Чувство

На следующее утро он проснулся на удивление в хорошем настроений и приведя себя в порядок отправился в учебный класс. Входя в класс, он увидел, что младший Лань уже сидит на своём месте и подошел к нему. — Здравствуй, Лань Чжань. Лань Чжань, услышав, как его имя звучит из уст Цзянь Ваньина, почувствовал порыв улыбнуться, но сдержался. — Здравствуйте, молодой господин Цзян. — С Ваньинем всё в порядке. — Хорошо, Ваньинь. — Вот, спасибо, что дал мне свои записи. — Пожалуйста, если что-то будет нужно можешь спросить у меня. — Эм, Лань Чжань. Извини, но зачем тебе это? Я ведь тебе не Вэй Усянь, если таким образом ты хочешь стать ближе к нему, то это не сработает. — и сказав это хотел пройти мимо, но его удержали за запястья, и он, закатив глаза, подумал, почему эти братья Лани склонны удерживать его за руку? — Нет, это не ради него. — Тогда к чему? — Я хотел бы подружиться, знаю, что я трудный человек. Но я хотел бы попробовать. — Э… почему я? Я уже обжёгся с одним Ланем, не хочу повторить. — и прикусил язык, ругая себя, за то, что проболтался. — Я не мой брат. — слишком резко проговорил Лань Чжань, и увидев, как в недоумении на него уставился Цзян Чэн, смягчил голос: — Я искренно хочу иметь хотя бы одного друга. — Разве, Вэй Усянь не твой друг? Или ты решил после него подружиться и со мной? Запомни второй молодой господин Лань, я никогда не стану заменой Вэй Усяну. Я не такой как он, дружба со мной может закончиться плохо. Как это случилось с твоим братом. — всё же он не выдержал, кажется, теперь он станет ненавидеть Лань Хуаня. В классе уже собирались все, даже Лань Цижэнь явился, ему искренно нравился наследник Цзян, и он вчера видел каким подавленным выглядел Цзян Ваньинь и услышав причастность к этому своего старшего племянника, устроил ему допрос, в конце узнав, что наследник Цзян признался в своих чувствах к его старшему племяннику, а тот отказал ему. Как он тогда злился на своего племянника. И сейчас услышав, как его младший племянник хочет подружиться с Цзян Ваньинем не стал вмешиваться и хотел узнать сможет ли Лань Чжань добиться своего. — Я. НЕ. МОЙ. БРАТ. Я не ищу выгоду, подружившись с тобой, Ваньинь. И я не хочу, чтобы ты стал для меня заменой Вэй Усяну. Потому что, я не был его другом. Он всегда нарушал мои правила, вечно дразнил меня со своими поступками, доводил до бешенства. Я с начала учебного года хотел подружиться с тобой. Всегда замечал, что ты спасал своего брата от моего наказания. Ты особенный, но никогда не замечаешь этого. Даже моему дяде ты нравишься. Для него ты прилежный и хороший ученик. Я хочу, чтобы такой человек как ты был моим другом. — всё, он впервые так много говорил, даже сам удивился, и стал ждать ответа Ваньина. Цзян Чэн стоял как громом поражённый, он впервые услышал, как второй нефрит говорил много слов. И услышав, как тот назвал его особенным растерялся и кончики его ушей покраснели. — Я… хорошо, но, если в будущем будешь жалеть, я надеру тебе задницу. — и выдернув свою руку из хватки повернулся назад чтобы сесть на своё место, но увидел стоящих на выходе учеников и Лань Цижэня и теперь вся его лицо покраснело. Все услышали их разговор, господи, какой стыд. Присев на своё место закрыл лицо одной рукой. Лань Цижэнь в душе был рад, что его младший племянник добился своего. — Кхм, давайте начнём наш урок. — сказал Лань Цижэнь когда все ученики сели на свои места. Не Хуайсан смотря на всё это, в душе появилось сомнение. Он обязан сделать всё что в его силах, чтобы его брат и Цзян-сюн были вместе. Ему кажется, что соперником его брата будет второй нефрит ордена Лань.

***

Последующие месяцы Цзян Чэн каждый день после уроков тренировался с главой Не, их отношение улучшался от наставника и ученика до друзей и после они начали реагировать друг на друга по-другому. Отношение Цзян Чэна со вторым нефритом Лань стали дружескими. Он сам всё ещё не мог поверить, что подружился с ним. Цзян Чэн уже давно себе признался, что влюбился в главу Не. Это влюбленность не было похожим с его влюбленностью к первому нефриту. Да, теперь он стал называть его первым нефритом Лань, и от их дружбы не осталось и следа. Лань Сичэнь пытался с ним поговорить и вернуть их дружбу, но сам Цзян Чэн не горел желанием снова подружиться с ним. Он осознал свои чувства к главе Не месяц назад до окончания их учебного года. Оставался три дня до возвращения приезжих учеников в свои ордена, и сегодня Цзян Чэн решил рассказать всё к главе Не, будь что будет. Если и в этот раз его чувства не примут, то он навеки закроет своё сердце любому. Не Минцзюэ проклинал своего брата, иначе как объяснить, что он правда безумно влюбился в наследника Цзян? Как ему теперь быть? Нравиться ли он ему? С каждой их встречи он чувствовал прилив тепла. Он приручил Ваньина называть его Мин-гэ или Минцзюэ-гэ. И каждый раз слыша «Мин-гэ» из его уст, чувствовал, как теряет контроль над своими руками, чтобы больше касаться. Иногда в его голову лезли мысли о том, как бы попробовать вкус губ Цзян Ваньина. Ох, как он тогда еле сдерживался, просто словами не описать. Остался три дня до ухода Ваньина, и он искренно надеялся, что их общение не прекратятся. Если нужно он сам будет каждый день посещать Пристань Лотоса и плевать ему на Цзян Фэньмэня, как раз выскажет ему то, что он о нём думает, если тот хоть слова скажет на счёт посещение ордена Цзян. Сегодняшний день. Цзян Чэн направлялся в сторону тренировочной площадки ордена Гусу Лань, зная, что Мин-гэ его уже ждёт. И был прав увидев главу Не, подходя поклонился, как всегда, с уважением. — Мин-гэ, я хотел бы поговорить с тобой. Можем ли мы пропустить сегодняшнюю тренировку? — Если это очень важно для тебя? — Да, это для меня важно. — Хорошо, тогда пойдём в мою комнату. Не возражаешь? — Нет, всё в порядке. И они вдвоём отправились в покои главы Не. Через кэ спустя уже сидели друг против друга. — Мин-гэ, я… То, что я сейчас расскажу, может быть, для тебя даже противным, но я хочу, чтобы ты выслушал меня до конца. — Я слушаю, Ваньинь. Что бы это ни было, мы может найти решение вместе. — Хорошо. Я понимаю, что с нашей первой встречи прошло не так много времени. Но я уверен в том, что я чувствую. Я… я люблю тебя, Не Минцзюэ. Это чувство не такое, как тогда, когда я был влюблён в Лань Сичэня. Я признаю, что тогда мне было очень больно, но после проводя с тобой время я понял, что, моя любовь к нему было лишь симпатией или лёгкой влюблённостью. Проводя время вместе с тобой, я узнавал твои хорошие и плохие стороны. Ты был временами грубым и в тоже время очень милым, особенно когда был неуклюжим с некоторыми вещами. Мне нравится твоя честность и твёрдость в решениях проблем, которые иногда возникали во мне. И самое главное твоя улыбка, потому что, когда ты искренно мне улыбался, у тебя появлялись ямочки на щеках, и ты тогда выглядел очень очаровательным и милым. Мне было легко и просто, когда я находился рядом с тобой, я даже с первой нашей встречи чувствовал, что могу доверять тебе и я никогда не мог лгать тебе. Я, с одной стороны, благодарен, что Лань Сичэнь отказал мне, потому что я бы тогда не столкнулся бы с тобой и мы с тобой не познакомились бы. И я не был бы влюблён в тебя, Мин-гэ. — и закончив свою речь поднял взгляд на человека напротив. Не Минцзюэ не мог поверить, что его чувства взаимны. И не теряя ни минуты встав со своего места присел рядом с Цзян Чэном и подняв одну руку мягко положил на щёки Цзяна и сразу поцеловал его. Цзян Чэн думал, что Не Минцзюэ встав со своего места уйдёт, но он присел рядом с ним и прижался к его губам нежным поцелуем. Не Минцзюэ отстранившись прошептал: — Я тоже люблю тебя, А-Чэн. Безумно люблю. — Правда? — с дрожащим голосом спросил Цзян Чэн. — Люблю тебя, лотос. Я думал, ты ничего ко мне не чувствуешь. Но я рад что ты рассказал мне, безумно рад. — и снова прижался к губам напротив, глубоко целуя. Когда стало не хватать воздуха, немного отстранился и прижался губами к шее любимого. Любимого? Да, теперь Цзян Чэн принадлежит ему, он никогда не отдаст его другому. — А-Чэн, ты не против если мы…? — отстранившись спросил Не Минцзюэ, глядя прямо в эти грозовые глаза напротив. — Нет, я согласен. После буду вспоминать до следующей встречи с тобой. И Не Минцзюэ снова поцеловал его, руками снимая пояс верхнего ханьфу Цзян Чэна. После начал стягивать с тела любимого следующий комплект одежды, когда дошел до пояса нижнего халата, его руку прихватили и он с вопросом на глазах отстранился от шеи лотоса смотря на его глаза. — Может, в кровать? — робко спросил Цзян Чэн, с румянцем на щеках. Не Минцзюэ мягко улыбнувшись, поцеловал обе его щеки. После, сразу поднял своего лотоса на руки, тот вскрикнул: — Мин-гэ! — Я здесь, сердце моё. — поцеловав макушку любимого, ответил. — Ты… — его лицо было ярко красным, он чувствовал, что так и есть. — Да дорогой? — М-можешь поставить заглушающий талисман на дверь? Я не хочу, чтобы кто-то услышал, и прибежал сюда. — отведя взгляд в сторону сказал Цзян Чэн. — Хорошо, любимый. — и положив Цзян Чэна на кровать направился в сторону двери прихватив с мешочка Цянькунь талисман, через минуту вернулся к своему сокровище. Цзян Чэн неловко лежал думая, как будет происходить между ними с-секс. Очевидно, что он принимающая сторона и от этого было ужасно смущающее. Он заметил, как рядом прогнулась кровать и через секунду перед его взором появился лицо главы Не. — А-Чэн, я спрашиваю последний раз. Ты действительно хочешь меня? — ничуть не смущаясь своего слова спросил Не Минцзюэ, внимательно глядя в грозовые глаза любимого. — Д-да. Я… я хочу тебя, Минцзюэ. — и неловко обнял другого за шею смотря в глаза. — Сердце моё. — и не выдержав снова поцеловал лотоса, в этот раз с жаром усугубляя поцелуй. После с поцелуями спустился к шее другого, целуя и оставляя красные отметины, чтобы все знали, что наследник Цзян только его. С одной рукой проведя с шеи вниз ухватился за пояс нижнего халата и резко дёрнув распахнул одежду и приподнялся чтобы посмотреть тело любимого. — А-Чэн, ты прекрасен. — проводя ладонью по груди до пупка. И не теряя ни минуты взял в рот один из его сосков, а вторую трогал пальцами, и впервые услышал стон любимого. — А-Цзюээ… — простонал он имя главы Не, он не знал, что таким способом можно доставлять удовольствие. После с поцелуями поднявшись вверх приник к губам лотоса и одной рукой сжал член любимого через ткань и был доволен услышав приглушенный его губами стон. Отстранившись, с двумя руками потянул штаны другого, окончательно оставляя его нагим. Цзян Чэн, почувствовав, как с него сняли штаны, руками прикрыл своё достоинство, краснея до кончиков волос. — Сердце моё, нет нужды меня смущаться. — и убрал руки Цзян Чэна, открывая на свой взор полу вставший член другого. После целуя спустился с груди до живота и недолго думая, взял в рот член любимого. Тот вскрикнул. — А-Цзюэ! Это… — не смог продолжить Цзян Чэн, как почувствовал на своём члене язык другого и напрочь забыл то, что хотел сказать. Не Минцзюэ посасывая член любимого начал двигать головой вверх и вниз, доставляя удовольствие своему маленькому партнёру в этих делах. Через несколько минут почувствовал по очень твёрдому члену лотоса, что тот сейчас кончит и не отстраняясь пару раз двигал вверх и вниз головой по твёрдому члену, как в его горло выстрелил сперма возлюбленного. Сам Цзян Чэн громким стоном кончил и только через минуту понял, что он выстрелил прямо в горло Мин-гэ и с испугом посмотрел на него, тот взял и проглотил его сперму, и Цзян Чэн видя это тараторил: — А-Цзюэ, ты… з-зачем? — В этом нет ничего постыдного, мой лотос. — вытерев влажные губы ответил Не Минцзюэ. — Ты… почему всё ещё в одежде? — спросил Цзян Чэн чтобы перевести тему. — Сейчас… — и встав с кровати начал снимать свои одежды, думая, что его лотос точно испугается от размера его члена, потому что тот ещё вдобавок стоял колом от возбуждения. Сняв с себя полностью верхнюю одежду, приступил к развязке штанов. Отмечая, что Цзян Чэн не отрываясь смотрел на него и довольно улыбнувшись наконец снял с себя последний комплект одежды. Посмотрев на своего лотоса, заметил, что тот пристально смотрит на его член и услышал, как он громко сглотнул. Цзян Чэн, смотря как раздевается его любимый ещё больше влюблялся в это божественное тело. Когда тот снял с себя штаны, он увидел большой стоящий возбуждённый член. И подумал, если этот член в него войдёт, то точно порвёт его бедную хризантему. — А-Цзюэ, мне кажется, твой дружок в меня не войдёт. — и издал нервный смех. — А-Чэн, ты мне доверяешь? — присев рядом на кровать спросил Не Минцзюэ. — Я… да, доверяю. — Тогда ни о чём не волнуйся, я никогда не причиню тебе вреда, тем более таким способом. — Но, твой слишком большой, как оно… — А-Чэн, не бойся. Я доставлю тебе такое удовольствие, что ты будешь просить у меня ещё. — прошептал он на ухо любимого, после прикусив мочку. — Ты… бесстыдник! — ярко покраснев вскрикнул. Не Минцзюэ встав с кровати подошёл к своей одежде и найдя там мешочек Цянькунь, вытащил из него мазь для ран и обратно вернулся к лежащему на кровати любимому, поставив рядом с ним баночку с мазью. — Эм, а это для чего? — непонимающе уставился на возлюбленного Цзян Чэн. — Чтобы было легко вставить в тебя мой член, сердце моё. — с усмешкой прямо ответил он, умиляясь незнании своего маленького лотоса. — Ты?! — Цзян Чэн не знал куда ему спрятаться от слов этого бесстыдника. — Я здесь, любимый. — сверху наваливаясь на своего лотоса всем телом, прошептал прямо в губы Не Минцзюэ, после поцеловав. Глава Не целовал своего лотоса везде, не оставляя ни одного миллиметра на груди и шее любимого. — А-Чэн, я сперва подготовлю тебя пальцами, хорошо? — беря в руки мазь и обмакнув в него свои пальцы, спросил Не Минцзюэ. — Угу. — тихо кивнул головой Цзян Чэн. После Не Минцзюэ целуя любимого, осторожно прикоснулся пальцами к его дырочке, водя круги с массажными движениями. Спустя немного времени, проникнув внутрь одним пальцем. — Аах… — простонал Цзян Чэн. — Доверься мне, А-Чэн. Расслабься. — поцеловав того в ключицу прошептал Не Минцзюэ. Несколько минут спустя, вставил ещё один палец. — Как ты себя чувствуешь, сердце моё? — Я в порядке, но это так непривычно. — Я правда у тебя первый, А-Чэн? — Конечно, я даже с женщиной ещё не лёг в постель, не говоря уже с мужчиной. — смущаясь тихо признался Цзян Чэн. — Ох, любовь моя. Это такая честь для меня. — и поцеловал того за красную щёку. Некоторое время спустя внутри Цзян Чэна уже находился четыре пальца любимого, и он так возбудился от этих пальцев и кажется, когда почувствует в себе большой член другого сразу кончит. — А-Цзюэ, ааах… я готов. Войди в меня уже… — постанывая озвучил Цзян Чэн. — Уверен? — серьёзно спросил Не Минцзюэ. — Да, уверен. Трахни меня, А-Цзюэ. — обняв того за шею громко проговорил Цзян Чэн. — Чёрт, А-Чэн. — выругался Не Минцзюэ за такое вульгарное предложение. После вынув пальцы из горячего нутра, приставил свой член, осторожно проникая головкой внутрь, и услышал громкий стон любимого. — А-Чэн, всё в порядке? — посмотрев на Цзяна спросил Не Минцзюэ. — Даа… — простонал он. Не Минцзюэ проник дальше, входя своим членом наполовину, и сразу остановился, услышав стон боли и посмотрел на Цзян Чэна, у того из глаз потекли слёзы и он, потянувшись к его лицу лизнул щёку. — А-Чэн, тебе слишком больно? Мне прекратить? — прижавшись к его лбу своим, обеспокоенно спросил Не Минцзюэ. — Н-нет. Только дай мне немного времени, чтобы привыкнуть, хорошо? — поглаживая лицо любимого обеими ладонями, ответил Цзян Чэн. — Конечно, дорогой. — поцеловав по очереди его ладони сказал Не Минцзюэ. — Ты полностью зашёл? — Только наполовину. — тише ответил Не Минцзюэ. — Наполовину?! — воскликнул Цзян Чэн, удивляясь. — Мгм. — Ох, значит ты меня сегодня точно порвёшь да? — с улыбкой на лице спросил Цзян Чэн. — Я буду осторожным, А-Чэн. — пробубнил как ребёнок Не Минцзюэ. — Безумно люблю тебя, А-Цзюэ. Спасибо что появился в моей жизни, любимый. — прижимаясь к его лбу с мягкой и любящей улыбкой озвучил Цзян Чэн. — Тебе спасибо, лотос. За то что полюбил такого человека как я. — Ты замечательный, А-Цзюэ. И входи в меня полностью уже. И Не Минцзюэ издав смешок, начал дальше входить. Когда наконец-то вошел внутрь полностью, вздохнув посмотрел на любимого. — Ты как, А-Чэн? — Всё хорошо, только дай минуту чтобы отдышаться. После спустя несколько минут, ответил Цзян Чэн: — Начинай двигаться, А-Цзюэ. И Не Минцзюэ осторожно начал двигаться, после двух толчков остановившись спросил: — Тебе не больно, А-Чэн? — Н-нет, не больно. Я чувствую себя крайне заполненным, это так странно. — Скоро ты привыкнешь, и будешь получать удовольствия, от моего члена внутри тебя. — Ты! Не Минцзюэ не дав ему возмущаться, начал вновь двигаться, сперва медленно и посмотрев, что с его любимым всё в порядке постепенно начал добавлять темп. — Ааах… А-Цзюэ… г-глубже… — простонал Цзян Чэн, начиная чувствовать удовольствие, в начале было немного больно, но после боль сменилась с удовольствием. И кто он чтобы не выполнять просьбу своего любимого? Начав глубже проникать в своего лотоса, чувствуя как вход его любимого расширяется от размера его члена и через минуту уже мог легко входить и выходить полностью. Теперь начав добавлять немного грубости и более быстрых толчков, он входил жёстче. — Аааах… ах… А-Цзюэ… — стонал Цзян Чэн от большого члена любимого, получая незабываемые ощущения. — А-Чэн… в тебе так хорошо… ооох. — Не Минцзюэ сам стонал вместе с Цзян Чэном, от тугости его лотоса. Через время спустя он перевернул своего любимого на живот и согнув его колени снова с рывком вошел, вырывая у лотоса вскрик. — А! Аааах… В самом деле, они, начав в полдень заниматься с сексом, закончили только в час двенадцать ночи, даже не услышали гонг в девять вечера. Не Минцзюэ брал своего любимого на разных ракурсах, даже сбился со счёта сколько раз кончил во внутрь своего А-Чэна. Когда всё закончилось, его любовь сразу уснул и он, помыв его и себя в воде в которым всегда заранее до тренировки подготавливал, мысленно поблагодарил себя, после поменяв постельное бельё лёг, обнимая своего лотоса и через минуту уже мирно посапывал.

***

На следующий день просыпаясь Цзян Чэн понял, что проспал последний урок, потому что он проспал до обеда. Также заметив, что его любимый тоже спит осторожно поднял голову и глядел на расслабленное во сне лицо, мягко улыбаясь. — Добрый день, любимый. — погладив по лицу Не Минцзюэ, проговорил Цзян Чэн. — А-Чэн. — открыв сонные глаза посмотрел на любимого Не Минцзюэ. — Просыпайся соня. — поцеловав другого за щёку ответил Цзян Чэн, пытавшись сесть на кровати, но громко зашипев, лёг обратно. Не Минцзюэ сразу сел, услышав стон боли любимого, обеспокоенно смотря на него. — А-Чэн? — Поясница. — Ох, кажется, я вчера слегка постарался. — Слегка? А-Цзюэ, ты знаешь, сколько заходов мы с тобой занимались с сексом? — Нет? Я не помню. — Грёбанных, десять раз! Я думал, у меня порвётся одно место и сломается позвоночник. — Десять? — Да, я посчитал до конца и после вырубился. — Я вроде не слышал, что тебе не понравилось. — Конечно, мне понравилось. Но это было слишком для первого раза, и я не хотел, чтобы ты остановливался. — последние слова тише сказал Цзян Чэн, смутившись. Ему правда очень понравилось, не прочь был бы повторить, но только через неделю или две. — Мне тоже, А-Чэн. — улыбнувшись он прижал к себе своего смущенного лотоса. Через кэ спустя они помылись на воде с бочкой, которого Не Минцзюэ попросил у адептов. Не Минцзюэ всегда хотел узнать возраст А-Чэна, и посчитав что спросить сейчас будет уместным задал: — А-Чэн, я, кстати, до сих пор не знаю твой возраст. Сколько тебе лет? — Ээ… Ты только не злись... но мне шестнадцать. — Что?! Ты же всё ещё ребёнок! Что я наделал?! — схватившись за голову присел он на кровать. — А-Цзюэ?! Ты ни в чём не виноват. Помнишь, я сам дал согласие. Поэтому не вини себя, прошу. — присев на пол напротив него схватил руки любимого, убирая из головы. — А-Чэн, но ты же ребёнок. Тебе шестнадцать лет, а я вынудил тебя на секс и ещё живого места не оставил в твоём теле, господи. — сокрушался Не Минцзюэ, виня себя. — Нет, А-Цзюэ. Если даже мой возраст шестнадцать, но благодаря тебе, я стал сильнее чем прежде. И ты не вынуждал меня на секс, я сам этого хотел. — Но ты же совсем маленький для такого как я. — А-Цзюэ, для меня главное чувства, не возраст. Я люблю тебя, и буду любить до самой моей смерти. Ты моё дыхание, мой мир, ты всё что у меня есть для меня самого. Если ты покинешь этот мир, то я последую за тобой. — прижимаясь к его лбу своим проговорил Цзян Чэн. — Нет, ты не умрёшь вместе со мной, А-Чэн. Обещай. — Нет. — Обещай?! — Нет! — А-Чэн, в моём клане никто ещё не доживал до старости. Из-за искажения ци, мы умираем рано. Поэтому я не хочу, чтобы ты умер в молодом возрасте. — Послушай, А-Цзюэ. Ты стал моим миром, ты моя жизнь. Если я потеряю тебя, то я тоже не буду существовать в мире, которого нет тебя. Я не позволю никому разлучить нас, даже самой смерти. Я найду способ избежать твоей смерти, а если нет, то так тому и быть, умру вместе с тобой. — А-Чэн… — Нет, даже не проси дать обещания. И Не Минцзюэ обняв своего лотоса, посадил на свои колени, крепко прижимая к себе. После они, приведя себя в порядок вместе вышли из покоев. Разделившись на полпути. Когда он приблизился к трапезной его встретил взволнованный Лань Чжань. — Цзян Чэн, где ты был? Мы всеми адептами ордена и дядей искали тебя и главу Не. — Ох, я забыл предупредить вас, о том, что мы с главой Не отправились на охоту и вернулись только недавно. — соврал Цзян Чэн. — Мгм, я так и скажу дяде. Ещё сегодня прибудет глава ордена Цзян, чтобы обсудить с дядей о делах ордена. — Тц, конечно. Зачем ему родной сын? Как всегда. — скрещивая руки на груди ответил Цзян Чэн, раздражённо хмурясь. — Цзян Чэн. — Идём лучше пообедаем. Я ужасно голоден, покорми меня, Лань Чжань. — широко улыбаясь озвучил Цзян Чэн, показывая смешные жесты руками. Лань Чжань, смотря на него мягко улыбнулся, и повернувшись отправился в сторону трапезной, зная что Цзян Чэн последует за ним. — Лань Чжань, тебе идёт улыбка. Поэтому улыбайся почаще, воот так. — остановив того, пальцами растянул губы нефрита в подобие улыбки. — Так выглядишь красивым. — Мгм. — Лань Чжань так хотел поцеловать его, но не мог, он уже догадывался что Цзян Чэн с главой Не в непростых отношениях. Ему было так больно от осознания, того, что Цзян Чэн неравнодушен к главе Не. Он мог только, грустно улыбаться ему и дорожить их дружбой, вот и всё, больше ничего, он не мог прижать его к себе, целовать его каждый день. И Лань Чжань сам не заметил, как его глаза остекленели и потекла одинокая слеза, Но Цзян Чэн заметил его грустные глаза и улыбку, также одинокую слезу, не долго думая положил свои ладони на его лицо, обеспокоенно смотря на него: — Лань Чжань? Что с тобой? — Я… я в порядке. — хотел было отстраниться Лань Чжань, но почувствовал, что тот не отпускает его, прижимая ладони к его лицу. И вздохнув закрыл глаза и в ответ прижался к одной из ладони щекой. — Лань Чжань, почему ты такой грустный? Тебя кто-то обидел? Расскажи мне, и я покажу этому человеку. — Я… я… обними меня, пожалуйста. — прошептал Лань Чжань изо всех сил сдерживая себя, чтобы не заплакать. — Ох, конечно. — и Цзян Чэн обнял его, прижимая к себе, спрятав его голову у себя на изгибе шеи и плеча. Это стало последней каплей, и Лань Чжань крепко вцепившись к Ваньину, тихо заплакал вздрагивая и с жадностью вдыхал запах А-Чэна, навсегда запоминая его в своих мыслях. — Я всегда рядом с тобой, Лань Чжань. Ты всегда можешь положиться на меня. Я никогда не брошу тебя, понимаешь? — тот слегка кивнул, и Цзян Чэн мягко улыбнулся. — Мгм. — Вы ещё такой ребёнок, второй нефрит Лань. Хочешь, я буду твоим защитником в этом жестоком мире?Ты наверно думаешь мои слова пустой звук, да? Лань Чжань слегка покачал головой в своём положении. — Значит, мы договорились? — Мгм. — наконец отстранившись кивнул младший Лань. — Хорошо, больше не грусти Лань Чжань. — погладив того по голове ответил Цзян Чэн. — Мгм. — Тогда, идём, ты теперь должен покормить меня, потому что я потратил на тебя свою маленькую энергию. И теперь я очень голоден. — Хорошо. А-Чэн, спасибо за то, что стал моим другом. — Не за что, к тому же ты тоже стал для меня близким человеком. Кто бы мог подумать. Если Вэй Усянь узнает, наверно упадёт в обморок, как думаешь? Лань Чжань, как всегда делал А-Чэн, закатил глаза, наконец двинувшись в сторону трапезной. — Эй, Лань Чжань?! Второй нефрит Лань?! Ты мне не ответил, подожди меня?! — и догоняв юношу в белых одеждах, приобнял за плечи. Дальше говоря на разных темах.