Самый страшный порок

...и трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. Михаил Булгаков «Мастер и Маргарита» 3 to 1 you don't need a gun to shoot me. Monoir & Eneli

Мягкий свет лампы разливается по просто, но со вкусом обставленной комнате. На столе перед детективом Уильямом Сомерсетом разложено несколько тетрадей в одинаковых твёрдых обложках. Заснуть после наполненного ужасными событиями дня всё равно не удастся. Миллз арестован. Трейси убита. Но отомщена. «Хотя отомщена ли? Он ведь этого и хотел... Он». Вернувшись в город, Сомерсет сразу поехал в квартиру Доу, предварительно получив разрешение у начальства взять для изучения несколько тетрадей-дневников убийцы. На самом деле, детектива интересовала лишь одна тетрадь. Он и сам не понимал собственной уверенности в том, что интересующие его записи будут именно в одной тетради, а не «разбросаны» по всем дневникам маньяка. Уверенность не подвела. Взяв для вида ещё несколько попавшихся под руку тетрадей, Сомерсет поспешил домой... Мужчина скользит взглядом по ровным строкам дневника, отпивая обжигающий кофе из большой кружки. «Как я мог не узнать сразу? Вот же завиток у прописной "y"... А вот заглавная "Т". Ни у кого больше такого написания не видел. Да и мыслей таких... Я обязан был узнать!» Внешне детектив Сомерсет выглядит привычно собранным и спокойным, но в душе у него сейчас царит ужас. Ужас этот зародился в душе детектива ещё в начале недели, в момент, когда он понял, что убийства — это проповедь, когда ему открылось, что убийца — не просто фанатик, а интеллектуал. Будто бы знакомый интеллектуал. Они с детективом Миллзом нашли Джона Доу по списку книг, которые тот брал в библиотеке, но (Сомерсет понял это только этим проклятым вечером) — все произведения были известны маньяку задолго до начала «проповеди». Потому что он, Сомерсет, познакомил «Доу» со многими из них. Сомерсет снимает очки и задумчиво смотрит куда-то поверх стола. «Как давно это было?»