Романтика в Диоприях

Первое что чувствует Кенсу после пробуждения это хлёсткий удар палкой. Боль медленно растекается по всему боку, а с губ юноши срывается стон сквозь сцепленные зубы. — Бесполезный отброс… Прихлебатель… Переоденьте его, на закате он станет жертвой бога Бикари. Грозный мужчина уходит, пока на голову До обрушиваются воспоминания о прошлой жизни. О том как его ещё совсем юным принесло к берегам после кораблекрушения. Из-за необычного цвета глаз ему тяжело жилось, мало кто заботился о нахлебнике. Когда же мальчик превратился в юношу старейшины племени решили сделать его подношением слепому богу. Вот и сегодня он проснулся от побоев, брошенный в яму для животных, пустующую уже как третий год. Волосы юноши были спутанными, а кожа слишком светлой для мальчика с острова. Его слишком долго держали взаперти чтобы порадовать Бикари. — Дио… Прости что не смог защитить тебя. Пробормотал мальчик лет десяти, всхлипывая за прутьями клетки. Единственный защитник чужеземца, сын главы клана. Вот только пока беспомощный. Не смея винить мальчика, юноша утирает слёзы и отвечает: — Всё хорошо Сухо, не надо плакать. Я справлюсь со всеми трудностями. Никакой бог не страшит меня. Кенсу находясь в чужом теле является только наблюдателем, а не хозяином тела. Он часть истории, но не её путеводитель. Ближе к ночи Дио переодевают в красивые одежды цвета песка, снаряжают на голову диадему из ракушек и разрисовывают тело узорами. Когда полная луна встаёт посередине неба жертву приводят к большому гроту. Там его привязывают к небольшому выступу, оставляя наедине с ночью. Однако ничего не происходит, из темноты никто не выпрыгивает на юнца. Лишь к рассвету к нему подходит старец, с абсолютно слепыми глазами. Он распускает путы, освобождая свою жертву и говоря: — Что за глупые люди. Мне не нужна не еда, не рабы. Я просто бог что живет в гроте. Но нет каждое столетие мне приводят кого-то. Можешь быть свободен! Отступая старец потирает руки, а когда слышит тишину, а не топот убегающих ног, спрашивает: — Так и будешь стоять? В ответ он слышит всю ту же тишину, отчего даже начинает злиться. Но не успевает выругаться, так как мальчик ему наконец-то отвечает. — Мне не куда возвращаться, меня растили как жертву. По звукам незваный гость садится, всхлипывая. Минсок же злиться, что его одинокое существование разрушено. Однако злобно фыркая, отворачивается возвращаясь в пещеру и радушно бросая за спину: — Можешь оставаться тут, людской век не долог. Только нарви себе листьев для постели. Мужчина слышит с каким облегчением вздыхает малец и с каким страхом идёт следом. Но не спешит сближаться со смертным. Так проходит неделя, а затем и месяц. Дио тенью ходит за старцем, вдруг понимая что из старика в его глазах тот прекращается в молодого парня с белыми волосами, в которых прядками блестит корал. Это сильно смущает юношу, хоть он и не подаёт вида. В одну из ночей они сидят у костра, когда уже не старец спрашивает: — Как тебя зовут хоть, мой гость? — Меня зовут Дио… Шепчет юноша, рдея от внимания со стороны бога. Тот же в ответ улыбается, чувствуя перемену в мальце, что стал явно уверенней с их встречи и смелее. — Тогда и я представлюсь. Я Минсок. Хотя люди мне дали куда более вычурное имя. Но ты зови меня так. Говорит ласково бог. — Хорошо… Минсок… Еле слышно, губами прошептал Дио. Чувствуя внутри целую бурю чувств. Словно зарождающуюся жизнь от маленькой крупинки. Мудрец даже не видя лица считает нового соседа до безумия красивым, судя только по голосу и звуку шагов. Все люди побывавшие в этой пещере до этой жертвы, быстро покидали его, принимая за дряхлую развалину. Вот только у юноши рядом с ним сердце колотиться влюбленно, а это значит лишь одно, истинной облик был открыт глазам смертного. С момента знакомства они начинают общаться всё чаще. Дио рассказывает Минсоку о том как выглядит океан и звёздное небо, о том как выглядит и он сам. Парень слушает истории бога о прошлых веках, о зарождении племён, об удушающем одиночестве. Бог и смертный становятся ближе с каждым днем, месяц за месяцем. Очень быстро пробегает целый год, а за ним и второй. Тогда то и их отношения меняют свой вектор. В день солнечного затмения Дио насмеливается сделать первый шаг. Когда солнце прячет луна, Минсок любуется ей прикрывает глаза, вслушиваясь в окружающие звуки. Дио же нежно целует своего бога, несмело обнимая его и совсем не ожидая ответа. Бикари чувствуя теплоту чужого тела сдаётся, отвечает на поцелуй, сжимая в объятиях тонкий стан возлюбленного. В тот зимний месяц расцветает цветок чистой и искренней любви. Юноша чужеземец забывает что на этом острове есть ещё хоть кто-то. В его мыслях поселяется желание вернуть зрение любимому богу чего бы ему это не стоило. Наверное поэтому в звездопад который возвращается каждые сто лет Дио загадывает желание, а когда пролетает ночь, он начинает терять своё зрение. В этот же миг Минсок впервые выныривает из тьмы, сначала видя размытые образы, затем чёткие очертания. Однажды утром бог впервые начинает видеть и не может поверить в правдивость происходящего. На ватных ногах он выходит из пещеры, находя знакомый силуэт бродящим по кромке воды. Минсок быстро оказывается рядом с любимым, разворачивая его по оси к себе лицом и пораженно замирает от восхищения. Дио оказывается очаровательно красив, аккуратное лицо, пухлые губы по форме сердца и прекрасные глаза, прекрасные… Но абсолютно слепые. Осознав что натворил любимый смертный, бог мрачнеет. Прижимая его к себе до острой боли, роняя простые человеческие слёзы, растерянно шепча: — Что ты наделал Дио? Что же ты сотворил? — Я пожелал показать тебе целый мир… Ответило человеческое дитя, касаясь на ощупь лица обожаемого бога. Минсок от ответа расстраивается ещё сильнее, зарываясь руками в волосы цвета миндаля, умоляя без остановки: — Забери свои глаза назад. Умоляю тебя… Я не приму твою жертву. Я не желаю видеть этот мир, он никогда меня не интересовал вовсе. Мне нужен лишь ты… — Я тоже люблю только тебя и этой мой выбор, мой дар нашим чувствам. Прими его и стань моими глазами. Шепчет Дио, целуя сладкие губы бога чувствуя вкус солёных слёз и терпкую горечь на кончике языка. Их жизнь меняется в очередной раз, ведь теперь Минсок ощущает ужасающее чувство вины, а человек учится жить без своих глаз. Живя на самом берегу они не ведали что творилось в зарослях джунглей. Там же другое сильное племя истребило слабое, заняв их место. Несколько воинов прочёсывали берег в поисках места где поклонялись богу, чтобы истребить старые устои, желая уничтожить алтарь. В этот миг двое влюблённых гуляли по воде, собирая ракушки. Минсок брал их из воды, отдавая Дио, что ощупывал узор пальцами. Проникаясь красотой мира уже другим способом. Бикари был увлечён блеском волн, юноша в противовес вслушивался в окружение, там то и услышал шуршание. Человек в панике спрятал за собой бога, пошатнувшись от стрелы что легко вспорола плоть, войдя в районе солнечного сплетения. Минсок не сразу понял что произошло, его слух притупился с обретением зрения. Однако обмякшее тело поймал, сразу ощутив как земную оболочку покидает жизнь. Бог слепоты никак ни мог излечить ранения, не обладал таким даром. Он осел с любимым на мокрый песок, махнув рукой на нападающих. Те в то же мгновение ослепли, потеряв все ориентиры. Бикари ненавидел свои глаза в этот момент, ведь именно на них умирал любимый человек, юноша что был жертвой, а стал целым миром. На последнем издыхании Дио касался щеки Минсока, шепча: — Я вернусь к тебе… — Я буду ждать тебя здесь… Еле слышно ответил бог слепоты, в мыслях умоляя всех богов чтобы они дали рейнкарнировать его возлюбленному. Последним что видит Кенсу своими глазами это лицо, притом своё искаженное гримасой боли. На этой ноте воспоминание рассеивается, а парень открывает глаза. Понимая что он находится всё в той же пещере в полном одиночестве. Не чувствуя тело До встаёт, опираясь на стену пещеры и направляется к выходу. Ища в рассветном солнце того самого человека, а точнее бога. Находя его ровно в том месте, где когда-то умер Дио. Минсок сидит на кромке где песок сходится с теплыми волнами. Своим слепым взором он смотрит вдаль, слыша знакомые шаги.