Маленькая проблема

      — У меня есть…новости, — взволновано сказал Чан, когда все собрались в гостиной.       — Ого, хорошие или плохие? — без особо интереса, пробормотал Джисон. Он был в отличном настроении, активно зажимая Минхо в углу дивана. Феликс, сидевший рядом с малышкой на руках, демонстративно отодвинулся подальше от парочки.       — Твой папочка стал такой противный, когда твоя потенциальная будущая мать согласилась с ним встречаться, — прокомментировал Ликс на всю комнату. Минхо сделал вялую попытку вырваться из объятий Хана и возразить, но так ничего и не сказал, только заалел ушами, когда мемберы на них уставились.       — А какая для тебя будет хорошей? Что ты станешь папочкой? — с нездоровым энтузиазмом спросил Чонин.       Хан, не отвлекаясь от заигрывания со своим парнем, радостно ответил:       — На самом деле, любая новость будет хорошей. Ведь мой парень готов жениться на мне с ребёнком. Ауч, за что ты меня ударил, — возмущённо уставился он на Минхо, терпение которого медленно подходило к концу.       — Так, понятно, блядь, можешь не продолжать, — бросил нарочито гневный взгляд на сладкую парочку Чанбин.       — Неужели ты не боишься покинуть компанию? — крайне удивлённо спросил Сынмин.       — Неа, создавать музыку я могу продолжить самостоятельно. В конце концов, продавать песни для других бездарных айдолов. На декрет я накопил и, в целом, готов стать на всё согласной содержанкой, да, милый? — под дружное «беее» мемберов и их же нелепые наигранные изображения рвоты, пошутил он. И совсем не расстроился, когда, смутившись, Минхо ещё раз вдарил ему подушкой.       Джисон, казалось, был переполнен радостью. Поскольку, парни долго оберегали Ли, он сначала очень боялся их реакции. Думалось, что только наладившиеся, но всё ещё достаточно хрупкие отношения со старшим, не выдержат любого давления со стороны участников группы. Однако, они отреагировали достаточно спокойно и в своей манере. Чан провёл на всякий случай несколько угрожающую профилактическую воспитательную беседу, Хёнджин был рад, что не напрасно вмешался, Чанбин и Сынмин безжалостно стебали, Феликс и Чонин вообще особо не выдали реакции, слишком занятые ребёнком. Поэтому из Хана выливалось безграничное счастье, на бедного Минхо свалилась скопившаяся нежность, а существенная проблема в виде ребёнка, казалась маленьким недоразумением. Тревоги о том, что он подводит группу тоже остались необоснованными. «Ты виноват, но любой из нас мог оказаться в сложной ситуации, мы на то и команда, не только победы, но и поражения будем стойко принимать вместе», — сказал от имени всех Чан, — «но, лекцию о безопасном сексе, я повторю, второго подброшенного ребёнка наша группа не выдержит, и ещё, мне кажется, вы не совсем верно трактуете название нашей группы», — под дружные недовольные стоны закончил он. Вот тут обвинения со стороны мемберов посыпались на Джисона со всех сторон, слушать повторную смущающую лекцию никто не хотел, один-то раз едва пережили. Хан так сильно их всех любит.       — Тогда пусть будут одна нейтральная, одна хорошая и одна плохая новости, — когда все угомонились, немедля продолжил лидер, — ты действительно папа, пока остаёшься в компании, мать ребёнка не нашли.       Повисло молчание, все пытались осознать ситуацию. Как бы Джисон буквально только что не утверждал, что готов ко всему, оказывается не готов. Он словно шарик, который проткнули, быстро сдулся. Вся радость предыдущего дня осыпалась. Ему стало трудно дышать, разом навалились панические мысли об отцовстве и своём будущем. Его изнасилование снова стало реальностью, как бы он не притворялся, что ничего не было, теперь у него есть живое, дышащее доказательство того, что с ним произошло. И пусть воспоминания о самом событии не вернулись, но менее мерзко от этого не становилось. Он не хотел ту девушку и не давал своё согласие на секс с ней, ему что-то подмешали и воспользовались. А результатом насилия стал ребенок. Ох, а если мать найдут? Ему придётся общаться с ней? Отдать ребёнка? Никто не хочет стать папой в его возрасте, да ещё и будучи айдолом с контрактом. Мысли одна за другой одолевали его, он чувствовал, что становилось всё труднее дышать, в глазах темнело, сердце колотилось, как сумасшедшее, он перестал замечать, что происходит вокруг.       Мемберы, естественно, сразу обратили внимание на изменившуюся обстановку, решив повременить с обсуждениями, они тихо покинули гостиную, прихватив, теперь точно, дочь Хана, и оставив Минхо успокаивать переволновавшегося парня. Они переживали, что большое количество народа ещё больше напугает резко побледневшего Джисона.       — Хей, всё хорошо, посмотри на меня, дыши со мной, мы всё решим, — неуверенная попытка успокоить парня провалилась. Джисон ничего не ответил, только задышал чаще, глаза блестели, руками он сильно вцепился в Ли.       — Какой из меня отец, хён, — пробормотал он, куда-то в шею старшему парню, успев переместиться немного ближе. Футболка на Минхо постепенно становилась мокрой. Осознав, что Хан тихо плачет, Ли раскрыл объятия пошире, обнимая как-то резко сжавшегося младшего.       — Ты не один, неужели забыл? — самому Минхо тоже было трудно принять сразу всё это. Сложнее всего принять тот факт, что Джисона изнасиловали и у него теперь ребёнок. Как будто тот травмирующий опыт теперь стал более осязаем. Теперь с ним придётся как можно быстрее начать работать, чтобы Джисон не перекладывал свой гнев с насильницы на их ребёнка. А ещё, может сейчас его контракт и не разорвали, но когда правда вырвется наружу, какой будет итог? Смогут ли они сохранить свои отношения, если Джисон уйдёт из группы? Отношения у айдолов запрещены не только из-за буйной фантазии фанаток, но и бесконечная работа, разъезды, тренировки. Иногда это непозволительная роскошь — время, а его требуется ой как много, чтобы поддерживать отношения. Джисону тоже придётся не сладко, одному воспитывать ребёнка, проводить с ним время, это вообще будет возможно в его молодом возрасте? Вытянут ли они это? Что будет с группой? Хан важная её часть.        Минхо постарался задвинуть эти мысли подальше и сосредоточиться на Джисоне. Младшего точно нельзя ещё сильнее накручивать, поэтому все эти мысли Ли оставил себе.       Кажется, слова были не нужны. Джисон горько плакал, Минхо крепко прижимал его к себе. Через пару минут опустошённый Хан разорвал объятья. Стоило признать маленькую победу, в паническую атаку он так и не ушёл. Сеансы терапии, на которые он ходил во время последнего обострения тревожного расстройства, не прошли даром. Осталось привести мысли в порядок, как учил психолог, жизнь продолжается, просто теперь она будет другая.       В комнату заглянул Чан, и, видимо убедившись, что ребята успокоились, пригласил остальную часть группы в гостиную, им многое нужно было обсудить.       — Я… Мне стоит начать с извинений, — не поднимая голову, тихо сказал Джисон, видя, что парни собираются его перебить, он чуть громче продолжил, — мне жаль, что из-за меня наша группа оказалась в этой ситуации, пожалуйста, простите, я постараюсь всё исправить, как только придумаю как это сделать.       — Всё нормально, ну то есть не особо, но мы справимся, не переживай Джисон, — первым естественно заговорил лидер, — ты не первый айдол попавший в скандал. Возможно, это несколько необычная ситуация, но решение всё же есть. Завтра ты идёшь на разговор с Пак Джинёном. От него зависит всё, и сейчас мы все попытаемся тебя подготовить, тебе нельзя налажать.       Джисон чуть было снова не расплакался от переполнявшей благодарности. Как он мог забыть, у них есть Чан. Надёжный лидер, который сначала отчитывает, а потом идёт и решает любую проблему.       — Я связался со знакомыми юристами моего отца, слушай внимательно, что ты будешь говорить, а о чём молчать, — серьёзно посмотрел на него Чанбин. Мемберы до глубокой ночи наставляли растерявшегося, но очень благодарного Джисона. Только Минхо, погружённый в свои мысли, не мог сосредоточиться на обсуждении, поэтому предпочёл не вмешиваться, и заняться заскучавшей малышкой.       — Ты же останешься со мной, — неуверенно проговорил Джисон, когда они с Минхо остались наедине. Старший не был готов к очередному серьёзному разговору, он от вчерашнего-то едва отошёл. Но ответ не понадобился, переживания этого дня сильно вымотали Хана, не дождавшись Ли, он уснул.       Пак Джинён даже не удивился, когда утром нашёл всю группу Stray Kids под дверью своего кабинета видимо, ребёнка оставили на бедного менеджера. Парни посмотрели на него одинаковыми полными надежды глазами, лишь сам виновник беседы не поднимал головы, крепко держась за руку с Минхо. Генеральный директор вздохнул, закатил глаза и предложил совсем поникшему Джисону зайти.       — Можно нам с Ханом зайти вместе? — неуверенно спросил лидер.       — 3 racha может пойти всем составом, — выдал неожиданный ответ руководитель, мемберы удивлённо переглянулись, гадая, хороший это или плохой знак. Минхо с трудом оторвал руку Джисона от своей.       — Всё будет хорошо, — шепнул он бледному Хану. Но, к сожалению, сам выглядел таким же бледным и поникшим.       Пак Джинён ещё раз закатил глаза, настойчиво придерживая дверь, махнул парням, чтобы заходили.       — Итак, Джисон, для начала, я бы хотел услышать всю правду, а не сокращённый вариант от менеджера, а потом я обрисую твои перспективы, — когда все заняли свои места, начал он.       — Простите, я не уверен, что вы хотите услышать, — подавлено пробормотал Хан.       — Почему ты скрываешь мать ребёнка? Теперь, когда мы уверены в твоём отцовстве, к делу подключат полицию, и её всё равно найдут. Представляешь, как много ей грозит неприятностей? — Джисон казалось, стал ещё бледнее.       — Он не скрывает, а не помнит, пожалуйста, поверьте, — попытался прийти на помощь Чан.       — Чан, дорогой, может не так отлично как ты, но я тоже достаточно хорошо изучил участников твоей группы. Джисон совсем не похож на любителя одноразовых связей с девушками, да и мне казалось, его интерес лежит совсем в другой плоскости, — бросил намёк, но не намёк, а всё же намёк на его тесные отношения с Минхо, владелец компании, — если бы не этот факт, я бы совсем по-другому с вами разговаривал. Это была не интрижка с последствиями, иначе бы Хан их разгребал сам, без контракта и компании. Я понимаю, что ситуация неординарная. Так что будь добр, моё терпение подходит к концу, — совсем в другом тоне закончил он. Чан и Чанбин переглянулись, они не ожидали, что руководитель компании так много знает.       Джисон растерялся, казалось, он хотел начать говорить, но не знал с чего начать. Ребята вчера готовили его к другому, они всё думали, что Пак Джинён будет настаивать на разрыве контракта и больших штрафах. Никто и не предполагал, что тот попытается выяснить всю ситуацию.       — Ладно, давай я скажу прямо, объясни мне, как несколько лет влюблённый и таскающийся за парнем дурачок, практически не употребляющий алкоголь, оказался в клубе и переспал с незнакомой девушкой? — пока Джисон собирался с мыслями, а остальные офигевали от происходящего, попытался ещё раз господин Пак.       Насмешливые слова генерального директора надавили на самое больное место, вызвав целую гору разнообразных негативных эмоций. Действительно, Хан Джисон, только с тобой такое могло произойти. Давно пора было признать тот факт, что он крупно облажался, создав для всех немерено проблем.       — Меня чем-то накачали и изнасиловали, — не выдержав напряжения внутри, неожиданно даже для себя, прошептал он в оглушительной тишине, однако фраза прозвучала пугающе громко. В уголках глаз стало влажно, но Джисон старался сдержать слёзы. Кажется, он и так последнюю неделю только и делает, что рыдает.       Мемберы в шоке уставились на него, не зная, как на это реагировать. Единственное, что он понял, по их глазам, ему поверили, сразу и безоговорочно, в их взгляде быстро менялись эмоции, от боли до сочувствия. Чан потянулся, чтобы обнять его, а Чанбин сжимал кулаки от бессилия.       Сам Пак Джинён растерялся и пораженно выдохнул. Он не ожидал такого секрета, думал, будет что-то более стандартное, «я влюбился в парня, но старался доказать себе, что натурал» или «поссорился с парнем, напился в первый раз и натворил дел».       — Это многое меняет, мне нужно время, — коротко сказал руководитель jyp, когда Джисон, максимально сдерживая эмоции и стараясь позорно не разрыдаться, без лишних смущающих подробностей, пересказал всю историю.       — Нам бы не помешало немного определённости, — буркнул Чанбин, ему хотелось быстрее уйти, Джисон выглядел неважно, надо было срочно его комфортить.       — Определённо, я буду последним гондоном, если разорву контракт. Но как мы будем действовать, я не знаю. О ребёнке сообщим в полицию, его мать всё равно надо найти, что с ней делать решим, когда найдём. Джисону, если он хочет оставить ребёнка, мы начнём оформлять документы на основании ДНК-теста. Если не хочет — то отказ от родительских прав и документы уже в опеку. А вот, что будет с группой не могу ничего обещать. Возможно, пиар отдел придумает, как выехать на этой теме. Но скрывать ребёнка мы не сможем. Это слишком геморройно и впоследствии выйдет боком. Задача Хана в данный момент — решить оставлять ребёнка или нет, задача агентства — сделать пиар и избежать крупного скандала. Хотя бы с минимальными потерями пережить это. А как уж ситуацию будут воспринимать фанаты никто не предскажет. Скорее всего покатитесь вниз, будьте готовы, — очень сухо сказал руководитель, — и да, Чан, забыл поздравить, ты всё-таки теперь дедушка, — не сдержался от дежурной шутки и смешка господин Пак. Показная злость Чана, ошалелые взгляды и открытые рты мальчишек, несколько разрядили обстановку в кабинете.