Обрывками слов

Он аппарирует прямо перед ней в черной тяжелой мантии и маске Пожирателя смерти. Она всегда ждет, что от него будет пахнуть кровью, болью и смертью, но он пахнет собой. И немного похотью. Гермиона не позволяет себе ни на секунду задуматься, откуда он пришел сегодня. До тех пор, пока Орден получает конверт с информацией, её совесть спокойно лежит по команде. Теперь это ее суперспособность — филигранно управлять моралью. Малфой сбрасывает маску, когда она ловко справляется с тяжелой пряжкой ремня и освобождает его уже наполовину эрегированный член. У них никогда нет времени на долгие прелюдии или разговоры. И ей чертовски это нравится. Иногда отключать мозги, позволяя инстинктам взять верх — это то, чего нельзя себе позволить на войне. Но не здесь, не с ним. Она оттягивает кожу и обхватывает губами головку, облизывает с наслаждением, и член наливается кровью в её руках. Гермиона сразу берёт быстрый темп, и он усмехается, но глаза остаются серьезными. В них — понимание, и ей больше ничего не нужно. Она проводит языком от основания до вершины, повторяя путь набухшей вены. Ей хочется закрыть глаза и раствориться в этом моменте навсегда, но она держит их широко открытыми, не отводя взгляда от его напряженного лица. Рука двигается по его длине четкими, выверенными движениями, пока губы сильно засасывают темно-красную плоть. Он толкает бедра вперед, и Грейнджер послушно открывает рот шире, позволяя проникнуть дальше, глубже, сильнее. Ему нравится власть. Ей нравится отдавать ее ему. В их отношениях все честно. Она давится, но не останавливает и не останавливается. Его ладонь уже путается в волосах, дыхание тяжелое и громкое. Малфой на грани, и Гермиона обхватывает его мошонку, закатывая глаза от острого наслаждения, когда она поджимается в ее руках, и во рту распространяется соленый вкус его желания. Он на мгновение ослабляет хватку, предлагает ей выбор. Но выбор давно сделан, и она насаживается снова, глубже, упиваясь ощущением бархата кожи на губах. Её белье насквозь мокрое, Гермиона не знает будет ли у него время сегодня закончить с ней, но желание почувствовать вкус его капитуляции перед ней пересиливает, и она ускоряется, помогает себе рукой, не замечая, что начинает постанывать. Зато он замечает. Три резких толчка, и он изливается ей в горло, позволяя себе низкий утробный рык. Гермиона сглатывает, с пошлым мокрым звуком дочиста облизывает головку и выпускает член изо рта. Она упирается лбом в его бедро. Колючая шерсть неприятно покалывает влажную кожу, но ей все равно. Ей не стыдно. Она снова чувствует себя живой, только это имеет значение. Драко поднимает её, подхватив под руки. Он молчит. Почти всегда молчит. Прижимает её на мгновение ближе и целует в лоб. Значит, сегодня времени больше нет. Но она знает точно, следующий раз будет только для нее. Главное, чтобы они до него дожили.