Озеро страданий.

***

      Юра привёл Ника в лес. Там, вдалеке, виднелись горы, окутанные синевой. Сам лес был наполнен густым туманом. Не было видно того, что происходило в 2 метрах от них. Брюнет часто бывал тут, так что его это ни капли не удивляло. Он задавался только двумя вопросами: «Для чего Юра привёл меня в моё же место? Откуда он узнал про него?»        Юра остановился. Ник чуть не врезался в его спину. Он смотрел на Юру, его друг выглядел таким убитым, неужели это всё из-за Никиты? Но почему он так заботится о его состоянии? Разве ему есть дело до его чувств? Эти мысли терзали его. Они снова затмили его разум, как туман затмил этот лес, и он стоял как вкопанный, не сумея сделать ни шага. Юра тоже не делал никаких движений. Он стоял и смотрел вперёд. Ник не видел, что там, впереди, находится. В этом месте лес выглядел устрашающе неизвестным, хоть Никита и ходил в него каждый день, знал тут каждый уголок, ведь он на протяжении года ходил сюда, в этот могучий лес, постоянно окутанный туманом, и бродил по нему, в попытках найти себя и своё счастье. Но счастье сейчас стояло прямо перед ним, смотрело по сторонам и громко дышало. Лес был одним единым с Ником, Ник пропах листьями, сырой почвой и мхом. Чувствовалось это не так сильно, зато его грустные мысли Юра видел насквозь, но не все.       Тишину убила кукушка. Парни вздрогнули, и младший резко повернулся к Нику. Из-за стёкол очков на Никиту смотрела пара испуганных глаз. Тёмноволосый вопросительно поднял бровь и с нескрываемым интересом разглядывал Юру так, будто видит в первый раз. Так и есть. Он в первый раз видит Юру таким. Таким отчаянным, таким напуганным. Но Ник до сих пор не понимал для чего Юра привёл его сюда. Ответ последовал почти сразу же: — Помнишь, что я тебе сказал? — тихим голосом произнес блондин. — Я хочу показать тебе одно место. — Я помню.. — на этом Ник замешкался, он понял, что если сейчас произнесёт имя друга, то в глазах опять все расплывётся, в голову затечёт лесной туман, а в груди будет чувствоваться каждый удар сердца, равносильный удару ногой. - Ну.. Так покажи мне его.        Юра пошёл дальше, по тропинке, усыпанной листвой. Ник смотрел на него некоторое время, а когда тот скрылся в тумане, побежал. Побежал в обратную сторону, свернул на другую дорожку и попытался скрыться среди деревьев. Он быстро отыскал глазами самое толстое дерево и спрятался за ним. Он скользнул вниз по стволу дуба, и, обняв колени и положив на них голову, заревел, тихо всхлипывая и шмыгая носом. Он в очередной раз возненавидел себя ещё больше, и это чувство ненависти не угасало, а только ещё больше усиливалось с каждым мигом, который Ник проводил в компании Юры. И в этот раз ничего не поменялось. Никита испытывает к себе неприязнь за свои же мысли, и сейчас, когда он убежал, он чувствует себя ещё хуже. Он не найдёт себе никакого оправдания, будет винить во всём себя, ведь именно он, а не его любимый человек, убежал, как трус, при этом ничего не сказав Юре. Хотя если бы он и сказал что-либо, то это была бы ложь, и она тоже будет считаться Нику чем-то не простительным.        Неподалёку послышались шаги, зашуршали сухие листья. Ник притих. Слёзы застыли на его щеках, он почувствовал неприятное жжение в грудной клетке. Шаги приближались, в голове отрывками мелькали мысли: «Что делать? Бежать? Остаться?»       Он уже собрался встать и убежать, как его схватили за плечо. Повернув голову, он увидел запыхавшегося Юру, лоб его был мокрым, очки сползли, и сам он выглядел довольно растерянным. — Никита, ты долбаёб.

***