Mamma Mia!

Роберт успел позвонить мне несколько раз до приезда Дамиано и его группы. Разумеется, я не брала трубку, даже занесла телефон актера в черный список, чтобы он меня не доставал. Для себя я решила, что хватит общения с этим человеком. Лезет куда не надо, еще и надоедливый как муха. Надоел. Зато, когда прилетел Дамиано, мне не пришлось его уговаривать находить время для нас, чтобы побыть вдвоем, без всех. Он сам заезжал за мной после примерок и репетиций, находил новые и действительно интересные места, где нас почти никто не видел, вывозил меня за пределы города и даже познакомил с несколькими по-настоящему хорошими людьми, с которыми он встретился по работе. В общем, стал подозрительно активным. Я списала это на волнение из-за тех заголовков с Дауни, чтобы я с ним больше не встречалась, Давид занимал все мое свободное время. Во всяком случае, так мне казалось. Другого объяснения мне не удалось найти, а напрямую спрашивать не решилась. Зная эмоциональность моего итальянца, лучше его не дергать по таким вопросам. Мы часто вместе, и это главное. Дженис просила выступить группу на ее части показа, чтобы переплюнуть тех самых ангелов, от которых сходил с ума почти весь мир. Музыканты должны будут подняться на «сцену» первыми, а мы с Дамиано открыть этот вечер, выйдя вместе на подиум, где мой артист останется петь, пока модели будут демонстрировать коллекцию. Мне же придется выйти три раза. Вместе с Дами, в середине показа, и закрыть его с Дженис. Группа споет три песни, уложившись в стандартные 15 минут, которые отводятся для показа одного бренда. Сложного ничего, но волнения много. Я впервые буду демонстрировать сразу три образа одной коллекции. — Вау! Почему ты не говорила, что будешь выглядеть так роскошно? — Давид оперся руками в спинку стула, на котором меня гримировали — Хм, — я нахмурилась, — Хочешь, и из тебя конфету сделаем? Или вас опять, Виктория красит? — Нет, ведьма Дженис, — певец хихикнул вспомнив, что именно так ее прозвали на шоу о моделях, которое я смотрела с завидным постоянством в подростковом возрасте, — Просила, чтобы все были в одном стиле. — Что ж, — я оценивающе посмотрела на него в зеркало, чтобы не поворачиваться, — Тогда мне не будет за тебя стыдно, — я показала язык — Ведьма Дженис тебя укусила?! — Давид сделал испуганное лицо, — Надо исправить это и вернуть мою Микелу, пока она не улетела на своей новой метле! — парень наклонился и слегка прикусил мое ухо, издавая забавный, точнее злобный рык, заставляя меня трястись от смеха — Ясельная группа, вот вы где! — раздался голос, от которого я вздрогнула — Роберт! — мой муж засиял от радости, а я не могла понять, от чего мое сердце так сильно забилось, — Вы пришли! Спасибо, что нашли время! — Моя любимая дива! — Дауни обнял Дамиано, подмигнув мне, пока тот не видит, — Сто раз просил перейти на «ты»! Вон, невеста твоя все время в меня тыкает! Ciao bella! — Вау! Хорошее произношение! — певец улыбнулся — В этих двух словах нет ничего сложного, — равнодушно произнесла я, пока стилист красила мне накладные ресницы вторым слоем туши — Она всегда нервничает перед показами, не обращайте, — Дамиано сделал паузу, — Не обращай внимание, Роберт. — Молодец, парень! Исправляешься. Ну что, я буду в первом ряду! Если эта звезда вечера пошлет воздушный поцелуй, приглашу вашу семейку, и тех троих из группы на праздничный ужин в мой дом! — Дауни натянул фирменную улыбку — Поцелуи посылают мужьям или на крайний случай, парням. Ты, Роберт, — я повернулась к нему, — Никто из них. — Микела, — довольно строго произнес Давид — Да, римлянин? — Sii educato! (Будь вежливой!) — Con lui?! Forse devo ancora baciarlo?! (Может, мне еще и поцеловать его?!) — фыркнула я, на что певец поджал губы — Простите, Роберт. — Все в порядке, я к ней привык, — Дауни продолжал улыбаться, — Просто, она очень ревнивая и ее раздражает, когда между вами появляется кто-то третий. Что ж, тогда без воздушных поцелуев, приглашаю после всех этих мероприятий к себе! — Спасибо! Мы, — Дамиано приобнял меня, когда я поднялась, — С радостью приедем. — Отлично! Пойду займу свое место. Микела, удачи! — Ага. Дамиано и группу отвели на интервью, а мне осталось только обуться. В гримерной творился хаос. Все бегали, шумели, плюс несколько каналов вели запись и мешали своими камерами, создавая дополнительные препятствия при перемещении. В целом, это был нормальный рабочий процесс, к которому я привыкла за последние несколько лет, но что-то меня волновало больше обычного. Что именно, объяснить я не могла, поэтому постаралась думать о хорошем. Все-таки, я сегодня пройду по подиуму за руку и с любимым мужчиной, и с женщиной, которая вдохновила меня на выбор профессии. Итан, Томас и Виктория вышли на подиум первыми, заставив зал оживиться. Сомневаюсь, что сидящие гости знакомы с группой, но судя по аплодисментам, принимать их будут тепло. Дамиано взял меня за руку и повел за ними. Зал даже немного закричал. Пряча свое волнение за «лицом модели в образе», я прошла почти всю дорожку, и на обратном пути увидела папу. Он сидел среди других гостей и довольно радостно смотрел на меня. Охраны рядом видно не было. Я с огромным трудом заставила себя не реагировать на него, но было безумно приятно видеть папу на таком важном показе. Мой второй выход видоизменил Дамиано. Он нагло перехватил меня за талию, притянул к себе и поцеловал во время проигрыша одной из песен. Понятия не имею, как ему это удалось, но почему-то все гости начали улыбаться и аплодировать. Остается надеяться, что Дженис не будет сильно ругаться, так как это не было частью плана показа ее коллекции. Музыка, яркие огни направленные на подиум, огромное количество камер транслирующих показ, интересная коллекция, знаменитые гости и… Слишком неожиданно вся эта атмосфера превратилась в страшную сцену из боевика. Мы с Дженис не успели дойти до середины подиума, как в зал ворвались люди в масках и с оружием. Неподготовленные гости стали кричать, и в панике, носиться по помещению, мне удалось быстро спуститься с подиума, чтобы привлекать к себе меньше внимания. Пришли за мной и папой. Я слышала, как Дамиано искал меня, и слышала тревогу в его голосе. Толпа мешала мне увидеть его, хоть как-то приблизиться, понять, в какой стороне искать мужа. Первые выстрелы прозвучали оглушительно громко и близко, поднимая общую истерику на новый уровень. Дамиано и Роберт появившиеся из ниоткуда, прикрывая меня собой, попытались отбежать в сторону гримерной, но меня волновало то, что в зале сидел мой отец. Эти двое могли его не увидеть, а я уже потеряла его из поля зрения. Где Алессандро, где охрана в конце концов?! — Папа! — Микела, не дергайся и не кричи! — шикнул Дауни — Иди к черту! Где мой отец! Папа! — я снова попыталась вырваться, но мое лицо оказалось в чьих-то руках — Микела, милая, успокойся, — Давид, в глазах которого был страх, старался говорить максимально нежно, спокойно и мягко, — Нам нужно вывести тебя, пока есть хоть один шанс на это! За доном присмотрят, поверь мне! — Дами, там никого не было! Никого! Никакой охраны! — Микки, нам нужно идти! — Я не пойду без него! Он там один! — кажется, на меня напала истерика, и остановить ее сама, я была не в состоянии, — Он не справится там один! — снова послышались выстрелы, от которых меня затрясло еще сильне — Микки, вперед! — уверенно произнес мой итальянец — Нет! — крикнула я, когда услышала новый выстрел, — Дами, он же там один, — мои ноги подкосились, но Давид успел поднять меня на руки — Все, так даже лучше, что ты идти не можешь. Роберт, идем через черный выход, откуда нас заводили сюда! — Идите, я догоню! — Дауни о чем-то задумался — Ты не понимаешь, к чему могут привести секундные застои! — Дамиано повысил голос — Выводи Микелу, я за ее папашей! — Что?! — Уноси свою жену! Ее же искали! — он протянул какие-то ключи певцу, — В мою машину, живо! Я попробую его привести, или хотя бы, посмотреть, что с ним. — Дами! — я все еще тряслась от страха и слез — Уноси ее отсюда, пока ей хуже не стало! Не знаю как, но нам удалось выбраться через другой выход, как раз на парковку. Моментально, нас окружила толпа полицейских и людей с камерами. Дамиано игнорировал все вопросы, молча и не скрывая отвращения к поведению журналистов, расталкивал их локтями, пытаясь найти машину Дауни. — Ты не ранен? — я крепко обняла мужа, когда он помог мне сесть на заднее сидение — Нет, — он тяжело выдохнул, сильнее прижимая меня к себе, — Я так испугался за тебя… — А я за тебя, потом вспомнила, что папа здесь и… Я просто «потерялась» в этом хаосе. — Все будет хорошо, обещаю. — Дами? — М? — парень, наконец, выпустил меня из объятий — Я хочу домой. Нас находят даже здесь, это все бесполезно! Наш план переехать в другое… — Сейчас весь мир знает где мы. При переезде никому не скажем. Сможем сбежать туда, куда захочешь. — Почему там охрана не работала? — я шмыгнула носом, — Где Алессандро? — Я не видел его, но уверен, он где-то рядом с доном, раз не с нами. — Дами, а где группа? Где все? Где они?! — меня накрыла новая волна паники — Это хороший вопрос, — Давид нахмурился, — Я не смотрел на них, искал тебя, — он полез за телефоном в карман — Хорошая привычка брать его на сцену. Только сейчас я на тебя не злюсь из-за нее… — Ты точно не ранена? — певец приложил гаджет к уху — Не знаю. Вроде нет. Не чувствую… — Хорошо… — Гудки идут? — Да, — он кивнул — Из-за меня и папы досталось всем, — я зажмурилась, пытаясь подавить новый поток слез — Ты не виновата, — Давид поцеловал меня в щеку и свободной рукой притянул к себе, — Итан! Итан! — он резко выпрямился, — Вы в порядке?! Где вы?! — парень рассеянно бегал глазами по машине, — Да. Хорошо. Нет. Роберт дал нам с Микелой свою машину, мы в ней, сам пошел за доном. Мы их ждем, не уезжаем. Хорошо, в отеле, как только сможем. Дамиано сбросил вызов и сильно зажмурился, задержав дыхание. Я услышала, что с группой все в порядке, как и с членами всей их команды. Это немного успокаивало. Я спрятала лицо на груди Давида и постаралась расслабиться. — Мы стареем? — с издевкой спросил муж — Что? — я подняла голову — Ты никогда не устраивала таких истерик в подобных ситуациях. Напротив, всегда была сдержанна и последовательна. И я был спокойней, видя твою «сталь». — Я испугалась за тебя и за папу. При наличии такой охраны, еще и стольких камер ведущих прямой эфир, не ожидаешь увидеть лишних гостей… — Не бойся. Я же рядом, — на несколько секунд мой муж замолчал, но после запел, — Sarò il fuoco ed il freddo Riparo d'inverno Sarò ciò che respiri Capirò cosa hai dentro E sarò l'acqua da bere Il significato del bene Sarò anche un soldato O la luce di sera E in cambio non chiedo niente Soltanto un sorriso Ogni tua piccola lacrima è oceano sopra al mio viso E in cambio non chiedo niente Solo un po' di tempo Sarò vessillo, scudo O la tua spada d'argento… * — А Коралина все ревет и ревет, — вздохнула я — Говорю же, стареем. — Дами! Мне двадцать! Я лично не старею! — я аккуратно стукнула его по животу — Рад, что ты оживилась, — легкий поцелуй в губы вызвал мою улыбку, помогая понять, что я отошла, — Пара минут спокойствия и Микела Давид как новенькая! — Это все из-за Дамиано. Знаете, с ним можно не стыдиться своих мыслей и эмоций. И он принимает даже самые плохие мои стороны вместе с прошлым, — я улыбнулась — Интересно. Любит, чтоли? — певец сделал вид, что задумался — Думаю, что да. Но я тоже, люблю, — я сделала паузу, — Все его стороны. — Я ему передам, — парень подмигнул мне, — Он обрадуется. — Дами! Дами! — я схватила его за плечи и затрясла, — Дами! Смотри, папа и Роберт! Он его вывел! — Я помогу! — Дамиано вышел из машины Моя паника накатила заново, когда я увидела кровавый след от папиных шагов. В голове всплыли картинки прошлого, напрочь парализовав настоящее. Помню, что кто-то меня тряс, наверное Дами, потом какие-то огни, голоса и все. — Вы можете ехать, Роберт, — Давид закрыл дверь палаты снаружи, — Она в порядке, дон тоже. Спасибо за помощь. — Дива моя прекрасная! Не выкай на меня. И нет, я отвезу вас в отель, чтобы убедиться, что домой вы добрались без приключений. — Ты настоящий герой, — итальянец сел рядом с актером, положив руку на его плечо, — Вернуться туда за доном… — Уверен, если бы не истерика Микки, ты бы и сам побежал за ним. — В том и дело. Кто бы там не остался, я всегда буду с ней. Об остальных позаботятся другие, это проверено годами. У нас было много разных ситуаций похожих на эту, но чтобы так нагло, в прямом эфире, — певец откинулся на спинку больничного кресла, — Впервые. — Так любишь ее? — Да. — Хм, — Дауни усмехнулся, — Такие дети еще, а уже солидный багаж за спиной. — Что есть, то есть, — певец потер лицо обеими руками, — Их обоих выпустят домой через минут тридцать. — Отлично. Кстати, вы хорошо выступили. А у тебя действительно внешность модельная. Дженис предлагала контракт? — Спасибо, — актер удивился тому, как искренне парень засмущался, — Да, предлагала. Но я живу двумя вещами. Микелой и музыкой. Остальное второстепенное. — Железный! Везде о Микеле вспомнил! Она переживала по поводу новостей последних, со мной, что ты заревнуешь или разозлишься. Какие ощущения были при прочтении? — Брось. Тебе я доверяю также, как и себе. Конечно, первая реакция была шоком, но зная вас обоих, это состояние быстро прошло. — Дами? — я открыла дверь, — Поехали домой? — Микки? Еще не прошли полчаса! — строго заметил итальянец — Вообще-то, мне разрешили, — я сделала недовольное лицо — Ладно-ладно. Роберт сказал, что завезет нас о отель. — Правда? — я посмотрела на актера — Да, — он пожал плечами, — Я же ваша неофициальная нянька, — на этой фразе создал голивудскую улыбку на своем лице — Спасибо, — незаметно для себя, я подбежала к Дауни и довольно крепко обняла его, — За папу. Неизвестно, чтобы с ним было, если бы не ты. — Вау, — Роберт удивленно замер, — Эм. Да я же говорил, что с радостью вашей семейке помогу. Вот и держу слово… — Спасибо. — Я могу к дону зайти? На секунду, попрощаться и убедиться, что с ним все нормально? — американец указал на дверь — Да, конечно, — я кивнула, — Только быстро. Меня на ногах еле держит. Мне дали какие-то успокоительные, я как ватная кукла теперь. Дауни заглянул в палату, где временно лежал отец Микелы. Гордо задрав нос до самого неба, он посмотрел на дона сверху вниз, ожидая похвалы. — Отличный план, — мужчина кивнул, стоя возле зеркала, — Микела поверила, что рана настоящая. — Я же говорил, — улыбнулся довольный собой Дауни, — Меня возвели в герои, ваша дочь даже обняла. — Больше таких сцен не устраивай, — более равнодушно произнес дон, — Микела напугалась до потери сознания. Сказала, что стала вспоминать детские события. Ей не нужно возвращаться в то время. Мне пришлось долго наводить порядок в ее мыслях и повтор этого не нужен никому. Действуй мягче. — Я вас понял. Сейчас отвезу их в отель и завтра продолжу, все идет по плану, синьор Луккезе. — Отлично. Как всегда, Алессандро в твоем распоряжении, в рамках, не вредящим ее безопасности. — Супер! — Иди и не задерживай ее сейчас. Дочке нужен покой и восстановление. Дженис этой, передай благодарность и скажи, что завтра мое обещание за этот день вступит в силу, — дон протянул руку Роберту — Отлично! Спасибо! Arrivederci! — попрощался актер, пожимая руку дона в ответ