Twins

      Девушка лежала на спине, задрав голову и дыша через рот, который то и дело открывался во сне, издавая при этом тот самый храпящий звук, который так раздражал Алека в начале их знакомства. Но теперь он с каким-то глупым выражением лица наблюдал за тем, как иссохшие губы смыкаются в попытке прекратить это действие, но в следующую секунду вновь раскрываются, выпуская разгоряченное дыхание.       Одна её рука покоилась где-то в районе солнечного сплетения вампира и иногда подергивалась от особо впечатлительного сна. Тогда Алек накрывал её своей, и хмурые морщины на лбу тут же разглаживались, а пальцы расслаблялись. Но долго держать её тёплую ладошку он не мог — в конце концов она замерзала, и тогда ему приходилось вновь оставлять её без своих объятий.       Собственно, именно он и перевернул девушку, так как та всё сильнее прижималась к нему — грудью, животом, бёдрами, лодыжкам, даже стопы пытались в какой-то изощрённой форме впечататься в его каменное тело. Тогда он достал какой-то свитер и мягкие штаны, чтобы Чарли не превращалась в ледышку слишком стремительно.       Не хватало ещё, чтобы она заболела.       Девушка повернулась к нему спиной, разрывая физический контакт, и Алек облегченно выдохнул, ложась на бок и зарываясь носом в её мягкие волосы — уж они то не замёрзнут. Но тут же пожалел: глубоко и с шумным хриплым вздохом. Чарли выгнулась в пояснице и подставила ягодицы прямо в его паховую область, которая моментально отозвалась напряжённой пульсацией.       Алек готов был поспорить, что она делает это специально, чтобы подразнить его, отыграться самым бесчестным образом, но нет, Чарли действительно спала, и её действия были продиктованы проекцией её подсознания.       Немыслимо.       Рука сама потянулась к мягким окружностям, минуя одеяло, словно жила своей собственной жизнью, ведь Алеку едва хватало сил, чтобы не разбудить её сейчас, посреди ночи, и не впиться своими губами в её — нагло, безнравственно, без права на отказ. Чарли же совсем не смущала неслабая хватка, да и холода, казалось, девушка не чувствовала. Она вновь приоткрыла рот, выпуская такое манящее и издевательское:       — Ах-м...       Тело её пронзила мелкая дрожь, пальцы впились в подушки, а поясница выгнулась ещё сильнее, принося Алеку новый приступ нарастающего нетерпения. Он вжался лицом в измятую ткань и сдавленно выдохнул, убирая, наконец, руку.       И какой черт меня заставил положить её туда.       Вампир развернулся, приподнимаясь — слишком быстро и резко, от чего запахи, витавшие в воздухе, буквально впечатались в его лицо, заполняя ноздри и рот, обжигая горло, проникая вглубь, в самый низ живота, и бились в том самом месте, требуя выхода. Он посмотрел на спящую девушку, которая разлилась в обволакивающей неге, словно в облаке его простыней. Рыжие языки пламени её волос распластались по подушке: вьющиеся по всей длине, и чуть взмокшие у корней.       И под ней самой тоже мокро.       Настоящая ведьма.       Он вновь накрыл её одеялом, для пущей надёжности достал ещё и покрывало, подоткнув концы под вытянутые ноги, и незамедлительно вышел в коридор, прислоняясь лбом к стене.       Прошёл, наверное, час, может быть два — Алек потерял счёт времени, слушая мерное биение сердца. Наконец, он развернулся на сто восемьдесят градусов и без стука ворвался в комнату сестры, что подняла на него задумчивый взгляд, оторвавшись от чтения. Она сощурила большие глаза, а её ноздри чуть заметно расширились.       — Я рада, что вы вновь нашли общий язык, — один уголок её пухлых губ пополз к верху, а маленькие руки отложили книгу в сторону.       Алек сел в кресло по другую сторону от стола и оперся локтями, запустив ладони в тёмную шевелюру.       — Не напоминай, — он перевёл взгляд на какие-то наброски, а затем удивлённо посмотрел на сестру, — ты рисуешь?       Та лишь пожала плечами и забрала листы к себе, спрятав аккуратную стопку в выдвижной ящик. Алек обвел комнату ленивым взглядом — теперь в привычном порядке Джейн проскальзывали небрежные штрихи присутствия Монро. Он, как и Чарли, поверхностно относился к тому, чтобы класть вещи на своё место. Нет, конечно, хаос, который оставляли после себя Кларки одним лишь присутствием, возможно имел какую-то логику, ведь телепат всегда знал, в какой кипе искать нужный предмет. Но больше всего Алек не мог взять в толк, почему Джейн так снисходительно к этому относится.       — Скоро ты поймешь, — отвечала она, пряча хитрую улыбку.       Но сейчас вампирша намеренно не прикасалась к беспорядку, как к напоминанию о Монро, так как с тех пор, как Чарли поселилась в нескольких метрах от них, то пребывание новорождённого рядом со своей невестой резко сократилось. От части, это была идея самой Джейн, она искренне считала, что в данной ситуации лучше позаботится о девушке. Алек помнил, как удивился такому заявлению, но спорить не стал, он сам давно хотел, чтобы две самые дорогие девушки в его жизни нашли общий язык. Правда на деле это был язык жестов — Джейн относила Чарли в душ, мыла её, меняла постельное бельё и одежду, а Чарли в свою очередь молча позволяла ей это делать. Со стороны Вольтури это был, своего рода, ответ на то, что когда-то Кларк доверила ей своего брата. И обе понимали это как нельзя лучше. В конце концов, подругами они, конечно, не стали, но, по крайней мере уже не испепеляли друг друга убийственными взглядами.       Но все эти рассуждения меркли по сравнению с навязчивой мыслью, которая не покидала вампира со вчерашнего вечера. Алек постукивал носком ботинка, когда в комнату вошёл рыжий двойник причины его рассеянного состояния, из-за которого он тут же схватил первую попавшуюся книгу и уставился в неё.       После того раза, как Монро вспылил из-за осознания того, что Чарли больше не его маленькая сестра, а вполне уже молодая женщина, они с Алеком старались просто избегать этой темы. Вот и сейчас Монро замер у входа, хмуря брови и с подозрением косясь на то, как старательно Алек избегает зрительного контакта.       — Ну что опять? — Джейн подлетела к своему жениху, обвивая его шею руками и целомудренно целуя белоснежную щеку.       Монро же не переставал разглядывать Алека, что теперь и вовсе прикрыл глаза и замер.       — Твой брат перечисляет коагулянты в алфавитном порядке задом наперёд, — хмыкнул Кларк и уткнулся носом в белоснежную макушку, делая грубой вдох, — запах Чарли повсюду.       Девушка сочувственно сжала его руку и потащила дальше от двери, но, вспоминив про своего брата, передумала и остановилась посередине комнаты, как вдруг заметила, какую книгу схватил Алек и прыснула, прячась в широкую грудь Монро, на что он нервно рассмеялся и провёл ладонями по прямой спине.       — Алек, — хмыкнул он, мотая головой, и, кажется, немного оттаял, — они не поженятся в конце книги, не стоит так усердно переживать.       Алек открыл глаза и впился глазами в страницы. Воздух со свистом вылетел из его рта, а затем он с силой захлопнул книгу, чуть переборщив с силой, от чего на обложке остались следы от впечатавшихся пальцев.       И откуда это здесь?       — О, это Чарли подарила, — Монро, ухмыляясь, подошёл к шкафу, доставая от туда плащ такого же цвета, как и у двойни.       Все картинки со страниц трактата любви вдруг приобрели весьма чёткие физические контуры, которые набатом ударяли по всему телу целиком.       Не то, чтобы он не был знаком с ним, более того, в его руках побывали и более откровенные рукописи Древнего Рима и Греции, однако...       Что за подарки брату?       Алек поперхнулся и обжёг непонимающим взглядом сначала Монро, а затем и свою сестру, которой первый бросил буквально налету:       — Если я ещё на секунду задержусь, то сверну ему шею, — он невесомо поцеловал её в губы и бесшумно скрылся за дверью.       Возможно, Алек бы и остановил его, возможно, начал бы расспрашивать сестру о том, какие ещё подробности о натуре рыжеволосой ему неизвестны. Но слишком велико было желание, которое хриплым шёпотом дурманило его чугунную голову: "Коснуться любимой женщины. Немедленно. Сейчас."       Секунда — и вампир стоит теперь перед кроватью, которая, однако, совершенно пуста, лишь смятая футболка, небрежно брошенная у изголовья напоминает о том, что она была здесь. Он аккуратно поднял её и поднёс к лицу, с обожанием отмечая, что та ещё хранит тепло бархатной кожи. Из-за дальней двери, ведущей в ванную, доносилось недовольное пыхтение и непотребные ругательства в адрес "вычурной техники". Алек усмехнулся и направился прямиком туда, без какого-либо сопротивления потянув на себя дверь.       Не заперла.       От одной этой мысли, звучащей как приглашение, сковало тугим канатом вдоль позвоночника. Алек смотрел на обнажённую девушку, которая совсем не заметила его присутствия и всё ещё пыталась включить воду. Тихий смех, однако, привлёк её внимание, и теперь она вскрикнула и принялась искать глазами одежду, полотенце, да хоть что угодно, а затем разочарованно выдохнула, увидев свою футболку в руках Алека.       — Чего так смотришь? — Чарли прикусила губу и повернулась боком, опираясь ягодицами о тёмное стекло. Стесняется? А книги такие читать не стесняется?       Вампир спокойно — спокойно ли? — подошёл к душевой кабине и наклонился к розоватому лицу непозволительно близко, от чего девушка стала смотреть прямо перед собой и задержала дыхание. Алек же нахально рассматривал её пухлые губы, которые она уже искусала вдоль и поперёк, и теперь в воздухе витал отчётливый аромат её крови.       — Смотри, — его голос прозвучал властно, требовательно, с хрипотцой, и Чарли тут же метнула в него свои изумруды, а вампир расплылся в самодовольной улыбке, — да не на меня смотри, на панель.       Широко распахнутые глаза сменились обидчивым прищуром, но девушка всё же повернулась, пытаясь сосредоточиться на панели, однако никак не могла оставить свои губы в покое.       — Вот тут включение, температура, функции, совмещение, ароморежим, — он буквально целовал словами её навострившийся слух, — датчик сенсорный, понятно?

***

      Девушка медленно кивнула.       Понятно.       Не понятно Чарли было лишь одно: почему все наборы на экране дублируются холодными пальцами на её спине.       Раздался тихий сигнал, и поток воды скрыл её обескураженное лицо, оставив вместо него размытое рыжее пятно — девушка развернулась спиной и вошла под мягкий водопад, задрав голову к верху.       Жарко.       Девушка почувствовала, как тело напитывается влагой, а затем и проникающим в каждую клеточку запахом — мускусом и пачули. Чарли фыркнула, усмехнувшись тому, откуда она об этом знает. Не догадывается, а чётко уверена в ярких нотах. Тонкая рука потянулась к полке с шампунем — под открытой крышкой чувствуется мужской аромат, строгий и волнующий.       Слишком жарко.       Чарли вздрогнула от неожиданных прикосновений к коже головы, но моментально расслабилась под массажными движениями мягких пальцев и опустила свои руки вдоль туловища. С приоткрытых губ слетело довольное мычание, и она словно кошка потянулась за направлением рук, которые с дразнящей нежностью смывали пену с потяжелевших волос. Девушка даже привстала на носочки, но скользкий пол и определенная доза неуклюжести заставили сделать шаг назад и почувствовать упершийся в бёдра эрегированный половой...       Как стыдно.       Она чувствовала, как краснеет, когда мысленно прокатывает языком это слово. Казалось, жар превращал воду в пар, едва та попадала на её кожу. Но то в голове, а если...       Чарли выскользнула из-под ласкающих шею губ, почти что рухнув вниз — стремительно и резко для самой себя, и медленно и завораживающе для поглощённого каждым её движением вампира.       Щеки покраснели моментально, чуть медленнее — шея и уши. Чёрный взгляд посмотрел вопросительно, но в то же время нетерпеливо, едва сдерживаясь, и исчез под бледными веками, стоило горчему дыханию обжечь край плоти. Вампир не шевелился, ждал. Ждал, чтобы сама, чтобы по своей воле.       Тёплые. Мягкие. Дрожащие.       Губы неуверенно обхватили его, боясь совершить ошибку. Чарли осмелела, почувствовав, как дрогнуло мужское начало. Чуть лизнула. Причмокнула. Снова обхватила. Протолкнула глубже. Открыла глаза. Встретилась с блестящей чернотой. Застонала.       Алек не сдержал глухого рыка, упираясь ладонями в стекло, на котором тут же пошла паутина трещин. Не мог больше отвести глаз, не умел и не хотел.       Она принимала. Навстречу. От него. Вместе с ним. Тёплые пальцы дрожали, вцепившись в его колени, несмело ведя вверх, вновь заставляя вампира рычать. Нетерпеливо. Первобытно. Кажется, изъяснился по-итальянски.       За секунду отстранился, учащенно дыша, и прежде, чем Чарли пришла в себя, осторожно поднял её за плечи и впился в припухшие губы своими. Её кровь вперемежку с ним самим. Вскружило голову у обоих.       Он раздвинул коленом её ноги, провёл вверх, коснулся влаги губ, а затем подхватил бёдра руками, удерживая на весу, и вошёл в неё. И вновь всё то же: скользко, влажно, горячо.       Чарли обвила руками его шею. Переплелись языки. Лёд и пламя. Твёрдость и мягкость. Настойчивость и податливость.       Как я хотела, Боже...       Раздался громкий вскрик, затем тягучий стон, следом за ним не сдержала Чарли и всхлипа, затряслась всем телом, сжимая его внутри себя.       У Алека не осталось сил, чтобы сдерживаться, вышел. Шумно выдохнул, стиснув зубы. Покрыл бедро вязкой жидкостью. Упёрся лбом в её вздымающуюся грудь. Обжог дыханием соски. Совершил ошибку, прикоснувшись к ним губами.       Всё с начала.