Сегодня Премьер-Министр тоже хочет биться головой о столб

Император не был таким глупым, как могло показаться, иначе он бы не превзошел других шестнадцать принцев и не взошел на трон. Всего за несколько лет он смог вернуть утраченные земли и отправился воевать на юг, а в 25 лет объединил север и юг. Наблюдая за тем, как настойчиво Премьер-Министр бьется о колонну дни напролет, в сердце Императора родилась озорная мысль. Во время дворцовых заседаний он специально начал выдавать, что желает увеличить налоги для пополнения государственной казны, повести армию на запад и разрушить королевство Да Юэ, с которыми у них всегда были хорошие отношения, а еще запретить всю торговлю с другими странами. Каждый раз, когда Премьер-Министр это слышал, он вздыхал, а затем бежал к столбу. Чиновники тут же делились на две группы, и каждая выполняла свои обязанности. Одна останавливала Премьер-Министра, а вторая взывала к Императору. После того, как Премьер-Министра успешно останавливали, он закатывал рукава и делал вид, что вытирает слезы. Его руки дрожали, как и у старого Премьер-Министра, и все же, когда это делал нынешний Премьер-Министр, то эффект от действия значительно отличался. Он использовал старый трюк проливания слез, пытаясь пробудить совесть Молодого Императора. Вот только слезы не пробудили совесть Императора. Зато пробудили младшего брата в его нижней части. У Императора был отличный угол обзора с того места, где он восседал. С его хорошим зрением он видел все очень ясно. Премьер-Министр сделал вид, что бьется головой о столб. Люди в суде бросились его останавливать. Его тянули за одежду во все стороны. В конце концов он сел на землю: его талия была тонкой, как ива, его мягкие волосы упали по обе стороны лица. Хотя он не очень серьезно плакал, уголки его глаз покраснели, и нежный розовый цвет распространился от лица до ушей, и даже вниз на шею. Прозрачные капли падали одна за другой, разыгрывая сцену, как когда-то Старый Министр, когда ему не удалось умереть, и он мог лишь молча лить старческие слезы, которые стекались в сердце самого Императора. Только вот, какие там старческие слезы! Это явно были слезы красавца! Он был похож на красавицу, над которой издевались, и которая упала на землю перед дворцом, плача так сильно, что Император растерялся и не мог не испытывать жалости. Император поспешно сказал: — Хорошо, хорошо. Я не буду этого делать. Быстрее поднимайся! Премьер-Министр тут же встал на колени и закричал: — Его Величество мудр! Чиновники позади него тоже закричали: — Его Величество мудр! Императору было уже 25 лет. Когда он был молодым, он был занят борьбой за трон и налаживанием своей карьеры, сражаясь с севером, а потом завоевывая юг. У него не было времени на похоть, и, естественно, он ничего не знал о романтике. Теперь вожделение к Премьер-Министру проросло в его сердце, готовое вспыхнуть в любой момент, но так как он не понимал, что это за чувство, он не мог произнести это вслух. Он просто знал, что наблюдение за тем, как Премьер-Министр каждый день бьется о столб и проливает слезы, необъяснимо вызывает странные ощущения в его нижней части тела, и сердце при этом чувствует себя чрезвычайно комфортно. Даже ночью он видел сны о том, как красавец бился головой и лил слезы. Но так как его знания были ограниченными, ему снились лишь сцены со слезами, и когда он просыпался, то чувствовал небольшую влагу внизу. Поэтому, чтобы чувствовать себя комфортно и счастливо, он каждый день выплескивал безумные идеи на заседаниях дворца. Помимо помощи в ежедневных политических делах, в обязанности Премьер-Министра также входило биться каждое утро головой о столб. Очень скоро он стал профессионалом в этом деле. И как только что-то было не так, он сразу же бился о столб и пускал слезы без малейших усилий. Раньше ему тайно приходилось понюхивать ладан, чтобы выдавить несколько слез, но теперь в этом не было необходимости. Ходили слухи, что Император был тираном и только Премьер-Министр смел прямо высказываться и давать советы. Только он мог обуздать Императора и помочь стране избежать краха. Он действительно заслуживал быть Премьер-Министром, потомком рода верных Премьер-Министров. Все были полны похвал, когда речь заходила о Премьер-Министре. До ушей Премьер-Министра донеслось огромное количество комплиментов, и он подумал, что проделал действительно хорошую работу. Сам же Император, на самом деле, не очень беспокоился о слухах. Пока Премьер-Министр мог приходить во двор, биться головой и плакать каждый день, все было хорошо.