Золотыми волосами

слушай, любимая, златоволосая, как Златое Древо. я не увижу тебя до конца света. слушай мое последнее слово.

Два Древа были созданы валар — Телперион и Лаурелин, и сияние их озаряло Арду с начала времен. Два Древа — золотое и серебряное, и так вышло, что юная Артанис родилась, сочетая в своих локонах одновременно злато и серебро, унаследовав это от отца и матери. Младшая в семье Финарфина, единственная из его дочерей, она жила счастливо и беззаботно, росла под опекой нежной Йаванны и воспитанием более строгого Аулэ, и валар воспринимала скорее как родственников, что в то же время и наставники, чем владык и правителей, пусть и понимала, насколько велика их сила и как могущественны те, что своей Песней вместе с Эру создали Арду. Йаванна любит Артанис — перебирает ее локоны, плетя в косу, совсем по-матерински. Йаванна учит ее прозорливости и мудрости, Йаванна поит ее дивным хмелем, Йаванна пророчит своей подопечной, что вырастет та великой и прекрасной. Йаванна не зарождает в душе Артанис гордыню, но зарождает ее Мелькор, который до поры был изгнан, но у ног Манвэ молил о прощении и уверял в своем раскаянии, и Манвэ Сулимо дозволил ему вернуться. Мелькор не нравится Артанис — речи его сладки, как мед, и тем подозрительны. Все чересчур складно, все льется, как ручей, и все направлено против валар — хотя тщательно скрыто. Артанис не может ни возражать, ни перечить — кто она такая? Одна из дев-нолдор, только и всего, слишком юная, ее не станут слушать — ни братья, ни тем более старшие вроде отца и дядей. Артанис молчит и до поры скрывает все подозрения в своем сердце — не подозревая, что и в ее сердце уже живет тьма, и в ней Мелькор успел пустить свои черные корни зла. Она не желает никому плохого, но Артанис горда вплоть до гордыни, и, пусть с тонких губ юной эллет не слетает ни единого слова — мысли ее далеко не так чисты, как должно. Она хочет путешествий и новых впечатлений — кровь тэлери сказывается, однако вперемешку с кровью нолдор желание это преображается в желание не только видеть новые земли и любоваться ими, но и править этими землями. Найти место, где она, Артанис, будет владычицей, ибо в Валиноре она дитя, а дети растут. Дети растут, меняются, и вот уже не бегает Артанис следом за Йаванной, восхищенно взирая на вала, напротив — уроки Йаванны кажутся ей все скучнее и ничего нового эллет оттуда не может почерпнуть. С Аулэ так же — Артанис отдаляется от наставников. Но Валинор все еще ее дом, пусть и становится тесным, Валинор все еще ласкает слух соловьиными трелями, а взор — цветением мэллорнов. Артанис прогуливается по саду, бесцельно озираясь по сторонам, и в златокудрую головку эллет снова приходит мысль, что она могла бы зваться владычицей — не здесь, но разве Валинор — это весь мир? Где-то на другом краю света она могла бы гулять так же, но ступать по своей земле, не той, что ее взрастила, но той, которая ей подвластна. Лишь ей одной, и, может, мужчине, которому она подарит свое сердце, назвав его владыкой вместе с собой. Силуэт темноволосого мужчины Артанис не радует — Феанор, единокровный дядя, великий воин и один из мудрейших мужей, однако в его душе эллет прозревает тьму, в собственной того же пагубного ростка не видя. Феанор словно соткан из гордыни, упрямства и непримиримости — и огня, не зря он получил имя Феанаро. Странно, что один из величайших нолдор из дома Финвэ взял в жены Нэрданель, ничем не примечательную и уж точно и вполовину не такую прекрасную, как Артанис, но все же Нэрданель была дочерью Махтана, ученика Ауле, и многое Махтан знал о работе с камнями и металлами. Снова, Феанаро? Дважды Феанор просил у Артанис прядь ее волос, и дважды получал отказ принцессы — ибо волосы ее неприкосновенны, и тем более не будут служить материалом для какого-то украшения, которое, к тому же, может после красоваться на шее невзрачной Нэрданели. Артанис заранее готовится к новому отказу — но Феанору кивает вежливо, приветствуя его благодушно, пусть благодушие это и столь напускное, что может проявиться наружу под маской скромного радушия, подобающего принцессе нолдор. Артанис все еще на поверхности — ее чувства не скрыты так тщательно, как должно.

женщина. сон больного разума. да будет благословенным твой путь.