Опасно быть адвокатом

Петя опустился на стул, который ему поставил кто-то из добрых медсестер около кровати. Он взял руку Игоря в свою и тяжело вздохнул. Ночью у Грома остановилось сердце, но его удалось откачать. Об этом Петя узнал с утра, когда ему позвонил врач. Хазин сидел у своего терапевта, решив все-таки послушаться врача из скорой и сдать кровь. Опешивший Петя смог только спросить, почему он узнал об этом утром. - Петр Юрьевич, - врач тяжело вздохнул, - Ночью Вас бы все равно никто не пустил к нему. Сейчас все хорошо. Петя едва ощутимо провел пальцами по разбитому лицу мужа, не решаясь заговорить. - Я все порчу, - Петя грустно усмехнулся, а глаза защипало от подступающих слез, - Я вроде начал делать все как надо - наркоту бросил, пить бросил, работу тоже бросил, пошел людям помогать в другое место, мечту свою об адвокатской деятельности осуществил, - слеза скатилась по щеке, Петя ее вытер рукавом свитера, - А толку? Ты тут, я без страха не могу с Костиком разговаривать, у меня чувство, что его вот-вот схватят, - Петя всхлипнул, - Игорь, не смей сдаваться. Пожалуйста, не ради меня, ради детей, хорошо? Я даже пойму, если ты заставишь меня отказ от них написать, чтобы подальше от меня быть и на развод подашь, только живи, пожалуйста, - Петя уткнулся в живот Игоря, укрытый противно пахнущей простыней и тихо всхлипывал. Дверь скрипнула, Петя заметил это где-то на периферии сознания, весь мозг заполонило болью. - Петь, - позвал его тихий голос. Хазин поднял голову и из-за слез не сразу смог осознать, что рядом стоял Константин Гром. - Я сейчас уже уйду, - Петя шмыгнул носом. - Я за тобой приехал, - Константин тяжело вздохнул, - Надо до Феди доехать, документы разные подписать. Петя кивнул и встал. Константин вышел за дверь, а Хазин немного замешкался. Он наклонился к уху Игоря и тихо, едва слышно прошептал. - У нас маленький будет, - Петя несмело улыбнулся, - Пятая неделя уже. Прикинь, как Костик рад будет? Он поцеловал мужа в висок и пошел за Константином. В машине они молчали, каждый думал о своем. - У врача был? - нарушил тишину Гром. - Да, - отозвался Петя, выныривая из телефона. - И что сказали? - Константин включил поворотник и повернулся к Хазину. - Все хорошо, - Петя пожал плечами. Безусловно, нужно было сказать генералу про ребенка, но сейчас он не хотел этого делать. Петя все же надеялся, что Игорь придет в себя и первым, кто это узнает будет сам отец. - Слушай, - Гром-старший потер переносицу, - Я знаю, что у нас сложные отношения, но сейчас нам нужно действовать сообща ради Игоря и Кости. У Пети взыграли гормоны, иначе объяснить свой всплеск эмоций, он не смог: - У нас сложные отношения? - Хазин фыркнул, - Я могу ошибаться, но вроде именно вы с Федором Ивановичем меня на дух не переносите. - Еще скажи, что у нас нет причин для этого? - Константин вздохнул. - Когда я только переехал из Москвы - да, - признал Петя, - Но после? Мы с Игорем уже шесть лет вместе, и я ни разу не дал ни вам, ни Федору Ивановичу усомниться в себе и в своих чувствах к Игорю, - сквозь зубы произнес он, - А Вы все еще смотрите на меня так, будто я для вас поганка последняя. Что Вы, что Прокопенко. Константин молчал - то ли нечего было возразить, то ли просто не собирался спорить. В голове всплыл голос Игоря: Петь, ну им сложно. Они столько наркоманов посадили, пойми. Время нужно. Против тебя лично никто ничего не имеет, их прошлое твое напрягает. Нормально все будет, просто время им дай. Петя время давал, только с каждым годом надежда понравиться семье Грома таяла. Единственная, кто принял Петю, была Елена Прокопенко, которая с первой же встречи закармливала Хазина фирменным борщом, бегала с ним по врачам, когда тот был беременный Костей, и всячески поддерживала. Ни ее муж, ни лучший друг так к ней и не присоединились. В отделении он быстро подписал нужные документы, которые ему подсунул Дубин. - Ты в порядке? - не очень громко спросил Дима. - Да, а что? - спросил Хазин, поправляя челку. - Выглядишь не очень, - грустно улыбнулся друг. - У меня муж в коме, сын черте где, а я пытаюсь посадить одну мразь, чтобы наконец можно было выдохнуть, - Петя вздохнул, - Удивительно, что я в целом еще прыгаю и бегаю. - Еще и беременный, - тяжело вздохнул Дубин. - Еще и беременный, - кивнул Петя, а потом до него дошло, - А это ты откуда знаешь? - прищурился Хазин. - Игорь недавно говорил, что тебя на кефир тянет, - Дима пожал плечами, - Ты его вроде так ненавидишь, но когда Костю носил, все время им питался. Вот Игорь и предположил, что ты беременный. Петя моргнул, а потом тихо захихикал. Естественно, Игорь все первым прознал, даже раньше самого Хазина, не зря же он был лучшим. Теперь понятно, почему холодос дома был забит фруктами и витамины странным образом появлялись в аптечке. - Дим, что мне делать? - отсмеявшись, спросил Хазин. - Дай нам тебе помочь. Мы хотим быть полезными, - Дима пожал плечами, - Петь, я знаю, ты не хочешь, чтобы мы пострадали, но нас уже зацепило, - Дубин серьезно посмотрел в глаза Хазину, - Игорь в больнице, за вас с Костей мы переживаем не меньше. Мы, как никто, заинтересованы в том, чтобы тебе стало полегче. Петя задумался. - Я боюсь, что Игорева родня на меня набросится, - наконец произнес Хазин, - Сына не сберег, так еще и дело на них скинул. - А не плевать ли тебе? - Дубин пожал плечами, - Главное - посадить этого гада, а все остальное ладно уж. Можно сказать грубую вещь? - Ну, давай, - напрягся Петя. - Лучше они к тебе относиться не будут, - Дима тяжело вздохнул. Петя кивнул. В целом, Дубин озвучил то, что крутилось у него самого в голове все эти дни.