Светлячок

Вот это была засада. Рамлоу привык, что Баки адекватный и закрывает за собой входную дверь, а вот Зимнему нужна была команда, которую Рамлоу и не отдал. — Как он? — спросил Стив с порога. Зимний обернулся, и его пустой взгляд уперся Стиву в ширинку. — Отсосать всем, — повторил старый приказ Солдат, и Рамлоу понял, как же они попали. Стив осознав, что что-то идет не так, попятился к двери, но Зимний за доли секунды оказался перед ним на коленях и вцепился в ремень. — Нет, Баки, не надо! — Роджерс попытался оторвать его пальцы от своего ремня, понимая, что всё, что происходит сейчас, абсолютно ненормально. Брок, который уже не раз проходил через это, с усмешкой сказал: — Проще дать, Роджерс, чем отмахаться от него. Расслабься. Ты же не собираешься с ним устраивать драку за право отсосать тебе? Стив, глядя на Зимнего, который стремительно расстегивал его брюки, зло сказал: — Ты хорошо разбираешься в этом вопросе. Пользовался им? — Заткнись, Роджерс! Видимо, ты для него не настолько хороший друг, раз он не рассказал тебе всего! — рявкнул Брок. До Стива начало что-то доходить, но Зимний заглотил его член, и Роджерс слегка покачнулся от нахлынувших ощущения, а Зимний быстро вошел в привычный ритм. — Не нужно! Ты же не хочешь, Баки, — стал шептать кэп, задыхаясь. Брок смотрел, как голубые глаза становились темно-синими, а Стив всё не кончал. — Хорош болтать, и дай ему выполнить приказ! Кончай уже, блять! — зло выплюнул Рамлоу, видя, как Роджерс растягивает не самую приятную для глаз Брока процедуру. Стив перестал сопротивляться, облокотился о косяк, прикрыл глаза и, кусая губы, кончил, давя тихий стон. Зимний проглотил чужую сперму, тут же выпустил член изо рта и развернулся к Броку. — Блять, горе ты мое, Зимний. Ну, давай. Брок откинулся на подушки, сам стянул трусы и бросил на пол. Солдат уже склонился над его членом, как Рамлоу понял, что, как и раньше, до тошноты не хочет иметь дело с «живой куклой». Баки не должен больше никогда становиться только инструментом для чужого удовольствия, пусть даже если это удовольствие для Рамлоу. — Кончи для меня, Солдат! — сказал он. — Противоречит приказу, — покачал головой Зимний. И тут Рамлоу вспомнил, что того обучали доставлять удовольствие гостям, натаскивая под их желания. — Я смогу кончить, только если и ты кончишь со мной. Мое желание: видеть, как ты дрочишь себе! Давай же, детка, порадуй меня, — Рамлоу взъерошил волосы Зимнего рукой. Тот неуверенно взялся за свой мягкий член. — Давай, двигай рукой, — Брок погладил его по щеке, по губам. И тут тело Зимнего свела судорога. Брок увидел, как напряглись мышцы до выступивших вен, а потом резко расслабились. Солдат всхлипнул, его глаза наполнились животным ужасом, и он зарыдал. Слезы водопадом текли по щекам, он будто захлебывался этой соленой водой, и при этом рвано дергал свой по-прежнему мягкий член. Зрелище было душераздирающим. Брок считал себя давно очерствевшим человеком. С такой работой как в Гидре это и не могло быть по-другому, но Зимний цеплял его чем-то, проникая в самое сердце: размягчая и вытаскивая такие чувства, о которых Рамлоу и не подозревал. Сейчас разрушился хрустальных замок Баки, который он выстроил вокруг себя. И его острые обломки резали Барнсу глаза. Прошлое рухнуло на него всей своей пугающей силой. Стив дернулся вперед, но Рамлоу сделал предостерегающий жест глупому Роджерсу, который рвался на помощь другу. Брок не знал, кто перед ним сейчас: Зимний солдат или Баки Барнс. Для Стива могло быть опасно находиться рядом с Зимним. Да и Солдат от резкого движения мог улететь в своих воспоминаниях куда-то не туда и воспринять Роджерса как угрозу. — Ложись, Солдат, — Брок мягко потянул его на подушки, и тот, не прерывая своего занятия, послушно лег. Глаза Зимнего закрылись, но из-под мокрых ресниц по-прежнему лились соленые потоки, а рука нервно дергала член, будто Зимнего заклинило на этом действии. Они никогда не целовались. Баки это не надо было, а Брок и не горел. Но сейчас Рамлоу стал мягко собирать губами слезинки со щек Зимнего, которые теперь неровными ручейками вились по вискам и уходили в подушку. Роджерс обеспокоенной статуей застыл у дверей. Брок на секунду повернулся к нему коснулся своих губ, а потом указал на руку Зимнего. Тот сколько не дрочил, член так толком и не вставал. Брок не знал границы отношений друзей. На что готов Роджерс ради друга? Но кэп решительно кивнул. Он быстро устроился на кровати, убрал руку Зимнего и накрыл его член губами. — Все для тебя, детка, — прошептал на ухо Зимнему Брок, вложив в эту фразу столько нежности и заботы, сколько смог в себе найти, и впервые по-настоящему поцеловал Солдата. Соленые, пухлые мягкие губы раскрылись навстречу не сразу, но через пару секунд Зимний сам обхватил его за шею и прильнул так, будто этот поцелуй был его шансом на жизнь: губы сминались, языки сплетались, и всхлипы вскоре превратились в стоны. Солдат инстинктивно цеплялся металлической рукой за его, так и не снятую, футболку, как за соломинку, которая должна его вытянуть из прошлого. Брок физически чувствовал его страх: остаться один на один с Гидрой, с Пирсом. — Я не хочу, не хочу… — нервно шептал Баки ему в губы, не открывая глаз. Под опущенными дрожащими веками метались зрачки. — Тихо, детка. Я здесь с тобой. Гидры больше нет и Пирса тоже. Здесь только те, кто тебя любит, — Брок погладил его по волосам и поцеловал горячий влажный лоб. Глаза Зимнего распахнулись. Он со страхом огляделся, будто еще не до конца понимал, где он, но его взгляд тут же посветлел, когда натолкнулся на Роджерса, который явно не имел опыта, но очень старался. — Стив, спасибо, но тебе не обязательно продолжать, — прошептал вернувшийся Баки, давая возможность другу остановиться. Но Стив упорно продолжал, будто и не слышал, наоборот, увеличил скорость, и Барнс, шумно выдохнув, наконец, выстрелил спермой ему в горло. Баки посмотрел уже совершенно ясным взглядом на друга, который теперь тыльной стороной руки вытирал губы, и потянул за футболку к себе. Роджерс бросил быстрый взгляд на Рамлоу, спрашивая разрешения, и тот кивнул, показывая, что вполне можно перестать осторожничать и настало время поддаться желаниям. Стив и Баки стали страстно целоваться на кровати, будто дорвались друг до друга, и в какой-то момент Барнс захотел вернуть другу минет, будучи уже в здравом уме. Рамлоу оставил их наедине, незаметно выскользнув на балкон. Он не хотел им мешать. Все стало, как должно было быть. Перед Рамлоу лежал Нью-Йорк. Закатное солнце разливало алый огонь по окнам небоскрёбов. И Брок подумал о том, что его миссия полностью выполнена: Баки со Стивом. Все долго играли в игру: «не смотри в прошлое», пока прошлое не посмотрело на них. И вот он конец. Нарыв вскрыт и гной вытек. Зимний очистился и теперь с тем, с кем и должен быть. Рамлоу больше нет места в этом мирке. Через пять минут к нему присоединился Стив. — Прости за то, что подумал о тебе плохо… И спасибо тебе за Баки, за то, что спас его, за то, что сохранил его психику и помог пройти через всё, — начал кэп. До него только сейчас дошло, что адекватный Барнс — это заслуга Рамлоу. Ведь Стив не видел Баки Зимним солдатом: ему досталась уже вполне нормальная версия. Роджерс продолжил: — Можешь мне рассказать, что делали с Зимним Солдатом в Гидре? Ты сказал, что Баки что-то не хочет мне говорить. — Я, думаю, ты уже и сам догадался. В подробностях я не знаю. — И ты не спрашивал у него? — спросил кэп. — Послушай, Стив, хочешь совет? — сказал Рамлоу, закуривая. Стив кивнул. — Не лезь к нему с вопросами, пока он сам не решит рассказать, или потеряешь его. Брок запустил щелчком окурок в сторону небоскребов. — Я так понимаю: мне пора. — Постой, — Стив мягко взял его за локоть. — Хочу еще кое о чем тебя спросить. — Валяй, кэп. — Баки как-то обмолвился, что он с тобой потому, что ты его понимаешь. Ты прошел через тоже, что и он? Стив смотрел с сочувствием и пониманием. — Не надо драмы, кэп, Барнс все слишком преувеличил. — Тогда почему? Брок понял вопрос. Рамлоу повернулся к городу, и его взгляд застыл у линии горизонта, будто смотрел он сейчас в свое далекое прошлое. — Я долго искал ответ, кэп, на этот вопрос. Кое-что в моем прошлом, конечно, есть, что могло бы меня привязать к Барнсу, и поначалу я думал, что дело только в этом, но в какой-то момент я понял, что слишком уж родным он мне становится. Была у меня одна история в пятнадцать лет. Был я молодой и глупый, и от меня залетела девчонка. Оба тупые были. Я ей дрянь всякую подсовывал, чтобы выкидыш спровоцировать. Боялись, что ее родители узнают, поэтому в больницу не пошли. Но они все равно узнали. Для аборта было поздно, и ей пришлось рожать. Я даже успел своего сына руках подержать, но он умер от той дряни, что я ей давал. Я не смог его спасти, и никто не смог. Ему сейчас было бы столько же лет, сколько Барнсу. Что-то в районе двадцати пяти. Вина мной движет на самом деле, кэп. Стив внимательно его слушал, тоже глядя на город, и теперь заговорил: — Отец у Баки умер рано. Он тогда сильно страдал. Закрылся в комнате и два дня не выходил. Мы с его матерью оттуда ничем его выманить не могли. А своего я и не помню толком. А позже мы и вовсе лишились родителей, и дома у нас не было как такового. Всегда все на грани выживания. Эти месяцы, когда мы чувствовали, что нас кто-то ждет, и у нас есть дом — это лучшее время. Я давно не ощущал себя так легко, да и Баки тоже. Он будто откатился в то беспечное время, когда были живы его родители. Я понимаю, что Баки выстроил для себя убежище от плохих воспоминаний и просто встроил тебя в свою игру. И пусть все это рухнуло, но ему по-прежнему нужен дом, как и мне. И, думаю, тебе тоже. Я читал твоё досье. Ты тоже один, Брок. Мать твоя спилась, родного отца ты не знаешь, а с отчимом тоже какие-то проблемы. Оставайся с нами, Рамл… Брок. — А ты хорошо подготовился, кэп, — усмехнулся Брок. — Это моя обязанность: быть в курсе прошлого подчиненных, — сухо констатировал кэп. Но Брок знал настоящую причину: — А еще ты должен был знать, в чьих руках твой любимый человек. Рождерс не стал отрицать и кивнул. — В качестве кого, ты хочешь, чтобы я остался с вами? — иронично спросил Брок. — Это уже тебе решать. Мы примем любое твое решение. — Это Барнс тебя послал, а сам спрятал голову под подушку, как обычно? За это время он прекрасно изучил новую личность Баки Барнса. Или она такой и была раньше? — Он боится услышать твой ответ, — предсказуемо ответил кэп. — Мне тоже трудно будет ему сказать, что я так и не смог сломать себя. Барнс в постели хорош, но… — Но это не твое. Он знает… Просто останься. И тут на балкон вылетел Барнс в одних трусах, прерывая их разговор. В его огромных глазах плескался настоящий ужас. Он выглядел так, будто на США в очередной раз напали инопланетяне. — Стив! Срочно звони Старку… Мы забыли!!! Ошарашенному Броку показалось, что Барнс сейчас завоет от беспомощности. А вот Стив его понял и стал что-то набирать в телефоне. Пиликнул ответ. — Мы еще успеем, Баки! Брок давай к машине! — скомандовал кэп и выпихнул очумевшего Рамлоу в комнату. — Куда? Что происходит? — Меньше вопросов, Рамлоу! Приказы не обсуждаются! Стив потащил его к дверям, попутно громко оповещая Баки: — Догоняй и коробку не забудь! — Какую коробку? — едва успел сказать Брок, как Рождерс запихал его в машину. Барнс выбежал с огромным пакетом, в котором угадывалась коробка, и запихал в багажник. По дороге они летели, а не ехали, и Брок уже успел передумать множество вариантов и уже дошел до ядерной войны, но тут они остановились у башни Старка. Суперсолдаты потащили Брока по лестнице и втолкнули в темный зал. Он перевел дыхание и огляделся. Вокруг была кромешная тьма. И вдруг вспыхнул свет, и множество людей стали скандировать: «С Днем рождения, Брок!». В воздух взлетали ленты, конфетти, слышался звук открываемых бутылок с шампанским. Брок ошалел от увиденного, Баки прошептал ему на ухо: — С Днем рождения! Как ты мог забыть?! А Рамлоу ведь реально забыл. — Барнс, черт возьми, вот зачем все это? Ты для себя устроил праздник или для меня? — Тебе не нравится? — огорчился Баки. — Конечно, нравится, — махнул рукой Рамлоу и хлопнул, ободряюще его по плечу. Баки тут же повеселел и пошел со Стивом здороваться со всеми. Рамлоу чувствовал себя неуютно на этом празднике жизни: не привык он к такому количеству внимания. Он вышел в коридор и пошел искать туалет. Пухленькая, слишком просто одетая для такого пафосного места, женщина сидела на стуле около одного из кабинетов. Она открыто и чуть смущенно улыбнулась ему, будто извинялась, что оказалась здесь. — А вы почему не со всеми? — поинтересовался Рамлоу. — Ой, — отмахнулась она. — Нашу фирму наняли убрать зал после праздника, а я рано пришла. Боюсь работу потерять. — Как вас зовут? — Луиза, — мило смутилась женщина. Луиза понравилась Броку. Она казалась мягкой и уютной. Тут же взыграли собственнические чувства: захотелось присвоить этот кусочек тепла. — А давайте, я вас угощу? — Ой, что вы. Нам нельзя, — покраснела она. — Это мой праздник — значит, я имею право привести на него кого угодно! Идем! — Брок решительно взял женщину за руку и повел за собой. Они устроились за барной стойкой. Женщина оказалась хохотушкой и слушала военные байки Брока с интересом и забавными комментариями. — О! Брок, ты уже и компанию нашел, — Баки обнял его сзади, а Стив положил руку на плечо и сказал: — Мы рады за тебя. — Мы со Стивом сегодня будем здесь гулять до утра, так что квартира твоя, — прошептал ему на ухо Барнс. — И в багажнике машины лежит подарок тебе. Это фильмы с той, твоей старой квартиры. Хотел торжественно подарить позже, но сейчас они тебе нужнее: будет чем развлечь даму. Он чмокнул его в шею и потянул за собой Стива в толпу танцующих, хотя тот и сопротивлялся. — Давай же, Стиви. Ты и в сороковые все стенки подпирал, так хоть сейчас оторвись. Стив с неохотой пошел за Баки. — Кто это? — спросила Луиза. Броку даже показалось, что она немного ревнует. «Как же такого красавца как я, и не ревновать к двум идеальным суперсолдатам?» — с иронией подумал Рамлоу. — Мои мальчишки, — с усмешкой сказал Рамлоу. — Два огромных младенца, которых судьба подбросила мне на порог. Через месяц. Дом за городом на берегу маленького озера. — Баки, хватит пироги воровать! — Рамлоу заметил, как Баки, пока никто не видит, запихивает в рот уже второй. — Сейчас поедим нормально. Подождите. А лучше валите на озеро, а то ничего на стол не поставить с вами. Стив выхватил у Баки очередной украденный пирог, но Барнс попытался у него его отнять, и в итоге они оба, смеясь, выкатились из дома. — Блять, я думал, что получу двух взрослых людей, а в итоге двух детей получил, — проворчал он. Луиза накрывала на стол. — Тебе, действительно, это не нравится? — Да нет. Так ворчу, по-стариковски. Видеть Стива таким ему было непривычно. На миссиях — всегда собранный, категоричный, иногда невыносимо нудный, а здесь в доме, будто солнышко голубоглазое: смеялся заливисто, обнимал Брока тепло. Кэп становился абсолютно расслабленным, словно всё спасение мира оставлял за порогом. Впрочем, и Баки тоже. На миссиях — серьезный, неразговорчивый, грозный Зимний солдат, который всегда стоит рядом с Броком или капитаном и любого порвет за них — дома же превращался в сущего сорванца. Стоило им переступить порог, как дом наполнялся доверием, и оба раскрывались будто цветы. Остальные видели лишь плотно сжатые бутоны из серых лепестков, но так и не смогли ни разу увидеть нежно-розовое нутро. Брок вышел, чтобы позвать их к столу, но нашел не сразу. Весь берег порос камышами, и озера было почти не видно. Ему пришлось пройти несколько метров, пока он не услышал едва различимый шёпот. Брок скинул обувь, зашел в воду и раздвинул камыши. Он увидел, что оба голые, стоят по пояс в воде и самозабвенно целуются. Брок даже залюбовался увиденным. Солнце играло в золотистых волосах Стива, тенями ложилось на широкие плечи капитана, отражалось от руки Баки солнечными зайчиками на воде. — Люблю тебя, Стиви, — шептал Баки в губы Роджерсу. — И я тебя, Баки, — Стив мягко прикусил его нижнюю губу. Ладони Роджерса лежали на талии Барнса так, что казалось он удерживает друга над водой, чтобы тот не утонул ненароком. Брок видел какая невероятная нежность между этими двумя. Даже ради того, чтобы просто увидеть, как счастлив сейчас Баки, стоило рискнуть всем и вытащить его из Гидры. Как бы Броку не хотелось нарушать эту идиллию, но он крикнул: — Эй, малышня, не хотите это перенести на более позднее время и, желательно, в спальню? Стив смутился, а Баки состроил забавную гримасу. — Барнс, блять, ты детство из себя вытравливай понемногу, — шутливо-показательно поморщился Брок. Парни вышли из воды, оделись и зашли в дом. Барнс за столом уплетал котлеты, хвалил Луизу и торопливо рассказывал, как ему на последней миссии удалось сделать сальто с автоматом. Стив молча налегал на пироги, так как знал, что стоит Баки покончить с котлетами, и пирогов Роджерсу не достанется. В столовой, где они сидели сейчас, витал запах свежей выпечки, везде лежали разноцветные коврики, сплетенные Луизой, на окнах были белые занавески в мелкий цветочек. В углу стоял массивный шкаф, набитый книгами с потертыми перелетами. Стив, в отличии от Баки, так и не научился толком пользоваться современными гаджетами и любил читать по старинке, вдыхая запах старой бумаги и типографской краски. Атмосфера в доме была теплой и домашней. Такой у Брока не было ни в детстве, ни позже. Он и не надеялся, что с ним такое произойдет. Может светлячки, действительно, приносят счастье?