По велению ярости, пламени и крови

«Усидеть на троне в тысячу раз труднее, чем завоевать его.» .

      «Век Миротворца» и «Танец Драконов» — две отправные точки, ключевым образом повлиявшие на развитие и становление как Семи Королевств, так и принцессы Джейнары Таргариен. Родители принцессы, бабушки и дедушки, тётушки и дядюшки, а также старший брат пришли в этот мир в «Век Миротворца». Принцесса родилась весной 108 г. от З. Э. в час соловья. Отец принцессы, подобно своему кузену-королю Визерису, решил дать дочери особенное имя, ранее не принадлежащие ни одному из представителей дома Таргариенов.              Малышку назвали в честь Джейнары Белейрис — драконьей наезднице из древней Валирии, совершившей на своём драконе Терраксе полет далеко на юг Соториоса в поисках легендарных кипящих морей и дымящихся рек и нашедшей лишь бесконечные джунгли, горы и пустыни. Вернувшись спустя три года в Республику, она заявила, что Соториос — «земля без конца и края» и он так же велик, как и Эссос.              Принцесса приходилась Джейхейрису I и его сестре-жене Алисанне Таргариен правнучкой по линии их детей: принца Эймона и принцессы Визерры. А также правнучкой королевы Алиссы Веларион по двум её детям: Боремунду и Джоселин Баратеон. Отцом девочки был принц Деймион, единственный сын принца Эймона Таргариена и его леди-жены Джоселин Баратеон.              В возрасте двадцати лет принц связал себя узами брака со старшей дочерью лорда Железных Островов, леди Дайоной Грейджой. Брак был заключен по политическим соображениям. Тем не менее между супругами царили взаимное уважение и привязанность. В 101 г. от З. Э. в час призраков «Железная леди» произвела на свет долгожданного наследника — принца Вейлона. Первенец Деймиона был черноволосым, подобно Баратеонам и Грейджоям, обладал тёмно-индиговыми почти чёрными глазами и смуглой кожей Кракенов.              Однако рождение сына было омрачено проигрышем на Великом Совете. Вейлон родился на следующий день после объявления Визериса Таргариена следующим королем Семи Королевств, оставляя горькое послевкусие на устах внука Джейхейриса I. Проигрыш юного Таргариена был обусловлен отсутствием наследника. Лорды предпочли Визериса лишь потому-что, у него уже имелся первенец в лице четырехлетней принцессы Рейниры. К тому же леди Эймма была в тяжести и вполне могла родить наследника мужского пола. Деймион был человеком весьма умным, однако не менее честолюбивым.              Именно честолюбие подкрепляло его веру в то, что трон и предназначение у него нагло украли не без помощи ненавистного Отто Хайтауэра. Выходец из Староместа был десницей при старом короле и вовсе не желал терять свою должность. Отто прекрасно знал, что если Деймион станет следующим королём, то новым десницей будет никто иной, как его зять Корлис Веларион.              Наследник Эймона не питал ненависти или неприязни к своему кузену. Напротив, ему было жаль добродушного Визериса. В 102 г. от З. Э. у принца родилась славная девочка Мелэйна, обладавшая карими глазами и смуглой кожей железнорождённых. Однако серебряные волосы принцесса унаследовала от крови дракона. Через месяц после рождения дочери, так и не оправившись от родов, умерла первая жена принца. В 103 году от З. Э. принц Деймион женился по любви на леди Анитре Баратеон, дочери своей покойной тёти, принцессы Визерры Таргариен и лорда Боремунда Баратеона, приходившегося ему дядей.              Этим браком мужчина соединил два некогда разделённых сильных дома в одну кровную линию. Леди Анитра обладала серебряными волосами и небесно-синими глазами. На исходе 103 года «Штормовая принцесса» родила двойню: принца Эйликса и Эйриона, а в середине 106 года — принца Сейрона. Малыш появился на свет через несколько месяцев после рождения сына короля Визериса I. Все дети от леди Анитры Баратеон имели чёрный цвет волос.              Отто Хайтауэр мечтал возвести на престол именно своего внука в обход принцессы Рейниры и принца Деймиона. Однако Рейнира была ещё слишком мала, дабы представлять угрозу, и слишком любима королем. В отличии от младшего брата принцессы Рейнис «Почти королевы». Ещё в 101 году на одной из улиц Блошиного Конца провидица предрекла деснице, что: «Следующий монарх Семи Королевств будет иметь тёмные волосы. ». Будучи человеком не суеверным, однако разумным, Отто быстро понял, что речь, скорее всего, шла либо о принцессе Рейнис, либо о её брате. В 106 от З. Э. после смерти королевы Эйммы, ко двору прибыл Ларис Стронг. Будучи физически обделен, мужчина умел прекрасно наблюдать и слушать, что говорят вокруг него.        — Вы, разумеется, видите следующим королём именно Эйгона. — Тихо вопросил младший сын Лионеля Стронга.        — Я был бы рад этому, однако обстоятельства ныне не благосклонны к моему стремлению. — Отто неспешно шел по коридорам Красного замка. — Трон может занять как принцесса Рейнира, так и один из её дрожащих дядей: принц Деймон или Деймион. У последнего, к слову, уродилось весьма много наследников.        — Да, я слышал новости. Поговаривают, что принцесса Рейнис пришла в восторг при виде младенца, — Ларис подошел вплотную к деснице и понизил свой голос на октаву. —Только представьте, как бы прекрасно всё сложилось, если бы Боги даровали нашему принцу шанс взойти на трон.        — Пути богов неисповедимы, сир Ларис.              В начале 107 г. от З. Э. король Визерис организовал пир, прирученный к исполнению шести месяцев Эйгону. На коем присутствовала вся высшая знать и царственная родня. В тот злополучный вечер все дети принца Деймиона и леди Анитры находились в детской комнате на первом этаже. Сир, несший пост подле покоев принцев и принцессы, отлучился всего на мгновение по малой нужде. Так после будет оправдываться рыцарь, допустивший одну из самых больших трагедий в Красном Замке. Однако того небольшого мгновения хватило для того, чтобы верные люди заперли и подожгли покои.              На крики служанок сбежалась стража, высшая знать и царственная родня. Однако было слишком поздно. Семь человек, включая пять наследников принца Деймиона и двух нянь, сгорели заживо. После проведения тщательного расследования будет выявлено, что одна из нянь во сне задела подсвечник, что и привело к страшному пожару. Однако пылающая ненависть в глазах осиротевшего отца говорила обратное. Деймион будет твёрдо уверен в том, что его детей убили. Однако имя убийцы узнает лишь на смертном одре. Впрочем, он успеет передать это знание своей сестре Рейнис.

***

      

«Смерть окончательна и подводит жуткий итог, в то время как жизнь полна неисчислимых возможностей.» .

             Из всех своих кузенов принц Деймион больше всего любил Деймона. С одной стороны, это было связано с тем, что принцы являлись погодками, с другой — они были весьма похожи. Оба принца имели красивые черты лица и атлетическое телосложение, пылали амбициями. Однако если сын Бейлона был дерзок и задирист, то сын Эймона, напротив, отчаянно справедлив и вспыльчив.              Всё детство принца Деймиона прошло бок о бок с Деймоном. Мальчики вместе учились верховой езде, сражению на мечах и древнему искусству приручения дракона. Многие в королевстве считали занимательным тот факт, что принцы обменялись между собой драконами своих отцов. Так, наездником Вхагар, ранее принадлежащей принцу Бейлону, стал Деймион. В то время как принц Деймон оседлал дракона почившего Эймона Караксеса.              Трагедия 107 г. от З. Э. для наездника Вхагар стала невыносимым ударом, отравляющим каждый последующий день без детей. Впрочем, принц Деймон с достоинством разделил горести брата, в тот же день, облачившись в траур. Младший брат короля всячески поддерживал как «Штормового принца» так и его сломленную горем жену леди Анитру Баратеон. Разумеется, что принц Деймон не мог в полной мере осознать горе своего брата, так как у него не было детей, ибо брак 97 г. от З. Э. с леди Реей Ройс оказался весьма неудачным и бесплодным.

***

             Празднование по случаю исполнения Эйгону полугода было прервано дворцовой стражей, стремительно пробирающейся через толпу пьяной и веселой знати к столу короля.        — Ваша милость, беда. Детская комната полыхает подобно драконьему пламени. — Сир Рикард Торн с глазами, полными ужаса, взирал на медленно белеющие лики правящей династии.        — Рейнира, Эйгон? —Визерис спешно спустился по ступеням к гвардейцу, ища в его глазах подтверждение своих страшных мыслей. — Отвечай! Что с моими детьми?        —Ваша милость, престолонаследники в полном порядке! — Уверенный голос белого плаща дрогнул на последнем слове. — Принц Эйгон с королевой, а принцесса Рейнира всего лишь напугана.        —Отвечай, почему же ты дрожишь, словно грешник, увидавший Неведомого? — Принц Деймион встряхнул гвардейца за грудки. — Где моя жена и дети? Отвечай сейчас же, или я прикажу Вхагар сжечь тебя! — Допрос был прерван возгласами знати, отвлекая принца от Рикарда Торна.        — Дей! — Отчаянный крик жены мигом согнал Баратеоновскую ярость, уступая место подступающему отчаянию. — Дей! — На заплаканном лице, перепачканном гарью, хорошо виднелись дорожки от слез. — Наши мальчики и Мелэйна… — «Штормовая принцесса» обессилено упала в обьятия мужа. — Неведомый призвал наших малышей в свою обитель.        — Нет! — Выпуская свою жену из объятий, принц Деймион со свирепым отчаянием обрушил кулак на лицо десницы Отто Хайтауэра. — Я убью тебя! — В подтверждении своих слов принц достал валирийскую сталь из ножен. — Ты ответишь за это! Взамен жизней своих детей я возьму жизни твоих родных и, пожалуй, начну с твоих сыновей.       

***

      «Рожденная в час соловья»       

      Принцесса Джейнара Таргариен родилась на Драконьем Камне ранней весной 108 г. от З. Э. в час соловья. Девочка стала настоящим спасением для убитых горем родителей. Весенняя принцесса, подобно лучу солнца, раскроила траурное полотно своего отца на две части, заставляя царственную чету сменить чёрные одеяния на более праздные наряды. Принцесса Рейнис сочла племянницу необычайно красивой и похожей на себя в младенчестве.              Дети «Почти королевы» Лейнор и Лейна Веларион назвали кузину милейшей из Таргариенов. Джейнара, подобно своим почившим братьям, обладала чёрными волосами и глазами цвета индиго, в которых, подобно звёздам, плескалась серебряная россыпь.              Принц Деймон был рад рождению племянницы не меньше её родителей. Он счёл, что малышка взяла лучшие черты своих бабушек — принцессы Визерры и леди Джоселин Баратеон, которые в своё время считались писанными красавицами. После трагедии 107 г. от З. Э. Королевский Совет счёл приемлемым вернуть драконьи яйца, дарованные принцам: Эйликсу, Эйриону и Сейрону, так как они были отложены ящерами Драконьего Логова. Невзирая на яркий нрав, принц Деймион не стал препятствовать этому, оставляя подле себя драконьи яйца, некогда принадлежащие Вейлону и Мелэйне.              Рождение принцессы ознаменовалось поистине великим, или, как говорили в народе, «Божественным знамением». В час соловья, вторя крикам новорожденной принцессы, кричал дракон, вылупившийся из кладки Вхагар, в последствии названный принцессой Вейгором. В тот же день принцесса Рейнис и леди Анитра положили в колыбель Джейнары почти закаменевшие яйца почивших Вейлона и Мелэйны. В своё время принцу Вейлону было даровано яйцо из кладки Среброкрылой, наездницей которой являлась Анитра Баратеон. Яйцо Мелэйны было отложено Мелеис и привезено из Дрифтмарка принцессой Рейнис в дар новорождённой девочке. Однако не одно из яиц не вылупилось при жизни их первых владельцев.              Ранним утром следующего дня, разбуженные криками служанок и рёвом, сонные и встревоженные родители вбежали в детскую комнату своей дочери, c удивлением обнаружив ещё совсем небольшого дракона цвета валирийской стали, сидевшего на перилах детской кроватки их дочери. Хищник взирал на новых людей предостерегающим взглядом глаз цвета индиго, готовый в любой момент напасть на нарушителей спокойствия младенца. Однако стоило царственной чете подойди к кроватке, как юный дракон выпустил небольшой залп фиолетового пламени, слегка опаливший одежды Деймиона.        — Дей, этого не может быть! Они вылупились! — «Штормовая принцесса» с изумлением обнаружила светло-синего дракона, мирно спящего под правым боком своей дочери. Голова сапфирового ящера лежала на животе младенца. В то время как бирюзовый ящер умостился с левой стороны от принцессы, расслабленно обронив голову на подушку и сжимая кончиком своего хвоста сжатый кулак новорожденной принцессы.«Драконья любовь» именно так в последствии станут называть Джейнару Таргариен.