let's try it?

Она была зла, и эта злость увеличивалась с каждым шагом в сторону Хрустального. Саша решила, что разговор должен состоятся перед тренировкой, так как после неё рядом с Женей обязательно была бы Аня. Саша знала, что сейчас он придёт до тренировки без Щербаковой, чтобы встретить её после, как это бывало в последнее время. Подходя к катку Трусова увидела Женю, приближавшегося к входу. — Семененко! Стой! — она ускорила шаг, практически переходя на бег. — О, Саш, прив… — парень не успел договорить, как его схватили за руку и оттащили подальше от входа. — Ты чего? Ааа, наверное, хочешь извиниться за тот случай в кафе? — на лице фигуриста появилась самодовольная ухмылка. — Не угадал, — сказала Саша с такой же ухмылкой, передразнивая парня. — Скорее закончить начатое. — В смысле? — не успел Женя удивиться, как по всему лицу прошла волна боли от точного удара в переносицу, и он отшатнулся назад, хватаясь за нос. — Трусова, ты больная? Ты че творишь? Ух, Сашка. — Я больная!? Что я творю!? Это что ты, урод, творишь? — Семененко не понял, как оказался прижатым к стенке, а руки Саши держали его за воротник кофты. Женя был на голову выше рыжеволосой, но сейчас ей было наплевать на рост и комплекцию «противника». — О чём ты? — спортсмен ещё никогда не видел девушку в таком состоянии, и поэтому неизвестность его очень сильно пугала. Он с лёгкостью мог дать ей отпор, но почему-то просто стоял, как вкопанный. — О том, что ты встречаешься с Аней и при этом сосёшься с хрен пойми кем! Я видела тебя вчера в парке. И если ты думаешь, что можешь вот так просто обманывать мою подругу, то ты, мой хороший, глубоко ошибаешься. Я не позволю играть на её чувствах, — Саша еле сдерживала себя, чтобы не вмазать парню ещё раз. — Я… Я... Не говори ей, пожалуйста, — Женя посмотрел на Трусову умоляющим взглядом. — Я и не собираюсь ничего говорить, потому что ты сам ей всё скажешь! Точнее, ты придумаешь причину для расставания, не упоминая вчерашнего дня. Делай, что хочешь, но, чтобы я рядом с ней тебя больше не видела! — Ладно, ладно! Я понял! Отпусти! — Я тебя предупредила, — Саша опустила руки и развернулась в сторону входа в Хрустальный, готовясь начать движение. — Психованная! — вырвалось у парня, когда он открыл камеру телефона, чтобы посмотреть на последствия «разговора». Зря. Эти слова стали последней каплей Сашиного терпения. Не успел Семененко перевести взгляд с телефона на девушку, как получил удар в два раза сильнее первого. — Какой же ты мерзкий, — сквозь зубы процедила зеленоглазая и направилась в здание, оставляя фигуриста в стороне.

***

После тренировки Саша, Аня и Камила вместе вышли из раздевалки. — Тебя Женя сейчас встречает? — спросила Ками у шатенки, переводя взгляд на уверенную Трусову. — Да, перед тренировкой написал, что хочет о чём-то поговорить, — ответила кареглазая, набирая сообщение парню. — Даже не знаю, что он там придумал, — она смущенно улыбнулась. — Ну мы тогда с Сашей пошли домой, а ты беги к своему пареньку. Вон он, как раз, стоит. Семененко стоял спиной к девушкам, поэтому пока что никто не видел следы ярости рыжеволосой. Камила и Саша обняли Аню на прощание и направились к выходу. — Ты с ним уже поговорила? — спросила Валиева, провожая шатенку взглядом. Поговорила – это мягко сказано. — Да, я всё подробно ему объяснила, надеюсь, он понял меня и сейчас сделает то, что должен, — ответила Саша, прожигая взглядом парня. — Пойдём уже. Девушки готовы были уже открыть дверь и выйти на улицу, как услышали позади испуганный голос Ани. — Господи, Женя! Что с тобой произошло!? Камилла резко остановилась и повернула голову в сторону холла. Увидя на лице парня проявляющийся синяк и немного разбитую губу, она испуганно перевела взгляд на Сашу, которая стояла, сложив руки на груди, с самодовольной улыбкой. — Это ты так его разукрасила? — Валиева посмотрела на подругу с выпученными от удивления глазами. — Сам напросился, — абсолютно невозмутимо ответила зеленоглазая, потирая слегка побитые костяшки пальцев. — Он это заслужил. — Ну ты даёшь, Трусова! Я теперь буду тщательнее следить за своими словами и действиями в твою сторону, — лёгкая улыбка появилась на лице Камилы. — Не переживай, это был единичный случай, — рыжеволосая успокаивающе положила руку на плечо подруги. Девушки наконец покинули здание и направились в сторону дома.

***

Саша сидела за своим письменным столом и решала задачу своему брату, который никак не мог с ней справиться. Из лежащего рядом телефона заиграла мелодия и на экране высветилось то самое имя. Трусова ждала этого звонка, ни потому что он звучал каждый вечер, как по расписанию, а потому что та, кто находилась по другую сторону телефона, сейчас очень сильно нуждалась в ней. — Саш… — из динамика прозвучал слабый голос, перебиваемый всхлипами. — Да, Анют. Что случилось? Действительно. — Можно я приеду? Пожалуйста, — Анин голос срывался всё больше и больше. — Что за вопросы? Конечно можно, родная. — Спасибо, — из телефона прозвучали гудки, повествующие о том, что разговор окончен. Спустя полчаса после разговора раздался звонок в дверь, Саша тут же подскочила со стула и побежала к входу. На пороге стояла заплаканная Аня, она старалась сдержать поток слез, но по порозовевшим щекам предательски скатывались маленькие капельки. Шатенка бросилась в объятия Трусовой и заплакала навзрыд, не в силах больше сдерживать поток эмоций. — «Что же я наделала? Это я во всём виновата! Из-за меня она в таком состоянии! Зачем я полезла в их отношения, они бы сами разобрались? Какая же я дура!», — пронеслось в голове у Саши, пока она прижимала к себе трясущееся тело Ани. — Он… Он… — пыталась рассказать Аня, но всхлипы не позволяли этого сделать. — Тише, тише, поплачь, просто поплачь, — рыжеволосая аккуратно поглаживала подругу по спине, как будто та была фарфоровой куклой, готовой разбиться в любой момент. — Пойдём в комнату, — почти шёпотом произнесла Трусова, заметя, что они на протяжении длительного времени стоят в коридоре. В ответ Аня слегка кивнула, отрывая голову от Сашиной футболки, на которой остался большой мокрый след. — Я принесу тебе водички, — сказала Саша, усаживая кареглазую на кровать. — Нет, — шатенка схватила девушку за руку. — Не уходи пожалуйста, не оставляй меня одну. — Я не оставляю, я просто дойду до кухни. — Пожалуйста… — Щербакова умоляюще смотрела на подругу. — Хорошо, — вздохнула зеленоглазая и забралась на кровать. Девушки лежали в обнимку в тишине, которую раз за разом прерывали Анины всхлипы. — Саш, скажи честно, что со мной не так? Я плохая? Не красивая? Или, может быть, скучная? — Ты чего? Ты очень хорошая, людей лучше тебя я никогда не встречала и, не думаю, что когда-либо встречу. Ты самая красивая, твоей красоте позавидует любой. А твоя улыбка. Ты вообще выдела свою улыбку? Она превосходна! Только одной ей ты можешь осчастливить весь белый свет. И ты ни в коем случае не скучная! Ты самый весёлый и жизнерадостный человек из всех, кого я знаю. Скучать – это точно не про тебя. Вспомни хотя бы тот случай, когда мы облили Глейха водой, а потом бежали со всех ног, думая, что нас никто не заметил. — после этих слов с уст Ани вырвался небольшой смешок. — Напомнить, чья это была идея? — Моя, — с легкой улыбкой ответила шатенка. — И после этого ты ещё заявляешь, что ты скучная? Да ты совсем рехнулась! — улыбаясь, Саша слегка толкнула девушку в плечо. — Тогда почему он захотел со мной расстаться? Что я не так сделала? — эмоции накрывали Аню с новой силой. — Потому что он полный дурак! Ни в коем случае не ищи проблемы в себе. Если он этого захотел, значит это у него проблемы, потому что он отказался от самой лучшей девушки на свете. Знай, что плохие времена пройдут, и ты будешь вспоминать их с улыбкой и без капли сожаления, понимая, что они научили тебя многому. Теперь у тебя есть бесценный опыт, который обязательно пригодится в жизни. Скорее всего тебе кажется, что лучше него никого не будет. Но не забывай, что незаменимых людей не бывает. Обязательно найдётся тот, кто будет готов ради тебя на всё, тот, кто будет ставить твое счастье выше своего, тот, кто будет преодолевать с тобой все трудности, и тот, кто будет безгранично тебя любить. Через некоторое время ты пересмотришь обстоятельства и изменишь точку зрения. Возможно, именно судьба стала причиной вашего расставания. Саша ни на секунду не отрывала взгляда от заплаканных карих глаз, она говорила, всё, что думает, всё, что хотела сказать. Она аккуратно вытерла слезинку, скатывающуюся по Аниной щеке, и нежно поцеловала подругу в лоб. Аня не смогла ничего ответить, она просто сильнее прижалась к Сашиной груди, будто боялась потерять, если отпустит. Именно сейчас, находясь рядом с рыжеволосой, ей стало спокойнее, все тревоги улетучивались, истерика прекращалась, дыхание восстанавливалось. Кареглазая наконец почувствовала покой и умиротворение, которых так не хватало в последнее время. Ощущая такое родное тепло, ей казалось, что она после тяжелого рабочего дня вернулась в домой, где хорошо и уютно. Она чувствовала себя в безопасности, потому что рядом с Сашей пропадали все страхи. Возможно, это и правда судьба? Возможно, именно она так распорядилась, чтобы Аня поняла, кто на самом деле – тот самый, а точнее, та самая. — Ты незаменима, — почти беззвучно произнесла шатенка, поудобнее устраиваясь на плече Трусовой. «Больше всего на свете хочется взять подаренную тобой заботу, ласку, нежность – и подарить во много раз больше. Но это невозможно, потому что больше, чем делаешь, чувствуешь, разделяешь ты, никто не сможет. Спасибо тебе», — это было последнее, о чём подумала Аня перед тем, как провалиться в сон.

***

Общение Саши и Ани вернулось на прежний уровень. Трусова постоянно звала подругу то в кино, то на выставки, то просто на прогулки, делала всё возможное, чтобы она вернулась в привычный ритм жизни и не зацикливалась на произошедшем. Тем временем приближалось начало Чемпионата России, на котором всем девушкам нужно выдать свой максимум, чтобы попасть на главный старт в их карьере.   Перед тренировкой Аня обнаружила, что от её коньков отошло лезвие. Шатенка осознавала, что раскатать новые коньки за две тренировки нереально, а эти старты были одними из решающих перед отбором на олимпиаду, она понимала, что её шансы на победу начинают падать до нуля. На последующих тренировках Аня каталась с огромным дискомфортом и никак не могла собраться. Ноги ужасно ныли от новых коньков и ничего не получалось.  

***

Перед короткой программой Щербакова очень переживала за своё выступление, коньки невыносимо сдавливали пальцы, но Аня собралась и откатала программу чисто, заняв второе место. Камила также выдала чистый прокат, закончив на первом месте. А Саша упала с трикселя и оказалась на пятом. Впереди была произвольная программа, в которой нужно выложиться на все сто процентов – это понимала каждая из девушек. И вот настал день произвольной программы, девушки разминались и настраивались на прокат. Все трое выступали во второй половине: Саша -14-ая, Аня – 17-ая и Камилла – заключительная, 18-ая. Трибуны ликуют. На льду появляется рыжеволосая девушка со взглядом «убийцы». Забавно, если вспомнить события прошедших дней. Выслушав наставления тренеров, она встаёт в начальную позу. Она намерена сделать пять четверных прыжков. Прокат начался. Заход на первый прыжок… Есть флип. Далее следует падение с четверного тулупа. Остальные квады и каскады выполнены чисто. И вот последний прыжок, тройной флип, приземлён. За бортиком, казалось бы, постоянно невозмутимый и серьёзный Дудаков подпрыгивает от радости. Музыка стихла. Со стороны болельщиков ощущается колоссальная поддержка, кажется, что у каждого есть свой плакат с изображением фигуристки. Даже те, кто не является фанатом Саши, скандируют: «Молодец! Молодец! Молодец!». «Ракета! Ракета! Ракета!», — выкрикивают уже Сашины фанаты. — Четыре четверных и сто баллов за технику! На такое способны только наши спортсмены! — восторгаются комментаторы. — Какой сумасшедший запас у Трусовой! Дай ей прыгать семь четверных, и она будет прыгать семь! У Саши нет никакой грусти из-за неудавшегося тулупа. Она знает, что добьётся своего, если не сейчас, значит в следующий раз. На табло высвечивается промежуточное первое место.   Спустя два выступления на лёд выходит Аня. Готовясь начать прокат, она ощущает, что коньки, которые уже должны были быть раскатанными, больнее прежнего сдавливают ноги. Но нужно абстрагироваться от всего и начинать прокат. И вот первый прыжок в программе – флип. Фигуристка приземляется на всю поверхность лезвия и по инерции падает назад, тут же встаёт и продолжает программу. Все последующие элементы выполнены чисто, кроме каскада лутц – риттбергер. Прокат закончен. Аня не может сдержать слёз из-за обидных ошибок. Десятки игрушек летят с трибун на лёд, но девушка не обращает на них никакого внимания. Кареглазая одаривает всех вокруг ослепительной улыбкой и ожидает оценок, скрывая невыносимую боль и обиду. На повторах показывают неудавшиеся элементы, при появлении которых улыбка ненадолго сползает с Аниного лица. Щербакова становится вторая, но она понимает, что следующей выступает Валиева, которая закончила короткую программу на первом месте и находится в этом сезоне на пике своей формы.    Камилла выдала второй чистейший прокат. Придраться к какому-либо элементу было невозможно, каждое движение, каждый прыжок были выполнены идеально. Валиева стала новоиспечённой чемпионкой России. — Звезда! Возможно, мы видели самый выдающийся, самый великий прокат в истории мирового спорта, в истории фигурного катания. Это не передать. Мы увидели какой-то фантастический, за гранью человеческих возможностей произвольный прокат Камилы Валиевой. Переписывается в очередной раз история женского одиночного мирового катания. Такого никогда не было нигде, — восторженно отреагировали комментаторы.  

***

После церемонии награждения Саша направилась в номер к Анюте, она знала, что подруга сейчас, как никогда, нуждается в её поддержке. Приоткрыв дверь, она увидела поникшую девушку, сидящую на диване и опустившую голову на руки. — Можно? — неуверенно спросила Саша. Щербакова подняла голову и молча кивнула рыжеволосой, разрешая войти. Трусова медленно подошла к дивану и опустилась на колени, чтобы быть на одном уровне с Аней. Зеленоглазая очень переживала за шатенку, понимая, как важно на этих стартах забраться как можно выше на пьедестал, чтобы пройти отбор на олимпиаду. Она как никто другой знала, какого стоять на нижней ступени пьедестала. — Не переживай, всё же хорошо, мы отобрались на олимпиаду. Поедем и покажем, кто мы такие и что из себя представляем! — начала рыжеволосая, аккуратно положив руку на колено подруги. — Тебе легко говорить, ты вторая, тебя не критикуют весь сезон и тебе ничего не мешало выступать! — слегка повышенным тоном говорила Щербакова, вытирая слёзы. — Анют, у тебя всё получится, я с тобой и верю в тебя, — спокойно отвечала Саша, поглаживая подругу по ноге. — А я в себя нет — почти шёпотом произнесла кареглазая. — Ну ка посмотри на меня, — Трусова обхватила лицо шатенки руками. — Ты достойна всего золота мира. И когда ты всем это докажешь, ни у кого даже язык не повернётся сказать, что ты чего-то недостойна. — Саша вытерла стекающую по щеке возлюбленной слезинку.   Возлюбленной? Ох.   — А если кто-то всё-таки осмелится высказать что-то негативное в твою сторону, то я просто вырву ему язык! — сказала зеленоглазая с ухмылкой в конце.   Щербакова, не отрываясь, смотрела, то в изумрудные глаза напротив, то на привлекательные губы, из которых доносились слова поддержки. Больше всего на свете Ане сейчас хотелось просто прильнуть к этим губам и полностью раствориться в рыжеволосой. Она ощущала прохладные руки Трусовой на своём лице, от чего сердце колотилось со скоростью света. От её прикосновений по всему телу бежали мурашки. Опасаясь, что не сможет себя сдержать, Анна опустила глаза вниз, чтобы не поддаваться искушению. Саша заметила Анин взгляд, чувствовала её дрожащие коленки и видела краснеющие щёчки, казалось, что сейчас именно тот самый момент, чтобы признаться во всём. Тот самый момент, чтобы рассказать о своих чувствах, чтобы наконец почувствовать её губы под своими, чтобы взять её за руку и никогда больше не отпускать. Рыжеволосая почти набралась смелости, как вдруг Аня опустила глаза и поёрзала на диване. Саша быстро отбросила все, только что вертевшиеся в голове, мысли, подумав, что девушке стало неловко от такой близости, и убрала руки с её лица.   «У меня было чувство, что я хоть немного, но понимаю, почему Аня казалась не такой, как остальные, и в то же время я осознавала, что она никогда не посмотрит на меня так, как я о том мечтаю. Вот почему сейчас я так ничего ей не сказала. Аня очень добра, она так добра, но только, только… Её взгляд будет всегда устремлён к чему-то далёкому, к чему-то, что выше меня. Я никогда не смогу дать ей то, чего она так жаждет. И всё-таки я знаю, что и завтра, и послезавтра, и всегда я буду любить её, что бы ни случилось.»