Девочка с глазами ребёнка

— «Над объектом B-7 был проведён ряд экспериментов, включающий в себя изучение тела объекта. Объект был заражён некоторыми заболеваниями: чёрной оспой, ветряной оспой, риновирусом, вирусом гриппа, гепатитом A и B, холерой, кишечной палочкой, рабивирусом. Спустя неделю ни от одной из болезней не было и следа. Все вирусные заболевания не способны развиваться в теле зверолюда из-за искусственного ДНК. Против остальных заболеваний сработал сильный иммунитет, не давший заболеваниям и шанса на развитие. По этой же причине объект не подвержен инфекциям. Насекомые вроде вшей, клещей и комаров также обходят объект стороной. С целью исследования прочности костей и скорости их регенерации был сломан кончик хвоста объекта. Тогда же был выявлен чрезвычайно низкий болевой порог объекта, хотя все нервы и ткани в порядке. В дальнейшем обеспечении обезболивающими мною отказано с целью узнать, связана ли непереносимость боли с возрастом или что-то не так в мозгу. Назначено фМРТ. Кости хвоста полностью восстановились без дефектов. Скорость регенерации превосходит усреднённые человеческие показатели в 2,71 раза. Такое же превосходство наблюдалась при восстановлении кожных покровов после порезов и ожогов различных типов тяжестей. Однако качество регенерации схоже с человеческой: ткани рубцуются, остаются шрамы — над регенеративными способностями ещё нужно поразмыслить. Конец записи» Нажав на кнопку паузы, Сергей отложил в ящик стола свой кассетный диктофон. Хотя сейчас такие не используются, ему очень нравятся старинные вещи. Вдох-выдох. Сергей собирался с мыслями, чтобы покинуть здание и направиться в специальное медицинское учреждение, путь до которой займёт несколько дней на машине. Впрочем, зачем ему добираться по дороге, если он может позволить себе использовать частный самолёт? Натянув свою естественную улыбку на уста, он собрался покинуть кабинет. Путь ему преградила Полина, возникшая с другой стороны двери. Она была уставшей и раздражённой, говорила на повышенных тонах: — Серёж, мы все устали. Иди сам договаривайся с B-7. А я так больше не могу. Игнорируя все нормы приличия, а также элементарное уважение к боссу, Полина прошла в кабинет и откинулась на его кресле, поставив ноги на только что протёртый стол. — Полина, я спешу, — Сергей как мог пытался стерпеть подобную наглость со стороны подчинённой. — Серёж, она не хочет ничего делать. «Где хозяин? Позовите хозяина! Не хочу! Не буду!», — эти фразы сопровождались активной жестикуляцией. — Как мы её только не уговаривали. Ей страшно без тебя. Иди и помоги ей, а я пока подремлю — тут меня всё равно искать никто не будет. Время слишком сильно поджимало, чтобы спорить с Полиной. Сергей бросил девушке ключ и покинул кабинет. Делать нечего — он уедет минимум на неделю, а прекращать эксперименты нельзя. Потому Сергей направился в главный корпус к B-7. В спальне ребёнка не было. Вспомнив, какие исследования были назначены на сегодня, Сергей пошёл в мед. отдел, часть которого расположена на этом этаже. Фактически, он зашёл в зону, в которой все объекты должны получать лечение в случае любого происшествия. Здесь также расположена и отдельная операционная, оборудованная именно для зверолюдов. К тому же, тут есть лестница для медицинских работников, ведущая в остальные части мед. отдела. Спустившись на этаж ниже, до Сергея сразу же донёсся громкий плач, который явно принадлежал его подопечной. Звук доносился из кабинета МРТ. Сергей как раз недавно назначил B-7 фМРТ для выявления причины её низкого болевого порога. Хотя его больше привлекала возможность увидеть, как работает мозг проекта. Два медработника как могли пытались удержать плачущую B-7 на столе, пока та вырывалась и царапалась. Они остановились лишь когда увидели Сергея. Малышка сразу же вырвалась из их цепкой хватки и подбежала к хозяину, обняв того за ногу, начиная лаять на своих мучителей. Её ушки были отогнуты назад, а хвост прижат к телу. Сергей приложил руку к головке B-7. Взгляд его стал мягче, он словно забыл, что уже должен идти к взлётной полосе. — Хозяин! — скулил щеночек. — Они делают мне больно! Мне страшно! Взгляд Сергея сразу переменился. Редко можно было увидеть, как его брови хмурятся. Даже медработники, которые не находятся в его прямом подчинении, начали медленно отступать в сторону. Поравнявшись ростом с B-7, Сергей вновь сменил гнев на милость. Платком он вытер скопившиеся на её шерсти и детских глазах слёзы: — Тише-тише, B-7. Всё будет хорошо. Ты же мне веришь? — Оно шумит. Страшно! Действительно, аппарат МРТ постоянно стучал, чем очень сильно пугал маленькое существо. Не внушало доверие и применение силы к её маленькому телу. К тому же, с этими медработниками у B-7 плохие ассоциации, ведь до этого они уже причиняли ей боль. Хотя это было по приказу самого Сергея. — Как твой хвостик? — спросил Сергей, щупая кончик хвоста. — Не болит… — B-7 уже не плакала, но всё ещё всхлипывала из-за продолжительных слёз. — А покажи-ка свою лапку. Я смотрю, порезы зажили, хотя и не полностью. От сделанных скальпелем не осталось и следа, а вот после тупого ножа появились шрамы. Ожоги, я вижу, прошли полностью и уже покрылись шерстью, но вот ожоги третьей степени пока ещё видны. Болят? — Да… — B-7 смотрела с некоторой надеждой, что её вот-вот уведут отсюда. — Так вот те эксперименты были болезненными. А это таким не будет. Машина просто немного пошумит и всё. Никто не сделает тебе больно, хорошо? Ты же храбрая девочка, неужто тебя напугал шум? Нам нужно знать, что у тебя в головке. Это очень нужно мне. Но если ты не хочешь, есть альтернатива — можно вскрыть тебе череп. B-7 испугалась. Хватаясь за голову, она бросила печальный взгляд в сторону громкой машины. Она не хотела к ней идти, но Сергей стал подталкивать её. Сопротивляться этому человеку девочка не смела. Каждый её шаг сопровождался поглаживаниями по черепушке, что в данный момент воспринималось, как предложение согласиться на «альтернативу». — Руку… — взмолился щеночек, ложась на стол. Ей было очень страшно, но соприкосновение пальцев, держание за руку с дорогим ей человеком, могло заставить её перетерпеть всё. Она закрыла глаза, стараясь не думать о том, что сейчас происходит. Ушки её оставались прижатыми к головке. Когда стол начал движение, она взвизгнула от неожиданности, крепче сжав пальцы, но не посмела встать. Процедура началась. Сергей то и дело касался шрамов и места ожога на лапке B-7, чтобы спровоцировать болевые ощущения. Она это терпела, ибо считала, что Сергей ничего не делает зазря. Во всяком случае, ей пришлось научиться терпеть боль из-за постоянных экспериментов. Монитора Сергей не видел, и, хотя ему было жутко интересно увидеть, как работает мозг его проекта, он всё равно проявил терпение, оставаясь рядом с щеночком, попутно выполняя все приказы из комнаты управления. И так вплоть до завершения процедуры. Наконец аппарат стал чуть тише, что означало окончание исследования. — Ну вот, совсем не больно. — обратился Сергей к B-7, помогая ей слезть со стола. B-7 на это ничего не ответила. Хотя бы она полностью успокоилась, и, кажется, шум машины её больше не пугал. Она вскочила с места и кинулась на шею Сергея, крепко обнимая. От этого Сергея словно парализовало. Объятия продлились четыре секунды, прежде чем B-7 наконец отпустила его. Ему было интересно, что это было. Благо, B-7 сама заговорила: — Полина научила. Сказала, так рождается связь. — Так вот оно что? Сергей с облегчением выдохнул. Теперь ему уже неудобно было говорить, что ему предстоит покинуть B-7. Доселе, он приходил к ней хотя бы раз в 2 дня, и то во время своего отсутствия с ней всегда была одна из его рубашек. Это первый раз, когда она не увидит его столь долгий срок. И всё же, оставить её без объяснения причины было бы куда хуже: — Слушай, B-7, мне нужно уехать. — НЕТ! — сразу крикнула B-7, словно это могло на что-то повлиять. — Я ненадолго — на неделю-две. Я постараюсь вернуться как можно скорее. Дело в том, что я болен. Сильно болен. И мне нужно лечение. Я уеду на операцию, и вернусь так быстро, как только смогу. Хорошо? — Нет! — B-7 снова начала плакать, вцепившись в ногу Сергея. — Это из-за объятий? Это я виновата? — Нет-нет, что ты? Ты тут не причём. И объятия были очень приятными. Просто мне не повезло родиться больным. B-7, я очень скоро вернусь. Ты же сможешь побыть храброй девочкой и дождаться меня, да? — Правда вернётесь? — детскими глазками она пыталась убедить Сергея не покидать её. — Правда. Так что будь хорошей девочкой и выполняй все наказы Полины. Она не даст тебя в обиду. Наконец оторвавшись от B-7, Сергей смог покинуть помещение. За спиной вновь раздались крики малышки. Времени было потеряно очень много, и пешком до места встречи уже не успеть добраться. Сергей смирился с необходимостью вызвать такси. Вдохнув в лёгкие жаркий воздух последнего месяца весны, он взял телефон в руки.