В горе и в радости

На следующий день Кейт полдня мучалась сомнениями, но всё же решила навестить Касла в его студии. За последние годы у них появилось негласное правило, согласно которому они старались не вторгаться в личное пространство друг друга и не выспрашивать слишком много. Но вчерашний вечер пробудил старые воспоминания, и ей хотелось снова ощутить ту атмосферу близости и доверия. Она позвонила ему заранее, не желая бесцеремонно нарушать его творческое уединение. По голосу было понятно, что писатель был крайне удивлён её предложением, но поспешил заверить, что она не помешает. Его вид, однако, красноречиво говорил об обратном. Щетина, красные глаза и взлохмаченные волосы намекали на тяжелое утро. — Не рановато ли для выпивки? — хмыкнула она, прокомментировав стоящую на столе бутылку коньяка. — Хм. Пожалуй, ты права, — пробормотал Рик себе под нос. — Чем обязан твоему визиту? Ты давно не навещала меня здесь, — быстро сменил он тему. — Раньше я бы приехала для того, чтобы по-быстрому заняться любовью на обеденном перерыве, — хитро подмигнула она ему. — Но сегодня я хочу поговорить, — её тон мгновенно стал серьёзным. — Присаживайся, — гостеприимно махнул рукой Касл. — Из еды у меня только пара снеков, но можем быстро заказать что-нибудь. — Давай. Я никуда особо не тороплюсь. Брови Касла взметнулись вверх. — А как же твоя работа, которая никогда не заканчивается? — Незаменимых нет, — с оттенком раздражения ответила Кейт и кинула свою сумку на диван, после чего не слишком уверенно сама заняла на нём место. Рик быстро сделал заказ в китайском ресторане и с напряжением занял место напротив жены. — О чём ты хотела поговорить? — с преувеличенным интересом спросил он, стараясь скрыть свой страх. Что-то ему подсказывало, что его ожидают плохие новости. — Ммм… мне нужно посоветоваться, — с явным нежеланием протянула Кейт. Ей вдруг пришло в голову, что это было глупо, приехать сюда. На что она вообще надеется? И что собралась обсуждать? — Ну что ж, буду рад выслушать тебя, — произнёс Касл, стараясь, чтобы его голос звучал непринуждённо. На самом деле, они так давно не говорили по душам, что нынешняя ситуация казалась ему чем-то из ряда вон выходящим. Его жена была абсолютно самостоятельной и не нуждалась ни в его опеке, ни в советах. Как раз наоборот, она всегда стремилась принимать решения за них обоих, и это ему большей частью приходилось подстраиваться под её идеи и распорядок. «Что происходит?», в панике спрашивал он себя. Они какое-то время были заняты принесённым обедом, после чего Касл плеснул ей немного коньяка в свободный стакан и, выпив залпом свой, приготовился слушать. Момент для разговоров по душам был явно неудачный. Их вчерашние откровения сильно выбили его из колеи, и сегодня с утра он попробовал снять стресс ставшим привычным за последний год способом — немного выпив для … храбрости. Нет, на самом деле для того, чтобы не думать и не принимать никаких решений. Чтобы оттянуть момент истины, пожалеть себя и посетовать на несправедливость жизни. И сейчас несмотря на то, что он изо всех сил старался сконцентрироваться на том, что говорила ему Кейт, получалось это плохо. Он был пьян, она … чем-то расстроена. — Мне предложили должность в офисе окружного прокурора. — Ого, поздравляю! Ты, безусловно, заслуживаешь это повышение, — постарался улыбнуться Рик, но лицо Кейт даже отдалённо не сияло от счастья. — Что-то не так? Не хочешь расставаться со своим участком? Сроднилась с ним за столько лет? — попытался пошутить он. — Рик, я … — Кейт тяжело вздохнула… — я устала… от всего. Я не хочу … ничего. Не хочу ходить на работу, не хочу никого видеть, не хочу решать чужие проблемы. Даже если это звучит эгоистично. Во мне что-то сломалось. Я больше не могу как раньше, — она посмотрела на него в полном отчаянии. Каслу стало по-настоящему страшно. Кейт Беккет была самой сильной женщиной, какую ему довелось встретить на своём жизненном пути. И сколько он её знал, она никогда не опускала руки, неважно, о чём шла речь — о поимке хитроумного преступника или своей неудавшейся беременности. Конечно, как и любому живому человеку, ей иногда требовались короткие передышки, но она никогда не прекращала идти вперёд. Ровно до сегодняшнего дня. Сейчас перед ним сидела потухшая и неинтересная во всех отношениях женщина, на которую он бы вряд ли обратил внимание. — Можем устроить небольшой отпуск, — неуверенно предложил он, стараясь говорить внятно. — Мне тоже не помешает отвлечься. В глазах двоилось. Перед ним сидело две Кейт Беккет, одна грустнее другой. Нет, не так. Одна яростнее другой. — Избалованный богемный алкаш! — в гневе выкрикнула она ему в лицо. — Я надеялась… надеялась, что ты выслушаешь меня, что после вчерашнего… у нас есть шанс, чтобы всё станет как раньше, но, похоже, это больше невозможно! — она со всей силы отпихнула его протянутые руки. — Не смей до меня дотрагиваться! Сначала проспись! Зачем я вообще сюда пришла, — всхлипнула она и, подхватив свою сумку, быстро вылетела из комнаты. Касл с трудом стоял на ногах, чувствуя, как его шатает из стороны в сторону. Конечно же, она заметила, что он не мог сфокусировать свой взгляд и уследить за её речью. И зачем он только напился с утра пораньше. Ведь это был такой хороший шанс для них попытаться всё исправить и начать жить заново. Рик со злостью запустил стаканом в зеркало в прихожей, где всё ещё витал шлейф её духов. Гладкая отражающая поверхность тут же покрылась паутиной трещин. Он смотрел на своё осколочное отражение и едва сдерживал ярость. На него смотрел какой-то чужой человек. Он больше не узнавал сам себя. Кейт в слезах спустилась по лестнице, проклиная всё на свете. Ей было очень горько и обидно, что разговор, на который она возлагала такие надежды, закончился очередной ссорой. Может быть, она слишком вспылила? Перегнула палку, как это обычно бывало? Нет, ничего подобного. Она пришла поговорить с мужем как с разумным человеком, а он… Когда это началось? Кейт мысленно прокручивала в голове последний год и пришла к выводу, что второе ЭКО стало судьбоносным в их отношениях. В том смысле, что после той неудачи у обоих окончательно опустились руки, и они начали дрейфовать в этом огромном мире в одиночку, смутно представляя себе цель и смысл жизни. Кейт невольно вспомнила своего отца и их с ним нелёгкий путь к тому, чтобы он победил алкоголизм. При должном желании и упорстве Рик бы тоже справился, она была в этом уверена. Проблема была в том, что у неё элементарно не осталось сил бороться за что-либо. Она чувствовала себя полностью опустошённой… Беккет кое-как вытерла слёзы, упрямо взмахнула головой и села за руль, чтобы отправиться обратно в участок. Хави со смехом пытался успокоить Райана, который сидел за столом, обхватив голову руками и то ли плакал, то ли смеялся. — Что случилось? — стараясь выглядеть беспечной, поинтересовалась Кейт. Парни оглянулись на её голос. Выглядела их шефиня, прямо скажем, не очень. Было очевидно, что она только что плакала. Детективы переглянулись. Сообщить ей эту новость означало подлить масла в огонь… — Маленькие детки — маленькие бедки, — попытался уйти от темы Райан. — Твоя старшенькая уже начала ходить на свидания? — подмигнула ему Кейт и поспешила исчезнуть за дверью своего кабинета. Если бы ей сейчас сообщили, что на Нью-Йорк надвигается атомная бомба и нужно немедленно проследовать в бомбоубежище, она бы даже не пошевелилась. Слушать школьные истории детей своих сотрудников, даже если они были её хорошими друзьями, было выше её сил. Она опустила жалюзи, откинулась в кресле и закрыла глаза. Нужно было как-то успокоиться. Успокоить свой разум, успокоить своё тело. Она пыталась вдохнуть полной грудью, но не могла. Такие приступы наряду с нервно дергающимся глазом возникали в последнее время всё чаще и чаще. Только инсульта ей в 40 лет не хватало… Звонок телефона вывел её из оцепенения. Хочешь-не хочешь, а приходилось работать, даже если все её настоящие мысли были далеко-далеко. До дома она добралась из последних сил. Лофт пустовал, хотя был уже поздний вечер. На мгновение ей захотелось, чтобы Рик вообще не приходил сегодня, потому что выяснять отношения и слушать оправдания на ночь глядя у неё не было никакого желания. Она через силу потащила себя в душ и на мгновение застыла перед зеркалом. Её фигура за последние годы претерпела заметные изменения. Вместо стройной подтянутой красотки на неё смотрела одутловатая громадина с чёрными кругами под глазами и ненавистью в глазах. Преисполненными ненавистью к себе и злостью на несправедливость жизни. Ей и так пришлось столько всего пережить из-за смерти матери, неужели судьба не могла быть к ней чуть более благосклонной? Миллионы женщин делают аборты или рожают детей и отдают их на усыновление, а она …. Кейт уселась на маленьком пушистом коврике и обхватила себя руками. Ей было так жаль себя, что слёзы катились и катились, а она сидела и обнимала себя, пытаясь уговорить, что всё как-нибудь наладится. Касл услышал её рыдания, как только поднялся по лестнице на второй этаж. Он уже занёс руку, чтобы постучать в дверь ванной комнаты, но вдруг передумал, испугавшись очередного приступа гнева в свой адрес, и просто тихо прошёл в спальню. Когда Кейт присоединилась к нему, он уже заснул.