Звёздное крошево

Клинок рассекает кожу. Клинок запачкан в крови — горячая, бьющая из горла фонтаном, живая кровь. Морт скалится. Будто гиена, он пялит безумные глаза на жертву и наслаждается предсмертными судорагами, впитывает последние хрипы, смотрит, как из тела уходит жизнь. Алый след тянется к Клинку из раны — тончайшие нити, невидимые человеческому глазу, переносят энергию жизни хозяину Клинка. Клинок не желает таких жертв. Клинок резонирует и поёт мрачную песнь омерзения. — Да что тебе опять не так то, а?! — Морт кривит губы. — Взрослая девка, успела пожить, чего ты возмущаешься, железка поганая? У «железки» есть имя — Альт. Его ковали, сменяясь, поколения кузнецов, его заклинали молитвами, заговорами и мудростью мира жрецы погибшей Империи. Альт служил Императору, всем Императорам, что сражались за свой род и защищали свой дом — и не было большей чести для проигравшего, чем отдать свою силу, свои непрожитые годы победителю. А теперь что? Морт был отвратительным хозяином! Крысой! Мразью, убивающей в подворотнях. Он заставлял Альта петь о ненависти, страхе и боли — Клинок позабыл, когда пел о чести. И потому с каждым разом железо впитывало энергию хуже, темнея от глубокой печали по прошедшим векам. Альт чувствует возбуждение Морта — мужчина думает о чём-то ужасном, и от нетерпения воплотить задуманное в жизнь его трясёт. Железо поёт в его руках, резонируя и перенимая эмоции против воли. У Клинка есть воля. Есть разум и душа — то, чего нет у пресмыкающегося, в чьих руках он оказался по иронии судьбы. Альт противится. — «Благороднейший из Клинков, созданных человеческими руками, прошу, подари мне силу мной убиенного», — Морт проговаривает слова заклинания, и они с шипением вываливаются из его рта, как что-то инородное, не принадлежащее этому времени и месту. Альт не может игнорировать голос прошлого. Жертва смотрит. У неё огромные оленьи глаза василькового цвета, и черные, словно тьма небытия, волосы. Ей восемь. Девочка из бедного квартала, её не станут искать. Альту мерзко, его захлестывает слепая, оглушающая ярость, и он поёт — песню ненависти, страха и боли. Он поёт эту песню для Морта. Мужчина кромсает себя, растекаясь грязной лужей из чужих жизней — иступленно, бездумно режет себя, повинуясь воле Клинка. Железо поёт. Альт рассказывает ребёнку о прошедших веках, и поёт об усталости, грусти и надежде. В этой песне — желание жить и дарить жизнь другому. Девочка слышит. — Я буду хорошей хозяйкой, Альт, — нежные пальцы стирают грязную кровь. Железо поёт.