Маленькая проблема

      Ребята долго успокаивали Джисона. Чан, как самый ответственный, решил сразу записать его на приём к психологу, он боялся запустить ситуацию. Убедившись, что младший в порядке, команда разбрелась по делам, в соответствии с графиком, лишь Хана с Минхо в качестве моральной поддержки послали обратно в общежитие. Менеджер бесконечно писал сообщения и от нытья постепенно переходил к угрозам. Господин Пак заверил, что как только ситуация будет обнародована, наймут няню, и Джисон вернётся к работе.       Джисон думал, что в общежитии его накроет, особенно, когда увидит ребёнка, но видимо все слёзы он уже выплакал, нервы потратил, решение какое никакое всё же было. Самое страшное осталось позади, думы о будущем он задвинул на второй план и дома, наоборот, расслабился. Собирался провести время со своим, к счастью, не сбежавшим парнем, и дочкой. Было как-то странно так о ней думать, непривычно, но почему-то очень приятно. Злиться на малышку, воспринимать её как ошибку и проблему, он не мог, сильно привязавшись за эту короткую неделю. Он быстро привык заботиться и видеть её рядом с собой. Никаких раздумий по поводу опеки даже не возникало. Это его дочка, его малышка, и он очень постарается стать лучшим папой на свете. Спокойный день с ребёнком и Минхо освободил голову и успокоил оставшиеся нервы. Малышка была очень милой, а Ли заботливым и нежным. Он как будто чувствовал, что Джисон морально выдохся и устал от происходящего, оба были едины в том, чтобы оставить проблемы и серьёзные разговоры на потом.       Ближе к ночи, по привычке, в общежитии собрались остальные мемберы. Они тоже не спешили обсуждать проблемы. Дружно решив без всяких тяжёлых разговоров поужинать вместе и разойтись. Молчаливая поддержка окончательно развеяла мрачные мысли и Хан вернулся в радостное настроение. Единственное, после ужина, перед парнями снова остро встал вопрос об имени. Спорили до хрипоты, но так ни к чему и не пришли.       — Ты слишком привередливый! — по второму кругу на телефоне листал страничку с именами и их значением Феликс.       — Сам такой, — огрызнулся Джисон, с недовольным видом уставившись в телефон Ликса.       — Ой, всё, это никогда не закончится, сочувствую, детка, — обратился к ребёнку Чанбин.       Минхо сидел насупившись, ему ещё в самом начале запретили что-то выбирать. Убедить других своим богатым опытом с кошками не удалось. "Джисон слишком лоялен к тебе, это не честно, он любое предложенное тобой кошачье имя возьмёт", — заявил Хёнджин.       — Я в общагу, — устало выдохнул Сынмин, Чонин поддержал его идею, и недовольного Феликса оторвали от телефона и поволокли в сторону выхода. Минхо, побоявшись, что Джисон снова расстроится или его одолеют дурные мысли, остался на ночь. Они с Чаном в принципе договорились какое-то время приглядывать за младшим, настроение Джисона менялось слишком быстро, панические атаки нужно было исключить. Лидер только устало кивнул и отправился спать, забрав с собой Чанбина и Хёнджина.       Так и оставшаяся без имени малышка давно спала в кроватке.       — Поговорим? — неуверенно шепнул Минхо, разговоров действительно не хотелось, но вдруг Джисона что-то беспокоит.       — Поцелуемся, — твёрдо решил Джисон и потянулся к старшему. Но его рот тут же накрыла чужая ладонь, Хан не растерялся и широко её лизнул. Мгновенно ладонь пропала и прилетел подзатыльник.       — Разве ты не говорил про первое свидание? — ворчливо спросил Минхо. — Не хочу, чтобы ты утешался мной, — уже серьёзно произнёс он.       — Какое утешение, алло? Я мечтаю о тебе два года! Моих фантазий хватит нам на 10 лет вперёд, давно пора начать их осуществлять! Хочу просто поцелуев, ну пожалуйста, — жалобно произнёс младший, снова наткнувшись на ладонь и поцеловав её. Минхо отдернул руку.       — Ты уверен, что не хочешь просто забыться?       — Ррррр, я просто хочу тебя, — взяв инициативу в свои руки, Джисон завалил на кровать старшего. Минхо мгновенно расслабился и позволил Джисону творить, что вздумается. "Наверно, нам обоим это нужно", — подумалось ему. Наслаждаясь долгожданными, ласковыми, прикосновениями и нежными поцелуями, Минхо поддался настроению,быстро включился в любовную игру и наконец отключил голову вместе с ненужными мыслями.       Нельзя сказать, что всё наладилось сразу. Пиар-команда смогла немного смягчить удар. Новость об этой ситуации содержала глубокие извинения от самого Джисона и слезливую историю первой любви, тайных встреч, робких поцелуев и получившегося ребёнка. Хан, сам чуть не прослезился, когда читал, как герои этой дурацкой пиар мыльной оперы не смогли противостоять своим чувствам, невзирая на контракты и штрафы. (Мемберы так ржали, что чуть не померли от недостатка кислорода). И как Джисон сожалеет о случившемся, и просит сильно не давить, поскольку в итоге его сердце разбилось и он остался первым в мире айдолом отцом-одиночкой. ("Так себе достижение", — прокомментировал, закатив глаза, Минхо). О матери ребёнка было решено умолчать, ибо правда слишком горькая. Кратко приписали в конце, что она не выдержала давления и свалившегося материнства, выбрала карьеру айдола, предпочитая скрыть своё имя. Видимо, пиарщики надеялись выставить Джисона стойким и ответственным родителем и направить всю ненависть нетизенов на мать малышки. Не то, чтобы это было каким-то справедливым и правильным решением, но в такой ситуации особо выбирать не приходилось. Найти девушку так и не удалось, дело всё ещё лежало в полиции. Фандом потряхивало месяца три, стэи пытались отстоять группу, но при этом делали довольно забавные предположения о личности матери, другие нетизены требовали показать мать ребёнка, заранее желая ей "всех благ", как в общем-то принято в кейпопе. Главная задача удалась — получилось переключить внимание с Джисона, ведь он взял на себя ответственность за свои ошибки. Это позволило не утонуть. Рейтинги, на удивление, не только не упали, но даже немного взлетели. "Всё-таки, получился неплохой чёрный пиар", — радовалась группа. Самому Хану запретили читать какие-либо комментарии, пригрозив отобрать телефон.       К счастью, нескольких сеансов с психологом оказалось достаточно, чтобы вернуть Джисона в его о относительную норму. Обострения тревожного расстройства не случилось, чему были очень рады друзья, да и вся многострадальная компания jyp в целом.       Самым сложным, оказалось совмещать работу айдола, уход за ребёнком и любовные отношения. Перерыв в карьере всё же пришлось взять, когда Джисон осознал, что не видел собственного ребёнка больше недели. Не то чтобы он чувствовал себя супер папой, но если взял ответственность, то не перекладывай её на других. Да и скучал он по ребёнку неимоверно. Благо перерыв был небольшой и не сказался на группе. Через время Хану всё же удалось найти грань между работой и отцовством, он научился всё совмещать без ущерба для какой-либо стороны. Отношения с Минхо тоже казалось должны были занимать много времени и мешать. Но Ли умудрился настолько подстроиться к парню с ребёнком, что сделал всю ситуацию, наоборот, ещё более комфортной для Джисона. В конце концов, он действительно выполнил своё обещание и нянчился с малышкой с большим удовольствием. (Все дурацкие шутки про "беспокойную вредную мамочку" от Хёнджина заканчивались его полным ртом салфеток, но это мало помогало). Минхо не чувствовал себя ущемлённым во внимании, ему нравилось проводить время со своеобразной маленькой семьёй, порой ощущая себя её значимой частью. Чересчур любопытные, вечно влезающие не в своё дело друзья, как ни странно, активно помогали выделить время для свиданий влюбленной парочки.       Маленькая проблема обернулась большим подарком, поэтому, в результате долгих, громких и горячих споров, её назвали ласково Сонмуль. (선물 подарок по-корейски).