Mamma Mia!

— Микела, солнышко, как ты? — в телефоне раздался теплый голос — Ты как чувствуешь, что надо было позвонить, — я стала ходить туда-сюда по номеру — Мне показалось, что тебе хочется поговорить с ком-то, не на английском, и не с подругами. — Мам, — от волнения, я села на край кровати и зажмурилась — Люблю, когда ты так называешь меня. Я готова тебя выслушать, Микела. — Я схожу с ума, мам. Папы нет, Дами лжет, а я сделала ужасный поступок. Эта поездка забрала у меня работу и семью. Мне кажется, что весь мир против меня, мам. — Я чувствовала тоже самое в двадцать лет, моя милая. Не хочу говорить шаблонами, но поверь, через время, все наладится. Ты поделишься поступком? Что могла такая добрая и чуткая девушка, как ты, сделать ужасного? — Мам, я не могу этого рассказать… Никому, — от собственных эмоций, я сжала кулак — Можешь доверить эту тайну мне. Я твоя мать. — Мы обе знаем, что это не так. — Микела, мы также знаем, что я никогда не подводила тебя. Хоть мы с тобой и не кровные родственники, но я чувствую, что с тобой что-то происходит, — мама сделала паузу, — Я видела несколько роликов и снимков в соцсетях со съемок с сеньором Деппом. Как прошла эта работа? Дамиано тихонько приложил свою карточку к двери и плавно надавив на ручку, бесшумно зашел в номер. Грустный, но родной голос Микелы немного расслабил музыканта. Во всяком случае, она здесь. Притаившись все у той же двери, парень замер, чтобы понять, с кем она разговаривает. — Это было удивительно с одной стороны, но с другой… — Что не так? — Я все время думала о том, как отреагирует Дами. Синьор Депп потрясающий мужчина, но он чужой. — А что думаешь ты, когда Дамиано вытворяет глупости ради своей популярности? — тут же послышался упрек, — Не просто так ты решилась на развод. — Мам. — Да, солнышко? — Мам, я совершила самую страшную ошибку, — не выдержав напряжения, я сложилась пополам, спрятав лицо в коленях Дамиано выглянул из-за стены, увидев свою жену в состоянии отчаяния, хотел подойти, но силой, заставил себя стоять на месте. О какой ошибке говорила итальянка? — Проговори, расскажи, что тебя так мучает. Я понимаю, что не просто так беспокоилась, Микела. — Мам, — я выпрямилась, сделала глубокий вдох, — Поклянись, что никому не расскажешь! — Клянусь, солнышко, — мама почему-то тяжело вздохнула, как будто вокруг собралась вся родня в ожидании «новостей» — Мне казалось, что это будет ответом Дами на то, что я увидела в студии. Что это его коснется с такой же силой, как и меня! Но вышло наоборот. — Микела? — Мам, я… Синьор Депп. Мы с ним. — мне было стыдно произносить эти слова, — Мы перестали. Мам, мне противно от себя. Дамиано будто окатили ледяной водой, тут же вылили на него кипяток, а затем ударили с такой силой, что стало трудно дышать. Ему никогда не приходило в голову, что Микела, его Микки может хоть на кого-то смотреть также, как на него. Не говоря уже о чем-то большем. — Я сама напросилась к нему в номер. И я… — мне пришлось резко замолчать, говорить о Дауни совершенно не хотелось, во всяком случае, сейчас — Тебе больно от этого? Почему? — Я люблю Дамиано, мам. Мне казалось, что сеньор Депп отвлечет от всего, что произошло за это время. — Отвлек? — На то время, которое мы провели вместе, да. Но утром, когда Роберто пришел меня искать, я поняла, что совершила ошибку. Мам! Пожалуйста, не говори никому! Я не хочу, чтобы Дами узнал. Он не поймет, он отвернется и… — Микела, — мама снова тяжело вздохнула, — Ты решила развестись. Он изменил тебе. Не вини себя. Тем более, Джонни Депп, — она сделала паузу, — Это же Джонни Депп! Я не осуждаю тебя, Микела. — Да я сама себя осуждаю, мам! Мне стыдно. Мне больно. Мне противно от себя же. Мне страшно… — я услышала звук закрывающейся двери, — Кто-то пришел… — Малышка! — Давид появившийся на пороге, расставил руки в стороны, — Я вернулся! — Мам, это Дами…ано. — Слышу. — Спасибо, что позвонила. Мне это нужно было, — я смотрела на Давида, который все еще ждал моих объятий, — Мам, я наберу тебя позже. Шмыгнув носом, проведя ладонью по своим щекам, я посмотрела на парня. Уставший, явно еще не до конца поправившийся, но все такой же красивый и родной, он все еще ждал, когда я подойду к нему. — Кто тебя выпустил из больницы? — я продолжила сидеть углу кровати — Мне гораздо лучше. Пришлось подписать уйму бумаг о том, что если по пути я помру, то не буду иметь претензий к больнице, — Давид улыбнулся, — Я знал, что ты здесь одна, ждешь меня и… — Тебя ждала Виктория. Очень переживала, — я скривилась — Итан рассказал о том, как она тебя пыталась обвинить… — Ее номер на этом же этаже. Можешь идти туда. — Микки, — муж натянул улыбку и сел рядом со мной, — Ты же знаешь, что мне никто не нужен. — Ага. — Кроме тебя, — парень закатил глаза — Я не буду делать вид, что верю тебе, римлянин. Да, я благодарна тебе, что ты пытался, как мог, защитить моего отца, рисковал жизнью ради него, ради меня, но… Ты сделал мне больно, безумно больно. И эту рану не зашить так, как твои, Давид. Оправдание в виде «это было до свадьбы», для меня бессмысленно. Мы были вместе до нее, и факт измены, он есть. — Микки, это была ошибка, о которой я не признался лишь потому что не хотел делать тебе больно! — Но ты это сделал. — Милая, уверен, если бы ты оказалась на моем месте, тоже скрыла бы этот факт, чтобы не ранить меня, — он посмотрел мне в глаза так, как будто догадался о Джонни, — Миллионы людей проходят через это, но они находят в себе силы простить и идти дальше вместе. Тем более, я сожалею о случившемся… — … — Иди ко мне, — Давид подвинулся ближе и обнял меня так крепко, что пришлось расслабиться, чтобы ничего не сломать в попытке сопротивляться, — Vivo per te. (Я живу для тебя.) — Bugiardo (Лжец), — я зажмурилась, отстранившись от итальянца, — Я хочу домой. — У нас тур, Микки, мы не… — Верно, Дамиано. У вас. У меня нет. — Ты же понимаешь, что я не могу подвести группу, спонсоров и… — Папу перевезли домой. Я хочу к своей семье. А ты только и думаешь о своей группе! — Микела, я твоя семья. Мы семья! — он повысил голос на последнем слове, — Что с тобой происходит?! Ведешь себя как ребенок! У меня обязательства есть перед уймой людей! Ты прекрасно знаешь, что у меня нет отцовских миллионов, как у тебя и мне нужно работать, чтобы ты… — СТОП! — закричала я, не поверив ушам, — Как у меня?! Ты сейчас ткнул меня в то, что от меня не зависит?! — я схватила стакан, который стоял на прикроватной тумбочке и швырнула в певца, — Пожалуйся мне тут на тяжелую работу! — Давид увернулся, а стакан разбился о стену, — Так тяжело прыгать и кривляться за деньги! — Успокойся сейчас же! — рявкнул итальянец и бросил в меня подушку с противоположной стороны кровати, — Я не то имел в виду! — Нет у него миллионов! Чертов римлянин! — я швырнула в него вторую подушку, — Ты их начал получать! — Истеричка! — Давид кинул ее обратно в меня — Ненавижу! — я снова попыталась ее бросить, но парень перехватил ее и повалил меня на кровать, — Ненавижу тебя, римлянин!!! — Успокаивайся! — Уйди отсюда! Отойди от меня! Убирайся! Вон! — Микела, успокойся! — Пошел вон из моего номера, римлянин! — я кричала, кажется, изо всей силы, дав волю всем накопившимся слезами и боли за последние несколько месяцев, — Ненавижу!!! Предатель!!! Роберт ворвался в номер, опасаясь, что придется драться. Крики за дверью походили на страшные сцены из фильмов про итальянцев, где конец был не самым лучшим. Когда актер забежал в спальню, увидел довольно странную картину: Дамиано прижимал к себе Микелу, которая колотила его кулаками по груди, при этом выкрикивая что-то на родном языке. Парню явно было больно, но он словно щит, продолжал удерживать свою, пока еще жену. — Я думал, что… — Дауни застыл в проходе — Принеси воды, — еле слышно попросил Давид — Конечно, — актер протянул бутылку стоящую рядом, — В стакан? Не долбанет тебя? — Стакан тоже из стекла, не парься, — Давид сморщился от боли, которую вызвал очередной удар Микелы — Что с ней? Все же было в порядке. — Все в порядке, просто, она итальянка, — певец натянул улыбку и просунул между нами бутылку воды, — Попей, потом можешь разбить ее об меня. — Tu stesso sei italiano! Romano! (Ты сам итальянец! Римлянин) — огрызнулась я — È vero (Это правда), — Дамиано улыбнулся Роберт, явно разочарованный появлением итальянца, вернулся к детям и вместе с ними поехал домой. Что случилось между Микелой и Дамиано он не знал, но был уверен, что в ближайшее время эти двое, точно не помирятся. Во всяком случае, он сделает все для этого. — Эй! — Давид свистнул телохранителю, — Далеко идешь? — Дамиано! — Алессандро невозмутимо, как всегда, подошел к парню, — Как ты себя чувствуешь? — Отлично, спасибо. Скажи, у кого есть доступ к передвижениям Микелы? — он пристально посмотрел на мужчину — Ее местоположение известно только мне, — ответил Алессандро, — В любой момент я могу увидеть, где она находится. Ты же знаешь. — Знаю, — Дамиано кивнул, — Кто может воспользоваться этой информацией? — Решил закрыть ее от мира? Пока ты был в больнице, Микела не выходила никуда дальше вашего номера. — Кому ты слил информацию о ее передвижениях? — неожиданно для себя самого, проговорился певец — Дам, ты снова пьян? — усмехнулся мужчина и принюхался к парню — А что это? — Давид крепко сжал в руках блокнот найденный в номере Дауни — У вас новый мерч? — телохранитель выглядел стойко — Здесь собраны все визиты Микелы с момента нашего приезда сюда. Кто-то следит за ней, зная абсолютно все переживания! — прокричал парень, — Какого черта?! — Ты уверен, что это о Микеле? — Здесь имена наши! — Покажи, — Алессандро ловко выхватил блокнот у музыканта, и начал рассматривать содержимое, — Здесь все слишком подробно! — он удивился, — Где ты это взял?! — Блокнот валялся в лифте. Я думал отнести его менеджеру отеля, но из-за любопытства, заглянул. — Нужно было позвать меня! Вдруг… — Вдруг что? Страницы отравлены? — Дамиано поднял бровь — И не такое бывает. В страницах может прятаться что угодно. — Плевать. Кроме тебя такой информации нет ни у кого! — Да одних фанатов твоих достаточно, которые следят за вами! — охранник закатил глаза, — Как они находят отели, где мы останавливаемся, рестораны, в которых мы едим и все остальное? — Я узнаю правду, Алессандро! — Давид нахмурился и пождал губы, — Я все узнаю! Агентство, которое снимало нас с Деппом, позвонило мне на следующий день и предложило еще несколько интересных съемок. Я согласилась. Работа была единственным выходом, чтобы не думать обо всем, что успело произойти с нами за последнее время. Следующие несколько недель я провела в Нью-Йорке, игнорируя Дауни, который звонил каждый день по несколько раз, Дамиано, который маячил еще чаще и даже, позвонившего всего два раза Джонни. — Привет! — ко мне подошла одна из моделей и приветливо улыбнулась, — Ты та самая итальянка? — Здравствуй, — я улыбнулась в ответ, — Смотря что заключено в словах «та самая». — Подружка того красавчика из итальянской группы. Дамиано! — она улыбнулась еще радостней, вспомнив имя — Я его жена. Пока что. — Класс! Тебе очень повезло! Он такой необычный! Сорвала джекпот! — девушка подмигнула — Многие так думают, — я опустила глаза вниз — Я Кейт Энистон, — в поле зрения попадает ее рука, — Прости, я впечатлена твоим парнем, то есть мужем и его группой. Как зовут тебя? — Микела Давид, — пришлось ее пожать, — Луккезе, точнее. Была, — я запуталась в своих же фамилиях — Я собираюсь завтра концерт. Еле нашла билет! Ты же там будешь? — Нет. — Почему? — Много работы, — мгновенно, мне стала надоедать новая знакомая, — Мы в процессе развода, и я не собираюсь подстраивать свой график под его. — Хм, — девушка на секунду задумалась, нахмурилась, и снова улыбнулась, — Я бы на твоем месте пошла. Если все так категорично, то еще бы и с каким-нибудь красавчиком. Отрывалась бы в первом ряду, показывая, что все у меня отлично! — Я подумаю над этим, спасибо, — мне пришлось натянуть улыбку — Не хочешь выпить кофе? Тут недалеко варят отличный итальянский! У меня окончились съемки и… — Да, можно, — словосочетание «итальянский кофе» мне понравилось, — Почему бы и нет. Но только с одним условием. — Ни слова о Дамиано? — Да. — По рукам, bella! — моя новая знакомая обняла меня и потащила в сторону «отличного итальянского кофе» Кейт оказалась довольно приятной в общении и не такой навязчивой, как мне изначально показалось. Более того, по сути, она оказалась первой нормальной девушкой, с которой я пообщалась за время пребывания в новой стране. Только сейчас я поняла, что ни с кем и не разговаривала нормально. Только группа и Дауни. И Депп. Кейт немного отвлекла меня и даже, порадовала своей компанией. — Ты была права! — я покрутила указательным пальцем у щеки, доедая последний кусочек пиццы — Что ты сейчас сделала? — Кейт засмеялась, — Забавный жест! — Какой? — я удивилась — Этот, — она покрутила пальцем по своей щеке, — Что это? — Это чудесный неформальный итальянский жест, который означает «было очень вкусно»! — за моей спиной раздался наглый голос — Ааа, — подруга ошарашено смотрела за меня — Тебе чего? — не поворачиваясь выдавила я — Шел мимо, решил зайти. Не знал, что ты здесь бываешь, Микела! — Дауни наклонился, поцеловал меня в щеку и сел рядом — Часто тебя стало заносить в траттории? — я недоверчиво прищурилась — Стало, часто. Последняя поездка в Рим поменяла мои вкусовые предпочтения, сладкая. Итальянская кухня, — он на секунду замялся, но быстро продолжил, — Лучшее, что я пробовал в жизни! — и мгновенно улыбнулся — Вот так, он все время и врет, — фыркнула я, обращаясь к подруге, — Роберто, не будь дикарем, поздоровайся. — Кейт Энистон, полагаю? — Дауни широко улыбнулся — Откуда вы знаете меня? — девушка удивленно заморгала — Твои снимки для Версаче в новом сезоне были бесподобны! Как я мог не запомнить?! — актер снял очки — Как приятно слышать эти слова, да еще и от такого мужчины! — Кейт кокетливо протянула руку Дауни — Дам, я был прав! — прошептал парень, касаясь беспородного наушника — Уверен? — Алессандро назвал ему адрес, Роберт приехал сюда. Сидит за столом Микелы и какой-то девушки. — А сам Алессандро где? — В машине. Он однозначно видел меня, поэтому придется зайти внутрь. — Возьми доппио, добавь морской соли и дай Микеле. — Это будет странно, Дам! — Тебе сложно?! — фыркнул певец — За что мне это мучение, а? — барабанщик закатил глаза, как будто его друг это видел, — Должен будешь! — Дам тебе больше сольного времени на завтрашнем концерте, дорогой! — забавным голосом произнес певец и сбросил вызов — Сладкая, нам пора! — Дауни незаметно приобнял меня — Тебе, может. Мне точно, нет. — В смысле? Я же тебя предупреждал, что сегодня у нас с тобой. — Ciao signora lunatica! (Привет, капризная леди!) — передо мной появилась чашка кофе и странно улыбающийся итальянец — E ' successo qualcosa? (Что-то случилось?) — Ha detto che avresti capito. (Он сказал, что ты поймешь.) — парень пожал плечами, продолжая улыбаться — Sciocchezze, naturalmente. (Чушь, конечно.) — Эй, мы еще тут! — Дауни помахал рукой нам обоим — Lo colpirò ora! (Я его сейчас ударю), — продолжая улыбаться, произнес Итан — Mi piace l'idea. (Мне нравится эта идея.) — я хихикнула — А он в жизни еще красивее! — подала голос Кейт, о которой я забыла, — Здравствуй, Итан! — Привет, — парень неловко улыбнулся — Итан, это Кейт, мы вместе работаем. Кейт, это Итан. Он. — Он обладатель самых потрясающих волос и сильных рук! — подруга, кажется, загляделась — Эм. Благодарю. Это действительно труд, следить за ними. А руки, да, игра требует больших усилий… — По-моему, у меня тоже неплохое тело! — встрял Дауни, — Смотрели, как я переодеваюсь в последнем фильме? — Роберто, от тебя в восторге только ты сам и Дамиано, — я толкнула его под столом ногой, — И кстати, я с тобой никуда не пойду. — Вы пришли вместе? — Итан сел возле меня и Кейт, игнорируя актера — Нет. Он завалился сюда без приглашения, — пояснила я — Шел мимо, решил зайти, а тут Микела! — развел руками актер — Знаешь, кого он мне напоминает? — Кого? — Фанатов. Они следят за нами, подкупают кого-то, чтобы появиться там, куда идем мы. Роберт так себя ведет с тобой. Кому ты платишь за информацию о том, где она? — итальянец прищурился, — Зачастил ты сталкиваться с Микелой. — Себе, Рапунцель! Себе я плачу! Это, действительно случайная встреча, — Дауни натянул улыбку, — А сам, что тут забыл? — Роберт, Итан! Прекратите! — не выдержала я, — Бесите друг друга, не сидите за одним столом! Кейт! — Да, Мик? — Нам пора! — Да? — Да! — Да, — она кивнула, — Нам еще работу…работать. — Сладкая, я подвезу? — Дауни поднялся одновременно со мной — Нет, — я посмотрела на кофе, который принес Итан, — Sai chi e ' il traditore? (Ты знаешь, кто предатель?) — Sto raccogliendo prove. (Собираю доказательства) — Спасибо за кофе, — стоя, я выпила его весь, — Кейт, идем! Дамиано ходил по номеру туда-сюда, напевая песню, которую они недавно выпустили для американских слушателей. В этой стране она зазвучала по-новому из-за слишком насыщенных дней. — Дам! — запыхавшись, выдавил друг — Как?! — певец заметно занервничал — Уточнила, выпила. — Отлично! Шансы увеличиваются! — Давид обнял Итана — Я один не понял, что все это значит? — Один из сицилийских способов незаметно рассказать о предателях в близком окружении. Обычно, подают другой напиток, но у нас с Микелой договоренность на доппио с морской солью, чтобы не было так явно. — Почему соль? Еще и морская. Это же, — барабанщик скривился — Потому что по обычным рецептам, ее не кладут в доппио, Итан! — Давид закатил глаза — Гадость какая! Микела же его выпила весь, — парень еще раз скривился, — В общем, дело сделано. — Прекрасно! — солист снова улыбнулся, — Теперь, готовимся к завтрашнему концерту! — Ты со сцены рухнул? В тебя мои палки залетели? О микрофон ударился? — Что не так? — Ты еще нездоров! — Ой, хоть ты не начинай! — Дамиано фыркнул и взял телефон, который оповестил о сообщении, — Кхм. — Что там? — От Виктории… Зовет на ужин. В ресторане на крыше. — Начинается… Твоя жена под пристальным присмотром Роберта, а подруга требует свидание. И потом, ты собирался готовиться к концерту! — А знаешь, я пойду! — певец резко поднялся на ноги — С чего это? — Итан нахмурился — Настроение себе подниму. Меня давно на свидание не звали! — Дам, это паршивая идея! — Узнаем потом, паршивая или нет! — Дам! — Arrivederci! — кокетливо помахав другу, Давид скрылся за дверью Я пришла в номер поздно ночью. Точнее, меня занесли и уложили. Продолжив рабочий день с Кейт, после, мы немного посидели в баре и Алессандро вернул меня «домой». В холле нам попался Итан, который фотографировался с фанатами. Заметив мое состояние, он бросился помогать «бедному» телохранителю. — Иди, давай, — устало проговорила я, махнув рукой в сторону выхода, — Приятных снов, лучший друг моего мужа! — Микела, — барабанщик тяжело вздохнул, — Зачем ты себя до такого довела? — А что? Я свободная девушка, имею право веселиться с подругой! — Ты ее знаешь полдня. — И что? — Микки, не стоит так сильно злоупотреблять… — Первые три и последние пять букв этого слова, оооочень хорошо описывают мои последние двадцать лет жизни. Я рада, что ты меня понимаешь, Итан. А теперь, иди к себе. — Он любит тебя, Микела. И обязательно все наладится. — Эй! А ну хватит оправдывать предателя! Все! Закрыто! Не обсуждаю я… Не успев договорить, я замолкаю от увиденного. Спальня номера открывается и в нее, в прямом смысле, вваливаются Дамиано и Виктория. Не замечая нас с Итаном, при этом не отрываясь друг от друга, эти двое падают на кровать, в паре сантиметров от меня. От этой картины я замерла, не в силах произнести хоть что-то. Я настолько напилась, что мне мерещится эта «парочка»? Нет, к сожалению, это все моя реальность. К счастью или нет, но Давид поднял глаза, прервав свой, явно недружественный поцелуй довольно быстро. — Микела?! — Да забудь ты про нее! — гитаристка попыталась обнять его, но тоже повернулась ко мне, — О, привет дорогая! — наглая ухмылка появилась на лице девушки, — Не подвинешься? — … — Микела, это не то, — начал певец, но нахмурившись, потряс головой, — Вик, уходи. — Еще чего! Пусть она уходит! Это твой номер, а не ее! — она попыталась возмутиться — На выход, — Итан протянул девушке упавший телефон — … — я, онемевшая, продолжала просто сидеть на нашей с Дамиано кровати — Микки, — Давид протянул руку ко мне, но я отбила ее — … — единственное, на что у меня хватило сил, это отрицательно покачать головой — Мик, нужна помощь? — раздался голос Итана — … — я снова отрицательно покачала головой — Могу объяснить, что ты… — начал Давид, но снова замолчал — Если ты еще раз попробуешь сказать, что он меня любит, — еле проговорила я, переведя взгляд на Итана, — Налысо поберю. А ты, — я снова посмотрела на Дамиано, — У тебя не хватило мозгов пойти к ней в номер или снять новый? Знал же, что он у нас с тобой один на двоих и в Лос Анджелесе, и здесь, в Нью-Йорке! — Что ж, — Давид поджал губы, — В следующий раз так и сделаем! — … — я потянулась за своим телефоном и быстро нажала на нужное имя — Не смей ему звонить! — итальянец пригрозил мне пальцем — Роберто! — у меня не было сил изображать радость, голос дрожал, а мысли еще покачивались на волнах от вина, — Забери меня из отеля. — Микела, повесь трубку! — повысил голос Давид — Отлично! — Дауни сказал, что он в лобби нашего отеля, — Спускаюсь прямо сейчас! — Никуда ты не пойдешь! — он схватил меня за руку и оттащил в сторону — Дам, успокойся! — Итан вырос между нами, — Микела, можешь идти в мой номер, я остаюсь с ним! — Идите оба, знаете куда?! — Куда ты собралась с ним в таком виде?! Я запрещаю! — итальянец не унимался, повышая голос сильнее, — Я приказываю тебе остаться, Микела Давид! — Я тебе тоже, приказываю: катись к черту! — мне на глаза попалась толстовка, которую я быстро надела поверх пижамы, вид был жуткий, но было не до этого Дамиано пытался кричать вслед, пока Итан удерживал его от меня, а я быстро проскочила к лифту. Выйдя на первом этаже, я начала глубоко дышать из-за сдержанных слез и желания закричать. Лобби, где этот проклятый лобби?! Найдя глазами указатель на него, я сделала несколько шагов, но была «перехвачена». — Микела, вернись в номер! — я не понимала, это Давид так быстро спустился или я долго стояла у лифта — Я не хочу с тобой разговаривать, римлянин! Не повышай голос, здесь люди! — А мне плевать! — только сейчас я поняла, что он тоже под градусом — Ты лжец и предатель! То, что было сейчас, доказывает… — Не сравнивай минутную слабость и предательство! — Слабость?! Ты это так называешь?! — я закричала от возмущения — Да, так! А ты вообще собралась… — Эй, детки, вы чего так шумите? — с улыбкой до ушей, возле нас вырос Дауни, — Что случилось? — Finché c'è un anello sulla tua mano, tu appartieni a me! Sono tuo marito! E non ti lascio andare con quest'uomo! (Пока на твоей руке кольцо, ты принадлежишь мне! Я твой муж! И я не отпускаю тебя с этим человеком!) — на итальянском произнес Давид — Sono una ragazza, non una cosa per appartenere a te, Romano! (Я девушка, а не вещь, чтобы принадлежать тебе, Римлянин!) — выдавила я, — Роберто! Увези меня отсюда! — Никуда ты не поедешь! Тем более, с ним! — повысил голос мой итальянец — Что вы не поделили? — продолжая улыбаться, спросил Дауни, когда Дамиано перешел на английский — Он ввалился в наш номер с этой гитарной телкой! На нашу кровать! — видимо, от возмущения, я прокричала это так, что кажется, услышал весь отель, так как многие оглянулись — Мда, — актер тяжело вздохнул, — Машина у входа, сладкая. А ты, дива моя, — Роберт посмотрел на Дамиано, — Даже не знаю. На связи, — он пожал плечами и развернулся в сторону выхода — È un traditore! Qualcuno gli dice dove stai andando! Mantiene un elenco di dove stai andando! (Он предатель! Кто-то докладывает ему о том, куда ты собираешься! У него есть список с твоими поездками!) — прокричал Дамиано, и к сожалению, я это услышала