Andy's Turn/Очередь Энди

10 декабря 2016 Ресторан был оживленным и переполненным когда Энди вошла: богатые люди отдыхали от своей беспокойной жизни, пили и ужинали за большими столами с белыми крахмальными скатертями; тщательно одетые официанты грациозно прокладывали себе путь между посетителями, неся подносы, наполненные мясом, морепродуктами и вином; тихая джазовая музыка заглушалась болтовней и звоном столовых приборов о тарелки. Энди, однако, с легкостью заметила ту, с которой собиралась встретиться за обедом: представительную женщину с резкими чертами лица. Она была взволнована предстоящей встречей с ней после такого долгого времени что они не виделись, но в то же время ее охватило какое-то беспокойство. На самом деле они никогда не обедали наедине, и, давно зная эту женщину, Энди не сомневалась, что у нее что-то припрятано в рукаве. - Вот и ты, - весело провозгласила женщина, увидев её и встала со стула, сверкнув безупречным, впрочем, как и всегда, нарядом, стоило только Энди приблизиться к ее столику. - Извини, я опоздала, - сказала Энди, наклоняясь, чтобы обменяться воздушными поцелуями. - О, не переживай, - ответила женщина, пренебрежительно махнув рукой. - Ты стоишь того, чтобы тебя подождать. - Мило. - Энди подмигнула. Когда они обе уселись напротив друг друга, она сверкнула своей самой теплой улыбкой. - Я так рада снова тебя видеть. - Кто бы сомневался, да? - был предсказуемо дерзкий ответ ее визави. - В последний раз мы виделись слишком давно. Как продвигается работа над книгой? Удивленная, Энди пронзила собеседницу взглядом, который был отчасти ошеломленным, отчасти обвиняющим. - Миранда рассказала тебе? - Конечно, она рассказала, - ответила дама, снова пренебрежительно, потому что, конечно, действительно, а кто еще то. Если и был кто-то, кому Миранда доверила бы подробности своей личной жизни (ну, столько, сколько Миранда была готова рассказать), так это она, Стелла. Энди впервые встретила Стеллу Шелтон, когда ей было 23 года, и она работала второй помощницей главного редактора журнала «Подиум». Прошло десять лет с тех далеких времен, и Энди больше не называла упомянутого редактора своим боссом, но ее благоговение и восхищение Стеллой оставались таким же. Стелла, как выяснила Энди через несколько лет после их первой встречи, выросла в семье среднего класса на Среднем Западе, как и сама Энди. Разве что росла она с пятью братьями и отцом-женоненавистником, и никто в семье не верил, что ей уготована иная участь, чем стать почтенной матерью семейства и домохозяйкой. Никто, включая саму Стеллу. Однако, имея большие мечты и единственного учителя, который верил в нее, в свой восемнадцатый день рождения Стелла собрала сумку и уехала в Нью-Йорк с 300 долларами наличными, абсолютно без связей, с одними лишь неясными желаниями. Так начался путь Стеллы Шелтон, которая начинала с нуля в индустрии, которая постоянно пыталась ее унизить, сделала себе имя, которое десять лет спустя признавали и почитали все, кто хоть кем-то был. Одна из первых женщин в бизнесе, в котором ранее доминировали мужчины, Стелла постепенно поднималась по карьерной лестнице издательского мира: начинала стажером в богом забытой газете, затем устроилась на работу, по сути, девочкой на побегушках, и в конце концов, наконец, сама начала писать. Очень скоро авторитетный обозреватель журнала "Time" прочел одну из ее работ, признал недооцененный талант и показал статью своему собственному редактору. С тех пор, хотя и не совсем гладко, путь Стеллы к вершинам был проложен, и после многих лет пота, слез и кропотливого труда Стелла встретила свою жену, переехала с ней в Лос-Анджелес и основала то, что вскоре станет самым продаваемым женским журналом в мире. Однако, в отличие от существующих женских журналов, ее издание не уделяло особого внимания вопросам красоты, ведения домашнего хозяйства и щебетанию психологов о вопросах отношений между мужчиной и женщиной, нет, вместо этого журнал выдвигал на первый план проблемы, с которыми женщины сталкиваются каждый день, а также искренние истории женщин со всей страны, а позже и со всего мира, истории, о которых больше нельзя было молчать. Самое главное, что благодаря успеху и популярности своего журнала Стелла, наконец, заслужила уважение своих коллег и проложила путь многим другим женщинам в издательской индустрии, которые пошли по ее стопам. Теперь, когда Стелле уже перевалило за семьдесят, она была силой, с которой приходилось считаться. Проживая в огромном особняке в Беверли-Хиллз со своей женой и двумя собаками, она по-прежнему управляла своим журналом железным кулаком, а также владела значительной долей в издательстве и несколько раз в год проводила благотворительные мероприятия. И огонь, который вел, побуждал и подталкивал ее вперед все эти годы, все еще искрился в ее глазах (а также в новом обалденном цвете ее волос, которые, как отметила Энди, в этот раз были огненно-рыжими). Неудивительно, что из ее многочисленных "друзей" Миранде искренне нравилась Стелла и, как подозревала Энди, она смотрела на нее снизу вверх. Это автоматически сделало Стеллу и подругой Энди, что было лишь одним из многих преимуществ того, что молодая женщина состояла в отношениях с Мирандой Пристли. - И что? - не отставала Стелла. - Как продвигается? - Медленно, - вздохнула Энди, делая глоток воды. - Хотела бы я знать, во что ввязываюсь, когда начинала это. С понимающим смехом Стелла ответила: - Не так просто, как кажется, да? - Да уж, - согласилась Энди, сопротивляясь желанию спрятать лицо в ладонях, как она довольно часто делала в последнее время. - Миранда говорит, что я просто ною, но... - Она пожала плечами. - Да ладно, что она об этом знает? - Сказала Стелла с озорным блеском в глазах, на что Энди пришлось ответить собственным смехом. Их разговор был прерван, когда подошел официант, чтобы принять их заказы, и как только он ушел, Энди откинулась на спинку стула и спросила: - Так что привело тебя в Нью-Йорк на этот раз? - Ты, - заявила Стелла, не раздумывая, сверля Энди взглядом и заставая ее врасплох. - Я? - Она нахмурила брови. С хитрой ухмылкой Стелла наклонилась ближе. - У меня есть предложение, - доверительно прошептала она. Энди улыбнулась в ответ, скрестив руки на груди. - Ммм, - со знанием дела подначила она. Она же знала, что у Стеллы что-то припрятано в рукаве, не так ли? Именно тогда их официант вернулся с бутылкой мерло, растягивая напряженное ожидание, умело налил щедрое количество в каждый бокал, прежде чем снова покинуть их. Блеск вернулся в глаза Стеллы. - Я думаю, сначала мы должны выпить, - сказала она и подняла свой бокал. Энди, смущенная, взволнованная и нетерпеливая, повторила ее действия и чокнулась бокалами, прежде чем сделать весьма приятный на вкус глоток. Она закрыла глаза, вздохнула, а когда снова открыла их, на губах Стеллы появилась ухмылка, что побудило ее спросить: - За что мы пили? - За наше будущее, - сообщила Стелла тем же интригующим тоном, к счастью, прежде чем Энди успела разозлиться и потребовать внятных ответов, она сдалась, наклонилась и объяснила: - Я начинаю новый журнал. Она выглядела ликующей и возбужденной, и Энди наконец поняла почему. Ее рот образовал идеальную букву "О", и она воскликнула: - Боже мой, Стелла, это потрясающе! - Разумеется, а как иначе? - она прозвучала еще более дерзко, чем прежде. - Ты серьезно настроена? - Как сердечный приступ. - А Миранда знает? - О, нет, - ответила Стелла, моментально обретая серьезность. - На данный момент очень немногие знают. Это всё очень новое, то, над чем мы работали долгое время, и это все еще совершенно секретно. - Затем, бросив быстрый взгляд, который Энди не смогла до конца расшифровать, она добавила: - Но полагаю, Миранда вот-вот узнает. - Это будет еще один женский журнал? - спросила Энди, сама начиная испытывать волнение. Все, что производила Стелла, как и Миранда, было чистым золотом. - Нет, нет, на этот раз мы идем в другом направлении, - решительно ответила Стелла. - Конечно, что мы по-прежнему будем освещать темы, напрямую касающиеся женщин, но общее направление будет другое. - Это огромный труд и ответственность, - отметила Энди, делая еще один глоток вина. С другой стороны, если кто-то и мог подобное сделать, так это Стелла. Даже в ее возрасте. - Но это необходимо, - ответила она, ничуть не смутившись. - Особенно сейчас, когда этого ненормального избрали президентом. Многим людям нужно, чтобы их голоса были услышаны, и наш долг, как людей, к которым прислушиваются, сделать так, чтобы это произошло. - Ну, - слабо произнесла Энди, внезапно почувствовав, что задыхается (и не в своей тарелке), и снова потянулась за своим бокалом. На этот раз она сделала большой глоток, задержав терпкую жидкость на языке, пытаясь привести в порядок свои мысли. Это было именно то, чем она всегда хотела заниматься: рассказывать истории людей, которым повезло в жизни меньше, истории тех кого годами угнетали, дискриминировали, которых не слушали и игнорировали. Именно поэтому она в первую очередь стала репортером: чтобы иметь возможность давать голоса тем, у кого не было привилегии быть услышанными. - У нас все еще нет названия для журнала, - продолжила Стелла, звуча более спокойно, но не менее страстно, - но у нас есть концепция, у нас есть цель, и мы уже собираем команду. Я, конечно, собираюсь стать у руля. - Это... удивительно. - Энди покачала головой, все еще чувствуя себя немного ошеломленной, но невероятно счастливой за свою подругу. - А как же твое основное детище? - Кэтрин Джонстон займет пост главного редактора. - Конечно, ее давняя протеже. - Но это же практически твой ребенок, - удивилась Энди, не в силах представить, что Стелла покинет пост главного редактора журнала над которым она трудилась столько лет. Она не могла представить, что Миранда когда-либо смогла совершить подобное. Стелла же, казалось, уже приняла решение, судя по ее улыбке. - Мой ребенок совсем взрослый, Энди. Теперь у меня будет новый ребенок. Ну раз она довольна этим, то и Энди порадовалась за нее тоже. Так что она улыбнулась, широко и искренне, и сказала: - У тебя все получится, я просто знаю это. - Да, получится. - Стелла уверенно кивнула. - С твоей помощью. - О? - спросила Энди, заинтригованная. Положив обе руки на стол, Стелла посмотрела ей прямо в глаза. - Вот почему я пришла сюда, Энди. Мне нужен твой талант. - О! - воскликнула Энди, наконец-то сообразив и качая головой из-за своей недогадливости. - Конечно, да, я буду счастлива написать что-нибудь для журнала. Посмеиваясь, Стелла сказала. - Нет, я не хочу, чтобы ты писала для журнала, я хочу тебя. - Прошу прощения? - пробормотала Энди. Хотя она все еще улыбалась, ее брови сошлись вместе. Стелла прямолинейно заявила: - Я хочу, чтобы ты присоединилась к журналу в качестве главного редактора. Ты будешь лишь на одну ступеньку ниже меня и будешь контролировать и управлять всем редакционным контентом. И теперь Энди, наконец, действительно начала понимать. Ей предлагали работу. Вот ради чего был весь этот обед: не просто встреча старых друзей, а деловая встреча. Стелла хотела, чтобы она... она... работала на нее. Вернее работала с ней. - Т-ты хочешь, чтобы я работала в журнале? - Стелла кивнула. - Но я... я... я имею в виду, я писатель, а не редактор. И занимаюсь фрилансом. Я ничего не редактировала уже много лет. - И что? - просто спросила Стелла, обрывая её бессвязную речь. - У тебя, очевидно, есть опыт, а что может быть лучше, чем получить еще больше опыта, а? - Но... - Энди запнулась, даже не уверенная, что она хотела сказать. К счастью, Стелла прервала ее, приняв очень деловой вид, который она никогда не использовала с Энди. - Энди, у тебя настоящий талант. Я наблюдала за тобой последние десять лет, и ты великолепна в том, что делаешь. Я не сомневаюсь, что ты идеально подойдешь для этой работы. - После паузы она добавила: - И в будущем, когда я наконец выйду на пенсию и если все пойдет хорошо... кто знает? - Она развела руки в стороны. - Ты могла бы заменить меня. Андреа Сакс, главный редактор. Энди видела, как эти слова отпечатались у нее на сетчатке, и ее сердце забилось быстрее, но ее неуверенность, должно быть, также была написана на лице, потому что Стелла кивнула: - Если ты беспокоишься о Миранде, не волнуйся. Новый журнал никоим образом не будет конкурировать с "Подиумом". Она не беспокоилась об этом, но теперь, когда была упомянута Миранда, она кое-что вспомнила. - Ты хочешь, чтобы я работала на тебя... в Лос-Анджелесе? - Еще один кивок. - То есть... мне придется переехать в Лос-Анджелес? - Улыбка. - Н-но, Стелла, я живу здесь. Вся моя жизнь здесь. Моя работа... - Ты фрилансер. Я же могу предложить тебе кое-что получше, - пожала она плечами. - Моя книга... - Может быть написана где угодно. - И Миранда... - Это важное решение, - спокойно сказала Стелла и даже успокаивающе похлопала Энди по руке. - Ты не обязана отвечать мне сразу, очевидно, что нужно многое обдумать. Поразмышляй несколько дней, поговори с Мирандой. Прежде чем Энди успела отреагировать, официант вернулся с двумя исходящими ароматами тарелками. Стелла не сводила глаз с Энди, а Энди больше не чувствовала голода. Стелла взяла вилку и нож и улыбнулась. - Только не размышляй слишком долго.

___________

К тому времени, когда Энди вошла в парадную дверь своего дома, ее ноги болели, и спина ныла от целого дня беготни по городу, в поисках информации для будущей статьи, ну и для книги. О, и, конечно же, встреча за обедом со Стеллой Шелтон. Она развесила одежду в шкафу. Все, что она хотела сделать прямо сейчас, это съесть то, что заняло бы меньше всего времени на приготовление, принять горячий душ и забраться в постель. Прежде чем она успела сделать что-либо из этого, огромный, покрытый рыжеватой шерстью сенбернар бросился к ней вниз по лестнице. - Привет, красотка, - проворковала Энди, наклоняясь, чтобы поцеловать пушистый лоб и почесать за ушами, как собаке очень нравилось. Бернадетт, преемница Патриции, как Энди любила называть ее, несмотря на недовольство Миранды, с готовностью подставила брюхо и придвинулась ближе, пуская слюни на брюки Энди от Ральфа Лорена. - О, Берни! - запротестовала она, используя прозвище, которое сердило Миранду еще больше. Огромными влажными глазами Бернадетт посмотрела на нее, совершенно не понимая, что не так то. Последовав за ней на кухню, она устроилась на полу, а Энди открыла холодильник и обнаружила, к своему несказанному удовольствию, приготовленный контейнер с чем-то вкусным, который ей оставалось только поставить в микроволновую печь. Она ждала, пока еда разогреется, и ее желудок заурчал достаточно громко, чтобы привлечь внимание Бернадетт и напомнить Энди, что она ничего не ела с самого обеда, а это было много часов назад. Съев свой поздний ужин, она направилась обратно в коридор и посмотрела на лестницу, размышляя, стоит ли забрать из сумки ноутбук. Мгновение спустя она отбросила эту идею, зная, что, вероятно, отключится еще до того, как ее голова коснется подушки. После расслабляющего душа и полной процедуры по уходу за лицом она наконец-то, наконец-то, устроилась на уютных простынях, придвинувшись ближе к теплому телу на другой стороне кровати. - Ммм, - сонно промурлыкала Миранда, ее голос был хриплым ото сна, и положила руку на живот Энди. - Который сейчас час? - Почти полпервого. Извини, что не смогла прийти на ужин, это был сумасшедший день. - Раньше, когда она работала штатным репортером в газете и зачастую приходила домой за полночь, Миранда не ложилась спать и ждала ее возвращения. В наши дни, хотя она все еще пребывала на вершине и зачастую обладала большей выносливостью, чем Энди, ее возраст, тем не менее, начинал давать о себе знать. Иногда она практически засыпала в кресле, просматривая Книгу, заставляя свои глаза оставаться открытыми, а голову держать прямо. - О чем вы говорили со Стеллой? - спросила она, звуча теперь немного более бодро, хотя ее глаза все еще были закрыты. Энди смутилась, вспомнив подробности своей встречи за обедом. Разумеется, Миранда была заинтригована, учитывая, что старая подруга не сочла нужным сообщить ей о своем визите в город, пригласив одну лишь Андреа на обед. - Эм... много о чем, - ответила Энди, глядя в потолок. Она решила, что рассказ Миранде о предложении Стеллы может подождать до рассвета, особенно когда они обе слишком устали, чтобы вести разговор. Миранда, возможно, понимая то же самое, не стала настаивать. Вместо этого Энди почувствовала, как рука, лежащая на ее животе, шевельнулась, а затем оказалась в ее пижамных штанах. - О, - прошептала она. С другой стороны, возможно, она все-таки не так уж и устала. Миранда медленно терла ее через трусики, возбуждая до тех пор, пока Энди не прижалась к ее руке, а ее ноги не раздвинулись шире. Это было приятно. Даже здорово. Как давно это было... на прошлой неделе, когда они пошли за морепродуктами, и Миранда надела то синее платье, которое... - О, - простонала Энди, когда Миранда просунула пальцы под хлопчатобумажный материал, наткнувшись на её влажность, и ее мозг отключился. Тяжело дыша через нос, она посмотрела вниз и увидела, что Миранда смотрит на нее снизу вверх, ее глаза заметно мерцали даже в темноте. Скользнув вверх по телу Энди, она крепко поцеловала молодую женщину в губы, а ее пальцы скользнули внутрь. Когда Энди кончила, это был не самый лучший оргазм, который когда-либо дарила ей Миранда, но это было именно то освобождение, в котором она нуждалась после тяжелого дня, и она постепенно расслабилась, удовлетворенная и благодарная. - Еще? - пробормотала Миранда, продолжая нежно поглаживать ее. - Все хорошо, - сыто вздохнула Энди. - Ты? - В другой раз, - ответила Миранда и поцеловала ее в подбородок, прежде чем снова лечь рядом с ней. Однако сон избегал Энди, и даже когда дыхание Миранды выровнялось и замедлилось, она обнаружила, что все еще не спит, а смотрит в потолок. Размышляя о предложении Стеллы. Стелла Шелтон предлагала ей мир на блюдечке с голубой каемочкой – мечту. Стремления Энди никогда не ограничивались редактированием, но она была в издательском бизнесе довольно давно (по общему признанию), конечно, не так долго, как Стелла или Миранда, если уж на то пошло, но она тоже продвигалась по корпоративной лестнице достаточно долго, чтобы завоевать определенную репутацию и получать интересные предложения как журналист-фрилансер от лучших журналов по всей стране. И теперь она была готова к следующему шагу. Она хотела большего. Она могла бы справиться с этой работой, она знала, что сможет. Она всегда быстро училась и, проведя десять лет рядом с Мирандой, чувствовала, что училась у лучших. И когда-то давно она была главным редактором газеты своего университета, а это не шутка. Кроме того, Стелла верила, что справится с этой работой, и кто она такая, чтобы спорить с самой Стеллой Шелтон? Это была невероятная возможность. Это могло бы поднять ее на самый верх, дать ей такую же, или похожую, репутацию, как у Миранды и Стеллы, а с именем последней успех был гарантирован, как для нового журнала, так и лично для нее. Это было безумно и невероятно, и... невозможно. Потому что у этой работы мечты была одна загвоздка: работать предстояло на другом конце страны. Энди жила в Нью-Йорке. С Мирандой. У которой был «Подиум». «Подиум» был ее ребенком. Энди знала это с самого начала, даже еще до того, как у них с Мирандой завязались романтические отношения. Она знала, что отношения с Мирандой означали, что почти всегда работа для редактора будет на первом месте. По общему признанию, в последние годы Миранда приложила усилия, чтобы освободить больше времени для личной жизни, и нашла оптимальный баланс между домом и работой, что способствовало тому, что она больше не была вечно озлобленной и несчастной. Или, возможно, все было наоборот: ее новообретенная любовь и радость в её жизни заставляли ее меньше беспокоиться о своей работе. Их отношения были предметом зависти даже у желтой прессы. Но Миранда по-прежнему была очень предана своей работе, так же сильно, как и Энди. И Энди не возражала, она никогда не пыталась соревноваться с журналом за первенство в жизни Миранды. Она прекрасно понимала, что они оба занимают отдельные места в жизни Миранды. И если, если вдруг Энди согласится на эту работу, то, что будет делать Миранда? Чего бы она хотела от Миранды? Она не могла переехать на другой конец страны одна, она не могла представить отношения на расстоянии, которые держались бы на плаву благодаря телефонным звонкам и случайным визитам, и о разрыве определенно не могло быть и речи. Но Миранда последовала бы за ней в Лос-Анджелес, это означало бы для нее отказаться от «Подиума», уйти от всего, что она построила, от всего, что она любила, от всего, что было ею. И Энди не могла заставить ее сделать это. Миранда не просто любила свою работу, она наслаждалась ею, и в жизни было не так уж много вещей, от которых она получала подлинное, неподдельное удовольствие. То, как она говорила о моде, то, как она смотрела на только что напечатанный номер или прикасалась к предмету от кутюр, все это формировало и сформировало ее задолго до того, как Энди появилась в ее жизни. Энди смогла бы жить, не будучи редактором, ей достаточно было бы просто писать, как и раньше. Миранда же не могла жить без своего журнала. Это лишило бы ее жизни, погасило бы огонь, который постоянно горел внутри нее. Она будет все больше обижаться на Энди, а Энди, в свою очередь, будет злиться на себя за то, что заставила ее сделать выбор. Разве не так поступали два предыдущих супруга Миранды? Заставляли ее делать выбор? В конце концов, Миранда всегда выбирала «Подиум». Было уже очень поздно, она устала, сейчас не время принимать решения, так что следует поговорить с Мирандой утром. При свете дня всё будет казаться проще, всё будет иметь больше смысла... и тогда Миранде пришлось бы сделать выбор. И Энди вернулась мыслями к началу. Возможно, подумала она, было бы лучше вообще ничего не говорить Миранде и не ставить ее перед этой дилеммой. В полпервого ночи это казалось лучшим решением. Но на минуту она попыталась представить их жизнь в Лос-Анджелесе, если она примет предложение Стеллы, а Миранда согласится переехать. Они могли бы снять дом поближе к пляжу, конечно, не настоящий пляжный домик, в котором повсюду будет песок, но всё равно достаточно близко, чтобы иметь возможность выглянуть из окна своей спальни и увидеть бесконечный синий океан, или сидеть в гостиной и любоваться закатом. Они ходили бы гулять по пляжу в свободное время и наслаждались бы обилием солнечного света. И у них, наконец, будет дом, который будет принадлежать только им, в отличие от таунхауса, который оба бывших мужа Миранды когда-то называли своим домом. Все это выглядело гораздо привлекательнее, чем просто идея о работе мечты. Это была чудесная фантазия, которая могла осуществиться после одного телефонного звонка. Перекатившись на бок, Энди закрыла глаза, уже зная, что ответит Стелле.