Девочка с глазами ребёнка

— Хозяин! — крикнула маленькая девочка, отпрыгнув из-за детского столика и повалив тем самым все листы с рисунками. Как и всегда, на B-7 было надето только лишь розовое платьице с нашивкой над правой грудью «B-7». Из-за формы её лап, носки для неё не шились. Раньше она использовала памперсы, однако никто даже не позаботился о том, чтобы сшить для неё нижнее бельё — хвост сильно мешает ношению человеческой одежды. Благо, шерсть и платьице полностью укрывают её от непристойных взглядов. В будущем, одежда для зверолюдов станет проблемой из-за их быстрого роста, потому мех для них — единственное спасение, чтобы не ходить полностью голыми. — Приветствую тебя, B-7, — холодно произнёс Сергей, заходя в розовую спальню. — Хозяин, — девочка мялась, стесняясь продолжить фразу, хвостик её нерешительно вилял. — Я… нарисовала… вам! B-7, склонив голову, протянула Сергею листок бумаги. На нём было нарисовано что-то непонятное, отдалённо напоминающее, как посреди белых стен стоит взрослый человек с окровавленной грудью. Кожа его была жёлтой, а сам он при этом явно улыбался. На всякий случай, Сергей спросил: — Расскажешь, что ты хотела показать? — Да! — воскликнула B-7, радуясь, что Сергей задержится с ней подольше. — Это я и вы, на руках. В самом деле, жёлтый человечек и правда чем-то напоминал Сергея, а кровавое пятно… розовый карандаш так часто использовался, что уже попросту стёрся, потому она изобразила саму себя единственным похожим цветом. Благо, её глаза могли различать весь световой спектр. В любом случае, данный рисунок не тянул даже на две звезды из десяти. — Очень красиво, сохраню его у себя, — улыбнулся Сергей, одной рукой прижимая художество к груди, а другой гладя девочку по голове. Сергей обратил внимание на перебинтованный кончик хвоста. — Как твой хвостик, не болит? Счастливая мордочка B-7 мгновенно переключилась. Она прижала ушки и хвостик к себе, боясь, что ей снова причинят боль. Сергей это заметил, и поспешил успокоить объект: — Ну-ну, тише, я просто спросил. Слушай, а не хочешь побегать? — Не хочу боль, — заскулит щеночек. — Сегодня больно не будет. Ну так что, снова «кто быстрее»? Хвост её завилял очень быстро, сдувая все разбросанные листы с пола. Не скрывая своего счастья, B-7 пустилась бегать по всей комнатке, причём на четвереньках, постоянно повторяя слово «бегать!». Её счастье не мудрено, ведь Сергей наведывается к ней лишь один-два раза в сутки, а всё остальное время она либо с нянями, либо в одиночестве играет с куклами. Сейчас B-7 уверенно стоит на задних лапах, оперируя передними, как человек. Возраст 68 дней (по человеческим меркам, это 2 года и 9 месяцев). Рост её составляет 81,8 сантиметров при весе 9,3 килограмма. Очень низкие показатели для человеческого малыша, но для зверолюда это ориентировочная норма. Сергей повёл малышку за собой, выпуская ту из комнаты. Массивная дверь защищена от любых угроз и открывается только посредством спрятанного мотора. Потому сама B-7 не может покинуть выделенную ей область — спальню, прихожую и ванную комнату. Лишь няни и персонал отдела «B» могут её вывести наружу. Вернее, в другие комнаты. Пройдя не больше десяти метров по коридору, они вышли в тренировочный зал. Здесь был самый разнообразный спортивный инвентарь, который только можно было поместить в помещение размерами 10 на 20 метров. Каждый элемент или прибор был продублирован два раза для парных занятий Спросив разрешения, B-7 заняла беговую дорожку, а Сергей — велосипедный тренажёр. Они находились достаточно близко, чтобы можно было переговариваться. Хотя словарный запас малышки был ограничен, она предпринимала все попытки, чтобы его расширить, запоминая каждое новое слово. Оттого общение с ней не казалось чем-то скучным. Более того, её речь была понятной, а голос лишился постоянного сильного рычания, свойственного маленьким зверолюдам, хотя небольшое хрипение останется с ней навсегда. B-7 бросала вызов Сергею: кто дальше сможет пробежать-проехать. Не поддержать её энтузиазм было бы стыдно, потому Сергей делал всё возможное, чтобы угнаться за малышкой. Как свойственно собакам, она бегала на четвереньках, причём весьма быстро. Даже на велосипеде за ней было не угнаться. Вскоре Сергей полностью выдохся. Но за это время он успел собрать необходимые данные о развитии мышц B-7. Как это не печально, Сергей приходит к ней лишь ради проведения экспериментов, и этот раз не стал исключением. Может, она даже догадывается об этом. — Я первая! — радовался щеночек, прыгая на месте, точно совсем не устал, но язык всё же выпал. — Да, ты молодец, B-7, — выдавил из себя запыхавшийся и пропотевший Сергей. B-7 села на ближайшую скамейку и, взяв непонятно откуда взявшуюся бутылочку с питательной пастой, стала пить. Это была единственная еда, которую она когда-либо пробовала. За все эти дни ей ни разу не доводилось ощутить вкус даже простого сахара. А вот вкус соли ей хорошо знаком, ибо слёзы и пот как раз наделены хлоридом натрия. Своим носиком она постоянно принюхивалась. Ей нравился запах Сергея, особенно, как это странно не прозвучало бы, его пропотевшей одежды. Может, генетическая связь, а может, он ассоциируется у неё с единственным доступным ей вкусом соли. — Хочу к Ди! — внезапно воскликнула девочка. «Ди» она называла другой объект — D-4 — единственный зверолюд, с которым она общалась. Он для неё своего рода друг. Ранее видеться они могли крайне редко — лишь когда руководители обоих отделов соглашаются на эту встречу. Всё из-за мер безопасности, чтобы никто не мог устроить саботаж и погубить чужой проект. Но после визита Такаюки, D-4 был лишён своей комнаты и помещён в обычную «Дикую среду». — Нельзя, — коротко ответил Сергей. Сергей закрыл глаза, чтобы не видеть прижатые к головке ушки и обиженную мордочку B-7. Но она приближалась всё ближе и, постоянно скуля, всё шире раскрывая глазки, пыталась переубедить Сергея. Это подействовало: — Ладно! — раздражённо произнёс Сергей, сдав позицию. — Пойдём, отведу тебя. И они направились в «Дикую среду». Это было очень большое помещение, напоминающее целый дом высотой 3 этажа и площадью 40 на 40 метров. Здесь были несколько видов животных вроде куриц, овец, птиц, кошек, собак и некоторых других зверят. Разумеется, некоторые виды были изолированы от остальных. Деревья, ручеёк, невысокая трава и даже маленький фермерский садик — всё создано лишь для экспериментов над зверолюдами. К слову, среди всех этих животных бродил и один невиданный доселе зверь с белой покрытой чёрными точками собачьей шкурой — D-4. Он что-то бессвязно бурчал себе под нос. Учуяв появление B-7, D-4 сразу подбежал к ней. На нём не было даже одежды. Диалоги с ним напоминали общение с попугаем — он лишь повторял, чётко выговаривая каждое слово. Но не больше. D-4 оказался не способен ни на что, свойственное человеку. Возможно, у него есть разум, но он далеко за звериными инстинктами, что не удовлетворяет условиям гранта. Руководитель отдела «D» отказался от него, сдав позиции. Зато теперь объект находится в общей зоне, и с ним может взаимодействовать любой желающий, в том числе и B-7. Как две собаки, они могут играть друг с другом. А Сергей в это время просто наблюдает в ожидании. Конечно, Сергей был очень рад узнать, что теперь его проект — единственный оставшийся. Но он не злорадствовал из-за этого. Напротив, ему было грустно за других руководителей, которым, похоже, теперь вовсе за ним не угнаться. Если, конечно, с B-7 ничего не произойдёт…