А, может, всё было наоборот

Хотелось поехать к себе - в основном из вредности, конечно, но и мыслишка “не перегнул ли” неприятненько так покусывала. Эта тема в голове так и всплывала, так и осталась - не страхом толком, лишь отголоском, навязчивой мыслью. В брошюрках про последствия алкоголизма главу “если однажды вы прогнали от себя любимых людей, потому что они мешали пить и жалеть себя, то по-трезвому иногда ловите сиюминутную тревогу, что они снова от вас уйдут” обычно милостиво опускают. Чтобы, стало быть, народ не боялся трезвости как явления. Правильная логика, если разобраться. Сиюминутную тревогу побеждать было почему-то сложнее, чем вооружённых преступников, и Макс повернул к себе. Мобильный немедленно разразился трелью - прозорливой и карающей. - Где тебя носит? - поинтересовалась Лена. - Да я тут Пса выгуливаю… Пёс обличающе залаял. Овчарка ему определённо попалась самая что ни на есть фашистская. - Максимов, - Лена тоже звучала очень фашистски. - Если ты поехал к себе, клянусь, я сейчас сама приеду и притащу тебя домой за ухо. - Нет, Лен, что ты, - пробормотал Макс, прикидывая, где быстрее всего можно будет развернуться. - Мы вот сейчас погуляем и придём… Лена жарила котлеты; Пёс немедленно понёсся тыкаться в неё носом. - Дохлый номер, - мстительно бросил ему вслед Макс и, оценив, что любящая собачка промочила его примерно всего, полез в душ. Когда вылез, запах еды нарушал все нормы приличия, и, хоть номер действительно был дохлым, обнять Лену со спины и ткнуться носом в шею было крайне приятно. - Голодный? - Не пойму. Нет, наверное, что-то перехватывал. Где герой дня? - В бумажках сидел, может, пошёл спать. - Инструкцию по правильному задержанию преступников писал? “Сиюминутная тревога” работала в одиночестве и (уже опционально) темноте, а на светлой кухне, слушая Ленино дыхание и считывая реакции, он всё равно так или иначе превращался в крайне вредную скотину. С натурой невозможно было спорить. Лена вздохнула, но ни отстраняться, ни отпускать его руки не стала. - Вот смысл весь день козлить? - поинтересовалась она. - Не маленький же, догадываешься, как Громов ему мозги вынес и как он к этому относится. - Ну вы тоже вроде не маленькие, знаете уже, как поимка преступников устроена. Кто-то бумажки собирает, а кто-то работает. Макс отчётливо услышал, как клацнули её зубы даже на фоне хрустящего кормом Пса. - Лёша отлично работает, - клацнул он зубами в ответ. - И сидеть с бумажками ему нечего и начинать. И меня в это впутывать. - Ты как пятилетка, - проворчала Лена. - Разговаривать с тобой… Спи иди. - А ты к нам не пойдёшь? - Уже даже меня достали бутерброды, хочу хоть котлеты по контейнерам рассовать. - Ты просто хочешь пожрать на ночь без свидетелей. - Ничего подобного, - стальным тоном соврала Лена, поцеловала и коварно выставила из кухни. Пёс тоскливо заскулил. - Что делать, полицейский произвол, - хмыкнул Макс и почесал его за ухом. - Нельзя, - недостаточно строго и недостаточно сонно заявил Леонидов прыгнувшему на кровать Псу. - А мне? - полюбопытствовал Макс, настойчиво спихивая животинку на пол и забираясь на её место до озвучивания ответа. - Если не будешь начинать “я же тебе говорил”, - предупредил Лёша. Строгий Леонидов в пижаме выглядел крайне заманчивой добычей, к которой следовало бы подобраться ближе хитростью. - Не, так не смогу, - развёл руками Макс и подобрался к добыче просто потому что мог. - Есть, правда, вариантик… Днем взбешённый Лёша целовался так, что едва не лопнула губа, а сейчас было мягко, сладко - Макса вело и от контраста, и от возможности получить все варианты. - Ладно, - признал Макс, отстранившись - потянул зубами пуговицу, которая, естественно, не поддалась, но дёргать их руками было неимоверно лень, и спускаться вниз пришлось вдоль ряда целомудренно застёгнутых на Лёше пуговиц. - Два вариантика. Или тут тоже теперь бюрократия? Товарищ майор, разрешите отсосать? Лёша надавил ладонью ему на затылок. В брошюрках про алкоголизм опускали ещё один важный раздел - о том, что когда в жизнь возвращаются и любимые люди, и либидо, иногда начинаешь реагировать на секс с ними с таким запредельным вдохновением, словно тебе восемнадцать. Восемнадцать, впрочем, были наивны и гетеросексуальны, а сейчас Макс ритмично брал за щёку под аккомпанемент шумного Лёшиного дыхания, чувствуя, как широкая ладонь ласково гладит по голове, как пальцы обводят ухо, и получая такой кайф, что, в общем-то, если помочь себе любимому совсем чуточку… Не получивший котлет и возможности полежать на кровати Пёс притворился сонным и глупым, и вставать за салфетками пришлось самому, но, в общем-то, прекрасной жизни это никак не портило. - Чёго ты вообще так загнался? - миролюбиво поинтересовался Макс, забираясь Леонидову под бок. - А ты бы, думаешь, спокойно слушал, как тебе в непрофессионализм тычут? - вяло спросил Лёша. - Титаник профессионалы строили, и что, это кому-то помогло?, - хмыкнул Максимов. - С волками жить, сам же знаешь. Да и Громов знает. Спорим, ему очередной раз вынесли мозги на тему задвигания его умнейшества племянника генерала Гнездилова, и он чисто отыгрался… - Хорошая версия, - хмыкнул Лёша. - Мне нравится. А куда Лена пропала? - Котлеты жарит. - Так давно уже… Он их там не ест, случайно? - Ух, какой вы храбрый, товарищ майор, - восхитился Макс. - Завали уже с этим! - Понравилось? - Ещё чего, - неубедительно пробормотал Лёша. - Почему храбрый-то? - Потому что если говорить о таких вещах недостаточно тихо, можно очень быстро поменяться с Псом местами. Пёс заинтересованно поднял ухо и открыл глаза, видимо, собираясь дождаться хозяйку двуногих и совершить желанную рокировку. Макс не удержался и продемонстрировал ему кукиш. Он никуда из этой кровати рокироваться не собирался.