Автобиография суккубы

      В кабинете Аргалии ничего не изменилось, кроме настроения хозяйки, которой пришлось быстренько смыть с себя слой ароматной кончи и мочи, а также приказать своим слугам приготовиться ко встрече гостей. Суккуба задумчиво смотрела в монитор ноутбука. В принципе она оказалась обладательницей четырёх контрактов. Разовый мужской, взятый с общей стены, презентативный с аукциона с очень сложным клиентом и пара вечных. Остались и романтик, и учёный. По негласному правилу один вечный контракт должен быть отброшен и достаться невезучей сестре. Немного помявшись, Аргалии отказалась от учёного. Казалось бы теперь всё должно было получиться. Сперва выполняешь разовый контракт, потом берёшь презентативный и вечный. Два тянуть сразу сложновато, зато потом будет полегче. Презентативный имеет срок, который скоро истечёт, а вот вечному можно будет отдаться всей своей душой. Да и у одного из её рабов срок рабства подходит к концу, и если он не захочет продлить свой контракт ещё на две тысячи лет, то замена будет очень кстати. А если останется, то ещё пара таких контрактов и можно уходить на покой. Долги перед корпорацией будут выплачены, и можно будет заняться улучшением качества сексуальной энергии у своих рабов, чтобы она стала точь в точь, как у обычных смертных мужчин.       Последнее письмо ломало всю эту отработанную систему. Ей написала старая знакомая Ичиаафиюли, известная ещё со смертных времён под позывным «Люська». Она предлагала настоящее приключение. Провести лесбийский рейд. Да не где-нибудь, а в самом строгом женском монастыре. В последнее время подобные рейды стали довольно опасными. Раньше таких проблем не было и в рейды отправляли обычных суккубочек-девчонок, чтобы они приобрели опыт лесбийского взаимодействия. Однако третья мировая война снова развернула человечество лицом к религии. И хотя после того, как раны войны, наконец, смогли зализать и человечество устремилось в космос, монастыри во многом ещё оставались бастионами морали, пусть и обветшавшими за века разврата и сытости, но всё ещё достаточно прочными. В рейды теперь пускались только самые опытные совратительницы. Это был в некотором роде показатель доблести!       Аргалии была не против подобного рейда, но это будет задержка на три дня. Контракты тогда, по правилам корпорации, будут считаться исчерпавшими сроки годности, а совмещать сразу несколько контрактов весьма непросто. Ещё немного поколебавшись, хозяйка дворца закрыла ноутбук и твёрдо решила отказать своей подруге, как бы та её ни уговаривала. До прихода её неугомонной подруги оставалось всего пять минут. И дело не в том, что в письме было указано время прибытия суккубы. Для Ичиаафиюли, как и для «Люськи» время было понятием относительным и весьма пластичным. Так что она бы опоздала всё-равно или явилась бы раньше, чем на час. Но явление подруги было неизбежным и этот час был предрешён.       Всё дело было в той же системе, что позволяла выбирать контракты. По сути те люди, что собирались призвать суккуб, ещё этого не сделали. Сначала выбирались те, кто уже морально готов к контракту. Или пробовал призывать суккубу прежде. Ему подсовывается форма призыва, которая гарантированно призовёт суккубу. А дальше вычислительный центр корпорации, благодаря квантовому сверхкомпьютеру и развитой суккубьей интуиции, выбирает тех, кто действительно это сделает в ближайшее три дня. На больший срок загадывать не стоит, чем он выше, тем больше погрешность. Если прогноз на три дня даёт одну осечку на 666 666 возможных клиентов, то на расстоянии трёх месяцев точность падает до критических 13%. На год, понятное дело, никто даже не замахивается. Вот и с подругой Аргалии примерно так же. Зная, как работает поломанный компьютер в голове Ичиаафиюли и применив свою суккубью интуицию она могла с точностью до минуты предугадать появление подруги. Ну и камеры слежения тоже немного помогли.       Неугомонное дитя природы прибыло, на это раз, не верхом на елдаке одного из своих рабов, как это частенько любила делать, а на своих крыльях. Аргалии, как и положено радушной хозяйке встретила подругу в дверях и почти сразу проводила в сад. Она знала, что Ичиаафиюли могла устроить пятидневную оргию на ровном месте. И количество дней ограничивалось лишь выносливостью рабов и терпением хозяйки, которой приходилось пользоваться попользованными мужчинами. Впрочем на такие мелочи бывшая «Люська» не обращала внимания. Так что прогуливаясь между каменными сталагнатами и светящимися грибами она начала излагать свою идею Аргалии:       - Слушай, это, на самом деле, топовая вещь. Помнишь мы когда-то не раз так развлекались?       - Ичиа, это было несколько столетий назад. Мы были молодыми суккубами. Очень наивными и без контрактными. Всё, что могло нам тогда грозить, это нагоняй от наставницы. Сейчас там такая духовная броня… кстати, а на какой монастырь ты ополчилась?       - На монастырь святых Люсинды и Ксении.       - Что? Да ты с ума сошла!       Удивление Аргалии легко было понять. Этот монастырь был самым непробиваемым в плане вторжения инфернальных сил. Если остальные можно было сравнить с бастионами средневековья, то это вместилище невинности и света вполне заслуживало сравнения с многоуровневым бункером, оснащённым ракетной ПВО, заминироваными подходами, ощетинившийся пулемётами и новейшими плазмоганами. Впрочем жажду вендеты Ичиаафиюли по отношению к этому монастырю тоже можно понять. Ксения и Люсинда были настоящими пророками, чудо-женщинами в хорошем смысле этого слова. Они были наделены полубожественными силами и выживание человечества в конце третьей мировой войны во многом их заслуга, как и прекращение этой войны. Когда люди вернулись к религии, восстанавливая свою цивилизацию из пепелища, девушки были казнены членами одной особо радикальной группировки. Пророчицы приняли мученическую смерть и после того, как их палачи сами отправились вслед за своими жертвами благодаря усилиям «добрых людей», эти самые «добрые люди» возвели этих женщин в ранг святых. Ичиаафиюли больше всего раздражал тот факт, что одну из этих пророчиц звали Люсиндой, а вторую Ксенией. По её мнению эти женщины уже из-за имён должны были прославиться как настоящие шалавы. Пускай это будут светлые женщины, которые спасли человечество и остановили страшную войну, но они должны были быть шалавами! Святые шалавы! И в их честь надо было бы строить не монастыри и храмы, а публичные дома и порностудии!       - Арга, ну пожалуйста-а-а! – Начала уговаривать подруга подругу. – Мне нужен второй пилот. Признайся, ты ведь тоже не любишь этих выскочек, которые только портят аморальный облик порядочных шалав.       - Ичиа, как шалавы могут быть порядочными?       - Ну да, я оговорилась. Я хотела сказать, что эти выскочки только портят аморальный облик беспорядочных шалав.       - Послушай, это исключено. Я собираюсь с завтрашнего дня взять несколько контрактов. У меня один разовый, один презентативный и ещё один вечный. Работы невпроворот. А этот рейд не только опасный, но ещё и явно затяжной. Не менее трёх дней, как я понимаю.       - Шесть. Я посчитала, там получается шесть дней. Я даже могу подождать, пока ты закончишь с разовым и презентативным. Зато подумай, как поднимется твоя репутация. Сколько ты баллов получишь. Да и начнём мы не с каких-нибудь послушниц, а сразу с настоятельницы. Как говорится, три клитор, остальное вслед соргазмирует.       - Так, вот теперь ты меня троллишь. – Аргалии остановилась и строго посмотрела на свою подругу. – Настоятельница монастыря, Джеймс Хартинг, известная так же как Строгая Екатерина, настоящий хищник. При ней порядки ужесточились. Соваться к ней – чистой воды безумие.       - Пхф! Ну да, безумие! Но ведь безумие, это как раз наша фишка!       - Наше безумие никогда не граничило между победой и обращением в мелкую бесовку.       - Ладно, карты на стол! – Ичиаафиюли заговорщицки приблизила свои губы к уху подруги. – У нас в монастыре есть засланный казачок, вернее казачка. Ужесточение порядков не понравилось многим. И одна из девушек продала два разовых контракта не за душу, а за внесение кое-каких артефактов в стены монастыря и небольшой ритуал. Кроме того, мне стало известно, что эта самая Екатерина так и не сделала себе обрезания клитора и половых губ. Хотя от настоящей суккубы и это не спасёт. Так что нашей эскадрилье истребителей просто надо залететь через открытый коридор прямо к пчелиной матке и улей будет нашим.       - Заманчиво. Надо будет переговорить… даже не знаю с кем.       - Не заморачивайся. Сама Лилиит одобрила эту миссию. Я уже выдвинула наш квартет на эту ответственную роль.       - Квартет?       - Ага. Афсиихап и Глосангаасвич тоже будут с нами. Правда пока будут утрясать все тонкости этой операции столько времени пройдёт. Бюрократия. Так что у тебя время на контракты будет. Так ты согласна?       - Давай сделаем так. Я в деле, но если с контрактниками будут проблемы я буду иметь право на отказ.       - Отлично! А я прослежу, чтобы у тебя не было проблем с контрактниками.

***

      Итак, настало время ответов. Теперь Люське не отвертеться. В «Майских квестах» и я, бывало, проигрывала, но в этот раз победа была за мной. Моя подруга села на свой любимый дилдо и, не обращая внимания на других соседок спросила меня:       - Ладно, ты выиграла, я проиграла. И чего же тебе надобно, старче?       - Хочу что бы ты ответила на несколько вопросов.       - Три!       - Чего тебе потереть?       - Ну можешь потереть мне клитор. Просто я тебе отвечу только на три вопроса.       - Какая же ты наглая, золотая рыбка. Ладно, вопроса будет три, но обещай мне что дашь мне полный ответ на каждый, а не будешь отвечать одно сложно типа: «да», «нет», «не знаю».       - Ты вопросы задавай, а там посмотрим.       - Хорошо. Первый вопрос у меня такой. Неужели ты совсем ничего не чувствовала, до встречи с суккубами? Ну то, что ты не совсем человек. Ну хоть что-то.       - Нет. Ой, прости, я хотела сказать, что совсем ничего не чувствовала. В детстве болела, как все. И в юности оргазмы любила, как все. Вот даже не знаю, что бы такое могло бы во мне быть, что отличало бы меня от нормальных девчонок.       - Люся, ты, блин, была нормальной только среди нас, таких же девчонок, как и ты… нет, даже в среде таких же девчонок как ты, ты считалась ненормальной. – Возмутилась я. – Ну ладно, чёрт с ним с пубертатом. Все подростки считают себя особенными снежинками, но в более позднее время. Ты вообще была в плане секса очень озабоченной.       - Ксюнь, ну реально, я не знаю. Жизнь была обычной, как у всех.       - Как у всех? То есть для тебя нормально, то, что мы делали во время «Майских квестов», да и без них тоже, если разобраться. Сколько девчонок, по-твоему, попадали в отделение милиции за попытку изнасилования парня? И хорошо, что менты просто поржали с этой истории.       - Ну я же пьяная была, так что это не считается. И вообще, у меня была обычная жизнь. Просто пока все пили картофельный сок, я предпочитала виноградный. Немного постоявший в больших бочках.       - Ладно. Тогда второй вопрос. Как давно ты стала суккубой и почему только в этом году сдаёшь экстерном? Я вот не суккуба, а всё-равно учусь здесь.       - Ну суккубой я стала примерно пару месяцев назад. Серьёзно. Меня почти год просто исследовали. Ты не представляешь как это было сложно. Во мне же пытались пробудить суккубу множеством сношений. Так я почти все фетиши воплотила в жизнь. Так что секс стал для меня очень скоро скучным делом.       - Да ладно.       - Прохладно! Ну хорошо, на самом деле это было очень классно. Меня драли почти каждый день в течение года! Просто я не хотела, чтобы ты мне завидовала.       - Вот в это я верю. Хорошо, последний вопрос. Я слышала, что при инициации женщины теряют свои тела. А у тебя тело осталось. Но оно же у тебя не навсегда.       - С моим телом происходит, что и с остальными телами. После инициации тело не разрушается и не умирает. Оно живёт некоторое время. Я бы сказала, что оно умирает в долг. После взятия первого вечного контракта моё тело, как и ваши тела, превратится в компост. Только ваши тела реально будут похожи на компост, а моё на молодой и красивый труп.       - Меня немного пугает этот момент с гибелью тела. – Я вздохнула.       - Да ладно. – Афсиихап села рядом и обняла меня. – Что такое смертное тело? Одежда. Всякая одежда рано или поздно сносится, как ты её ни латай. Снимается она с болью, зато потом будет легко. Сама поймёшь, когда это случится. Посмотри на это с другой стороны. Зато ты теперь знаешь, что после смерти тела душа продолжает жить. А остальные смертные боятся смерти, страшатся тьмы и забытья. Человек боится неизведанного. Тебе бояться нечего. А скоро ты и вовсе станешь суккубой. Сначала будешь брать только разовые и презентативные контракты. А потом, когда решишь, что мир недостоин твоих страданий, примешь первый вечный и жизнь заиграет новыми красками.       - Кстати о новых красках бестелесного. Девчонки, вы знаете, как Иинаро смогла одолеть демона? Или как можно спросить об этом саму Иинаро? Мне на будущее, вдруг пригодится.       - Я могу только предположить. – Снова ответила Афсиихап. – Самой мне ещё учиться и учиться. Думаю, что Иинаро сперва кастанула «Призрак похоти». В результате демон стал мальчиком. Потом последовали «Невод обожания», «Выстрел взгляда» и «Высосибо». Такую связку выдать в столь короткий срок весьма не просто.       - Это всё магия?       - Да, это так называемая ворожба. Я знаю все названия и эффекты, но ничем, пока, не владею.       - Ясно. – Я вздохнула. Всю полученную информацию следовало сперва обдумать.       Ответы Люськи и Афсиихап не дали мне того, чего я хотела. Наверное, потому что я сама не знала, чего хотела от них. Когда я была подростком, мне казалось, что я инопланетянка, которую потерял экипаж космического инопланетного корабля. И что меня скоро найдут и заберут к себе, те кто будут всегда меня понимать. И сейчас во мне проснулся маленький червячок ревности. Я захотела, чтобы я тоже оказалась неким экспериментом, только наполовину человеком. Это многое бы объяснило. Конец моим размышлениям на эту тему положила Дуусиана уже на следующий день. Отозвав меня в сторону после занятий она мне сказала:       - Готовься. В эти выходные у тебя съёмки. Завтра я дам тебе сценарий. Там небольшая эпизодическая роль минут на двадцать и реплики простые.       - Какие реплики?       - Ну такие: «О-о-ох! О-о-ох! А! А! А! Да, да, ещё!» Это если саму суть передать.       - Погодите, госпожа Анна, какие съёмки?       - Ты что забыла? В день экзамена мы это обговаривали.       - Ах, да, какой-то сериал.       - Тебе повезло. Я выбила для тебя хорошую роль. Арку твоего персонажа расширили. И даже добавили сцену с конём.       - В смысле с конём? Я верхом никогда не ездила.       - Да не волнуйся. Это конь будет верхом на тебе «ездить».       - А может без коня обойдёмся?       - Ты не хотела меня заботить? Какая прелесть. Но не бойся, для меня это не проблема. Так что радуйся, конь тебя таки поимеет.       Кажется Дуусиана приняла мои сомнения за «Не стоило так беспокоиться» , а не за «Может не стоит». Ну да и шут с ним. Я, конечно, побаивалась это делать с животными. Но с другой стороны, скажите честно, неужели вам бы не захотелось узнать, чем зверь отличается от гомо сапиенса с этой стороны своего тела? Посмотрим. Наверняка там есть какое-нибудь стоп-слово. Если будет больно или неприятно можно будет и прекратить съёмки. Как же я была наивна.       А ещё я весь день ждала неприятностей предсказанных Иинаро за несанкционированную выходку с демоном. Но нам за это ничего не было. Видимо демон всё-таки оказался диким и дело замяли       Учёба, дом, посиделки с подругами в общаге… всё это пролетело довольно быстро. На моё сообщение о том, что я буду сниматься в порносериале все отреагировали по-разному. Все кому я об этом рассказала, разумеется. Шура меня пожалела, Афсиихап пожелала удачи, а вот неуёмное «дитя природы» долго скакало по комнате крича о том, как мне повезло и как она мне завидует. Было бы чему. Я любила секс, но считала, что съёмки обернутся для меня настоящей мукой. Во-первых, никаких импровизаций, всё строго по сценарию. Во-вторых, несколько дублей, постоянная поправка грима и прочие мелочи, сбивающие настрой. А если партнёр окажется не очень. Да и заниматься сношениями на трезвую голову при куче незнакомого народа (съёмочной группы) как-то не очень нравилось. Бояться, как показала жизнь, нужно было другого. Сам сценарий тоже был… не особо интересным. В целом сюжет серии был таким: в некоем средневековом параллельном мире произошла война. Она там полсериала продолжается. И в одном городе солдаты врага начинают насиловать пленных девушек, а также отбирают нескольких пленниц для последующего их использования в походе в качестве спермобаков. Вот я и должна была быть одной такой пленницей. Серия длилась сорок пять минут, а мне отводилось в ней минут десять, не больше. От меня требовалось пищать, кричать, убегать и плакать, до того, как меня начнут насиловать. Стонать и кричать во время секса и тихонько скулить, пока мужчина будет вытирать свой член моими волосами и загонять в клетку, где потом меня клеймят как общевойсковое имущество. Как я поняла в сериале у меня будет ещё несколько кадров, где будет ещё больше извращений в том числе и с конём.       В день съёмок, то есть в субботу, мне позвонили ещё до полудня и сообщили, что вечером за мной приедет машинка. Она меня и заберёт на студию, а около полуночи вернёт обратно. Я ожидала увидеть за рулём ту же девушку, что уже дважды подвозила меня, но на этот раз водителем был довольно милый молодой человек. До меня он уже взял двух актрис, а после меня прихватил и ещё одного актёра-мужчину. По дороге все, кроме меня обсуждали новости, погоду и планы на воскресенье. Видимо они уже давно знали друг-друга и были рады снова встретиться и обменяться не то новостями, не то сплетнями. Мне же сказать было нечего. Я только отвечала, если кто-то обращался ко мне лично.       На самой студии я сперва даже не знала куда подойти пока меня не окликнула девушка в очках и с очень строгим выражением лица.       - Так, женщина, вы кто? И что вы тут делаете?       - Простите, я новая актриса для эпизодической роли. Меня зовут Ксения. Ксения Котова.       - Котова? – Девушка уставилась в планшет, который был у неё в руках. - Вы снимаетесь в сериале «Среднеразвратные века»?       - Боюсь, что ещё нет. Сегодня у меня первый день съёмок в этом сериале.       - Ага. Роль второго плана…       - Эпизодическая роль. – Попыталась поправить я незнакомку.       - Ах, не морочьте голову! Перед съёмками вам нужно сперва подняться в отдел кадров. Вас ждёт контракт на полгода с правом продления до конца сезона. И поторопитесь. Съёмки начнутся через час.       Ничего себе! Дуусиана мне говорила об этом совсем не так, да и сценарий не предполагал большего. Правда у меня был сценарий одной серии и намёки самой суккубы на то, что это не единственный раз, когда я появляюсь в кадре.       К моему удивлению я довольно быстро нашла отдел кадров и там, кроме меня сидело ещё несколько людей, как я потом поняла это была массовка. Вообще существование массовки в порнофильмах мне казалось таким же невозможным событием, как прыжки слона (кто не знает слоны не умеют прыгать). Но в этом фильме было всё. И контракт на полгода на моё имя тоже был. Я быстро пробежала его глазами. Странно, мне никто не говорил ни о чём подобном. Хотя сказать должны были, вернее кое-кто был просто обязана мне это сообщить, но видимо сочла это чем-то столь очевидным, что не стала даже напрягаться. Конечно я его подписала. Вы бы видели сумму за двадцать минут мучений. Как выяснилось это была моя награда за четыре часа съёмок.       За десять минут до начала меня одели как селянку из фильма о позднем средневековье, хотя играть я должна была горожанку. Под свет софитов и взгляды кинокамер я вышла с лёгким мандражом. Студия выглядела как студия. Декорации комнаты, в которой и должно всё происходить и вместо двух стен съёмочная группа со съёмочным же оборудованием. Фактически это был публичный секс, а я на такое была готова только под хорошим градусом. Это я на словах вся такая смелая, а на деле…       Сперва шла репетиция. На сцену вышли двое актёров. Они должны были изображать средневековых наёмников, но по сути выглядели будто действительно вышли из среднеразвратных веков. По сценарию я прячусь в шкафу, солдаты меня находят, перегибают через лавку, задирают юбку, стягивают панталоны и удовлетворяют моим телом свою похоть. Меня немного потаскали по комнате, уложили на лавку и даже задрали юбку, но во время репетиции даже не стали снимать исподнее. Режиссёр просто мял меня и прижимался, показывая актёрам как они должны были меня брать, а мне давал указания, как и что делать. Когда пищать, когда стонать, когда подмахивать. Актёры повторили всё за режиссёром (и судя по моим ощущения они вместе с режиссёром просто рвались начать съёмки) и в этот момент я задала один вопрос:       - Простите, а какое стоп-слово?       - Какое слово? – Режиссёр недоумённо посмотрел на меня.       - Ну в подобных фильмах есть специальное слово, вот скажешь его и все понимают, что у актрисы проблемы и приостанавливают съёмки, чтобы всё выяснить и исправить.       - Ах, да. Стоп слово. Говори то же самое, что говорят все актёры, когда хотят остановить съёмку: «Снято». Понятно? Ничего сложного. Так, а теперь по местам. Смотрите, мы снимаем с минимумом дублей, поскольку платье должно быть порвано в кадре, а замены ему у нас практически нет. Вы постарайтесь максимально изобразить испуг и максимально достоверно сымитировать оргазм. А вы будьте максимально жёсткими, но постарайтесь не оставить на актрисе синяки. Мы их потом сами нарисуем гримом там где надо. Всё понятно? Тогда по местам! Камера, мотор!       Я спряталась в шкафу и попыталась изобразить ужас. Стараться особо не пришлось. Актёр распахнул дверцу шкафа с такой зверской рожей, что я, не ожидая подобного, вскрикнула просто от неожиданности. Затем на подгибающихся я пыталась выйти и пойти за своими насильниками, но я делала это медленно и неохотно. Актёры грубо вытащили меня из шкафа и перегнули через лавку. Я пыталась кричать, пищать и издавать другие звуки своего испуга. Со стороны казалось, что я действительно пытаюсь оказать пассивное сопротивление.       Меня перегнули, платье порвали, панталоны стянули. Несколько раз шлёпнули по губам (по нижним) и плюнули на них. После чего меня начали иметь. Один актёр полностью погружался в меня сзади, а второй стоял рядом, дожидаясь своей очереди. Типа такие уж средние века, что минет ещё не изобрели. А вообще актёры попались хорошие в плане секаса. Было немного щекотно и о-о-очень приятно. Я даже закрыла глаза, чтобы смаковать ощущения, как меня когда-то учила Люська. Всё-равно камера сейчас стоит так, что моего лица не видно.       Лёгкое разочарование я ощутила, когда услышала, как режиссёр кричит: «Стоп! Снято!» Я развернулась. Надо мной стояли актёры, поглаживая свои стволы, чтобы не остыли. Режиссёр, что-то сказал своему ассистенту, а затем обратился к нам:       - М-да, всё не плохо. Но девочка, где твои руки?       - Они с той стороны лавки.       - Ты должна отбиваться.       - Если она будет отбиваться, то может расцарапать мне весь живот. – Возразил уже актёр. – В кино девушки вообще замирают под насильниками.       - Ну так это не то кино… Так, десять минут перерыв. Принесите актрисе новое платье. И ещё, девочка, не закрывай глаза, у нас ещё будет облёт камеры. Мы снимем крупным планом твоё заплаканное лицо. Не волнуйся искусственная слеза у нас есть. А потом ты должна изобразить что тебе так хорошо, что ты уже не против насилия. Но когда будут пихать в клетку, посопротивляйся. Сейчас отдыхай, а потом все на исходную!       В этот момент я пожалела актёров. Так ведь и импотентом можно стать, если посреди процесса постоянно останавливать. Это потом я узнала секрет неутомимости половины всех актёров-мужчин в этом фильме. Большинство из них были контрактниками суккуб. Конечно, суккубы очень ревнивы, но самые прогрессивные из них порой сами предлагают своим контрактникам поработать в таком вот качестве. Что до остальных членов в актёрском составе, то они просто от природы стойкие. Через десять минут всё повторили, но внесли небольшие изменения в сценарий. Правда меня о них известили довольно странным способом. Ко мне подошла девушка и натёрла промежность, вход в вагину и зачем-то анальное колечко гелем. Она же предупредила, чтобы я не напрягала руки. По новому сценарию солдаты должны были связать мне руки за спиной. Я только пожала плечами. Что поделать, если мужчинам нравятся связанные женщины. Где будут мои руки во время процесса мне было всё-равно.       И так, сцена та же, действия, в принципе, те же. Вытаскивают, красиво рвут платье. Только после укладывания на лавку связывают руки. Я пищу, дёргаюсь, делаю вид, что стараюсь сопротивляться. Один из солдат затыкает мне рот кляпом в виде конской узды. Это что-то новенькое. Я дрожу всем телом и пытаюсь что-то бубнить. Сперва я даже не сразу испугалась. До меня лишь потом дошло, что теперь я не смогу сказать стоп-слово! Вот тут я задёргалась сильнее, пытаясь обратить внимания на эту проблему, но актёры приняли это за игру. Изобразив злобный смех они смачно шлёпнули меня по ягодице и снова по нижним губам, хотя так смачно как в первом дубле не получилось, гель помешал. Юбка задрана, панталоны улетели в угол, актёр засадил мне в прежнее дупло и принялся с таким вдохновением меня драть, что я невольно застонала не в той тональности. Он приостановился на несколько секунд, пока гримёр, стараясь не попасть в кадр, капал мне на щёки искусственную слезу. Несколько раз камера, которую я видела, когда она пролетала мимо лица, фокусировалась то на насильниках, то на месте соития, то на первой части, меня, то на второй. В этот момент гримёр ловко намазал мне синяки. Ну а вместо румян актёры на мои ягодицы смачно прикладывали свои ладони с громким хлопком.       Это было только начало. Второй актёр засадил мне уже в шоколадный глаз. Пока камера снимала моё лицо, актёр сам подлил немного лубриканта на мой задок и теперь уверенно вводил свой таран туда, откуда вообще-то всё должно только выходить. Вобще-то это было довольно неожиданно, а потому поначалу довольно неприятно. Мне не пришлось больше блеснуть актёрским талантом. В течение часа меня просто драли в две дыры, приостанавливая съёмки только, чтобы поправить грим или сменить угол съёмок. От меня особо активных движений не было, да и не требовалось. Я даже дважды умудрилась испытать оргазм от такой жестокости. Конечно я люблю и подоминировать над мужчинами, возможно следующий фильм будет про это. Я уже и сценарий придумала. Но решение останется за теми у кого есть деньги, чтобы такое спонсировать. В целом наснимали материала на полчаса и из этого оставили только девять минут.       Однако после этого от меня ещё не отстали. Меня схватили и куда-то потащили, я едва успевала переставлять ноги. Оказалось, что в соседнем павильоне изображена улица. Всё было настолько натурально, что я сперва решила, что меня действительно вытащили на улицу и сейчас все прохожие увидят меня в лохмотьях из которых торчат самые интересные места, которые женщины обычно прячут, да ещё и с мокрыми краями. Однако павильон отличался от обычной улицы и это я заметила довольно быстро. Во-первых, было теплее, чем на улице. Во-вторых, присутствовала только одна сторона улицы. И в третьих, по улицам бегали солдаты, одетые так же, как и те, кто меня только что насиловал и прочая массовка в костюмах. Меня запихали в огромную клетку всё ещё со связанными руками и кляпом-уздой во рту. В клетке было ещё несколько актрис. Как я узнала позже некоторых из них не подвергались насилию. По крайней мере в этот день.       Я провела на студии ещё три часа. Уже с развязанными руками и без кляпа я периодически залезала в клетку, когда туда должны были кинуть очередную жертву. И пока камеры на две студии снимали порку актрис, я просто сидела и втыкала в соцсети. Из разговора двух актрис я узнала, что насилие всех девушек будет только в режиссёрской версии сериала. А в прокатной поместят только лучших. Стоп. Прокатных? Это ещё где-то пойдёт в прокат? Ой, мамочка! Лишь бы это не показали по телеку на федеральных каналах. Провожал нас молодой менеджер. После того как мы переоделись в обычную одежду мы встали в очередь к нему и получили плату за съёмки, расписываясь в ведомости. Менеджер много улыбался и даже спрашивал нас, понравилось нам или нет.       - Это безобразие! – Ответила я ему. – Мне вставили в рот кляп. Как я могла с ним во рту сказать стоп-слово?       - То есть вам не понравилось? – Мужчина как-то странно на меня посмотрел.       - Почему же. – Я немного смутилась. – Мне очень понравилось. Особенно сам процесс.       - Значит всё в порядке?       - Нет. Я не люблю неожиданностей. Мне сказали, что если будут проблемы, я должна сказать стоп-слово. Но из-за кляпа не смогла.       - А проблемы были?       - Не было.       - Значит всё в порядке?       - Нет. Я же говорю, я не люблю неожиданности. Если в сценарии что-то меняется по ходу съёмок, меня надо было предупредить.       - Вам не нравятся импровизации? Простите, но вы актриса, а не шлюха. Вы должны привыкнуть к тому, что актёры и режиссёры всё время что-то меняют. Знаете, фразы и действия, которых не было в сценарии.       - Я не против слов, но за действия нужно предупреждать. Я же могла неадекватно среагировать.       - Девушка, вот ваши деньги, распишитесь здесь. – Менеджер подвинул мне ведомость и положил рядом деньги.       - В целом мне понравилось. Это была удачная импровизация. – Сказала я после того, как поставила подпись и начала собирать деньги со стола.       - Ну значит всё в порядке? – Менеджер всё также улыбался. Дался ему этот порядок.       - Мне понравилось, деньги я получила и не против продолжить съёмки. Да, думаю, что всё в порядке. – Я поняла, что глупо отрицать очевидное. Я конечно бываю упрямой, но моей сильной стороной всегда была искренность.       - Я рад. Ждём вас в день съёмок. Так, следующая! Вам понравилось? Значит всё в порядке?       Я вздохнула и просто вышла из студии. Только тут я заметила небольшую табличку на двери. Даже не табличку, а лист формата А4 на котором было написано: «Порностудия Суккубглосанга. Спонсор студии: Буккускорпоратион» Всё ясно. Снабжают своих деньгами и актрисами.       И снова позже я поняла удивление менеджера. Он тоже знал о суккубах, и он тоже имел вечный контракт с одной из них. И конечно он привык, что суккубам любой секс в радость. Буквально любой. И меня он принял просто за очередную воплощённую суккубу. Обычная фраза, такая же привычная, как «Доброе утро», внезапно споткнулась о странную реакцию. Собственно отсюда и удивление его и странный взгляд. Некоторые мужчины обладают странными, дикими фетишами и иногда сомневаются, может ли женщинам, пусть и инферналкам, нравиться такое. Может они только говорят, что всё хорошо, чтобы не расстраивать контрактников, а на деле страдают. Ведь за внешностью тихого романтичного человека может скрываться огромный пласт очень диких, страшных и будоражащих фетишей. Стоит только вспомнить несколько примеров Дуусианы. Для женщин это не приемлемо, а для суккуб нормально.       Вот так и прошёл для меня первый день съёмок. В конечном итоге я выяснила о каком прокате шла речь. Буккускорпоратион снимала фильмы для проката их в пекле. Кроме этой организации были и другие. Не зависящие от денег так, как люди, инферналы всех уровней и мастей стремились к двум вещам: увеличение своей численности и своей власти. Они не гнушались ничем, но вести открытые боевые действия пока опасались. Крушение старших демонов показало, что каким бы крупным хреном ты ни был, если на тебя, израненного и ослабленного накинутся кучей те, кто обычно слабее тебя, они тебя могут свалить и потом запинать ногами. Возможно даже по лицу.       А сериал мы потом с девчонками посмотрели, особенно все ждали моего дебюта и мне было лестно, что девяти минутный отрезок фильма с моим насилием был всё-таки помещён в фильм. Лиха беда начало. Я продолжила сниматься. Пять дней в неделю у меня были занятия, а на шестой день я шла на студию. Несколько раз мне даже пришлось пропустить уроки, поскольку сериал становился всё популярнее, а моя роль росла. И с конём тоже было. Да, в одной из серий моя героиня прячется в конюшне и пытается утихомирить возбуждённого коня минетом, а потом просто насаживается на его дубинку. Было не так уж и больно. Правда конь мне показался странноватым. Иногда он действовал чересчур осмысленно. Может показалось, а может это был оборотень.       А ещё было с собаками. Мою героиню пытались поймать в лесу, но стая сбилась со следа. Вся, кроме одного особо опытного волкодава. Он поймал жертву и та, встала на четвереньки, чем пёс и воспользовался. А потом героиню бросили в наказание за побег на ночь в свинарник. Так что и с хряками у меня было. И несмотря на некоторые пофигистские замашки режиссёра к съёмкам с животными готовились очень тщательно. Выбирались проверенные животные порноактёры, которых сперва суккубы проверили на безопасность для обычных женщин. Подбирались смазки и ароматы, привлекающие самцов, и позволяющие им легко входить в человеческих самок.       Забегая вперёд скажу, что моя героиня из второстепенной разрослась в одну из главных действующих персонажей. Я подавала режиссёру и сценаристу интересные предложения. А кроме того со мной было легко договориться. Я не заламывала себе цену, не истерила, сама выполняла все трюки и оказалось, что у меня отличные актёрские данные! Кроме того это была первая работа, которая мне нравилась! Да! Знаете есть такие люди, которые ходят на работу и любят эту работу. Они готовы проводить там сверхурочные неоплачиваемые часы. Считаете такое невозможным? Моя мама была такой, так что я знаю о чём говорю.       И конечно расспросы моих подруг сложно обойти стороной. Ведь всем же интересно каково это. Особенно Люське. Она даже смогла в конце-концов попасть в несколько фильмов и два сериала, но заглавной роли не получила. Отсутствие дисциплины подвело. А ещё Люська несколько раз выводила актёров из строя высасывая их до начала съёмок, чем срывала их. Но это позже, а в первые дни она даже загорелась идеей снять свой собственный фильм. Мы как раз снова собрались в общаге, где я рассказала, как прошёл первый день съёмок.       - Ксюх, серьёзно, у меня родилась классная идея. – Люська впервые не сидела на своей игрушке, а просто гладила себя. Видимо перегрела. – Вот заработаем денег и откроем свою студию. Будем и актёрами и режиссёрами одновременно.       - Прекрати, Люсь. Ну о чём ты будешь снимать кино? Сейчас люди смотрят не фильмы, а просто набор гифок и им заходит.       - Ну я бы не была столь поспешна. – Встала на защиту влажных мечт Люськи, Афсиихап. – Я бы посмотрела фильм про ваши майские квесты. А потом, пекло не так испорчено, как люди и порно-индустрия рассчитана не только на мужчин, но и на женщин. Так что сюжетное кино с секс-сценами тут заходит.       - Не знаю, у нас не все приключения были про секс. Если будем снимать, то любовных сцен наберётся много, но они будут разбросаны по фильму. Обычно зрители хотят, чтобы всё время было забито только сексом. Я одна такая странная, наверное. Мне одной интересно, а что было после секса. Обычно все фильмы идут по одному сценарию. Люди встретились, немного переговорили, а потом перепихнулись. Довольно скучная эта ваша секс-индустрия. Вот тот фильм в котором я начала сниматься, это другое дело. Я бы сама такой фильм посмотрела. Но Афси, ты реально думаешь, что инферналки будут смотреть как две смертные девицы отливают прилюдно себе в труселя или бегают голышом ночью по пустырю?       - Ксюня, ты не поверишь но будут. – Усмехнулась суккуба. – Причём не отрываясь. Ты не забывай одну простую вещь. У нас не было средневековья. У нас в пекле вообще всё было по-другому. И сейчас подобные фильмы зашли бы на ура. Собственно поэтому их и снимают.       - Слыхала? – Люська едва не повисла на мне.- Мы с тобой станем супер режиссёрами.       - Даже не знаю. – С сомнением протянула я. – Когда у нас будут средства и возможности это может уже выйдет за пределы интересов. И сюжет будет много раз использован и вообще…       - На самом деле всё получится отлично. – Снова вмешалась Афсиихап. – Во-первых, в пекле, в плане популярности искусства постоянно является регрессия. Проще говоря наряду с современными трендами, многие любят возвращение старого, то есть ретро. Удивительно, но мода на ретро в пекле развита намного сильнее, чем у людей. Иногда новинка не блистает ярко, пока не превратится в ретро. Кроме всего прочего вы можете продать сценарий сейчас за хорошие деньги. Лучше всего связаться с нашим патентным отделом, они защитят ваши права на сценарий, а потом предложить его тому же «Суккубглосанга». Они своих не кидают. Получите неплохую оплату сразу, если сценарий примут и потом авторские отчисления. Подумайте, это действительно интересная история.       - Это было бы здорово, но у меня с сочинительством не очень. – Люська села на стул и начала на нём раскачиваться. – Меня хватит только на пару строк: «Было много алкоголя и секса. Со мной были верные подруги. И Ксюха была лучшей из них. Это было в мае и это было круто!» Конец. Ксю-у-у-унь, а может ты возьмёшься за это? Напишешь что-нибудь. У тебя, я помню, получались самые лучшие сочинения, если сделать поправку на орфографические ошибки.       - Ну вообще-то я подумывала о том, чтобы написать свою биографию. – Смущённо ответила я. – Я даже название уже придумала: «Будни меня». Но я могу что-то рассказать так, как я помню.       - Не страшно. – Люська села нормально. – Я тебя поправлю. Так что маэстро, прошу к инструменту. – Суккуба сделала жест рукой, приглашая меня к компьютеру.       - А чем мы займёмся, пока Ксения творит?       - Как чем? Афси, смотри нас тут четверо, но фильму обсуждают только трое. Наша задача сделать так, чтобы четвёртая встала и начала превращаться в суккубу.       - Без Ксюши будет сложновато, но мы должны справиться. – Афси серьёзно кивнула и начала разминать пальцы.       Через десять минут Дуусиана заглянула в комнату и увидела интересную картину. Одна из подруг сидела на вибро-яйце и увлечённо стучала по клавишам, а в углу комнаты была настоящая куча мала, откуда раздавались возмущённые требования дать поспать человеку и боевые выкрики о том, какой должна быть вожделеющая суккуба. Тогда учительница даже не подозревала, что скоро подобная картина станет обыденной реальностью.