Теперь все хорошо

После происшествия, в котором выяснилось что, наименованый злодей Даби — якобы погибший при пожаре старший член семьи Тодороки, а значит и старший брат Шото, в общежитии творился полный хаос. Хотя как сказать «хаос», все были обеспокоены тем как их друг, Тодороки младший, на это отреагирует… Весьма странно, какую реакцию они хотели получить от человека, который только недавно осознал что его погибший старший брат вовсе не умер, да при этом ещё и стал злодеем, а теперь прохлаждается в психушке под присмотром отца?! *** Все свое детство, Тодороки дорожил Тоей. Он знал, что тот всегда готов выслушать его, помочь и защитить от рукоприкладства отца даже не смотря на собственные попытки самосожжения. Ведь именно Тойя предложил братишке не использовать огонь, тем самым показывая отцу независимость от его причуды. Шото было обидно за брата, когда тот стал больше времени уделять своему новому приятелю Кейго Таками, ныне известного как про героя — ястреба. возможно, он хотел бы получить больше внимания *** И вот сейчас, он сидит в гостиной общежития не зная куда ему деться от глаз своих одноклассников. Пустой стеклянный взгляд разномастных глаз, направлен в пол. Кто то пытается сказать, что «все образумится и будет хорошо». Но Шото не слушает… Он знает — хорошо уже не будет никогда. Внимание его привлек учитель Айзава зашедший в здание. Классы, вернее то что от них осталось, ведь не все сумели вернутся — порадовав этим родителей, отстранили от учебы в связи с неблагоприятной ситуацией в стране, теперь везде шастают злодеи и Тодороки думал. Да почему только он? Все думали что Героев (в том числе и учителей) вызвали выполнять свой долг, для которого они и получали геройскую профессию, спасать граждан и уничтожать злодеев. Так что его появление поставило всех учеников в тупик. Учитель держал что то в руке. Оно было чёрное, разорванное в нескольких местах, с железными вставками и больше напоминало бесформенное месиво. Плащ. Это был плащ злодея Даби...хотя нет, нет. Шото никогда не скажет так. Это был плащ Тойи Бесформенная куча упала прямо в руки парня. Он вопросительно посмотрел на учителя. — я достал его из-под обломков с поля боя, думал, может тебе это хоть как то поможет.- Айзава говорил спокойно, медленно, словно прощупывал почву их диалога. Что бы сказал Бакуго на месте Шото? Наверное какую-нибудь дерзость в ответ вроде — себе помогите, придурки- с его остротой в голосе полным уверенности в своих словах. Помощь сейчас нужна всем. Но Бакуго здесь нет. И уже никогда не будет. Он мёртв. Шото лишь учтиво кивает в ответ, что он услышал. Пальцы перебирают ткань. Жёсткая, но приятная на ощупь. — может стоит его надеть? — как ни в чем не бывало, но с интересом, спрашивает Каминари. Шото думает. Он боится, что после всего пережитого у него снова сорвёт крышу.

***

~несколько месяцев назад~ Тодороки входит в раздевалку после тренировки и слышит до боли знакомый голос. -эй, половинчатый, чё бледный такой, больной что ли? — голос Бакуго режет слух, такой резкий, такой привычный и все такой же громкий. Кажется он беспокоиться, но никогда это не признает. Шото плохо. Пару месяцев он только что и успевает глотать успокоительные и антидепрессанты. Депрессивные периоды уже стали нормой. Неудивительно. -все нормально- сухо и без эмоционально говорит юноша. -я вижу. только не устраивай тут сеанс самокопания когда я уйду. Не хватало что бы ты поджарился не заметив этого. — даже если бы хотел, думаю что не смог бы. — это ещё почему? Или принцессе слишком грустно что он не сдох от передозировки таблеткам? Тодороки не ответил, он лишь лениво опустился на лавку не желая раздевается. Слишком устал. Слишком устал для всего. Слишком устал жить. Блондин покидает комнату, гетерохром ещё не знает что это возможно последний их почти что открытый диалог. А время идёт. И ему никто не указывает. Хотелось что бы оно, если не остановилось, то хотя бы замедлилось. Голова напрочь пуста, так ещё и болит. В мыслях всплывает сегодняшний разговор с отцом по телефону. Шото злиться. Вся эта игра в хорошего отца напрягает. Огонь. Шото чувствует покалывание на теле. Он горит. Ну и плевать. Плевать на все. Пламя приобретает синеватый оттенок и вот тогда, становиться больно. Очень больно. Последние что он помнит, это звук сигнализации уловившей дым горящей плоти. Открывающуюся дверь и на этом все… Дальше, больничные стены и капельница… Снова в отключке.

***

— Ладно- голос Шото мягкий и не уверенный. Он встаёт с дивана держа ткань в руках. Парень разворачивает плащ и встряхивает его от пыли. В кармане что то щёлкнуло, но осталось незамеченным одноклассниками. Он медленно просовывает руки в рукава и натягивает материю на плечи. "Почти под размер» подумал про себя Тодороки, а ну да, они почти одного роста, хотя если посмотреть, кажется что разница велика. В кармане все настойчивее что то стучит. Юноша запускает руки в карманы и то что он там обнаруживает повергает его в шок… Четкие черты рукояти, вот дуло… В его руках пистолет. На пару мгновений Шото позволяет себе уйти в мысли не обращая внимания на окружающих его людей, и слова о том что тот так похож на злодея. В воспоминаниях он возвращается в детство. Маленький он, ещё не повзрослевший Тойя, их мать, Фуюми с Нацуо. Тодороки задумывается, что заставило его брата стать злодеем? Зависть? Ненависть отца? Мечты, рухнувшие о жестокие реалии? Возможно все сразу. В голове что то заклинило. Он открывает глаза, но не видит никого. Его взор становится ясным, в нем разгарается огонек… Но огонек разгарается не только в нем. Пламя покрыло комнату, лестницы, крыльцо, друзья просят его остановиться, кричат от боли. Шото хочет. Хочет их услышать и повиноваться. Но не может. На ум приходит пистолет лежащий в кармане плаща. Может он разряжен, а может и нет, остаётся только надеяться и попробовать, нежели просто стоять и смотреть как жаркие языки пламени пожирают его одноклассников. Реальность превосходит все ожидания. Звук выстрела и тело такого молодого ученика валиться на пол без чувств, медленно дотлевая в остатках пламени. Возможно теперь все и в правду будет хорошо.