Дурочка, несущая бред

Мы с Выпаде решили взять перерыв в беседе, чтобы я могла осмыслить эту часть услышанного. Я решила помыть посуду, это помогало немного отвлечься и лучше всё разложить в голове. Я смотрела на свои руки и думала: здесь мой дом, моё укрытие, спасение людей от меня. Воспоминания и грустный взгляд Выпаде, словно говорящий: я всё это время присматривал за тобой, но однажды должен буду уничтожить. За плиту закатились кусочки котовьего корма. Домыв посуду я наклонилась, чтобы достать их. Внутри резко заболело, из-за чего на лбу даже выступил холодный пот. Эта резкая боль, исчезнувшая также быстро, как появилась, заставила меня понять, что я в любой момент могу исчезнуть, стать злом и быть уничтоженной. Как же неистово мне захотелось жить. Наплевать на что-то сдерживающее, на вечные упрёки отца. Просто жить, общаться с двумя единственными друзьями, фотографировать и чувствовать тепло сердцем, избавившимся от груза боли и потерь. Но боль вновь пронзила меня, явив разуму лицо Рецеса, смотрящее на меня с некой брезгливостью и опасением. Боль начала захватывать разум, заполнять собой всё. Осталась только она, вездесущая. Глаза, застланные пеленой равнодушия ко всему, неспособному избавить меня от этих мучений, упёрлись в одну точку. Новая волна пробрала меня, выворачивая наизнанку. Я выпучила глаза, но не видела ничего, не воспринимала. Была только агония. Рёбра хрустели и протыкали органы. Это было похоже на смерть. С мыслью о смерти пришло воспоминание о маме. "Тебе нравятся оладушки и мама," - знакомый голос, полный любви. Кровь тонкой струйкой потекла изо рта. Кухня стала чёрно-красной. Неизвестно откуда взяв силы, я поднялась с пола, осознав, что не помню, как повалилась на него, и уставилась в окно. Теперь мой родной город Еыси выглядел кроваво и призрачно, будто он явил мне свою тёмную сторону, частью которой теперь стала и я. Снова волна. Будто тьма протыкала мои внутренности палочками для еды, выкручивала их, впивалась в них зубами. И я вновь повалилась на пол, задевая и скидывая всё, что попалось под руку, ударяясь кольцом обо что-то звонкое, вдобавок оглушая себя всем этим шумом. Не знаю, пришли ли на шут ребята, но внутри меня началось извержение вулкана тьмы. Я чувствовала, что она берёт верх.