Of Caffeine Addictions and Nail Polish

Сириус стоял за прилавком, листая Instagram на своем телефоне. Он улыбнулся новой фотографии Гарри, которую загрузил Джеймс. Это была картинка, на которой они вдвоем играли в футбол. Гарри был точной копией Джеймса, с его смуглой кожей, яркой улыбкой, растрепанными черными волосами и ужасным зрением. Единственными отличиями были зеленые глаза, которые он унаследовал от своей матери, и шрам странной формы на лбу от несчастной автомобильной аварии, в которую они попали, когда ему был год. Сириус часто говорил, что это похоже на удар молнии, на что Лили закатывала глаза. Утро выдалось скучным. Было только десять, и магазин был пуст после обычной утренней суеты. Кафе и пекарня «Мародеры» были тем, чем они с Джеймсом начали заниматься сразу после школы. После окончания Хогвартса, частной школы-интерната, которую он посещал вместе с Джеймсом, он решил, что университет не для него. Джеймс получал футбольную стипендию, а Сириус выживал только из-за своего творчества и наследства дяди Альфарда. Однажды после готовки с мамой Джеймс отметил, что мог бы зарабатывать много денег на своей выпечке, и таким образом у них с Сириусом родилось детище. Они оба вложили в него равную сумму денег, причем Сириус фактически взял на себя управление кафе, а Джеймс помогал с деньгами и книгами, ведь он все еще посещал университет. Они наконец открылись на третьем курсе Джеймса. Это также был год, когда ему наконец удалось уговорить Лили Эванс пойти с ним на свидание. Сириус слышал о ней постоянно с первого курса, тогда Джеймс встретил ее в кампусе. Он очнулся от оцепенения, когда кто-то вошел в дверь. — Привет, Сириус, спасибо, что позволил мне прийти позднее, мне пришлось отвезти Невилла к врачу утром, он сильно кашлял. Ее темно-каштановые волосы были заплетены в обычную косу, а веснушчатое лицо раскраснелось; вероятно, от того, что она бегала все утро. Он пожал плечами. — Нет проблем, Алиса, я хорошо справился. Как Невилл? — Просто простудился. Через несколько дней он будет в порядке. Сириус улыбнулся. — Хорошо, нельзя допустить, чтобы он пропустил вечеринку по случаю их с Гарри дня рождения на следующей неделе. Поскольку Гарри и Невилл родились с разницей всего в один день, Джеймс, Лили, Фрэнк и Алиса решили устроить им совместную вечеринку в этом году в честь их пятого дня рождения. Сириус не мог дождаться. Ему ужасно нравилось баловать своего крестника. Завязав фартук, Алиса прижалась бедром к его боку. — Так что насчет любви всей твоей жизни? Он приходил сегодня утром? Сириус покраснел. — Увы, моя единственная любовь не удостоила меня своим присутствием этим утром. Обычно он приходит в течение всей недели. Он, вероятно, занят. Лили сказала, что он и мать его сына придут на вечеринку вместе. Наверное, мне следует двигаться дальше. Алиса ухмыльнулась. — Конечно, Сириус. Это не значит, что ты перестанешь постоянно рассказываешь мне о том, как мило он выглядит в своих джемперах, или как он улыбался тебе, когда ты принимал его заказ, или о том, как хорошо выглядела его задница на прошлой неделе в тех штанах, которые он надел. Сириус надулся. — Просто я считаю, что он в хорошей форме. Это не значит, что тебе следует планировать свадьбу в ближайшее время. Он придет с кем-то на вечеринку, возможно, со своей женой. Она пожала плечами. — Ну, ты не узнаешь, пока не спросишь. Я наконец-то пригласила Фрэнка после четырех лет простого флирта, и посмотри, где мы сейчас. Он скрестил руки на груди. — Для меня неприлично приглашать клиента на свидание. Алиса громко рассмеялась. — Ты Сириус Блэк, с каких это пор ты приличен? Ты пригласил профессора МакГонагалл на Святочный бал, когда нам было по шестнадцать, и приглашал Дамблдора по крайней мере раз в год. Их прервала вошедшая женщина. Сириус терпеливо ждал, пока она просматривала меню, и сохранял улыбку на лице даже когда она неодобрительно смотрела на его подводку для глаз и накрашенные ногти. Она быстро пробормотала свой заказ и отошла в сторону, пока Алиса готовила латте. Сириуса спасло от неловкого переминания с ноги на ногу еще больше людей, вошедших в кафе. Его глаза расширились при виде любви всей его жизни. Он вошел с улыбкой на лице, одетый в легкий кардиган, обтягивающий его бицепсы, и брюки, о которых он рассказывал Алисе. Но что еще более важно — он держал за руку маленького ребенка, который был его точной копией. Сириус быстро собрался с мыслями, когда Ремус подошел к стойке. Прежде чем кто-либо из них успел что-то сказать, женщина неодобрительно посмотрела на Ремуса, забирая у Алисы свой кофе. Она просто оглядела их обоих с ног до головы и нахмурилась. — Тебе должно быть стыдно за себя, что ты позволяешь сыну носить юбку. Ремус прищурился, глядя на нее, и спокойно ответил. — А почему мне должно быть стыдно? Она ответила: — Ну, он неправильно поймет и подумает, что приличным мужчинам нормально носить юбки. Сириус и Алиса могли только смотреть на то, как Ремус повысил голос. — А почему бы и нет? Потому что он не соответствует Вашему определению того, как должен выглядеть мальчик? — Ремус саркастически продолжил, — Ну, я полагаю, изменять что-то поздно, он просто обязан быть яростным дегенератом, учитывая, что у него бисексуальные отец и мать. Именно тогда Сириус, наконец, вернулся в реальность. — Мисс, мне придется попросить вас уйти. Мы не позволяем людям беспокоить наших клиентов. Она посмотрела на него с огнем в глазах. — Ну, ты такой же ужасный, как и они, с твоим макияжем и лаком для ногтей. Это не подходит ни для мужчин, ни для работы. Где ваш менеджер? Сириус прищурился. — Вы разговариваете с ним. Так уж случилось, что по совместительству я являюсь владельцем этого заведения. И если Вы не выйдете, мне придется позвонить властям. В ответ женщина развернулась на каблуках и вышла, бормоча что-то о «геях» и о том, как они разрушают «традиционные семейные ценности». Сириус повернулся к Ремусу. — Я сожалею об этом. Мне следовало вмешаться раньше. Ремус покачал головой. — Нет, все в порядке, я не должен был так сильно злиться. Маленький мальчик потянул Ремуса за руку. — Папа, почему даме не понравилась моя юбка? Ремус наклонился, чтобы быть на одном уровне с сыном. — Потому что она такая же, как те злые люди, с которыми тебе приходилось иметь дело в школе. Она просто не понимает тебя. Но это нормально, потому что ты можешь быть тем, кем хочешь. Мальчик улыбнулся своему отцу. — Я знаю, а теперь можно горячий шоколад? Ремус улыбнулся в ответ. — Конечно, Тедди. Сириус воспринял это как сигнал к выполнению своей работы. — А как насчет тебя, Ремус? Обычный кофе со льдом? Ремус кивнул в ответ. — Да, и шоколадное печенье. Сириус ответил. — Сейчас будет. Как у тебя дела, Тедди? Тедди одарил его широкой улыбкой. — Хорошо! Я получил сто баллов за тест по правописанию. И мне нравится ваш лак, он такой блестящий. Сириус улыбнулся. — Что ж, поздравляю, Тедди, и спасибо, а мне нравится твоя юбка, она очень красивая. Тедди покраснел. — Я знаю! И это так забавно носить. Я не могу сделать вот это в штанах. Он покрутился, чтобы показать свою юбку. Ремус мягко остановил своего сына, пока у него не закружилась голова. — Почему бы тебе не пойти и сесть, Тедди? Я подойду, как только наши напитки будут готовы. Тедди кивнул и побежал к ближайшему столику. Сириус выпрямился, и Ремус снова обратил к нему свои медовые глаза. — Мне жаль, что так произошло. Сириус покачал головой, когда Ремус попытался вручить ему деньги. — Нет, прости. И не беспокойся об этом. Сегодня за счет заведения. Я положил в пакет два печенья, на случай, если ты захочешь оставить одно на потом. Ремус покраснел. — Правда, не стоит. Сириус пожал плечами. — Нет, я настаиваю. Тедди не должен иметь дело с такими людьми в столь юном возрасте. Так получилось, что мне очень нравится его юбка. Кроме того, он получил сто баллов за тест по правописанию, я думаю, он это заслужил. Ремус рассмеялся, забирая напитки у Алисы. — Спасибо. Я ценю это. Но мне лучше уйти. Мы обещали его маме, что встретимся с ней в зоопарке. — Нет проблем. Приходите ещё! Как только они вышли за дверь, Алиса хихикнула. — Ты покраснел. Сириус надулся. — Нет. Она ткнула его в щеку. — Ты влюблен. — Мне двадцать семь лет. У меня нет никаких влюбленностей. — Ну, я тебя не виню. Он хорош собой, а его сын просто очаровашка. Уверена, что вы скоро увидитесь. — Ну да, он будет на вечеринке в субботу. Она пожала плечами. — Что ж, возможно, ты встретишь его раньше. Он поднял бровь. — Почему ты так говоришь? Она усмехнулась. — Потому что я могла или нет написать твой номер на его стаканчике. Сириус уставился на нее широко раскрытыми глазами, разинув рот, как рыба. Наконец ему удалось ответить. — Ты… что? Алиса просто улыбнулась. — Не за что, ты же не собирался сделать это сам. Сириус закрыл лицо руками. — О боже, он подумает, что я подонок. Что, если он теперь не вернется? Он быстро вытащил свой телефон и еще раз оглядел себя, продолжая. — О, Мерлин, я выгляжу ужасно. Почему ты не сказала мне, что я выгляжу как потерпевший аварию поезд? Его подводка была немного размазана, а пучок растрепан из-за того, что ему пришлось работать в утренней спешке одному. Еще он был одет в свои джинсы для рисования, потому что его обычные черные джинсы, которые он носил на работу, были грязными, и у него не было времени постирать. Он действительно выглядел ужасно. Алиса закатила глаза. — Успокойся, самое ужасное, что может произойти — он просто тебе не позвонит. Но я знаю, что он это сделает. Просто подожди. Он правда может стать любовью всей твоей жизни. Никогда не знаешь наверняка. Она заправила выбившуюся прядь волос ему за ухо и ухмыльнулась. — Любимый, ты прекрасно выглядишь. Восхитительно, как всегда. Сириус покачал головой и рассмеялся. — Знаешь, я мог бы тебя уволить. Алиса быстро поцеловала его в щеку. — Сириус, любимый, ты и дня не протянешь без меня. Блэк улыбнулся. — Я знаю. Она скрестила руки на груди. — Теперь скажи мне, чего ты на самом деле боишься? Сириус Блэк, которого я знаю, и глазом бы не моргнул, чтобы пригласить кого-то на свидание. Он пожал плечами. — Я не знаю. Просто это ощущается по-другому. Глупо, я даже не знаю его, но чувствую себя по-другому. Может быть, это потому, что Лили постоянно бредит о том, какой он отличный парень. И вдруг ему не понравится, что я асексуален? Алиса шагнула вперед. — Если нет, то он, очевидно, не тот парень, который тебе нужен. Разве я не всегда права в таких вещах? Сириус тихо усмехнулся. — Ты права. Она закатила глаза и рассмеялась — Думаешь? Кто был тем, кто сказал Лили, что Джеймс — идеальный парень для нее? Я. И теперь они счастливы в браке. Кто тот, кто свел Доркас с ее женихом? Я. И кто был тем, кто в конце концов пригласил Фрэнка на свидание, потому что я знала, что он будет слишком нервничать, чтобы сделать это сам? Я. Просто прими это, любимый, у меня наметанный глаз на такое. Сириус кивнул в знак согласия, зная, что она была права. У Алисы правда был наметан глаз на любовь. Он притянул ее к себе, быстро обнял и поцеловал в лоб, прошептав. — Не говори Джеймсу, но ты моя любимая из всей компании. Она засмеялась и отмахнулась от него. — Ты всем это говоришь. Он хихикнул. — Но это правда! Вы все мои любимые. — Я поверю тебе на слово. А теперь иди и прими заказ клиента. Мы можем побеспокоиться о твоей личной жизни позже.