителей. Совсем немножко до её шестнадцатилетия, четыре годика - и она свободна, как птица в полёте. А пока она может совершенствовать свои навыки и не обращать внимания на руганья дома, делов то! Тем более, основное время она проводит на улице, в школе, а там уж точно не заскучаешь.