Midnight in Seoul

Проснувшись, Чимин зарылся в тёплые, мягкие простыни. Он протёр остатки сна с глаз и посмотрел на горизонт. Его якрий свет простирался по розовому небу. Потянувшись всем телом, Чимин оглядел комнату. « - Как я попал в постель?» - подумал он, вставая и направляясь в уборную. Он заглянул в свой зеркальный шкафчик, прибитый к стене над раковиной. Он посмотрел в свои пустые глаза, находя мешки под ними и каждый изъян на своём лице. Чимин никогда не любил себя; на самом деле, он ненавидел свою внешность. Чимин вздохнул и выплеснул на лицо пригоршню воды, чтобы смыть мысли, прежде чем уйти и приготовить завтрак. - О, доброе утро. Как твоя спина? – спросил Чимин Чонгука, который сел на диване. - Лучше, чем раньше. - Я рад. Я приготовлю яйца и тосты на завтрак, а после пойду на работу, - Чимин открыл холодильник и достал наполовину пустую коробку из-под яиц. - Где ты работаешь? – спросил Чонгук, опираясь на стойку и скрестив руки на груди. - О, в местном баре. Я бармен, - Чимин вымыл миску и разбил в неё два яйца, тщательно их перемешивая. Чонгук медленно кивнул. - Можно я пойду с тобой? – Чимин остановился на мгновение, прежде чем вылить взбитые яйца на сковороду. - Конечно. Наверное, здесь довольно скучно одному, - сказал Чимин с понимающей улыбкой. Чонгук кивнул и сел за стол. Вскоре они покончили с едой и отправились в бар. Они стояли перед грубой дверью в переулке напротив главного входа в бар. Чимин положил руку на ручку, но остановился и повернулся к Чонгуку. - Люди здесь… они в основном сумасшедшие. Ты действительно хорошо выглядишь, поэтому они попытаются поцеловать или изнасиловать тебя, - объяснил Чимин, нервно потирая затылок. - Это так плохо, да? - Да, эти люди – животные. Ты всё ещё можешь вернуться, если хочешь. - Нет. Я бы хотел посетить это место. Чимин кивнул и толкнул дверь, охваченный грохотом музыки и запахами. К этому моменту он уже привык. Он направился к двери только для сотрудников, потеряв Чонгука в толпе. Чонгука тут же окружили возбуждённые женщины, пытающиеся прижаться к его ремню. Агрессивно оттолкнув их всех, он огляделся в поисках маленького парня. Он почувствовал, как его дёрнули за рукав, и вскоре его потянуло мимо стены людей к Чимину. Чимин неловко улыбнулся, прежде чем взять его за руку и снова толкнуть в сторону раздевалки. Он возился со своими ключами, прежде чем войти. Хаос замолкает с замолкающей дверью. - Боже, прости, - усмехнулся Чимин, ставя сумку на скамейку. В этом районе не так много хороших баров, поэтому здесь всегда многолюдно. Чонгук просто кивнул и сел. Чимин повернулся к своему шкафчику и ввел пароль, прежде чем приготовить свою форму. Он неловко посмотрел на одежду в руке. Как он может переодеваться перед Чонгуком? Медленно он задрал рубашку, обнажая своё худощавое тело. Он перевёл взгляд на Чонгука, проклиная комнату за то, что в ней нет отдельных раздевалок. Глаза Чонгука бессознательно сканировали его тело, замечая, что его кости были слегка видны. Тем не менее, Чимин был великолепен. Чонгук покачал головой и повернулся лицом к полу, позволив напряжённым мышцам парня расслабиться. Чимин надел свою чёрную униформу с пуговицами и сказал Чонгуку подождать у стойки бара. Чимин пробрался за стойку, готовый продавать напитки. Чонгук сидел на барном стуле, морщась от ревущей музыки. Чимин мог чувствовать дискомфорт только по его лицу. Посмеиваясь, он повернулся, чтобы налить напиток, чтобы передать его ворчливому парню. Чонгук посмотрел на напиток, немного сбиты с толку. - Это не яд, - рассмеялся Чимин, начал трясти очередной напиток для клиента. Чонгук кивнул и поболтал виски в своём стакане, прислушиваясь к грохоту кубиков льда, вдыхая аромат, которого могут достичь только годы в дубовой бочке. Уже раздражение толпы начало угасать, ещё до первой дегустации. Просто наблюдать за его нежным вихрем было достаточно гипнотизирующим. Чонгук выпил горькое вещество и оглядел зал. Лёд звякнул о стекло и зашипел от соприкосновения с тёплым воздухом, от которого раскраснелись лица Чимина и группы людей, сидящих на барных стульях рядом с ним. Стакан скользнул по деревянной поверхности, обмен деньгами, главное бормотание по поводу высоких цен на выпивку. Мужчина утопил своё горе в эликсире на одном конце бара, а молодая пара бессовестно флиртует на другом конце с нектаром в руке. Бар – это сотни разговоров, рассказанных громкими голосами, и все они конкурируют с рок-музыкой, которая доминирует в атмосфере. Публика молодая, в основном студенты с университетов. «Как Чимин может здесь работать? – задумался Чонгук, сделав ещё один глотов и снова переводя взгляд на бармена. Чимин двигался с предельной грацией, он явно делал это в течение длительного времени. Каждое движение казалось обработанным, но таким быстрым. Чонгук казался загипнотизирован. Чимин, в некотором смысле, так быстро двигался по полу с ликующей улыбкой на лице, несмотря на отвратительные замечания и заигрывания, брошенные в его сторону. - Ты новенький в городе? – девушка, на вид несовершеннолетняя, позвала Чонгука, выводя его из транса. Он посмотрел на девушку в её рубашке с опасным вырезом и узкой кожаной юбке, слишком сильно обтягивающей её изгибы. Чонгук закатил глаза, перед тем как сделать ещё один глоток своего напитка и посмотреть куда-то в сторону. - Не болтливый, да? Ничего страшного, мне нравится, когда меня трудно достать, - усмехнулась она, продвигая свой табурет ближе, - Что ты прячешь под этой рубашкой? – она провела пальцем по подкладке его руки. Чонгук оттолкнул её руку, его губы скривились, а ноздри раздулись от полного отвращения. - Хочешь что-нибудь выпить? – вмешался Чимин, заметив эту сцену. - Нет, оставь меня в покое. - Если ты не хочешь пить, то почему ты здесь? - Свобода воли, - снобистски заявила девушка, уперев руки в бока. - Я думаю, вам следует оставить этого человека в покое. Ему явно не нравится ваше присутствие, - ответил он, протирая чашку маленькой тряпкой. - Извини? Он явно мой парень. Просто делай свою чёртову работу и оставь меня в покое. Я не хочу разговаривать с тобой, уродливая задница… - густой тортный макияж стекает по её лицу. - Какого хрена?! Зачем ты это сделал?! – она завизжала, дрожа от холодного льда. - Свобода воли. А теперь, пожалуйста, убирайся к чёрту с моего поля зрения, - сказал Чонгук с самодовольной улыбкой, вытирая руки носовым платком, избавляя их от липкой субстанции. - Но-но-но, мисс, мне очень жаль, - начал паниковать Чимин, когда его руки начались трястись, - Я-я принесу тебе полотенце! - Что? Почему? – в замешательстве спросил Чонгук. - Нет, Чонгук, ты не понял, - Чимин провёл пальцами по волосам, карабкаясь на месте в поисках полотенца, - Мне так жаль, мне… - Заткнись! Просто заткнись! Я тебя уволю! Убирайся от меня к чёрту, - закричала она, выхватывая полотенце из рук Чимина. - Пак! Блять! Чимин! – прогремел хриплый голос, заглушив динамики и заставив Чимина подпрыгнуть на месте и побледнеть, когда он повернулся и увидел, что его босс идёт в его направлении. - Я… я могу объяснить! - Уходи. - Что? – глаза Чимина расширились. - Ты уволен. Убирайся, - он схватил маленькое запястье Чимина и с силой потащил его к выходу, привлекая слишком много внимания. Чонгук последовал за ним вплотную. Чонгук толкнул огромного парня в плечо, освобождая Чимина от его схватки. Босс бросил сумку Чимина и захлопнул дверь, оставив двоих снаружи в темноте. Мысли Чимина скачут. Чонгук держал запястье парня, изучая красные следы от крепкого захвата. Чонгук бросился к двери, готовый выломать её, но Чимин остановил его. - Давай просто пойдём домой, - с улыбкой прошептал Чимин, начав идти по тёмному переулку, держась за свою теперь уже грязную сумку. - Прости, это полностью моя вина, - вздохнул Чонгук, догоняя его. Чимин покачал головой. Он не мог заставить себя говорить прямо сейчас. Он почувствовал, как его горло сжалось, одно слово могло спровоцировать плотину слёз, - Чимин… - начал Чонгук так, будто хотел что-то сказать, но не мог найти слов. Чонгук положил руку на плечо последнего, останавливая его движения. Чонгук наблюдал, как подбородок парня дрожал, готовый заплакать. Он вздохнул и обнял его, чувствуя, как Чимин постепенно ломается. - Прости, Чимин-а… Он безостановочно рыдал в грудь Чонгука, вцепившись руками в его рубашку. Тот молча держал Чимина, медленно покачивая его, пока слёзы заливали его грудь. Всё, что мог сделать Чонгук, это стоять и держать потрясённого парня, не в силах произнести ни слова. Через мгновение рыдания Чимина утихли, и они вдвоём отправились домой. Без работы, без денег и без надежды Чимин был в полном тупике в своей жизни. Ему казалось, что он подвёл свою мать, как будто он подвёл их всех только потому, что не смог удержаться ни на одной чёртовой работе. Чимин икнул, отбрасывая свой заляпанный грязью рюкзак в сторону. Он пошёл на кухню, и Чонгук последовал за ним. Чимин выпил немного воды в стеклянную чашку и сделал глоток, чтобы давить свои мысли и эмоции. Его икота немного утихла, но осадочек остался. - Эй, всё будет хорошо. Ты сможешь найти другую работу, - заявил Чонгук, направляясь к стойке, над которой завис Чимин. - Я не могу. Не тогда, когда думают, что я грёбанный преступник! – Чимин в отчаянии сжал переносицу. - Преступник? – Чимин не мог не уловить лёгкого беспокойства в словах Чонгука. - Нет. Это просто они так думают. Я не могу найти другую работу. Я не смогу заработать деньги, - Чонгук мог сказать, что тот снова был на грани срыва. - Что если, - предположил Чонгук, положив ладони на стойку рядом с опустившейся головой Чимина, - Я дам тебе работу. Чимин посмотрел на последнего, увидев непроницаемую улыбку на его лице. - Что за работа?