Некоторые любят и постарше. Потерянный покой.

— Эй, Соник, сколько лет! — И тебе привет, теневой ёжик. Я уж было обрадовалась, думала, ты с этой ересью завязал. — Да какое там, после работы расслабиться — вопрос жизни и смерти. Мне как обычно. — Один момент. Кстати… ладно ты любишь Шедоу, но я? Почему Соник? Из-за моего нового цвета волос? — Честно, вообще не думал об этом, пока не сказала. Кстати, я вчера достал свою старую приставку, решил вспомнить детство. Хочешь принесу, порубимся? — Не знаю как Дон воспримет, но идея клёвая. С тебя двадцать пять долларов и восемь центов. Это со скидкой, если что. — О, дёшево! Держи чаевые. — Ничего себе богатство! Откуда такая щедрость? — Ладно тебе, я и прежде оставлял. — Но не такую сумму! — Благодарность заведению за хорошую работу. — Что ж, спасибо, приходи ещё. Надеюсь, за чем-нибудь более безопасным для организма. Попрощавшись, покупатель, помахав Т/И, вышел из магазина. Т/И, усмехнувшись и покачав головой, лишь сгребла чаевые в руку и, поместив те в стакан из-под кофе, мысленно посчитала сколько из этого подарка судьбы уйдёт на покрытие недостачи в сегодняшней выручке. — Ты меня каждый раз спасаешь, чувак, — тихо прошептала она, протирая тряпкой рабочее место и убирая с него лишние бумажки. Чеки не трогала — был печальный опыт, когда недовольный покупатель, решив без чека вернуть товар, заставил её раскошелиться и остаться без доброй части зарплаты. С тех пор девушка держала каждый оставленный чек в ящике, прямо под кассовым аппаратом. Разложенные стопками, подписанные по дням и часам, они не раз спасали продавцов, если покупатели приходили с претензиями. — Доброго дня, Т/И. Наводишь красоту для покупателей? Похвально, похвально. Вздрогнув, девушка, обернувшись, увидела входящего через служебную дверь начальника. По возрасту не сильно старше Дона, он, тем не менее, мог бы сойти за свою же просроченную версию. Несмотря на это, характером мужчина был куда как спокойней и сдержанней — хоть какое-то утешение для Т/И, и без того боящейся новых людей на новой работе. Он часто приходил проведывать и разбираться с делами, попутно заигрывая с молоденькими работницами, однако черту не переходил. По крайней мере, Т/И очень на это надеялась. — Деньги за больничный придут завтра, но с авансом облом. Так что осторожнее, не болей. — Сезонные простуды не спрашивают разрешения, сами знаете, — пожала Т/И плечами. — Мне уже лучше, спасибо. — Рад знать. Слушай, я чего сюда зашёл… ты одна сегодня работаешь? Кивнув, Т/И, заметив, как помрачнело лицо начальника, спросила: — Что-то не так? — Какая-то девушка ошивается возле нашего магазинчика. Я бы не обратил внимания, не пытайся она войти сюда через чёрный ход. Мне она сказала, что заблудилась и думала, будто это главный вход, но на камерах она уже третий раз там мелькает. Может, ты её знаешь? И, достав из кармана вчетверо сложенный листок формата А4, мужчина протянул его Т/И. Та непослушными руками взяв его, развернула и пригляделась. Чёрно-белый кадр с помехами, как и полагается снимку с камер видеонаблюдения. На крыльце чёрного входа, поправляя капюшон толстовки, стояла девушка. Кадр местами был настолько смазанный, что едва угадывались возможно знакомые черты. И вдруг Т/И взвизгнула. Лица она нормально не разглядела — на кадре девушка пыталась надеть капюшон на голову. А вот ободок и светлую, почти что белую копну волос Т/И было видно отчётливо. Нет, только не это! — Я… её знаю. Или нет, — хрипло выдавила из себя девушка и пошатнулась. В висках загудело, она бы упала, не подхвати её мужчина. — Ты в порядке? — Вам нужно уходить. Или лучше уйду я, иначе несдобровать… — Спокойней, Т/И, покупатели могут войти. — Нет! — снова взвизгнула Т/И. — Это сестра моего преследователя! Они оба шизанутые на голову! Даже другой штат не помешал ей найти меня! И теперь она возьмётся за моё окружение по полной! Всхлипнув, Т/И вытерла слёзы рукавом, тщетно пытаясь проглотить ком в горле. — Не хочу неприятностей, но куда бы ни пошла — они всюду за мной! Я лучше уйду… — Нет. Твёрдость в голосе мужчины отвлекла Т/И от стенаний. Тот, нахмурившись, смотрел на неё. Такой взгляд был только у Дона, когда он вызвался защищать её. — Моя жена познакомилась со своим сталкером на работе, — начал он внезапно. — Обычный клиент, ничем не выделялся. Но со временем стал постоянно названивать. Когда попросили остановиться — завалил рабочую и личную почту непристойностями и признаниями в любви. Мы добились запрета на приближение, когда он попытался в очередной раз позвать её на свидание и разозлился, узнав, что она замужем — он громил всё, что попадалось под руку, пока его не скрутила охрана. Позже её окровавленное тело нашли у нашего дома. Его признали невменяемым и отправили в дурку, где он повесился на своей же майке. Я знаю с каким кошмаром ты имеешь дело. И постараюсь помочь тебе с твоим… парнем? Мужем? Кто он? — Ну, мы живём в одной квартире, — покраснела Т/И. Не сдержав смешка, она, шмыгнув носом, улыбнулась. — Мне неловко взваливать на вас всё это, но я только-только оправилась от прошлого преследования, а тут… — Знаешь, лучше собирайся домой. Сегодня праздничный день, закроемся пораньше. В выходные отдохни, там посмотрим. — Не стоит, я в порядке. На что мужчина, покачав головой, отошёл ко входу, где поменял табличку на «Закрыто» и запер дверь изнутри со словами: — Считай выручку и проверяй, всё ли на месте. Как закончишь — я буду снаружи, в машине. — Хорошо, сэр, — сказала Т/И, доставая из тумбочки калькулятор.

***

Сказать, что Сара кипела от злости — не сказать ничего. Отойдя от магазина на приличное расстояние, откуда только что уехала Т/И вместе со своим начальником, девушка растоптала свежие ростки травы и, раздавливая в ней насекомых, проклинала весь белый свет и сегодняшнюю неудачу. Как тупо она попалась в объективы камер видеонаблюдения! Чёртов мужик испортил сюрприз! Опять мешают! Сначала переезд, затем Дон, теперь этот старикашка! Какое ему дело?! — Почему мне все мешают? Я просто хочу сделать Т/И приятное! — зашипела девушка, не заметив, как пошатнулась и сильно приложилась об ствол растущего рядом дерева. От боли заслезились глаза. Схватившись за плечо, хныкающая Сара, сев на корточки, в бессильной ненависти смотрела на свою перепачканную травой обувь и чулки. Уже столько времени прошло с тех пор, как она пыталась добиться внимания любимой Т/И, хотела понравиться ей — почему каждый раз не везёт? Даже сама Сара не помнит, сколько раз ей удалось пересмотреть любимые аниме, пока она училась в средней школе. Очарование героев, смешные или глупые ситуации, странные или вообще из ряда вон выходящие признания в любви, приключения соперников, постепенно становящихся парой — больше, чем сюжеты с фантастическими мирами, она любила сюжеты о любви. И надеялась однажды испытать в своей жизни что-то хоть немного похожее. Однако жизнь всё сделала по своему сценарию. Кто знал, что её брат попортит немало крови бедной Т/И? Что лишит её покоя, решится на преступление и этим заработает себе огромный срок в тюрьме? Сердце Сары обливалось кровью, пока она наблюдала из укрытия как силуэт Т/И, несмотря на блики солнца в окне, напрягался и сжимался, пока та проходила терапию у врача. Если бы кто-нибудь в мире знал, как сильно Сара хотела помочь Т/И забыть о своих кошмарах. Как сильно она желала дать ей хотя бы толику своей любви и нежности, чтобы та ощутила это всё, поняла бы Сару и позволила бы их счастью окрасить жизнь в яркие цвета! И мечты о переезде в Японию, собственном домике и традиционном садике во дворе обрели бы почву для воплощения в реальность… Если бы не Дон. С ним страх Т/И только усиливался, была уверена Сара. Наверняка он наплел ей о том, какая Сара ужасная и что с ней точно нельзя иметь никаких дел. Или Т/И сама так про неё думала? Девушка, всхлипывая, роняла слёзы себе на грудь. — Я люблю тебя, Т/И! Из-за слёз нос заложило. Дыша ртом в попытке успокоиться, блондинка, встав и потирая затёкшие колени, поспешила вперёд. Не разбирая дороги, она шла и шла, пока отёкшие ноги не пришли в себя. И тогда она перешла на бег. Ей хотелось убежать от мыслей, от боли и злости, вот только чем быстрей она набирала скорость — тем сильней в висках стучало осознание: от себя не убежать даже в смерть… Скрип тормозов заставил девушку отвлечься. Споткнувшись об собственную ногу, та, пискнув, упала лицом вперёд, прямо на грязный асфальт. Хныча и держась за ободранную щёку, она услышала, как хлопнула дверь — из машины вышли. К ней подошли, она уже было сжалась, готовясь услышать упрёки в ненормальности, как вдруг её осторожно взяли за плечо: — Боже мой, ты в порядке? Я тебя не задел? Боясь думать о том, как она сейчас выглядит, девушка посмотрела на водителя. Молодой брюнет, несмотря на испуг, довольно красивый. Карие глаза, бледная кожа, как у Сары. И странный терпкий запах, напоминающий малину, только очень терпкую. Вейп, догадалась девушка, и сразу поняла, кто перед ней. Постоянный клиент Т/И. Удача? — Не знаю, — просипела она, берясь за протянутую руку парня и поднимаясь на ноги. — Бок странно болит. — Садись, я отвезу тебя в больницу. Блин, зачем только я погнал на такой скорости! Садясь на переднее сидение и пристёгиваясь, Сара, наблюдая, как взволнованный парень ищет что-то в автомобильной аптечке, бубня про обработку ран на коже. Стараясь не выдавать внутреннего ликования, девушка, зашипев при прикосновении к её щеке бинта с перекисью, продумывала зарождающийся план.