Полное разрушение мира Рубак

Тайны Храма Хозяйки Мироздания. «ПОДЛАЯ ОБМАНЩИЦА!!! Воровка!!!Я разорён!!! ЖАДНОЕ, ИЗВОРОТЛИВОЕ ЧУДОВИЩЕ!!!»- рыдал стоящий на четвереньках пузатый торговец, сверля спину будущей мамаши, обвешанной его сокровенным товаром. «И что он так взбеленился-то? Ну, продал немного дешевле свой товар. Хоть убей, но я не вижу повода, чтобы разыгрывать трагедию! Тем более сам же хотел надуть меня, явно завышая цену в три раза! И вообще это был честный торг!»- думала рыжеволосая маманя, с явным удовольствием накручивая на палец крошечную розовую пинетку. Денёк выдался тёплым и солнечным, и у Лины, казалось, было хорошее настроение. По крайней мере, она, напевая какой-то весёлый мотивчик, легкой походкой шла по просторной улице и совершенно не обращала внимания на удивлённые взгляды толпы, сбежавшейся на крик торговца. И действительно солнце стояло ещё высоко, но она уже практически всё приобрела, а денег, что она изъяла в добровольно-принудительном порядке у Филии (как плату за помощь в ведении торговли в лавочке драконицы), оставалось ещё немало. Они же, соблазнительно позвякивая в мешочке на поясе, намекали хозяйке, что, в принципе, готовы отправиться в руки к владельцу следующей закусочной. И взаправду, обеденное время не за горами, и живот уже начинает громко ворчать. А ведь ей сегодня предстоит ещё столько сделать, так что, пожалуй, стоит зайти и как следует подкрепиться, набраться необходимых сил. С такими размышлениями Лина, ещё раз напоследок оглянулась на «театр одного актёра» и преспокойно(без ненужных угрызений совести)направилась на ароматный запах, исходящий от ближайшей торговой палатки. Для людей же, что сбились в небольшую толпу, разыгравшаяся драма осталась не разъяснена. Многие из них по каким-то причинам ну никак не могли поверить в то, что милая беременная девушка, спокойно идущая к закусочной, вдруг является ЧУДОВИЩЕМ, да тем более жадным и изворотливым. И хотя именно на неё указывал жирный палец торговца, они почему-то принялись судить по внешности. Вскоре торговца куда-то увели… Впрочем, кто смог бы осудить эту кучку людей за ложно составленное мнение при сравнении жирного неприятного торговца(небедного к тому же), орущего всякие гадости и простой милой девушки. На первый взгляд ведь мило и весело насвистывающая полненькая девушка с детскими вещами в руках ничем не отличалась от других таких же молодых, готовящихся стать мамами, женщин. Просто-таки совершенная идиллия, Розовый Образ Всех Розовых Образов. «А если будет мальчик, то всегда можно сказать, что пинетки цвета «сырого мяса одного медузоголового». Хэ-хэ-хэ»-маниакально сверкнула глазами дажедра, разрушая идеалистический образ у горстки услышавших её. Но сейчас ей было не до странно смотрящих на неё людей( к этому странному взгляду она уже даже как-то привыкла), улыбка слезла с её повзрослевшего лица по другой причине. Эх, она снова вспомнила об этом идиоте, а соответственно и о своём рискованном плане, что собиралась претворить на суде сегодня вечером. «Ну, ничего! Всё пойдёт, как по маслу! Просто нужно не упустить подходящий момент, и тогда…»- размышляла нахмурившаяся Лина, стоя в очереди у палатки, где продавались какие-то местные деликатесы. «Что тогда», она домыслить не успела, так как очередь подошла к ней, и она тут же стала, прицениваясь, разводить ещё одну свою «жертву». «Дя-дя-д-ди пошли-ли быстрее-рее,а то мы опоздаем-им и не увидим-им, как-ак судят-ят эту Амелию-ю»- хором(почти синхронно) произнесли эту фразу два детских голоска. Лина, уже отсыпавшая из мешочка нужную сумму, тут же повернулась на голоса. В двух метрах от неё проплыла«странная» компашка. Впрочем, если под странностью подразумевать красоту и просто-таки какую-то мистическую идентичность внешности троих из четвёрки, то да, этих людей можно было назвать странными. У троицы были светло-русые волосы, голубые глаза и очень правильные черты лица- так что можно предположить, что эти люди приходились близкими родственниками друг другу. Однако взгляд любознательной Лины зацепился вовсе не за эту черту, что выделяла этих представителей мужского пола от остальной толпы. А за некий странный агрегат, на котором ехал один из четвёрки, так как данный предмет напоминал сумасшедшую смесь кресла-качалки и деревянной тележки. Вещица была явно самодельная, но хорошо сконструированная-это сразу заприметил зоркий взгляд рыжеволосой колдуньи. Она настолько увлеклась разглядыванием конструкции, что совершенно забыла причину, побудившую её обернуться, впрочем, об окаянной ей тут же напомнили. «Да, эту несправедливо обвинённую девушку нужно спасти! Так Бро?!»- вставая в пафосную позу, неуместно громко воскликнул высокий жилистый молодой человек, что ранее толкал за самодельные ручки данный агрегат. «Да, и как можно скорее. Нужно торопиться, ведь суд состоится в полдень. Спасти её и … Ах, и госпожу Анжелику »- тихо, но очень взволнованно заметил болезненно бледный юноша, сидящий в агрегате. От этих слов у рыжеволосой колдуньи, итак уже начавшей что-то подозревать, глаза стали наливаться кровью; а тут ещё замершую девушку кто-то требовательно толкнул сзади, напоминая, что в очереди она не одна. От резкого точка у Лины из мешка посыпались монеты, она бы даже могла упасть, если её ни поддержал всполошившийся торговец, что сразу накинулся на очередь с обвинениями в небрежном обращении с молодой беременной девушкой( тем более Ли… из прор…). Однако эта самая «Ли… из прор…» уже не слышала подозрительных слов торговца, перед ней вместе с рассыпавшимися по земле монетами лежал маленький клочок бумаги. Лина впилась в него глазами, и через секунду очередь от злобной ауры девушки стала редеть. «АМЕЛИЯ!!!»- злобно взревела обманутая бандитоубийца. И верно потеряв от гнева ясность мысли, она со страшной мордой понеслась в направлении сердцевины города, разбивая при этом целостность светловолосого семейства. «На тележке быстрее»- мелькнула мысль у гениальной волшебницы, чей взгляд вдруг зацепился за агрегат. Сказано, сделано! А у гениальных волшебниц и того проще, всегда творят, что в их умные головушки взбредёт! Вот и Лина, не особо раздумывая, отталкивает от самодела остолбеневшего молодого паренька (что в два раза мощнее её)и, хорошо оттолкнувшись, встаёт на несущую раму. А дальше… Далее тележка с невольным попутчиком мчит Лину вперёд к намеченной цели, благо все более менее большие улицы не просто вели к центру, но ещё и сама сердцевина была много ниже окраин (только с высоты поверхность города на горе казалась ровной). Так что бедным горожанами, которые просто-таки заполонили в этот погожий денёк главную вещевую улицу города, приходилось проявлять чудеса сноровки и, только заслышав фальцетный голосок насмерть перепуганного невольного попутчика, отпрыгивать в сторону. «О-Ссссс-тааааауааа-ноооо-вииииии-тееее»- вещал слабый голосок, срываясь на каждой колдобине. Только всё без толку: ни крики встревоженной толпы, ни слабый протест «попутчика» не долетали до сознания взбешённой дажедры. Перед её глазами всё ещё стоял тот самый белый листок бумажки: «К превеликому сожалению своему я должна ОБМАНУТЬ ВАС!!! Да, я соврала, что получила письмо, переносящее время моей тяжбы! ДА, ОБМАНУЛА!!! Но всё, ради ВЫСШЕЙ СПРАВЕДЛИВОСТИ!!! ДА, мы с Вами раскрыли это змеиное средоточие зла, что коварно вползло в самые глубины власти этого светлого города и стало отравлять справедливейшие устои светоносного града, ловко прикидываясь при этом Слугами Справедливости. НО МЫ-ТО С ВАМИ ЗНАЕМ...МЫ ИХ РАСКУСИЛИ!!! И я, как воин справедливости, не могу позволить дальнейшее разложение этого града! Я СПАСУ ЕГО, прилюдно изобличив злодеяния ЗМИЕВ!!! Вас же, госпожа Лина, я попрошу воздержаться от каких-либо действий… «во избежание разрушения светлейшего города и множества невинных жертв» (фраза в кавычках перечёркнута) … «А то Вам снова вся слава достанется»(фраза закрашена). В общем, я не могу допустить, чтобы моя ослабшая беременная верная подруга рисковала собой! Не волнуйся, я не только освобожу град, но и ещё и спасу господина Зелгадиса, ну и господина Гаури с благородным рыцарем Цефеида, естественно! В этом я клянусь Вам, как Амелия Вилл Тесла Сейрун, принцесса своего светоносного справедливого града, признанного столицей белой магии, добра и справедливости! P.S. : Зная, вашу «торговую жилку» могу быть уверенна, что Вы обнаружите моё покаянное послание, когда Ваша покорная слуга уже свершит Справедливый Суд над Змиями! Всегда Ваша Амелия Вил Тесла Сейрун» «Амелия!!!»- рычала Лина, оставляя без внимания весь остальной встревоженный мир. Злость с примесью беспокойства полностью застлала глаза девушки, не позволяя увидеть картину быстро меняющегося мира. Да, как посмела эта безголовая чудачка, обмануть её?! Что ещё у этой тронутой дурочки вновь перемкнуло в голове?! Какаю безумную фантазию ей пришло в голову воплотить?! Она что, действительно думает, что просто «разоблачив злодеяния Змиев», она сможет всех спасти?! Эта дурочка ведь даже и не представляет, на что способен «карающий крест». Лина Инверс громко заскрипела зубами, признавая свой просчёт. Да, она, пожалев итак хрупкую и ранимую психику, вспыльчивого Воина Справедливости, утаила некоторые жестокие факты жизнеописания этого светоносного града(а именно информацию о «карающем кресте»). Вероятно, смышлёная девушка сразу сообразила, КАКОЙ ИМЕННО будет реакция у помешанной на добре и справедливости Амелии. А проблемы Лине тогда были не нужны. Ой, как не нужны! Зато сейчас вот, расплачивается! Хотя, вряд ли осведомлённость безголовой в этом вопросе, остановило бы оную, скорее наоборот… «АААААААААА!!!!»-своим отчаянным визгом, предвещающим скорую и неизбежную встречу тележки со зданием, «попутчик»,наконец, смог обратить Линино внимание на себя. И эта встреча состоялась! Переделанная телега с неприятным треском врезалась в добротную каменную кладку, в которую со всей дури и влепился мосей бледный (итак болезного вида) паренёк. Впрочем, и вовремя соскочившей Лине досталось оглоблей по голове. Однако она, пошатнувшись, упорно продолжала идти к цели, благо центральная площадь располагалась как раз за этим самым зданием. Оставалось лишь сделать пару шагов… За поворотом её ослепил ярко-жёлтый свет. «КЛЯНУСЬ, МЫ ПРОЙДЁМ ПО ТЕРНИСТОМУ ПУТИ ИЗ ЛЖИ К ИСТИНЕ. И ВСЕ!!! ВСЕ, НА КОГО ПАЛО ПОДОЗРЕНИЕ ПРОЙДУТ В ХРАМ, И НАША ВЛАДЫЧИЦА МИРОЗДАНИЯ ВЫНЕСЕТ ЕДИНСТВЕННО ВЕРНОЕ И СПРАВЕДЛИВОЕ РЕШЕНИЕ!!!»- ещё раздавалось оглушительное эхо слов, стоящего на деревянной трибуне спиной к храму. Впрочем, всё это Лина сумела разглядеть только, когда глаза пообвыкли к ослепительному сиянию, что излучал этот человек. «Что за?!»- успела подумать Лина. Ведь дело было даже не в блестящих доспехах, что постоянно (как помнила Лина) носил этот мужчина, а в чём-то совершенно другом. Лина чувствовала, что этот слепящий свет ей напоминает кое-что или даже кое-кого… Впрочем, все эти размышления заняли у гениальной волшебницы не более пары секунд. Как только глаза привыкли, золотисто-жёлтый свет вдруг резко схлынул, затухая до небольшой каёмки вокруг фигуры говорящего. Мнительной Лине даже показалось, что сияние стало убывать, как только коснулось её. Хотя вряд ли её подозрения были такими уж беспочвенными. Всё-таки первое, что она увидела, как только зрение пришло в норму, были десятки испуганных взглядов, посланных развернувшимися к ней горожанами. Шум от разбившейся телеги ещё эхом разносился по площади, прерывая пафосную речь мэра. И теперь Лина, как никогда, ощутила всю прелесть этого странного боязливо - жалостливого взгляда. Причём взгляд так давил со всех сторон, что девушка даже невольно попятилась. «Ох, госпожа Лина Инверс, какая неожиданная встреча! Не ждала, признаюсь, не ждала»- прервала затянувшееся гробовое молчание легкомысленным щебетанием миловидная молодо выглядящая брюнетка, что выпорхнула из настороженно сжавшейся группки горожан. Хотя молодой её можно было назвать только с приличного расстояния и при полуослепших глазах. Лину, что прожила несколько месяцев в гостеприимном доме мэра Примуса и что, естественно, зорким взглядом всегда примечала все старания достопочтимой жены мэра сохранить остатки былой красоты, было этим не провести. Вот, и этим утром, например, многоуважаемая дама, по совместительству заместитель мэра, обмазывалась зелёной слизью «буздбёра» (неведомого зверя из дальних южных краёв). Вон, как кожа зеленовато блестит на солнце. Впрочем, сейчас Лине эта женщина была, как нельзя, полезна. «Ай-яй-ай!»- качая головой, воскликнула женщина, горестно разглядывая обломки телеги за спиной Инверс. «О боги! Жюль! А что с милым Гансом?!»- продолжала обеспокоенно щебетать брюнетка, разглядывая кого-то за спиной рыжеволосой колдуньи. Инверс быстро бросила взгляд назад: в нескольких шагах от неё шла уже знакомая светловолосая парочка. Точнее один светловолосый паренёк осторожно тащил бессознательную и невольную жертву столкновения. Краем глаза Лина также ухватила две маленькие, быстро приближающиеся фигурки. Это оставшиеся члены странной компашки добирались до места разворачивающихся событий. «СНОВА ТЫ!!! ТЫ, ЛИНА ИНВЕРС!!!- брызжа слюной, всю злобу вложил в этот крик раскрасневшийся светловолосый юноша. «За что?! Что мой бро тебе такого сделал?! Почему ты преследуешь нас?! Или ты, несмотря на все заверения моего брата, являешься подлой разносчицей зла?!»- его возмущение казалось искренним даже притом, что он манерно размахивал свободной рукой и старался состроить сверх-страдальческую физиономию достойную любого второсортного актёра. Тут Лине волей-неволей пришлось обратить внимание на странную парочку, однако память, которая всегда так услужливо предоставляла информацию ( от редкого заклинания до запылённого мелкого исторического события), увы, за время продолжительного странствия стала не очень восприимчива к лицам из толпы. И хоть убей, но, как бы Лина ни вглядывалась в хрупкого паренька с белоснежной фарфоровой кожей, но кроме небольшого укола совести ничего не почувствовала. Нет! Она точно с ним не знакома, и, как следствие, не могла она в прошлом сделать ничего плохого ему (преднамеренно, по крайней мере). Да и зачем это ей? Не изверг же она, в самом деле! А вот более жилистый паренёк вдруг показался Лине немного знакомым. Вроде она где-то уже видела эту смазливую упрямую физиономию, смотрящую на тебя с наглым вызовом, причём видела не так давно. «Жюль не надо! Я… Кха»- закашлявшись, с трудом выговорил сиплым голосом, наконец, очнувшийся паренёк. «КХА-Кхм… Не надо! Эта девушка пусть и похожа, но всё же с точностью я… я не знаю… не уверен, что именно она… Поэтому, прошу, воздержись от беспочвенных обв-ви-н-н-нений. А за… из-за… это происшествие, то я думаю, что она не желала причинять вред мне намеренно. Это всего лишь была простая случайность! И не стоит её и в этом бессмысленно обвинять! Надо войти … КХА… в… КХА … её положение! Даже, возможно попросить прощения КХА-КХА-КХА»- отхаркиваясь кровью, слабеющим голосом произнёс юноша, поднимая на свет прекрасное личико. И тут Лина поняла свой недосмотр: оказалось, что только при мимолётном взгляде можно утверждать, что перед ней две идентичные копии (близнецы). Причём во внешности проигрывал именно бледный паренёк, который сначала показался много прекрасней своего крикливого братца. Черты лица бледного были до гротескного искажены страхом в глазах от того и казались мельче. У Лины даже возникло неприятное ощущение того, что перед ней маленькая серая крыска. Излишняя изнеженность и белоснежная кожа только усиливали эффект. «Точно фарфоровая куколка. Красивая, но очень хрупкая»- точно оценила про себя Лина бледного паренька. В сравнении с не в меру энергичным Жюлем «паренёк» действительно казался неодушевлённой вещью. Хотя почему «паренёк»? Ведь от цепкого взгляда Инверс не скрылись мелкие сеточки морщин на лбу, вокруг глаз и рта. Перед ней стоял (точнее висел) далеко не мальчишка, этому «пареньку», как определил Линин глазомер, было не мене двадцати семи лет. Бледный был намного старше своего пышущего энергией и здоровьем, но всё же младшего брата. «БРО!»- возмущённо воскликнул Жюль, но перечить старшому не стал. Тем более «бро» с такой укоризной на него уставился и, оттолкнувшись, даже попытался выпрямиться. Правда, неудачно, чтобы не упасть, ему тут же потребовалась помощь Жюля. Странно, но это неуверенное действие вдруг вызвало в Лининой памяти другой совершенно противоположный образ, но неведомо чем всё же схожий. «Сера вроде бы сказала Ганс, неужели…»- не веря в собственную удачу, думала, наконец, сложившая всё в уме Лина. Она быстро развернулась на обвиняемых, окружённых вооруженным до зубов «элитным отрядом порядка карающего креста». Так и есть, вперив невидящий обессмысленный взор, неестественно неподвижно стояла та самая, «неприятная» госпожа, что сначала так невежливо обозвала Лину мальчиком, а потом ещё и деньги за «помощь» не пожелала отдать. Хотя помощь-то тогда была не нужна, и вообще ошибочка тогда вышла небольшая. Анжелика Экхарт собственной персоной! Только вот, куда подевался весь благородный жир? Куда делась розовощёкость и живой взгляд мелких поросячьих глазок? И вся та роскошь, что с рождения окружала её? Что стало с её белоснежной и изнеженной кожей? Нет! Лишь изнеможенная иссушенная физиономия, бессмысленный взгляд и мелкие багровые кровоподтеки на всех местах, куда дотягивался взор дажедры. Похоже, на благородную Элизабет длительное время оказывали влияние как физически, так и ментально. «Проклятый карающий крест!»- тихо прошипела Лина. «Ганс ТЫ! Э-Э-Э-Э … признаюсь, не узнала! Я ведь видела тебя, когда ты был… э-э-э-э … более обгорелым! Хэ-хэ-хэ!» - нервно засмеялась фальшиво улыбающаяся Лина, ощущая на себе кучу недобрых взглядов. А тут ещё как назло подскочили ребятишки из этой странной компашки… «Так это та самая девочка, да-а?! Это-то из-за неё наш дядя Ганс не может теперь ходить?! Да-да?!»-хором произнесли столь разительно непохожие друг на друга мальчишки. Причём светловолосый, белокожий, являющий собой точную уменьшенную копию Жюля мальчик(или девочка, Лину несмотря мужскую одежду ребёнка очень уж сбивала изящность и правильность черт лица) говорил(а) вроде бы искренно. Тогда как черноволосый, смуглокожий, с восточными чертами лица-единственный, что настолько выделялся в этой блондинистой компании-паренёк точно пытался скопировать всё-всё(от фраз до телодвижений), чтобы ни делал его светловолосый друг. Однако, чтобы там ни показалось гениальной волшебнице, оба мальчика предельно искренно, и укоризненно вылупились на неё своими чистыми глазами. Да так, что дажедра вдруг почувствовала острый приступ необоснованной совестливости. И действительно за что она их так? Да и последняя фраза малышей ничуть не улучшила настроение Лины, получается из-за неё… Ями, Хикару»- мягко, но укоризненно одёрнул Ганс. «Хэ-хэ-хэ. Как жаль! Ну ладно мне пора!»- не очень убедительно произнесла наигранно улыбающаяся Лина, а про себя думала… «Брось! Не время сейчас лить крокодильи слёзы! Особенно когда такой шанс представился! Потом во всём разберусь»- тряхнула головой рыжеволосая колдунья и решительно направилась вперёд, к трибуне. Толпа же боязливо стала расступаться, будто перед прокажённой. Так что Инверс быстро и без происшествий добралась до болезненно бледного, напряжённо пыхтящего оратора. Ей хватило мимолётного взгляда на окружённую охраной непривычно молчаливую принцессу, не шелохнувшуюся ни разу с шумного прибытия подруги, чтобы понять- девушка под каким-то странным ментальным заклятьем. Лина специально прошла (несмотря на тут же поднявшиеся в её строну мечи охранников) в опасной близости от «обвиняемых», однако Амелия даже не посмотрела в её сторону, а всё также напряжённо смотрела затуманенными глазами в одну точку. У бедняжки даже пот от напряжения проступил, как будто бы и эта процедура стоила ей невероятных усилий. Впрочем, обильно потела не только принцесса, у мэра явно с этим тоже были проблемы. Лина бы его даже немного пожалела бы, если бы он ни вызывал такой злобы и гнева у девушки. Хотя она прекрасно понимала, что одна такая вспышка гнева и всё, продуманному плану конец. Она сама разрушит представившейся ей шанс. Поэтому дажедра глубоко вздохнула(этой не очень действенной технике её научила принцесса), и внимательно посмотрела на подозрительное золотое сияние вокруг Сеарёма. Это сияние могло помешать её планам… Но нет, этот свет хоть и походил на ауру, что исходила от Золотой Владыки Хаоса, но всё же чем-то неразличимым отличался. Лина, которая побывала в «чреве» Хаоса(хоть толком она ничего и не запомнила), это хорошо чувствовала. И дело было даже не в резкости и холодности исходящего света. Он просто был ЧУЖИМ, тогда как золотое свечение от Золотой Владыки(пусть даже и разрушительное) было бесконечно СВОИМ. «Это что ещё за дерьмо?!»- выругалась про себя Лина. Но об этом она подумает позже, нельзя больше терять ни секунды, а то мэр, уже оправившийся от неожиданного появления Лины, уже раскрыл рот, наверняка для того, чтобы своим красноречием(или ещё чем похуже) помешать плану Инверс. «Как Вы могли заметить, господин мэр, эти люди имеют ко мне претензии, на счёт того дела, что Вы как раз и разбираете. А Вы же сами поклялись, что рассмотрите Все версии и, наконец, отыщете истину. Или Вы готовы забрать свою клятву, а достопочтимый мэр?»- как можно более спокойно и вежливо выговорила Лина, хитро прикрывая один глаз. Пойманному же врасплох мэру оставалось лишь резко кивнуть и недовольно скрипеть зубами. «Хорошо! Стало быть, так должно было проистечь! Лина Инверс Розовая, известная как «Хаос во плоти», Вы пройдёте в Высший Суд, как свидетель!!! ВСЁ!!! Таково было решение, Хозяйки Мироздания, и не нам его оспаривать! Её клятвы ВСЕГДА НЕРУШИМЫ!!!»-грозным голосом пророкотал на всю площадь Сеарём, буквально вспыхивая золотистым пламенем. Зажмурившись от яркой вспышки, Лина пропустила тот миг, когда объятая золотым пламенем скала бесшумно раскрыла громадную расщелину. Когда же Лина, в конце концов, открыла глаза, то увидела, как горожане медленно, не толкаясь, вереницей, входят в Храм, в который она так желала попасть на протяжении стольких месяцев. Входили в тьму бесстрашно, даже спокойно, у немного покоробленной девушки даже сложилось впечатление, что они этот Храм по два раза на дню посещают. Сама же Лина мешкала и всё никак не решалась пересечь границу между теплой залитой солнцем площадью и прохладной тьмой Храма. А между тем очередь неторопливо «поглощалась» Высшим Судом. «Да! Как будто бы их поглощает это чудовище, замаскировавшееся под скалу»- прошептала Лина. Однако тут затрясла рыжей шевелюрой, пытаясь этим угомонить разбушевавшееся воображение, и она, будто убеждая себя в ничтожности и глупости всех суеверий и страхов, решительно переступила порог Храма.