Девочка с глазами ребёнка

Стоя на берегу моря, Сергей вдыхал солёный воздух, перекрывающий своей насыщенностью аромат близрастущих деревьев. Волны ударяли о прогнившие брёвна, на которых была построена старая, изношенная временем пристань. Сергей не заходил в море, оставаясь рядом со статуей, которую он возвёл в память о Беатрис. Порой ему кажется, что он уже смирился с её смертью, но вот раз за разом он возвращается сюда, чтобы побыть рядом с ней. Свою левою руку он держит на груди, сжимая в кулаке розовое ожерелье. Вдыхая запах солёной воды, ему кажется, что он чувствует ваниль, но это лишь ведение. После разглашения информации о зверолюдах, Сергею наконец позволили возвести памятник, действительно похожий на Беатрис, вместо простой плиты. На самом памятнике лежат рисунки, нарисованные этой маленькой девочкой. Он был благодарен Полине за то, что та успела сохранить их, сложив в конверт и отдав Сергею. Она точно знала, насколько дорога ему память о его малышке. С того момента вода больше не выходила из берегов, а дожди стали столь лёгкими, что попадали под определения слова «изморось» — нехарактерная для этой местности погода. Впрочем, оно к лучшему, ведь чем слабее дождь, тем меньше жертв. Вдох. Выдох. Отчего-то это место всегда дарует умиротворение всякому, кто сюда приходит. Быть может, это из-за самого памятника? Или из-за шума волн, запаха солёной воды и аромата ванили, непонятно откуда берущегося. Получив сообщение с просьбой вернуться в лабораторию, Сергей начинает собирать фотографии. Он ещё раз оглядывает памятник: Беатрис была запечатлена в момент, когда она, лёжа головой на коленях Сергея, с восторгом смотрела на ночное небо, пока её хозяин показывал и называл различные созвездия. Взгляд хозяина очень печальный, но и одновременно с этим такой счастливый. Это было лучшее воспоминание о ней, когда она была ближе всего к свободе и своему счастью. В ту ночь Сергей впервые показал ей ночное небо, и теперь этот момент навсегда запечатлён в камне. Даже будь здесь тысячи гроз, потопов или дождей, ничто не испортит этой картины. Сергей отдал бы всё, лишь бы узнать ответ на единственный вопрос: простила ли она его за его преступление или до сих пор злится. Он готов поверить в существование ада и рая, и будет рад попасть хотя бы в ад, если Беатрис сможет докричаться до него с небес и ответить на вопрос. Это всё, чего он желает. Прощения. — Эй, Беатрис, — Сергей приложил свою руку к каменной голове, — я очень хочу поскорей увидеться с тобой, услышать твой ответ, но сейчас не могу. Я не имею права сдаться. Сколько бы грехов я не совершил, я сделаю всё, чтобы однажды все зверолюды стали равными с людьми. Я добьюсь этого, моя дорогая. А потом… пусть ты меня никогда не простишь, я сделаю всё, чтобы вновь заслужить твоё доверие. Просто знай, что мне очень жаль… Новое сообщение. Похоже, кто-то очень настойчиво просит о личной встрече, и Сергею всё же необходимо поспешить. Возвращаясь в лабораторию, Сергей, к своему удивлению, обнаружил у КПП технику, окрашенную в камуфляж. Со своим плохим зрением он издалека даже не сразу понял, что там и правда стоит машина, а вовсе не деревья. Похоже, дела плохи. Внутри здания Сергея ждал человек в форме. — Вы Такаюки? — спросил генерал-майор. — Нет, Сэр, я Сергей, директор лаборатории. Но по важным вопросам можно обратиться ко мне, — Сергей отвечал без дрожи в голосе, провожая гостя в кабинет для переговоров. — Меня интересует ваша разработка живых машин — зверолюды. — Что вас конкретно интересует? — Их применение в армии, разумеется. Вы уполномочены решать такие вопросы? — Да, Сэр, развитие этой отрасли полностью на моих плечах, и мой отказ или согласие — это отказ или согласие уважаемого Такаюки. Но спешу вас огорчить, зверолюды не годятся для армии. — Не спешите с выводами, — настаивал генерал-майор. — Позвольте я вам кое-что скажу: все зверолюды подчиняются четырём законам, нарушение которых физически, психологически, физиологически и всяко иное -ически невозможно. Они не могут навредить человеку и уж тем более отнять его жизнь. Компания потеряет лицо и доверие, если наши зверолюды научатся обходить эти законы и использовать оружие. — Вот как? Очень жаль. А если подумать? — А если подумать, вы знаете, что данная лаборатория — филиал иностранной компании? Если мы начнём поставлять зверолюдов вам, то армиям других стран тоже. — Если это поможет свести к минимуму жертвы среди человечества, то это благое дело, не думаете? Сергей призадумался. Действительно, если зверолюды будут воевать вместо людей, то человечество будет меньше страдать. Но есть одно существенное НО: зверолюды не могут причинять вред людям, и это не может обсуждаться. Так почему бы не поручить зверолюдам миротворческие миссии? Таким образом, они смогут улучшить к себе отношение. — Зверолюды не способны причинить вред человеку — это вшито на уровне ДНК, и без этого закона они выйдут из подчинения, — постановил Сергей. — Но они всё ещё могут использоваться для разведки, быстрой доставки информации или в качестве полевых медиков. Это снизит количество жертв в разы, я считаю. — Годится. Мы сами понимаем, что вы никогда не согласитесь поставлять нам воинов, но договориться на такой исход — уже неплохо. — В таком случае будете закупать их как компания по рыночной цене. Жду вас через неделю, когда улажу всё с уважаемым Такаюки. Сергей проводил гостя к выходу. Однако после, вместо того, чтобы связаться с Такаюки и всё тому доложить, Сергей решил в первую очередь отправиться к Маркусу, чтобы обсудить данный вопрос. Сейчас Маркусу, по большей части, было нечем заняться, потому он проводил время вместе с подрастающими зверолюдами. Все три партии уже давно родились, и самым младшим сейчас 11 дельта-лет. Их рост ускорен в 9 раз. Малыши ведут себя предельно послушно, повинуясь своим воспитателям, перенимая от них весь опыт. У каждого из них сейчас свой собственный хозяин — один из работников лаборатории. Как оказалось, зверолюды по запаху способны определить, кто конкретно является их хозяином, даже если с самого рождения они его не видели. Это благодаря тому, что зверолюды для своего создания требуют ДНК хозяина, и потому привязываются к нему, как к всезнающему родителю. Сергей тихонько вошёл в класс, стараясь не отвлекать зверолюдов от обучения. Ему и самому нравилось сюда приходить, как никак эти дети впитывают информацию, как губки, обучаясь различным профессиям. В будущем, уже они будут учителями для зверолюдов. — Маркус, — обратился к коту Сергей, — у меня к тебе дело. Пошли выйдем. Сергей рассказал о разговоре с генералом-майором всё, что запомнил, и дожидался ответа. Маркус не заставил его долго ждать: — Это прекрасная возможность. Как ты и сказал, зверолюды смогут проявить себя, как миротворцы. Получив одобрение, Сергей направился в свой офис, чтобы связаться с Такаюки. Чего Сергей не знал, так это мыслей Маркуса, увидевшего в данной ситуации целую возможность: зверолюды, работающие бок о бок с военными, смогут перенять многие привычки и научатся обращаться с оружием. В будущем это окажется подспорьем для вооружённой силы зверолюдов против людей.