Вся ложь уходит, а правда обнажена и уязвима. Она в агонии и под пристальным взглядом. И все скрепляется доверием, на которое многие уже не способны.
В помещении было достаточно прохладно для обычного человека, но это ничуть не мешало мужчине расхаживать по подвалу в одной рубашке. Тонкие пальцы чиркнули спичкой и поднесли ту к лицу. Глубокая затяжка — и густой дым заполнил пространство перед прекрасным лицом. Игла заскользила по старой пластинке, и вскоре вместо шума зазвучали детские голоса.I know (I know), You belong to somebody new, But tonight you belong to me...
Мужчина открутил крышку и выкинул её в дальний угол, не освещаемый светом восковых свечей. Прозрачная жидкость с характерным запахом разливалась по периметру. Тонкие изящные пальцы заботливо поглаживали одинаковые веснушчатые лица, что смотрели буквально со всех сторон на хозяина этого странного места. Мужчина стряхнул пепел и вновь затянулся, подпевая хору голосов.Although (although), We're apart - you're part of my heart, And tonight you belong to me...
Руки заботливо обхватили белые кроссовки, цепляясь за кожанную обивку, и поставили их по центру стола, на котором колыхались десятки свечей. Ещё одна затяжка. Тонкие пальцы разжали дымящуюся сигарету.Just to little old me...