Глава 2
3 ноября 2024 г., 10:00
Вот что-что, а возиться с чёртовыми бумажками он ненавидит до глубины души. Но выбирать не приходится — обязанность, как никак. Обложенный со всех сторон документами, Тарталья сидит и внимательно изучает текст каждого, лишь иногда отвлекаясь на шум, исходящий с улицы. Разбирает, разбирает, но внушительная стопка бумаг на столе не уменьшается даже на четверть. Кажется, что ей нет конца. Когда в глазах начинает рябить и читать становится совсем трудно, Тарталья прикрывает веки, прижимает ладони к лицу и, откинувшись на спинку кресла, вздыхает.
Столько проблем, нерешённых вопросов, а ведь помимо дел в Банке Северного королевства есть множество других, которые требуют его личного внимания и участия. Встречи с главами торговых гильдий, более мелкими предпринимателями, торговцами и ремесленниками, посещение приёмов, званых мероприятий… И для всего нужно найти время.
Тарталья в Ли Юэ чуть меньше недели, но уже чувствует себя выжатым как лимон. Пожалуй, за это следует «поблагодарить» Иль Дотторе.
Когда тот занимал в Ли Юэ положение действующего Предвестника, то не утруждался подобными хлопотами, потому что, в отличие от науки, политика и экономика мало его интересовали. Иль Дотторе почти безвылазно сидел в своих лабораториях, проводя различные исследования и эксперименты, да и с местными жителями имел крайне натянутые отношения, о чём Тарталья узнал благодаря слухам и докладам своих подчинённых. Долгое время основную работу Предвестника выполняли здешние офицеры Фатуи, пока Иль Дотторе не направили в Сумеру, а на это место не назначили самого Тарталью.
Выпала же честь — разгребать последствия чужой халатности. Тарталья и до этого не испытывал к Иль Дотторе тёплых чувств, а сейчас и подавно. Конечно, будет ложью сказать, что он не признаёт его заслуг как ученого, но в остальном Иль Дотторе так же, как и большинство сослуживцев, не вызывает симпатии.
А, впрочем, чего ещё стоило ожидать от кого-то, вроде него?
Иль Дотторе — человек совершенно скверного нрава, тщеславный, надменный, не брезгующий использовать грязные и нечестные методы и готовый пойти на любую подлость ради достижения цели.
Хотя, если уж быть предельно честным, такими словами можно помянуть любого из Предвестников. Взять тех же Арлекино и Синьору. Или Скарамуша.
Мысли о коллегах прерывает неожиданный стук в дверь. Оторвав ладони от глаз, Тарталья нехотя разлепляет веки и даёт стучавшему разрешение войти. Тёмная резная дверь со скрипом приоткрывается, и в кабинет осторожно заглядывает агент в классической чёрной униформе с капюшоном и маске, целиком скрывающей всё лицо.
— Прошу прощения за беспокойство, господин Тарталья, — отчеканивает агент. — К вам просится человек из Павильона Лунного моря.
Догадавшись, что к чему, Тарталья выпрямляется в кресле и расправляет плечи. Гань Юй предупреждала, что скоро пошлёт за ним, но это случилось куда быстрее, чем он предполагал. Он приказывает впустить посетителя, возвращает руки на стол и сцепляет в замок, желая придать себе более солидный вид.
Минуту спустя перед ним, склонив голову в знак приветствия, стоит секретарь Цисин и докладывает, что все необходимые для заключения контракта бумаги готовы и госпожа Гань Юй ожидает его завтра утром. Её образ непроизвольно всплывает перед глазами, внушает непонятное, но отчётливое предвкушение, и Тарталья, едва скрывая довольную ухмылку, просит передать, что придёт ровно к назначенному времени.
Посланник уходит так же быстро, как и пришёл, а он падает на мягкую обивку и поворачивает кресло к круглому приоткрытому окну. Сквозь стекло виднеются лениво плывущие завитки облаков.
Снаружи доносится какофония звуков: цокот лошадиных копыт, грохот повозок и возгласы возниц, ругань лавочников, беготня и заливистый смех ребятни. Однако воображение рисует иное. Приятный нежный голос Гань Юй, непринуждённо смеющейся, объясняющей, как держать правильно палочки для еды, и торгующейся так жёстко, что поневоле уступишь.
Тарталья сидит так ещё немного, прежде чем возвращается к злосчастной кипе документов.
***
Ли Юэ просыпается рано, вслед за солнцем, лучи которого только-только начинают окрашивать лиловое небо оранжевыми и розовыми красками. Город манит красотами и чарующими видами, то и дело заставляя останавливаться, чтобы насладиться ими. Миллелиты неизменно стоят на своих постах и следят за порядком, прохожие неторопливо идут, кто куда, и лишь торговцы спешат на рынок, чтобы успеть приготовить товары к появлению первых покупателей. Поднимаясь по широкой белокаменной лестнице на террасу Юйцзинь, Тарталья смотрит на далёкое голубое море. Даже отсюда заметны волны, пестрящие разноцветными парусами и несущие десятки кораблей со всех концов Тейвата. Какие-то только прибывают в порт, какие-то уже отчаливают, не прерывая бесконечный цикл. Жизнь здесь кипит и пульсирует. Недаром именно этот город считается центром всемирной торговли и важнейшим узлом народных сношений. Павильон Лунного моря представляет собой большое здание прямоугольной формы с белыми стенами полированного мрамора и зелёной черепичной крышей. По очередной лестнице, ведущей к парадному входу, снуёт туда-сюда множество людей: обычные граждане, пришедшие по своим делам, и секретари Цисин с пухлыми папками на руках. Тарталья быстро достигает верха и, толкнув тяжёлые двери, оказывается внутри просторного вестибюля. — Одиннадцатый Предвестник Фатуи, Тарталья, — называется он мужчине, стоящему за приёмной стойкой на входе. При упоминании Фатуи тот едва заметно морщит нос и окидывает Тарталью цепким придирчивым взглядом. — Могу я увидеть госпожу Гань Юй? У нас назначена встреча. Мужчина переключается на лежащий перед собой журнал предполагаемых посещений и, найдя его имя, угрюмо хмыкает. — Вас проводят, — цедит он сквозь зубы, имея в виду ближайшую свободную секретаршу, которая, поймав взгляд Тартальи, смущённо просит следовать за ней. Она провожает его на самый верхний этаж и любезно указывает нужную дверь. Гань Юй ждёт внутри большого и ярко освещённого кабинета, окна которого выходят на внешнюю сторону здания. Наверняка отсюда открывается не менее фантастический вид на город, чем в знаменитом Нефритовом дворце, думает Тарталья и мельком осматривает остальную часть помещения, обставленного дорого, со вкусом и без вычурности. Письменный стол, стеллажи, до краёв забитые различными книгами и свитками, горшки с растениями и стоящий посреди кабинета комплект из пары кожаных диванов и стола. — Вы пришли раньше, чем обещали, — оторвав взгляд от настенных часов, Гань Юй подходит к нему. — Осталась ещё четверть часа. Вы поторопились, господин Тарталья. Тарталья приветствует её поцелуем в руку. — Признаю, — покорно соглашается, — мне не терпелось увидеться. — Ну конечно, — с лёгкой полуулыбкой Гань Юй вынимает руку из его ладони и приглашает присесть за стол. Несмотря на замечание, недовольства в её словах не чувствуется. Скорее уж веселье. — Как ваши дела? Уже успели освоиться? — Всё хорошо, благодарю за беспокойство, — тут Тарталья лукавит. Посторонним незачем знать, с каким ворохом проблем ему приходится разбираться по вине Иль Дотторе. Хотя шпионские сети есть не только у Фатуи, и Цисин наверняка известны многие из его тайн. — Ли Юэ — потрясающий город. Очень рад, что судьба привела меня сюда, — они с Гань Юй садятся друг напротив друга, и воздух вокруг них упруго сжимается, словно металлическая пружина. — Хотя, должен признать, я пока ещё не приспособился к здешнему климату. Все эти любезности утомляют, но без них, к сожалению, никуда. Интересно, что сама Гань Юй думает обо всём этом? Не сказать, что она испытывает к нему и к Фатуи в целом ту же неприязнь, что и большинство жителей Ли Юэ, но Тарталья не может быть уверен, что её дружелюбие не является маской. — Да, здесь намного теплее, — резонно замечает Гань Юй, сложив руки на коленях. В нём тут же вспыхивает интерес. — Вы бывали в Снежной? — Доводилось пару раз, — кивает Гань Юй. Должно быть, посещала Снежную по работе. Возможно, ещё тогда, когда он был лишь офицером, а не Предвестником, поэтому они не пересекались раньше. — Прекрасная страна. Но я так и не привыкла к её суровым условиям. — Не любите холод? — усмехается Тарталья и добавляет, вперив взгляд в Крио Глаз Бога у неё на поясе: — Вы уж простите, но это довольно забавно, учитывая ваш дар. Боги склонны шутить, не так ли? — И правда, — с её губ срывается тихий смешок. Спокойная и грациозная, понимающая, а ещё жёсткая и несгибаемая, когда того требует ситуация. Тарталья пока не может определиться, какая из её сторон ему нравится больше, а ведь это только вторая встреча, и их может быть гораздо больше. Гань Юй интригует, и ему ужасно хочется разгадать её, понять, что скрывается за всеми этими слоями. Главный секретарь Павильона Лунного моря, один из переговорщиков Цисин и к тому же обладатель Глаза Бога. Ну чем не загадка? — Если вы не против, давайте перейдём к делу. Вот все необходимые бумаги. Прошу, ознакомьтесь, — кивком головы Гань Юй указывает на документы, лежащие на столе. Тарталья принимается изучать их. Внимательно вчитывается в каждый пункт и прокручивает в голове итоги прошедших переговоров, сверяя написанное с тем, о чём они условились ранее. Не обнаружив никаких нарушений, он возвращает документы на место. — У вас есть вопросы? — спрашивает наблюдавшая за ним Гань Юй. Тарталья уточняет: — Касательно контракта или вообще? — Касательно контракта, — она всё так же выжидающе смотрит, ни капли не смущённая его фривольностью. Тарталья весело хмыкает — он и не надеялся, что сможет утолить своё любопытство прямо сейчас. — В таком случае нет. Взяв перо, Тарталья макает его кончик в чернильницу и проставляет свою подпись под подписью Воли Небес группировки Цисин. Судя по всему, Гань Юй была уверена в том, что лишних вопросов у него не возникнет и ей не придётся ничего переделывать, поэтому подписи с их стороны были проставлены заранее. А она, определённо, знает своё дело. — Что ж, раз все формальности соблюдены, думаю, мне пора, — взяв свой экземпляр договора, Тарталья встаёт, следом поднимается и Гань Юй, собравшаяся его проводить. — Мне было приятно работать с вами, — добавляет он уже у двери. — Взаимно. Удачной вам дороги, — вежливо отвечают ему. Более он не задерживается. Почему-то он уверен, что это не первый и не последний контракт между ними, да и мало ли, при каких обстоятельствах им ещё предстоит столкнуться? А, вернувшись в Банк Северного королевства, Тарталья приказывает подчинённым собрать сведения обо всех членах Цисин, включая Гань Юй. В Снежную отправляется письмо, в котором он сообщает об успешном завершении сделки. Пора Панталоне перенять эстафету и заняться увеличением поставок железносерда. Сам Тарталья возвращается к прочим делам, и дни идут как обычно, а именно — скучно и размеренно. У него даже не находится времени для тренировок, да и места как такового нет. Можно, конечно, будет отправиться за город чуть позже под предлогом изучения здешних природных пейзажей и поспаринговаться с кем-нибудь из рядовых солдат, но это потом. А пока что он будет занят налаживанием связей с наиболее влиятельными торговыми гильдиями Ли Юэ.
