Полное разрушение мира Рубак

-А может краской её … - синхронно прошептало два детских голоска. - Не, догонит. Да и делали мы уже так, - возразил им третий не менее детский. А меж тем рыжеволосая цель достаточно быстро для своего разжиревшего тела покинула место очередной засады и скрылась в каком-то тёмном проулке. -Ну, вот потеряли, - разочарованно и вновь одновременно прошептали двое непохожих с лица ребятишек, тут же высунувших свои мордашки из густых кустов. -Да ладно вам, тоже мне большое горе нашли. И вообще, Хикару, Ями, может … - начал оправдываться виновник провала «операции». - Что, Валь?- разом повернулись к дракончику братья. Вальгааву вновь стало не по себе. Нет, ну как могут быть люди, столь непохожие друг на друга внешне, настолько идентичными внутри!? Вот и теперь они одновременно к нему повернулись, и во взглядах читается одинаково мягкий укор. Дракончику иногда казалось, что Боги просто взяли когда-то одного человека распилили надвое, половинки обратили в двух людей, а чтобы никто не спутал, сделали их жутко друг на друга непохожими. -Ничего, – вздохнул Вальгаав. Ему уже давно наскучила вся эта беготня за злой толстушкой, ведь вредная бродяжка уже больше месяца и носу не казывала в его дом. И постепенно злоба, вызванная простыми детскими обидами, стала затухать. Однако не у его друзей! Первых друзей! Джилос, Гравос и Филия не в счёт, они для переродившегося Вальгаава всегда были семьёй. Увы, так сложилось, что детишки его возраста (как зверолюди, так и просто люди) всегда сторонились не в меру вспыльчивого, не по годам сильного, драчливого мальчишку со смешной внешностью. Так что эти странные братья стали первыми друзьями дракончика, и огорчать их ему крайне не хотелось. Тем более они и сошлись именно на ненависти к этой толстушке, Вальгаав прекрасно понимал, как неприятно им видеть эту бродяжку, нагло вторгшуюся в их дом(личное пространство). Можно сказать, что «заслуженная кара этой наглой облезлой выдре» (как милые детки сами это называли) единственное, что связывало их, и одинокий дракончик очень боялся утратить эту «ниточку». - Ничего, - повторил Вальгаав. -Я придумал! Можно использовать мою силу!- неожиданно воскликнул Хикару. Вальгаав удивлённо посмотрел на братьев, Ями угрюмо молчал тогда, как Хикару прямо-таки светился от счастья. На памяти дракончика был лишь один случай, когда эти двое вот также утратили синхронность. Он тогда не обратил особого внимания, так как ещё плохо знал братьев. То был откровенный разговор, хотя скорее это можно назвать простым нытьём на других ребятишек, что, ну никак, не хотели с ними дружить. -Ха! Дразнить меня?! Пусть только попробуют сразу получат у меня! - тотчас расхорохорился тогда Вальгаав. -Везёт тебе, ты сильный, - печально выдохнули братья и разом бухнулись на жидкую поросль паркового газона. - А вот нам и ответить-то нельзя, изобьют, - ещё больше опечалились они. - А знаешь, как обидно, когда дразнят девочкой? Чёрт! Всё из-за этого дурацкого лица! –продолжал жаловаться уже только Хикару. Мальчонка наклонился над лужицей и принялся руками дёргать свои симпатичные щёчки. -Нащёящему муфине нефяя фить касивым! – ныл Хикару, кривляясь перед лужей. -Да, ладно! Просто избей этих слабаков! – отмахнулся Вальгаав. Дракончик прямо засветился от самодовольства, однако, поймав укоризненные взгляды братьев, быстро сдулся. - Вы… это… эээ… зовите меня, если что, - отвернулся Вальгаав, пытаясь скрыть смущение. Не привык он проявлять доброту к другим (не считая семью), и тогда та ситуация заставила его не хило понервничать. Продолжительная пауза только давила на нервы, Вальгаав уже собрался обернуться и вспылить, когда почувствовал, как одновременно с двух сторон на его плечи навалились. Две хитрые моськи приветливо улыбались ему с разных сторон. -Спасибки тебе, Валь, но мы сами, - начал Хикару. - А то выходит стрёмно! Мы же старше! – продолжил Ями. - Без обид! – хором закончили братья. - Я не обижаюсь! – сразу вспыхнул дракончик. Братья лишь синхронно кивнули и побежали к дядюшке Жюлю, уже охрипшему звать их на обед. Точнее вперёд устремился лишь Хикару, а Ями, сделав пару шагов вперёд, вдруг остановился. - А меня обзывают подкидышем, - едва слышно прошептал Ями. Ями стоял в паре шагов и так и не развернулся к дракончику, поэтому даже с его острым слухом, он не мог точно утверждать, не послышалось ли ему всё это. А вот Хикару, который уже находился рядом с Жюлем, как-то сумел расслышать. Он мигом подскочил к брату. -Брось! Это бредни! Ты же сам должен чувствовать это! – отчеканил Хикару. Ями тогда так и не ответил, только боязливо оглянулся на Вальгаава, будто бы ожидая увидеть не хорошего друга, а тех ребят, что дразнили его. В память впечатлительного дракончика хорошо врезалось это боязливо печальное выражение лица друга, который вот и сейчас пытался спрятать гримасу боли от брата, пока тот увлечённо лепил из грязи фигурки величиной не более ноги малыша Валя. Видимо, чтобы избежать испытующего взгляда брата,Ями пришлось присесть рядом и вылепливать вторую половину фигурки, над которой работал Хикару. Вальгаав засмотрелся на синхронную работу: ноги, туловище, руки, голова. Невероятно, но две половинки выглядели совершенно одинаково. Повторялись даже случайные деформации вроде искривлённых рук, вмятин или царапин. Впрочем было заметно, что братья не особо старались, наоборот крайне спешили и не вдавались в детали. Так за несколько минут из под умелых рук вышло примерно с десяток маленьких грязевых человечков. Когда же работа была закончена, Ями, не поднимая головы, быстро отошёл в сторону, а Хикару, горделиво приосанившись, стал торжественно произносить заклинание, то Вальгаав не без приятного удивления отметил, что понимает смысл практически всех магических формул, что кастовал Хикару. В основном это были прошения адресованные к Земляному Королю Дракону, Рангорту. Хикару просил сначала позволение сотворить из подвластной этому Божеству материи, потом молили дать силы и мастерства. И потому, как магически заискрилось пространство вокруг Хикару, Вальгаав осознал, что Рангорт вполне охотно откликнулся на прошения маленького смертного. Далее из уст Хикару вылетело с шипением и странным акцентом несколько незнакомых дракончику заклинаний, и головы грязевых фигурок вспыхнули ярким синеватым пламенем, которое, разбушевавшись лишь на мгновение, так же быстро стало угасать, пока, наконец, не потухло, оставляя после такого ослепительного пожарища тлеть лишь два синеватых уголька в тех местах, где, по идее, должны были располагаться глаза у фигурок. - …Бефимос Резонабл Враймер. Вот и всё, - смахнув рукой проступивший на лбу пот, измученно выдохнул Хикару и счастливо поднял наполненные синим магическим блеском глаза на мальчишек. - Големы, - идентифицировал поднимающуюся маленькую армию грязевых человечков Вальгаав. - Не! Это тебе не просто големы! Это разумные големы, которые напрямую связаны с … эээ… моей головой! Слушать мою команду, найти толстуху из моей памяти и доложить, где она! – Хикару так надулся от серьёзности и значительности, что не трудно было предположить, что в воображении он видел себя этаким архиважным генералом, отдающим приказы своим нерадивым подчинённым перед сверхопасной миссией. Вальгаав же, наблюдая, как важно раздаёт оставшиеся указания новоявленный коммандос, едва удержался от того, чтобы не прыснуть от смеха. - Всё поняли? – строго спросил коммандос. Подчинённые в ответ энергично закивали, разбрызгивая при каждом кивке комья грязи. -Тогда, найдите её и попытайтесь остаться незамеченными! – отдал последние указания Хикару убегающим человечкам. О том, как десяток грязевых человечков может остаться незаметным, Вальгаав почему-то решил не спрашивать, тем более его ещё с самого утра волновал совершенно другой вопрос. - Они пошлют мне в голову картинку, когда найдут её, - жизнерадостно пообещал Хикару, который будто бы и вовсе не замечал повисшую в воздухе напряженную тишину. Однако и Ями и Вальгаав продолжали молчать. - Да, кстати, Валь, а что ты там вчера говорил про своего дядьку … эээ… как его… Гриваса? Он нас сегодня в гости звал? – спросил Хикару, вероятно только для того, чтобы разрядить обстановку. Будь малыш Валь хоть чуток проницательнее, то заметил бы, как Хикару виновато косится на помрачневшего брата, бурчавшего что-то о нарушенном обещании. Заметил бы, если бы в эту секунду чуть ли не визжал от восторга. - Они помнят! – радостно гремела у дракончика в голове лишь эта мысль. - Да. Он эта… типа приглашал нас посидеть, поболтать, а после немного ...эээ.. присмотреть за его малышнёй, - буркнул Вальгаав, пытаясь напустить на себя безразличный вид. -А-аа! Нянчиться с малышнёй, - фыркнули братья (похоже к ним возвращалась былая синхронность). -Ну, совсем на чуток! Дядя Гравос недавно женился, а им уже целый выводок покоя не даёт, даже с женой поговорить некогда! Он очень-очень просил меня! – затарахтел раскрасневшийся дракончик. Правда, оттарахтев эту мольбу, Вальгаав будто бы тут же пришёл в себя и, нахмурив бровки (ему казалось, что так он выглядел круче), произнёс безразличным тоном: - Не хотите со мной идти, не надо! Вальгаав резко развернулся и, гордо запрокинув голову, медленно стал удаляться от братьев. Он уже не видел, как через несколько мгновений Ями и Хикару пристыженно переглянулись и бросились догонять обиженного друга. Братья почти одновременно догнали Валя. И Хикару не нашёл никакой другой темы для убалтывания обиженного друга, как хвастовство своими далёкими предками, Великими Магами, что естественно вызвало волну негодования у менее одарённого братца. Впрочем, его задумка удалась в полной мере смешно слившиеся в одну полоску бровки Вальгаава стали расходиться. И вот уже дракончик с упоением слушал его историю. Оказалось, что ещё задолго до возведения Великой Стены, во времена, когда магия способна была сдвигать континенты, а божества участвовали практически в каждой сколь-нибудь значимой стычке, их предки наводили ужас на целые королевства своим умением управлять духовной материей (то бишь душами, как проще выразился Хикару). По словам всё того же хвастливого мальчишки, они могли вселять бесов, брать под контроль, даже умерщвлять целыми городами. Возможно, он чуток и утрировал кое-что, но Вальгаав верил и с открытым ртом слушал всё новые и новые преувеличенные байки. Хикару рассказывал настолько увлечённо, что Вальгаав невольно начинал ловить себя на той грустной мысли, что он-то сам ничегошеньки не знает о своих корнях и даже не интересовался этим никогда. По красноречию Хикару было видно, что он не в первый и не во второй раз рассказывает эти байки, в которые и сам так хотел поверить. Вот, он хмурится, из глаз пропадет мечтательный блеск, в этот момент он переходит к самой трагичной, по крайней мере для него, части: убыли фамильной силы Дювалей, пришедшейся как раз на пору возведения барьера Лордов Мазоку. -Наши недавние предки, в отличие от давних, только и умели, что поймать у умирающего душу и поместить на время в куклу. Ну, ещё парочку совсем простеньких заклинаний знали. Правда, другие маги и этого не могли. Вот и стали мы самыми богатыми и сильными магами во всём королевстве. Да что там, на всём центральном побережье не нашлось бы сильнее!- то ли хвастался, то ли горевал Хикару. Далее история приобретала совсем уж мрачный оттенок, их род испокон веков проживал в одном мирном, небольшом портовом королевстве, которое, естественно жило, за счёт торговли. Однако это место, именно из- за своего расположения стало первой целью( на этом континенте) для Безумного Завоевателя с Другого Континента. - Один только дед мог обучить меня нашинским секретным заклятьям, но он погиб при взятии города, - хмуро закончил Хикару. - Неправда. Есть ещё дядя Ганс, - вдруг возразил Ями. Хикару с удивлённо вытаращил глаза на Ями, будто бы тот в первый раз за всю совместную жизнь посмел возразить ему, но тут же пришёл в себя и отмахнулся: - Дядь Ганс слишком слаб. Он умрёт при первой попытке. А дядь Жюль вообще никуда не годен в магии. Наши родовые заклятья умерли тогда вместе с дедом. - Так же, как и наши родители,- совсем уж грустно прибавил Ями. Вальгаав вовремя понял, что, если не сменить тему, то все трое притопают к дядюшке Граву с опухшими от слёз моськами. Поэтому он попытался шутить, рассказывать забавные истории, но всё это у косноязычного, неловкого на слово дракончика выходило настолько нелепо и непонятно, что от в конец измочаленного(из-за того, что пришлось стать центром внимания) дракончика братья под конец его звёздного часа стали прятать сконфуженные улыбки. Наконец, они добрались до пышного, пусть и ужасно запущенного, поместья, окруженного целыми многокилометровыми колючими дебрями всех расцветок и разновидностей Королевы Цветов(розами). От обиталища дядюшки своего закадычного друга братья смогли разглядеть лишь крышу. -Это здесь?- неуверенно спросили братья, косясь на узорчатую оградку, изображавшую вполне себе безобидные (в отличие от того буйства будто бы разумной, хищной зелени, что притаилась за оградой) красивые цветочки. Вальгаав понимающе покосился на друзей, он и сам, уже не впервой пересекавший этот огромный запущенный сад, не раз ловил себя на дрожжи в коленках. - Подождите! Я быстро! – вдруг решившись, воскликнул Вальгаав и, со звериной ловкостью перемахнув через двухметровую, пусть и накренившуюся ограду, моментально скрылся в хищных зарослях. Отважным братьям же ничего другого не оставалось, как ждать друга и молиться за него всем известным им Богам. Через несколько минут на глазах у изумлённых братьев терновник расступился сам, пропуская просто таки громадную коляску(купленную в расчёте, как минимум, на младенца великана), которую с трудом толкал перед собой Вальгаав. Моськи братьев вновь выражали одну эмоцию. -Шо за на …(цензура) – читалось у них по глазам, ибо рты пока были не в силах осилить даже такую не слишком сложную фразу. Выражаясь культурнее, ребятам стало крайне интересно( и страшно в то же время) узнать про загадочного дядюшку, поэтому они с опаской стали подбираться к Валю и коляске. Однако все их страхи были развеяны одним взглядом за борта этой громадины. -Да, это же просто куча маленьких тролльчат! - облегчённо воскликнули братья. -Да,- кивнул Вальгаав. И детишки, уже радостно вереща, отправились на прогулку. День выдался погожим, и они настолько увлеклись рассказыванием забавных баек, что не заметили, как-то вдруг сразу потемнело. Густой туман, словно дланью, накрыл ребят. Обнаружили они себя в плотном кольце тумана только тогда, когда кто-то с голосом полу-придушенной пьяной кошки, стал распевать что-то отдалённо напоминающее колыбельную. Отважная троица тут же задрожала и покрылась испариной, мальчикам как-то вдруг сразу захотелось куда угодно, только бы подальше от подозрительного места, а лучше всего домой. Вот только в тот момент, когда они уже собрались припустить со всех ног, как раз с той стороны, куда они собственно и намылились дать дёру, к первому голосу нестройно вторил второй, тоже не слишком мелодичный. -Плохо! Нас окружают! – со страхом оглядываясь на тормозившего их Вальгаава, воскликнули братья. -Что делать?! Я не могу их бросить! – чуть не плача, Вальгаав упорно пытался вытащить с десяток малышей из коляски, с которой был не в силах бежать. - Детки, постойте! ИК! Я, добрый фей, ИК отведу вас в сказощнуюююю стррранууу ИК! Так що идите ко мне! ИК!– за их спинам, совсем близко, раздался елейный нетрезвый голосок, в миг переставший возводить хмельные рулады. Оглянувшись, ребята с ужасом стали разглядывать тёмную фигуру, проступающую из тумана. Проступающую… Проступающую… Просто вывалившуюся. -Это же человеко-рыба, - констатировали братья. - Точно старый мужик-рыба в странных лохмотьях,- подтвердил Вальгаав. - НЕТ! Я добрый сказошшшный ффффей! – трясся бутылкой, возразил рыбочеловек. Хотя в защиту попранной чести водяных это существо выглядело весьма странно даже для их вида. Рыбья рожа была вывожена (именно вывожена) белым гримом с примесью ярко алой помады, чёрной туши и синих теней. С хвоста свисала некая пародия на кружевную юбку, в одной руке этот разукрашенный ужас сжимал бутылку и элегантную туфельку с уже переломанным в нескольких местах высоким каблуком, другая же лапа размахивала каким-то размалёванным, замусоленным жезлом с бумажной, оттого и смятой, звездой на конце. Выглядел фей, в общем, как и положено трушному сказошшшному фею после Большого Бодуна. Сырая полу-вобла, ой простите, сказошшшный фей, возмущённо булькая, несколько раз предпринимала попытки подняться, но, к радости ребят, все его попытки так и остались безрезультатными. Наконец, взяв по паре-тройке малышей (Вальгаав взвалил на себя четверых) мальчики, не дожидаясь появления второго доброго фея, стартанули через первого. Причём, Вальгаав, взявший вдвое больший «хныкающий груз», всё равно моментально вырвался вперёд. И не зря. - Гррр!!! Рарге! Так и знал, что они не поверят. Это всё-таки дети, а не конченные идиото! Эй, Великий Дрессировщик, Карло, где твои прославленные химеры, фея-львы? Почему вместо них на замануху вышли эти забулдыги?! На них же не купится даже умалишённый, - с лёгким акцентом раздражённо прошипел кто-то впереди. - Я не виноват! Это всё босс!!! Ты же знаешь, фея-львы работают только по контракту, и все часы на этой неделе они уже отработали на представлениях босса. А ты даже себе не представить не можешь, как страшны они, когда их заставляют работать сверхурочно, - жалобно пропищал кто-то в ответ и совсем тихо прибавил:- И вообще нужно когда-то и им давать шансы. Увы, последнюю фразу услышал не только Вальгаав, послышался громкий шлепок от смачной оплеухи и грозная ругань на неизвестном (Вальгааву) языке и чьё-то жалобное постанывание. - Неважно! Фортуно усыпи их! – достаточно быстро отчитав провинившегося, властно приказал первый голос. -Галош, а кто дал тебе право здесь распоряжаться?! Что-то не припомню, чтобы босс назначал тебя, Галош, главным в своё отсутствие! Это, во-первых! Во- вторых, сколько раз тебе, Великому Огнеглотателю Галошу, повторять, что три заклятья одновременно - предел для меня даже на этой благодатной для магов земле. Я усыплю, а ты, Галош, сам расставляй барьеры, отводи глаза прохожим и наводи маскирующий туман! И наконец, в-третьих, НЕ НАЗЫВАЙ ИМЁН, ДУРЬЯ БАШКА!!! – с особым сарказмом выделив чуть не в каждом предложении имя нагло раскомадовавшегося, проворчал вдали ещё один голос. Теперь даже шестилетнему было понятно, что они угодили в лапы не просто к непонятным психам, а попали в хорошо подготовленную ловушку. Причём попали конкретно, так как сзади нестройной какофонией приближалось по крайней мере два размалёванных ужаса, а спереди их поджидало ещё по меньшей мере три бандита, среди которых имелись довольно сильные маги. - Вот, блин! Влипли! Ями, Хикару, дальше нельзя! Это ловушка! Ями?! Хикару?! – со страхом оглядываясь на густую пелену, проорал отставшим братьям Вальгаав. - Тс-сс! Не шуми. Мы слышали,- одновременно с одинаковым раздражением в голосе прошептали братья откуда-то снизу. Вальгаав только и успел повернуться на шёпот, как его, заставляя пригнуться, резко дёрнули вниз. - Не знаю почему, они за нами, - спокойно констатировали братья. И Вальгааву оставалось лишь подивиться и позавидовать их хладнокровию. - Но почему? Это наверняка ошибка! Они приняли нас за других человеков? – всхлипнул Валь. - Людей… Да, не знаем же мы! – взорвались братья от их показного хладнокровия не осталось и следа, - И это сейчас не самое главное! Смотри! Братья одновременно указали на то, что белая пелена быстро стала проясняться вокруг них, вновь образуя небольшую сферу свободного от тумана пространства. -Нашли!- выкрикнули братья и, потянув за собой Вальгаава, попытались снова скрыться в спасительном тумане. Однако мальчишек мгновенно отпружинило назад. - Безполезна! Фи, ребятишка, окружены магическим барьером. Из него не сбежать! Так шо давайте уладим все по-хорошему. Нам нет резона вас убивать или брать в плен, так шо, если фи сами отдадите нам этих малышей, то уже сегодня будите спать дома, - голос бандита со странным именем Галош заставил замереть жалкую тройку мальчишек. - Отдать их?! Родных детей дядюшки Граво!? – дрожащим голосом прошептал Вальгаав, судорожно прижимая малышню. А потом в нём вдруг, будто бы оборвалось что-то, и гнев жаркой волной стал накрывать его. - Да ни за что! Выходите придурошные бандиты! Я испепелю вас в один миг! Аха-ха-ха! – бросаясь вновь и вновь, Вальгаав уже не обращал внимание ни на плачущую в его руках малышню, ни на окрики братьев. Ярость переполняла его, заставляя вскипающую кровь начать трансформацию. Он уже не слышал заверения бандитов, в которых они клялись, что малышей после выкупа вернут обратно в целости и сохранности. Пёстрый камзол, сшитый, между прочим, заботливыми материнскими руками из разного тряпья, на спине стал трещать по швам. Уже можно было разглядеть два маленьких бугорка за спиной у Валя, как внезапно братья, сильно оттолкнув в сторону дракончика, из-за гнева невольно начавшего частичное превращение в свой истинный облик, выступили вперёд. - Неужто отдадут?- с ужасом подумал Вальгаав. Гнев настолько затмил способность дракончика рассуждать, что он уже намеривался порвать в клочья тех, кого секунду назад считал своими дорогими друзьями. Он, рыча, уже приготовился напасть, как братья произнесли: - Ха! Родня самое дорогое, что есть на свете! Это мы поняли это при смерти родителей! Выкусите идиоты! Одновременно показывая белоснежному туману непристойный жест, Хикару отдал свою малышню Валю и Ями. - Я задержу их, а вы бегите, - распорядился он. - Но как? – ошарашенно разглядывая уверенно лыбящуюся физиономию Хикару, спросил дракончик. Опережая ответ, из тумана послышалась странные звуки, напоминающий шум драки. А ещё через несколько мгновений туман стал рассеиваться, открывая удивлённому взору мальчишек настоящее ( в буквальном смысле) цирковое представление: где-то вдалеке грязевые человечки без всякой жалости пинали уже хладный трупик мужчинки во фраке; чуть поближе активно шевелилась целая грязевая гора, из-под которой проглядывали огромные чёрные ручища, полностью покрытые татуировками; в непосредственной близости же последняя тройка големов гонялась за карликом, смешно визжащим и неуклюже, причём бесполезно, отмахивающимся длиннющим кнутом от нападающих «собратьев по росту». - Големы, - только и смог вымолвить Валь. Впрочем, времени на удивление и восхищение не оставалось, и пришлось юному дракону последовать за Ями. И вот через несколько мгновений они уже мчались от растерявшихся бандитов. Однако немного отбежав, и Ями и Вальгаав не могли не обернуться на Хикару. - Бегите быстрей! – освещённые магическим светом глаза оставшегося мальчика ободряюще сверкнули. Вдруг уверенная улыбка жертвующего в один миг перекосилась, Хикару испуганно вскрикнул и стал указывать на мальчишек. Или на что-то, что находилось за их спинами. Увы, казалось бы секундного промедления непострадавшим бандитам хватило, чтобы оправиться от шока, вызванного столь неожиданной атакой. - Хей, ребятки, не спешите! Оля-ля-ло! Представление только начинается! – весело и певуче сказал кто-то прямо за спинами ребят, обернувшихся к Хикару. Ребята медленно повернулись к преградившему им путь к свободе и помощи. Преградой оказался конопатый и курносый юноша, чьи рыжие кудри пробивались сквозь дыры широкополой соломенной шляпы. Но странным была отнюдь не внешность улыбчивого паренька, а то, что он «оседлал». Разъезжал он на большом колесе. Однако недолго уверенно улыбалось неожиданное подкрепление в ряды деморализованных «злых дядечек» - несколько грязевых комков оторвалось от татуированного силача и полетело прямо в направлении лыбы незнакомца. -Аква Крейг Ультиматэ - легко и красиво увернувшись (сделав эффектное сальто), пропел заклинание акробат. От волшебства небо стремительно потемнело, образовалось внушительное тёмное облако, из которого сразу же полил, как из ведра, ливень. - Ха! Думаешь, поможет! Даже на простых големов редко, когда действуют такие простые заклятья. Уж я-то знаю! Читал! А для моих особенных даже с усилением города твоё заклятье не покатит! Големы, взять этого слабака!– с распирающей гордостью в голосе воскликнул Хикару. Однако к глубокому шоку мальчика големы не только не послушались приказа, но и стали медленно таять. - Оля-ля, малышка! Браво, ты безусловно права! Но и мы не так просты! Не держи обиды, малышка! – указывая на амулет, произнёс рыжий, весело подмигивая Хикару, не знавшему бледнеть ли ему от потрясения или краснеть от гнева (его снова приняли за девочку). - Вот же мелкая мразь! Вот и говори с ними деликатно! Да я их! – заревел татуированный верзила, невольно привлекая к себе внимание. Он старался освободиться от теперь уже застывшей грязи, пока у него ничего не выходило, однако ругань и шевеление земляной массы становилось всё более яростным. Амбал в запале стал использовать такие выражения, что уши завяли бы даже у известной бандитоубийцы. Правда, всё больше слов, что он выкрикивал, казалось, принадлежали и вовсе другому языку. Остальные же слова были так исковерканы зверским акцентом, что оставалось только догадываться, что имел в виду орущий. Вальгаав не стал разбирать, кого и как проклинает этот громила. Уж очень не хотелось дракончику дождаться освобождения ещё одного кровожадного бандита. К тому же с одним-то рыжим проблем хватало – он уже схватил брыкающегося Ями и тянул свои лапы к Валю. Времени для сомнений у Вальгаава не оставалось, и через миг перед не совсем благородной публикой предстал дракон во плоти своей полной трансформации. Вальгаава переполняли противоречивые чувства, он шёл против строгого-престрогого запрета матери на превращения. Однако это был первый раз, когда он самостоятельно, уже без помощи Филии, смог совершить полную трансформацию, пусть пока это был всего лишь возврат истинного облика. Но вскоре он смог бы… Было трудно оторваться от грёз, но Вальгаав, пересиливая себя, громко фыркнул и дёрнул головой, что вызвало нехилую дрожь у невольных зрителей. И не дожидаясь, когда застывшие от шока друзья и бандиты придут в себя (их можно понять, никто ведь не ожидал, что низкорослый лопоухий мальчонка вдруг превратится в чёрного дракона размером с крупного телёнка), Вальгаав, вырвав Ями, устремился ввысь. - Уйдёт … Карло быстрее… - долетели отрывки фразы до Вальгаава, как раз разворачивающегося за Хикару. - Вальгаав, ты … - попытался что-то сказать потрясённый Ями, но так ничего и не сумел придумать. Для братьев, как собственно и для бандитов, это превращение небольшим таким сюрпризиком (Валь просто забыл рассказать). Он даже и не думал, что его истинный облик столь важен или может вызвать у кого-то такой глубокий шок. Нет, конечно же, Вальгаав от мамы и дядюшек слышал, что драконы вид не особо распространённый. Просто об этом не думал, поэтому в этот момент, видя столь сильное изумление, растерялся. - Ну я … - зависая в воздухе, промямлил Вальгаав, не зная даже, что собирается сказать он дальше. И в этот же миг он краем уха улавливает заклинание( почему-то дракончик это точно знал), произнесённое на неизвестном языке. Вальгаав успел лишь развернуться лицом (мордочкой) к несущейся смерти, к огромному огненному вихрю. - Уроды! – с обидой и злобой выплюнул ругательство Вальгаав и рванулся от пламенной воронки. Увы, было слишком поздно. С такими могучими потоками ветра , засасывающего в центр погибели, дракончику, несущему с десяток тролльчат и десятилетнего паренька, было не совладать. И потрепыхавшись некоторое время, он со всей силы и злостью исторг пламенное дыхание на заклинателя ( того самого мускулистого громилу, не вовремя освободившегося от грязи), но промахнулся. - Зато попал по карлику, - со злорадством подумал Вальгаав, наблюдая, как тот смачно обугливается. Из последних сил дракон сумел перевернуться спиной к земле и перекинуть драгоценных пассажиров на живот, прикрывая их крыльями. Далее для дракончика осталась лишь жгучая боль, пробирающаяся до костей. Он истошно ревел и даже не заметил, когда пламя исчезло столь же внезапно, как и появилось, не почувствовал он и своего приземления, при котором что-то неприятно громко треснуло. - Галош, ты совсем спятил!!! Я просил схватить, но не убивать! Ты понимаешь?! Или перевести? СХВАТИТЬ!!! Тем более столько шума тут наворотил! Огненное торнадо, чокнутый, зачем использовал?! – донесся до угасающего сознания Вальгаава чей-то незнакомый (не слышимый им ранее) возмущённый голос. - Но босса… Не была выхода-то! Эта жа какие-та чудыща, а не дэты! Оны жа Карла и Фортуна кырдык! А во эта кукыл- марьонеток наслала, а тот ваще монстро оказалось! – с сильным акцентом (вероятно от волнения) лепетал оправдания Галош. - А чтобы ты делал, если они погибли, об этом не подумал, болван! Тьфу на тебя! – плюнул на объяснения Галоша предполагаемый бос. – Не погибли и ладно! Эх-эх-эх, бедные детки! Вальгааав титаническими усилиями сумел приоткрыть один глаз, почти всю, за исключением небольшого кусочка крыши, размыкивающеюся картинку заняли два тёмных силуэта. - Да, павазла, шо чудыща закрыла ых, - поддакнула одна из фигур. Эхо слов оглушительно больно отозвалось в пустой (отказывающейся соображать) голове дракончика, он инстинктивно попытался поморщиться, но новая волна острой боли стала топить оставшиеся крупицы сознания. - О, сматрыка, эта чудыща ещё живая! Во живучая гадын, её с намы гы выступати! – продолжал нервно тараторить противным голосочком трусливо съежившийся силуэт. - Галош, сделай одолжение, замолкни! – отмахнулась вторая фигура и тут же обратила внимание на что0то под ногами. – А это что? -Марьонетки, - объяснил Галош. Но босс его уже не слушал. - Хм, големы. Интересно- интересно. Неплохо сделаны, раз выдержали заклинание Ларри. Ну тогда Дуг Брейк, - прогремело заклятье и в тот же миг послышался вскрик Хикару. -Ага! Значит, связал своё сознание с големами. Мудрёное, обеспечивающие живучесть и исполнительность созданного из земли, заклятье, однако очень рискованное. При разрушении сознание может также навсегда гаснуть, - покачал головой босс, укладывая что-то (или кого-то) рядом с Валем. В другой момент Вальгаав, возможно, попытался бы встать, чтобы помочь другу, но, увы, сознание не улавливало и трети происходящего. Каждый вздох отдавался невыносимой болью, картинка мутнела, и последнее, что уловил Вальгаав, это странно знакомый силуэт на клочке крыши, видневшимся за спинами бандитов. - Это же…- успел подумать Вальгаав, прояснившимся на долю секунды, мозгом перед тем, как полностью окунуться в туманно-лихорадочное сновидение.