Амброзия

Саша стояла, смотря своими обезумевшими глазами на кровавые руки. Слишком много красного, словно это был единственный цвет, в который ей было позволено окраситься. Тело Гриши Йегера было разорвано на части в таких хаотичных пропорциях, что она выблевала свой ужин. Это был самый настоящий психологический хоррор. — Эрен, что произошло, хаха? — тяжёлый взгляд девушки был наполнен отчаянием, она прикоснулась тыльной стороной ладони к своему лицу, убирая волосы и размазывая алые полоски по щекам. Всё случилось в один миг. Гриша Йегер сразу же увёл куда-то Эрена и запретил Шадису и Саше ходить за ним, а по его возвращении он ответил бы на все интересующие вопросы. Вот и вся хронологическая история, в которую поверить просто немыслимо. — Мы сидели тут минуть десять, Кит, — она даже не могла предотвратить эту катастрофу, потому что начался новый день. Саша опоздала на каких-то несколько минут. — Эрен! Что тут было? — приказной тон мужчины очень сильно запугал и без того плачущего мальчика, который толкал ладонями остаток туловища отца, умоляя его встать. Она не должна была этого видеть. Отвернувшись от душераздирающей картины, Саша пыталась остановить рвотные позывы от отвратительного запаха, окутавшего небольшую просеку. Самое страшное, что она видела в своей жизни — обескровленный труп в морге медицинского университета, куда она ходила на экскурсию. Но это зрелище было не сравнить даже с теми ужасами, которые происходили при прорыве стены маленькими ублюдками. Тогда Саша концентрировалась только на себе и на своих целях, мимолетом пробегая мимо просящих о помощи жителей. К расчлененке может привыкнуть только маньяк с напрочь отбитой психикой, но не абитуриентка, ежечасно переживающая свою смерть. — Я устала, Кит, — Саша села на землю, оперевшись спиной о дерево и закрыв глаза. — Знаешь, что я делала четыре дня назад? Радовалась и устраивала настоящий праздник своей семье из-за успешно сданных экзаменов. У меня могла бы быть интересная жизнь, а вместо этого у меня на сердце висят тяжелые гири, не отпуская ни на секунду. Со мной тревога, панические атаки, ОКР, психоз, посттравматический синдром, а я всего лишь обычная школьница, еще не получившая аттестат. Саша не была мудрой, не была достаточно умной, хитрой, она была подростком, который не видел взрослый мир во всех его красках, она разделяла людей плохих и хороших, видя мир в черно-белых тонах. — Я не умею успокаивать детей и лечить их покалеченную психику, хотя бы потому, что не могу вылечить в первую очередь свою. Уткнувшись в свои разбитые коленки, девушка пыталась уменьшить тревогу на своём сердце, а ведь раньше она волновалась из-за таких мелочей как непрочитанное мальчиком сообщение, ошибки в тестовой части экзамена. Кит Шадис разрывался на части. В первую очередь надо было привести в чувства мальца Эрена который находился в невменяемом состоянии, ловя полный аффект. Но, с другой стороны, ловила панические атаки очередная умалишенная дура. Почему он должен выступать в роли родительской фигуры для совершенно незнакомых людей, когда его лучший друг разорван на части? Он хотел напиться и вколоть себе в вену самое сильное наркотическое вещество, которое только можно достать. Он просто не знал, что ему делать со своей жизнью. А Саша не знала, что ей делать со своей жизнью, чтобы наконец-то сдохнуть и отрубить свою нервную систему. В глазах двоился образ окровавленного мальчика, который судорожно сжимал какой-то ключ в своих маленьких ладошках. — Эрен, — девушка собрала все силы, чтобы встать с земли и подойти к малышу, стараясь не напугать его. — Можешь рассказать, что это за ключик? — она вытерла руки о свои штаны, полностью приводя вещь в негожее состояние. Саша положила руки на плечи Эрена, успокаивающими движениями поглаживая их. Он всего лишь ребёнок, который не заслужил того дерьма, который предлагает ему мир. — Саша, — плаксивый голос Йегера добавил девушке огромную ношу на сердце, она не знала, что нужно сделать, чтобы защитить этого маленького человечка. Руки мальчика обхватили туловище девушки, пока он плакал, уткнувшись ей в живот. Это было слишком душераздирающе для любого человека. Саша присела на корточки и прижала Эрена к себе, слегка сжимая его плечи и оказывая молчаливую поддержку. Он всего лишь ребенок, который не видел и в десятую того, что предлагала девушке её прошлая реальность. Эрен заслуживает всего в этом мире. — Эрен, посмотри на меня, давай, — самый мягкий голос, что только мог вырваться из пересохшего горла Саши немного успокоил ребёнка, и он поднял на неё свои огромные зелёные глаза. — Смотри только на меня, больше никуда, хорошо? — мальчик кивнул. — Расскажи мне, что это за ключик. Он выглядит очень интересно, не расскажешь от чего он? — Он…он от нашего подвала, — плечи Эрена тряслись, пока он пытался ровно говорить. — Его дал мне папа, а дальше я ничего не помню. Вообще ничего, — тихие всхлипы вырывались из груди, девушка просто не могла выдержать такого. Что бы сделал сейвиор, будь он на её месте? Как он справляется со всем этим шлаком, который всё льётся и льётся? Он бы точно смог образумить тут всех и заставил бы чётко отвечать на его вопросы. — Ты умница Эрен, ты очень сильный мальчик, давай зайдём в домик хорошо, — Саша подняла ребенка на руки и стала лицом к разорванному телу Гриши, чтобы Эрен не видел это ещё раз. Маленькие руки обвились вокруг шеи Саши, пока она придерживала тело мальчика за ноги. Кинув мимолетный взгляд на Шадиса, она побыстрее зашагала к хижине. Шадис сидел на земле и смотрел только на мертвое тело Йегера, как почувствовал, что слёзы катятся из его глаз. Он впервые за долгое время позволил себе проявить эмоции, которые долго держал в увядающей душе. Ревность, злость, зависть были спутниками жизни Кита, пока в конце концов он стал свидетелем неизбежного. Не то что бы мужчина никогда не видел смерть товарища на поле боя, но почему-то именно гибель Гриши заставила его по-другому относиться к жизни. Возможно, из-за слишком неожиданных обстоятельств. Медленно встав, Шадис пошёл за психопаткой, роняя осторожные взгляды на разбросанные конечности бывшего друга. Он бы хотел убить себя и начать день с начала. — Эрен, сейчас нужно поспать, ты очень устал. Саша мягко гладила мальчика по голове, пока он лежал на коленях девушки. Она переодела свои испачканные штаны в шорты, а сверху укрыла Йегера своей большой футболкой. Это, конечно, не одеяло, но всё с чем можно было работать. — Но папа, — голос Эрена дрожал, а сам он свернулся калачиком, натягивая на себя футболку, как плед. — Утро вечера мудренее. Вдруг утром ты вспомнишь что-нибудь, что нам поможет, а до тех пор мы будем тут с тобой, договорились? — Угу. Нихера они не договорились. Саша в оцепенении ждала, пока Эрен уснёт, чтобы побыстрее схватить мальчишку и убежать из этого места, надеясь, что к утру его психика защитит его от воспоминаний. Он был настолько истощенным, что сопел уже через несколько минут. Саша аккуратно переложила голову мальчика на сумку, предварительно набив её своими штанами для мягкости, и очень тихо подошла к Киту, который всё это время молча наблюдал. — Надо поговорить, — бросил он коротко. — Да. Девушка вышла из хижины и собрала в себе всю смелость, чтобы подойти к влажному трупу Гриши и внимательно настроиться на копошение в его кишках в надежде найти что-то стоящее. По крайней мере ей нужно здесь прибраться. Мурашки пробежали по спине, когда до Саши начало доходить, что она собирается скрыть убийство, выбелить место преступления, чтобы ни одна живая душа не узнала о прошедших здесь событиях. Нет, так нельзя. — Нужно всё скрыть, — подавленный голос Шадиса привёл Сашу в настоящий шок. Нет, нет, нет, она точно не собиралась становиться захоронительницей трупов в свои восемнадцать лет. — То, что тут произошло должно оставаться в тайне. И видит Бог, Эрен не должен будет помнить ничего к утру. — Бля, че за бред ты только что сказал? — уголок губ девушки нервно задергался. — Ты вообще представляешь, сука, сколько за этим проблем? Ты говорил, что он доктор и всё такое, его будут искать семьи, который он, по крайней мере, спас. Будут искать потенциальные клиенты и в конце концов семья! А что мы скажем Эрену, когда он проснётся и будет плакать, понимая, что убил отца, а отца то и нет? — границы уважения к Шадису как к старшему стёрлись в порошок. — Мы в полной жопе. Как ты вообще собираешься говорить ребёнку, что его отец умер, но сам ты не имеешь понятия как? — нет, так нельзя. В девушке ещё оставалась какая-то мораль, она просто не могла так поступить с ребёнком, который едва не потерял мать. Можно было бы соврать, сказать, что это был несчастный случай или Гриша уехал в какую-нибудь экспедицию, но Эрен умный мальчик для такого очевидного обмана. — Саша, — строгий голос мужчины вырвал её из легкого оцепенения, фокусируя всё внимание на себе. — Мы будем врать. Если будет хоть какая-то вероятность, что наша ложь выйдет из-под контроля ты убьешь себя и мы придумаем более детальный план. Придётся нам самим жить с грузом этой ответственности, пока мы не разберемся во всём. Легкий смешок коснулся губ девушки. Она села на землю, руками касаясь кровавых луж, что почти впитались в землю. — Я не понимаю зачем все эти сложности, — честно ответила девушка, вымазывая ладони в чужой крови. — Разве ты сможешь жить с таким секретом? Я не могу свободно дышать каждую секунду, пока я нахожусь на этих землях, а ты говоришь о сокрытии трупа, я больше не могу. Эмоции нельзя скрывать, нужно проживать свои чувства и давать им выход, а не копить всё в себе. Так говорят психологии современного мира, и Саша согласна с этим утверждением полностью, но она не хотела приучать себя плакать каждый раз, когда ей сложно. Этому миру всё равно на её слёзы и страдания, сколько бы она их не показывала. — Бля, Кит, я так устала. У меня ничего нет здесь. Ни семьи, ни друзей, ни недвижимости. Каждый день видеть смерть так отвратительно. Я хочу просто впасть в летаргический сон и никогда не просыпаться. Девушка почувствовала, что ее головы коснулось что-то теплое и жесткое. Она подняла глаза и увидела, как Шадис неловко гладит её по голове, выражая жест поддержки, видимо. Сцена была настолько не в его репертуаре, что стало даже неловко от таких перемен в поведении. Лучше бы он просто молчал и стоял. — Не представляю, что ты сейчас испытываешь, но могу дать тебе слово, что окажу любую необходимую поддержку, которая тебе потребуется. Никто не заслуживает проходить это дерьмо в одиночку, я постараюсь тебе помочь, хорошо? Мужчина убрал руку, и Саше захотелось просто зарыдать и поплакаться ему в плечо, чтобы её успокоили и сказали, что защитят от этого мира. — Спасибо, — всё-таки плаксивым голосом сказала она, делая пару глубоких вдохов и выдохов для успокоения. — Теперь насчёт Эрена, — Шадис опустился на землю и сел рядом, скрестив ноги. — Гриша был таким же как ты… — Пизда. Он тоже воскрешал, когда его убивали? Что-то не похоже. — Саша, — на неё бросили очень укоряющий взгляд. — Не матерись так много. — Да мне похуй, бля! Тут просто не выжить, если не выражать свои эмоции хотя бы через мат. Иначе не опишешь этот пиздец, — на несколько секунд девушка почувствовала себя обычным подростком с юношеским максимализмом, у которого главная проблема — ругаться с мамкой, потому что она его не понимает. — Саша. — Хуяша. — О Боже, — Кит обреченно вздохнул и позволил себе небольшую улыбку, атмосфера совсем немного разрядилась. — Гриша пришёл из-за стен. Он обладал теми знаниями, которых ни у кого не было. Он открывал новые лекарства, останавливал эпидемии, спасал поселения от болезней. Он был поистине великими человеком, который так и не раскрыл ни одного секрета своих знаний. Я самый первый нашёл его. Он был единственным человеком, что смог выжить вне этих стен. Конечно, он всегда отвечал, что не помнил ни откуда он, ни как тут оказался, но этот человек всегда говорил намного меньше, чем знал. И если правительство возьмётся за расследование обстоятельств его смерти, то вероятно, что мы никогда не узнаем ничего из того, что Гриша скрывал. — Вот это теория заговора, — девушка вздохнула и пыталась выстроить логическую цепочку. Все политические интриги для неё оставались только на уроках истории. — Какая вообще вероятность, что он оставил какие-то зацепки своего происхождения? — А обстоятельства его смерти тебя вообще не смущают? — Блин, ну справедливо так-то. Саша пыталась думать, выходя из своего амплуа обыкновенной школьницы. Сейчас её впутывают в какой-то клубок политических заговоров и, к сожалению, эта была та отрасль, которая её никогда не интересовала. Она показушно учила теорию к экзаменам по химии и биологии на уроках истории, чтобы всем видом показать, что ей не нужны никакие знания про войны, про правителей, про развития стран. Ох, как бы она не отказалась сейчас от базового введения в предмет. — Какая у вас политическая обстановка в стране? — это в принципе первый вопрос, с которого необходимо начать знакомство с незнакомым государством. — Вся власть находится у короля Фрица. По факту мы никак не развиваемся уже огромное количество времени. Все знания о внешнем мире проходят жесткую цензуру, детям позволено изучать только то, что одобрено правительством, а какие-либо новые знания сразу же пресекаются, если это противоречит воли короля. Титаны изучены настолько мало, что мы знаем только способ их уничтожения. Все эксперименты с этими уродцами невозможны, потому что они испаряются сразу же после смерти. Технического прогресса нет. Вот и краткое описание всей ситуации. Чего-то подобного Саша и ожидала, в конце концов это сравнимо с веками инквизиции. Как бы она не выступила в роли Джордано Бруно и не сгорела из-за того, что утверждала о круглости Земли. Рано или поздно она бы все равно проболталась о современных технологиях и попыталась бы открыть что-то очевидное, до чего в ее мире доходили десятилетиями. — То есть сейчас мы будем делать вещи, которые сделают нас политическими преступниками? — Можно и так сказать. — Прикол, ладно, я в теме. Язык Саши был настолько незнаком Шадису, что он пытался понять её чисто интуитивно, не вдаваясь в подробности происхождения тех или иных изречений. В конце концов она всего лишь подросток. — Нам нужно выдумать легенду, — девушка встала с земли, вытирая высохшую кровь о чистый участок травы. — Если Эрен проснется и будет всё помнить, то придётся убеждать его в том, что это всё сон, а его батя просто отправился в экспедицию по своим докторским делам. И если не будет помнить, то схема та же. — Нужно выдать минимум осведомленности, — Кит кивнул в качестве подтверждения. — И желательно по пробуждении мальца сразу же отбывать в Трост к Карле. — Карле то смотреть в глаза сможешь? — Саша, я смотрел в глаза солдату, которого сжирал титан, говоря ему, что с ним всё будет хорошо. От ещё одной лицемерной вещи не убудет, — мужчина пожал плечами и начал снимать свой плащ, аккуратно складывая его и унося в хижину. — Очень жестоко, — Саша поплелась следом, только сейчас понимая, что этот мужчина пережил ничуть не меньше её. Возможно, их опыт нельзя сравнить, но до неё только начало доходить, что Кит Шадис — это человек со своей историей, со своими проблемами, которые намного глубже проросли у него в сознании. А сейвиор? Какая история кроется за плечами у его добродетели. Саше хочется верить, что у него в жизни всё было хорошо. Шадис снял всю свою одежду, оставаясь только в трусах и ботинках. — Что за херь? — девушка изогнула бровь, едва сдерживая смех, а то разбудит ещё случайно малыша. Физическая форма мужчины, конечно, была феноменальной. Ни грамма лишнего жира, только безумно накачанное тело, Арнольд Шварценеггер. — Я не собираюсь пачкать одежду в крови, нам ещё возвращаться в город. Тебе посоветовал бы сделать также, — Киту слишком много лет, чтобы он испытывал хоть грамм смущения перед малолетней соплей. Находя логику в словах Шадиса, Саша расстегнула свою белую рубашку, изо всех сил пытаясь не запачкать рукава, которые чудом остались чистыми. С низом всё было намного печальнее. Чистые шорты открывали доступ к хаотичным кровяным пятнам и разодранным вусмерть ногам. С собой у них была лишь фляжка воды, которой должно хватить и на импровизированный душ, и на утоление жажды. Под рубашкой у девушки был какой-то белый спортивный бюстгальтер, который с комплектом вещей принесла Петра, поэтому Саша не чувствовала дискомфорт, она просто не в той ситуации. — Шорты лучше тоже снять, а то штаны негде стирать. — Услышала. Трусы были настолько непохожи на современное белье, что останься она только в них, современное общество просто сделало комментарий о безвкусных шортах. Саша будто реально была в шортах, а не в белых трусах. На улице была глубокая ночь. Шелест листьев и редкое ржание лошадей погружали девушку в деревенскую атмосферу, позволяя всего лишь на секунду забыть о своём положении. Полумесяц стоял высоко в небе, красиво освещая оскверненную трупом просеку. Саша заправила волосы за уши, подходя к безобразному телу. Сокрытие трупа. — Кит, а где у Гриши голова? Только сейчас медленно начала доходить мысль, что половина частей трупа отсутствовала. Сначала Саша списала всё на расчленение в процессе убийства и только сейчас заметила, что отсутствуют некоторые конечности. — Я…вообще не обратил на это внимание, — честно признался он, в замешательстве обводя окровавленную поляну взглядом. — И её тут в принципе нет. — И что делать? Взглядом девушка искала хоть какое-то подобие ямы, чтобы сгрузить туда все останки трупа и варварски сжечь, а кости просто выбросить, всё равно никто не сможет установить ДНК, не то время. Даже кровь можно было выдать за кровь животного, но всё упиралось в Эрена. Нельзя было допустить возникновение триггера. — Тело придётся сжечь и надеяться, что голова сгниёт сама, — Шадис поежился от своих же слов. Он только что предложил осквернить тело своего лучшего друга, будто это было само собой разумеющееся. — Мы просто моральные уроды, — Сашу чуть не вырвало, когда она брала оторванную руку и положила её к трупу. — Думаешь никто не заметит пожара? Или Эрен не проснется от угарного газа? — Наших мозгов хватит на то, чтобы перенести тело подальше от дома и потушить пожар до того, как он распространиться по всей местности. Кит поднял мертвое тело за туловище, стараясь не перекидывать его через плечо, чтобы из оторванной головы не выливалось еще больше крови. Саша не представляла, что сейчас чувствует Шадис, неся в своих руках обезглавленного друга. Пытаясь оказать хоть какую-то поддержку, она пересилила себя и начала собирать валяющиеся на земле конечности и органы в одну кучу. — Замечательные и показательные уроки по анатомии, — она старалась прокручивать в голове какие-нибудь саркастичные комментарии, чтобы не впасть в очередную истерику. Сгребая отвратительнейшие вещи голыми ладонями и прижимая разорванные кишки, желудок, печень к своей груди, Саша всеми силами подавляла рвотный рефлекс, с огорчением обнаруживая, что желчь все равно скапливается у нее во рту. Это, казалось, не закончится никогда. Чужая кровь стекала по телу девушки, она медленно шла за Шадисом, отводя взгляд от человеческих частей в своих руках. — Я…я не могу, прости, — Саша резко развела руки и позволила органам упасть на землю со склизким звуком. — Давай просто оставим всё здесь, возьмем Эрена и уйдём, пожалуйста. Никто все равно не поймет чей это труп, — всё тело девушки тряслось, она чувствовала кровь Гриши и отдельные ткани на её коже, это было самое мерзкое ощущение, которое она когда-либо представляла. — Органы разложатся через неделю, максимум две, — голос в процессе монолога сильно дрожал, Саша больше никогда не приблизится к этому трупу. — Пожалуйста, давай просто приведем себя в порядок и поедем к Карле в Трост, я действительно не могу. Шадис тяжело вздохнул и тоже сбросил труп на землю, оттряхивая руки от крови. — Хорошо, — он кивнул, меняя конечную точку. Мужчина и сам понимал, что у них нет ничего для того, чтобы надлежаще всё сделать, лучше действительно оставить всё как есть и уйти с Эреном подмышкой. — Тогда приводим себя в порядок и едем в Трост, пора вернуть мальца матери. — Ага, — безжизненно ответила Саша, не позволяя себе больше говорить на протяжении всей тяжелой ночи.