Hold your breath

Прошло еще две недели. Геральт и Регис избегали друг друга так сильно, как только могли. Конечно, у них не всегда получалось. Пару раз они сталкивались в саду, но не могли выдавить и слова, а потому спешно расходились. Каждый ловил себя на мысли о том, что необходимо поговорить, разрешить недоразумение. Но смелости на это не хватало. И кто бы знал, что появление в Корво-Бьянко одной личности все так изменит. Ей оказалась, конечно же, Йеннифэр из Венгерберга. Она редко появлялась на винодельне, сельская жизнь была вовсе не пределом ее мечтаний. Но из любви и уважения к Геральту, чародейка выкраивала несколько дней. Этим утром Геральт вовсе не ждал ее. Он как обычно испытывал трудности со сном, а потому шум раздражал в два раза больше. Но когда входная дверь громко хлопнула, его терпение подошло к концу. Шумно дыша, он собирался выйти из комнаты и наорать на нарушителя спокойствия. Однако дверь открылась сама, а на пороге показалась чародейка. — Йен, нельзя ли потише? — ведьмак скептически оглядел утреннюю гостью. Раньше она вызывала в нем столько чувств. Или так казалось, сейчас Геральт не мог сказать наверняка. — Нет, нельзя, — мгновенно парировала чародейка. — Твой дворецкий хотел, чтобы я ждала на улице до тех пор, пока ты не проснешься. «Ну да, как же бы она подождала» — мысленно отметил Геральт, но всем своим видом показал иное. Йеннифэр стала расхаживать по комнате и раскладывать вещи. Она почти ничего не оставляла, когда покидала Корво-Бьянко. Поэтому такая процедура повторялась каждый раз. Непрактично, но в этом была вся она. Но сейчас Геральт не любовался, а мысленно надеялся, что как и всегда, чародейка здесь не задержится. Он вернулся на кровать и тихонько зевнул, надеясь, что Йеннифэр слишком занята делом, чтобы заметить. Однако в такие моменты у нее как будто появлялись глаза на затылке. — Ты выглядишь скверно. Давно не спал? — она спросила это, не отрываясь от раскладывания своих вещей. Тон же ее говорил о полном безразличии. — Э нет, только сегодня что-то не спалось, — он знал, врать Йен — все равно что ходить по острию лезвия. Но рассказать о Регисе было еще более немыслимым. В тот же момент чародейка развернулась и странно посмотрела на ведьмака, словно подвергая его слова сомнению. Неловкое молчание разбавил Варнава-Базиль, позвав их к завтраку. Геральт даже оживился, весь этот разговор мог перетечь в чтение мыслей и последующую ссору. Но стоило ему выйти в столовую, и все настроение как рукой сняло. За столом сидел Регис. Обычно он не выходил из своей комнаты, а в столовой не задерживался дольше положенного. Но сейчас он сидел спокойно и вовсе не помышлял о побеге. Напротив весь его вид говорил о крайней степени заинтересованности. — Йен, это Регис, помнишь я рассказывал, — Геральт старался говорить спокойно, но контролировать голос было труднее обычного. Особенно из-за того, что взгляд чародейки источал то же любопытство, что и у вампира. — Интересно, — она хмыкнула и села прямо напротив Региса. Геральту не осталось ничего кроме как приземлиться на стул рядом с Йен. На Региса он старался не смотреть лишний раз. — Йеннифэр, очень рад с тобой познакомиться, — Регис был сама учтивость. Но ведьмак четко чувствовал яд в его голосе. Застучали вилки. Все это напоминало семейное застолье. Однако обстановку с трудом можно было назвать расслабленной. Йэннифэр то и дело бросала странные взгляды на Региса, он отвечал тем же. Нечто вроде битвы, молчаливо-чинной, но такой опасной. — Йеннифэр, ты надолго приехала в Корво-Бьянко? — вампир старался не смотреть на Геральта, который держал руку чародейки в своей. Его вопрос легко мог сойти за учтивость, но голос вовсе не звучал дружелюбно. — Забавно. Тот же вопрос я хотела задать и тебе, — она чуть сильнее сжала руку ведьмака. В его голове мелькнула странная мысль: «Они делят меня?» — Я не спешу покидать стены этой прекрасной винодельни. Более того, Геральт не против моего присутствия. Чего не могу сказать о тебе. Йен вскинула брови. Этот легкий укол был неожиданным даже для Геральта. Обычно Регис не позволял себе проявлять чувства на публике, только близкие ему люди удостаивались чести видеть его истинные намерения. Однако он даже и не моргнув, нагрубил той, с которой подобные шутки были плохи. — Я думаю не стоит это обсуждать сейчас. Каждый волен здесь быть столько, сколько хочется. Комнат хватает, — Геральт ощущал себя как мышь, которая пытается остановить стадо бизонов. Но просто сидеть и молчать он не мог. Однако чародейка пропустила эту реплику мимо ушей. Она саркастично усмехнулась и выпалила: — О, не знала, что у винодельни новая хозяйка. Спешу разочаровать, Геральт предпочитает исключительно женщин. — Дорогая Йен, у тебя устаревшая информация, — Регис весь источал злорадство. Он сам не заметил, как эти слова сорвались с его языка. А когда понял, то сразу изменился в лице. — Блять, — выдохнул Геральт, а после молча покинул помещение. Его просто достало это все. Как будто он не человек, а позолоченная безделушка, которую не могут между собой поделить. Воздух уже успел прогреться, но не стал невыносимо душным. Первой мыслью ведьмака было уехать. Сесть на Плотву и скакать, пока та не устанет. Но за это время от винодельни могут остаться одни щепки. Однако выбрать ему как обычно не дали. — И что это было? Не хочешь объяснить? — голос Йен был холоднее стали. Он не видел ее, но знал, что она уперла руки в боки. Эта поза напоминала Весемира. Только наставник не угрожал ему никогда, чего нельзя было сказать о чародейке. — Что ты хочешь услышать? — Разъяснения, Геральт. Не притворяйся, будто оглох. Наконец, он набрался смелости и обернулся. Чародейка стояла в той самой позе. Она была не просто зла, а в бешенстве. Неужели слова Региса так сильно ее задели? — Черт, Йен. Это сложно объяснить, — ведьмак неловко плюхнулся на скамью и закрыл лицо руками. — Да что ты, а мне кажется, здесь все предельно просто. Ты трахаешься с вампиром, которого вообще-то должен убить. Ах да, еще и вешаешь мне лапшу на уши о том, что любишь. Ничего не упустила? — она не кричала, но каким-то магическим образом ее голос звучал громче с каждым словом. Скорее всего через пару реплик их смогут услышать даже во дворце. — Ну и зачем ты просишь меня что-либо объяснять? Хотя нет, все же поправлю. Я ни с кем не трахаюсь. — Тогда этот вампир просто так мне сказал о твоих предпочтениях. Как же я не догадалась, — чародейка стала расхаживать туда-сюда, стараясь не смотреть в сторону Геральта. — Перестань, у меня сейчас в глазах будет рябить. Успокойся. — Хорошо, если я не права, то жду твою версию. Вперед, поведай мне о том, какой ты белый и пушистый, — она не перестала ходить, но ее движения замедлились. Это придало Геральту капельку смелости. — Повторюсь, я никого не трахаю. Но…да, я начал испытывать чувства к Регису. Но это не означает, что между нами что-то есть или будет. Йеннифэр зависла на месте. Она сжала руки в кулаки. Видимо, ответ Геральта не устроил ее. — Значит вот оно что, — чародейка усмехнулась. — То желание все-таки уничтожило твои чувства. Зачем только было мне врать. — Йен, нет, я не врал тебе! — Слов уже достаточно, Геральт. Йеннифэр резко зашагала прочь, не дав ничего объяснить. Конечно, было ясно, что она не станет слушать. Но ведьмак так надеялся все объяснить. Хотя эта задача была нереальна. Он потерял еще одну чародейку… *** Как только Геральт переступил порог, его сразу же окружил шум и грохот. Ведьмак мгновенно направился в спальню, подумав, что в погроме виновата злая Йен. Однако комната была пуста. Ни следа чародейки, ни ее вещей, ни шума. За спиной послышались шаги. — Извините, что прерываю. Но ваш гость несколько разбушевался, — Варнава-Базиль проявлял полную учтивость, но Геральт видел, как сильно эта ситуация беспокоит его. — Я все улажу, не переживай, — Геральт еще не знал, что конкретно он будет делать. Но было только одно желание — помочь Регису. Ведьмак буквально в пару шагов достиг второго этажа. В гостевой комнате стоял бедлам. Мебель перевернута, на стенах отпечатки когтей, повсюду пух от подушек. И посреди всего этого был он. — Регис, остановись! — Геральт сразу же привлек внимание существа, склонившегося над обломками стула. — Не смей мне указывать, — пророкатало нечто. Конечно, это был вампир. Только растерявший остатки человечности. Изначально, ведьмак думал, что видел все ипостаси Региса. Но это оказалось ложью. Существо было нечто средним между огромным нетопырем и волком с густой темно-серой шерстью. Длинные и острые когти обещали быструю смерть любому, кто посмеет приблизиться. — Я не указываю, я лишь прошу, — Геральт вновь ощущал себя полным идиотом. Но просто стоять на месте он не мог. Шаг за шагом он становился ближе. — Не подходи. Иначе разорву. И никакая Йеннифэр тебя не спасет. — Она уехала, Регис. Я ей все рассказал. На секунду ведьмак подумал, что существо перестало дышать. Но это было не так. В следующий миг огромная лапища пригвоздила его к полу. Геральт оказался в ловушке. Янтарно-желтые глаза легко могли прожечь в нем дыру. — Хватит лгать. Ты только лжешь ради своего блага. И все равно, что чувствуют другие. Разрушаешь чужие судьбы, будто ты бог. Ответь мне, Геральт. Почему ты пришел? Сделав тяжелый вдох и загнав страх куда подальше ведьмак прошептал: — Ради тебя. Ты прав, я не бог. И наделал кучу глупостей за всю жизнь. Но разреши мне сделать хоть одно правильное решение. Разреши спасти тебя. — Спасти меня! Теперь ты мнишь себя рыцарем. Но ты ведьмак. Спасение никогда не было для тебя приоритетом. Ради денег ты калечил и убивал, — монстр приблизился к самому лицу Геральта, зубами почти доставая до шеи. — Так что ты предпочтешь? Смерть? — Тебя. Чудовище зарычало, готовое занести когтистую лапу для последнего удара. Но вдруг Геральт кое-что вспомнил и зашептал: — Регис, я люблю тебя. Нечто притихло. Казалось, что над ним возвышается вовсе не живое существо, а некая помпезная статуя. На минуту Геральт сам забыл о дыхании. Воцарилась идеальная тишина. — Снова ложь? — голос монстра уже стал приобретать знакомые нотки. Ведьмак закачал головой настолько сильно, насколько позволяло положение. А после, совсем осмелев, он подтянулся и оставил легкий поцелуй на шерсти чудища. — Закрой глаза. Приказной тон вовсе не смутил Геральта. Наоборот, за это время он привык делать что-то, не задавая вопросы. Поэтому он повиновался. Спустя пару минут, хватка лапы ослабла, и ведьмак смог сделать тяжелый вдох. А еще через некоторое время послышалось неуверенное: — Можешь открыть глаза. Геральт кивнул и вновь повиновался. Сначала он моргал, привыкая к свету. Но после увидел Региса, замотанного в одно одеяло. Только оно и не пострадало при погроме. — Извини, что я выгляжу несколько… — вампир не смог найти подходящие слова и смущенно замолк. — Недавно я видел тебя в более нестандартном обличии. И поверь, это ерунда. Геральт, наконец, нашел в себе силы подняться. — То, что ты сказал. Это правда? — Регис смотрел в одну точку, неловко покусывая губы. — Я никогда тебе не лгал. Ты тот, кому я доверяю все. И сейчас я уверен в этих словах больше, чем в чем-либо в своей жизни, — он аккуратно приблизился к вампиру и заключил в объятия. — Прости за этот беспорядок. Я подумал, ты выберешь ее, а не меня. И я так разозлился, что не смог ничего с собой поделать. — Я всегда выберу тебя. Если ты злой, если грустный. Можешь и вовсе молчать. Это не станет поводом искать кого-то еще. А за беспорядок не переживай. Главное, что с тобой все хорошо. Вокруг них были разбросаны вещи, остатки мебели того и гляди рассыплются в пыль. Но сейчас их обоих это не заботило. Геральт вглядывался в лицо вампира, будто увидел его снова, подмечая некоторые новые детали. Наконец, он сделал то, о чем мечтал многие бессонные ночи. Их губы слились в поцелуе. Ведьмак и раньше целовался, но сейчас все ощущалось иначе. Может, дело в зубах, которые хоть и не слишком мешали, но определенно добавляли новых красок. Или все из-за того, что с любимым человеком каждый поцелуй как первый. Его руки между тем поглаживали плечи Региса, даруя тепло и защиту. Геральту не хотелось прерываться, но воздух в скором времени закончился. Однако руки он не убрал, а наоборот только сильнее сжал плечи. — Ты веришь, что у нас получится? — вампир слегка запинался, Геральт был рад, что поцелуй произвел подобное впечатление не только на него. — Я сделаю все ради этого. — Геральт, — Регис пытался совладать с собственным дыханием. Но у него это не получалось. Может из-за поцелуя, а может просто потому что его чувства оказались взаимными. — Просто сделай вдох, мой вампир. А я сделаю все остальное.