Девочка с глазами ребёнка

Это была последняя спокойная ночь. Солнце, казалось, не вставало вовсе сегодня — его лучей не было видно сквозь гигантские тучи. Ветер стремительно усиливался, не предвещая ничего хорошего. Каждому жителю было передано сообщение: «Штормовое предупреждение. Скорость ветра может достигать 25-35 м/с. Возможно наводнение: найдите безопасное укрытие выше уровня моря». Середина дня, а дождя так и не слышно, хотя запах озона держится стойко. Кажется, что он уже вытеснил привычный кислород. Молнии били в десятках километрах, и даже звук от них не доходил до жителей города. Если повезёт, всё обойдётся. Как никак, с чего бы вдруг стихия стала бушевать? — Сергей, — разочарованно обращался Такаюки, — как бы мне не было горько это признавать, но вы не справились с условиями — ваш объект лишён чувства страха и, как следствие либо первопричина, инстинкта самосохранения. — Сэр, пожалуйста, я уверен, что он ей присущ. Мне нужен всего один тест! — Время вышло. Подготовьте ПДА СМС. — Сэр, один тест. Всего один, и я докажу вам. — Мне бы очень хотелось верить, что вам удалось. Но откройте глаза, снимите свои розовые очки — B-7 дефектна. — Один! — Сергей был непреклонен. — Ладно, — Такаюки решил уступить столь упёртому работнику. — Вы общались с объектом куда больше, чем я. Наверняка у вас есть основания полагать, что она и правда идеальный образец. Если вам нужен один тест, так будет вам тест. Возьмите с собой камеру и микрофон. В паре сотен метров от вас будет наша машина, готовая забрать вас обоих после звонка. Только не задерживайтесь — на улице небезопасно. — Спасибо! Вот увидите! Можете уже открывать шампанское! — Сергей сразу повеселел. Он метнулся в комнату к Беатрис, чтобы позвать её на прогулку. Закричав во весь голос, он велел ей одеваться, сказав, что они идут на улицу. Девочка, не ожидавшая подобного, тоже повеселела. Оставив свой очередной рисунок на столе, она поспешила за ним. Ей больше не нужно было бояться, что кто-то её поймает. Они спускались этаж за этажом, чтобы оказаться в кафетерии, а оттуда через КПП на улице. Как и всегда, на неё было надето лишь розовое платьице с вышивкой над правой грудью «B-7». Впрочем, будь иначе, со своим мехом в солнечный тёплый день можно было бы и перегреться. Ботиночек у Беатрис также не было, но она и так чувствовала себя прекрасно. Наконец ей довелось прикоснуться к асфальту, ощутить его жёсткую текстуру подушечками своих лап. На втором КПП их обоих также пропустили без проблем. Она была вне себя от счастья. В первую же очередь она подбежала к дереву, чтобы просто прикоснуться к нему. Бегала по траве, кувыркалась на земле. Её не пугала надвигающаяся непогода. Ей было необычайно хорошо. Впервые она покинула стены лаборатории, оказалась от неё так далеко, что та скрылась за деревьями. — Куда идём? — весело спросила девочка. — Мы просто гуляем. Скоро мы вернёмся обратно, так что не отходи от меня далеко. — Хорошо! — крикнула девочка, подбежав сзади и схватив за руку Сергея. Хотя терпения ей хватило ненадолго, и когда они подошли к городу, она вновь отбежала, чтобы потрогать стены домов и прижаться к ним мордочкой. Для неё было очень необычно видеть разукрашенные строения, висящее на балконах забытое бельё, кем-то оставленный футбольный мяч, с которым теперь играет ветер. Заприметив мяч, она сразу погналась за ним. Людей уже не было на улице, и всё из-за штормового предупреждения. Во время обычного дождя люди уже прячутся и не выходят, а тут риск потопа. Весь страх из-за плохого опыта в прошлом. Данная местность раз в несколько лет оказывается под толщей воды. Возможно, как раз пришло время. Потому все люди укрылись либо в специальных бункерах, либо идут подальше из города на возвышенность. Те же, кто остался, закрыли свои окна прочными непрозрачными защитными щитками, чтобы внезапный порыв ветра не разбил стекло. Они проходили всё дальше и дальше в город, который сейчас казался пустым. Машин не осталось совсем, фонтаны в парке отключены, лампы уличного освещения, невзирая на темноту, вызванную сокрытием солнца, не работали. Точно город-призрак. Наверное, любого такая картина бы напугала. Любого, кроме Сергея и Беатрис. Сергей так и вовсе находил подобную обстановку умиротворяющей. С каждой минутой небо становилось всё темнее. Постепенно, оно стало напоминать сплошные ровные диски, возложенные друг на друга. Молнии били внутри этих туч, но с земли можно было наблюдать лишь вспышки, а не сами разряды. Это небо, как бы странно это не казалось, точно стояло на серых столбах, доходящих до самой земли. Штиль сменялся сильными порывами, а потом снова покоем, в воздухе появился запах дождевой воды. — Беатрис, нам пора возвращаться! — крикнул Сергей, подзывая девочку к себе. Но Беатрис не двинулась с места, оставаясь на расстоянии семи метров и держа в лапках мяч. Она не поднимала своей головки, разглядывая асфальтные крошки, застрявшие между подушечками. — Беатрис! — Сергей закричал ещё громче. — Тут так красиво, так спокойно и так хорошо. Я бы хотела остаться на улице навечно, — девочка неестественно улыбнулась. — Я тут подумала… умирать слишком грустно. Уголки губ Сергея приподнялись. Вот то, что он искал — стремление жить. Сейчас ему нужно только одно — чтобы B-7 сделала правильный выбор и доказала, что всё это время он был прав. — Я не хочу возвращаться, — продолжала Беатрис, делая маленькие шаги назад. — Вы уж простите, но я не хочу умирать. Надеюсь, мы ещё увидимся, хозяин Сергей. Напоследок она лишь гавкнула. Кинув мяч в Сергея, словно током ударенная, она встала на четвереньки и давай бежать. Её когти проскальзывали на месте, будто это не асфальт, а лёд, пока в какой-то момент она не двинулась с места. Сергей с жуткой гримасой счастья попытался её догнать, но всё было тщетно. Щенок бежал так быстро, как только мог, точно от этого момента зависела его жизнь. Пытаясь скрыться, она ринулась промеж домов, куда Сергей никогда бы пролезть. Она не знала, куда бежит. Главное было просто оказаться там, где её никто не сможет найти. Сергей лишь посмеялся с её попытки, спокойным шагом переходя по более открытому проёму на соседнюю улочку. Не задумываясь, он достал из левого кармана своего пояса маленький чёрный флакончик. Открыв его крышку, он прислонил палец к сканеру. Идти ему отчего-то становится всё труднее и труднее. Ноги словно плетутся позади. Подходя к лежащему на земле телу, он смеялся, крича во весь голос: «Она совершенна! Ха-ха-ха! Я же говорил!». Прикоснувшись к наушнику, он сообщил свои координаты машине, чтобы их забрали. Микрофон и скрытую камеру он отключил. Приближаясь к B-7, он продолжал улыбаться. В затылке и в висках начали раздаваться удары сердца. — Эй, B-7, вставай. Я даже не знаю, как тебя отблагодарить. Ума не приложу, как ты поняла, что мне от тебя нужно, но спасибо тебе, B-7. Без тебя бы я точно пропал. Вставай, чего лежишь? Сергей прикоснулся к девочке, но та никак не отреагировала на него. Тогда он попался пощекотать ей бока, чтобы, как и прежде, она перестала притворяться спящей и очнулась, заливаясь глубоким смехом. Но сейчас это не подействовало. — Эй, ты чего? Что с тобой? B-7? Сергей попытался перевернуть тело девочку на спину. Он ожидал, что в этот момент Беатрис скорчит какую-нибудь жуткую гримасу и попытается его напугать. Но вместо этого он увидел лишь неподвижную собачью морду с открытыми глазами ребёнка, смотрящими в пустоту, и разинутой под собственной тяжестью пастью. — B-7, что с тобой? — прислонив руку к её шее, он пытался нащупать отсутствующий пульс. — Беатрис! Сергей пытался сделать ей непрямой массаж сердца, искусственное дыхание, что угодно, но ничего не помогало. Хотя дождя и не было, его веки уже были очень мокрыми. Только тогда, сквозь водную призму на зрачках, он увидел, что до сих пор держит в своей левой руке пульт, на котором всё ещё мигал красный индикатор. С неба упали первые капли. Словно кто-то включил звук на телевизоре, стал греметь гром одновременно со вспышками. Наконец подъехала машина. Двое охранников вышли из неё, чтобы забрать с собой тело B-7. Сергей даже не сопротивлялся этому. Самого Сергея они решили не трогать, оставляя его стоять на коленях и рассматривать левую руку с мигающим красным огоньком.