Если он отвернется

      Если он… «Ох, нет. Лучше отвернись, не смотри на меня так.» И с чего Маринетт вдруг решила, что если Адриан отведет взгляд, это будет худшим из вариантов развития событий? Почему-то она не могла себе представить, как он морщится в ответ на ее признание, усмехается и отгоняет одну лишь мысль, что они могут быть вместе. Это же ее Котенок. Ее верный напарник, незаменимый, преданный, неидеальный, но такой родной. Это же Адриан. Самый добрый, понимающий и честный человек, из всех, кого ей когда-либо доводилось знать. Ей посчастливилось стать его другом. И хоть Маринетт уже и не надеялась стать его девушкой, так жестко отшить ее Адриан не сможет. Это просто не в его характере. А сделать больно своей Леди он тем более не осмелится.       Эти мысли чуть успокоили Маринетт. И раз уж Адриан молчал, то она ответит за него.       – Наша дружба для меня очень много значит. Я не хотела ничего портить, но слишком давно держала это в себе.       Адриан, открывший было рот, смущенно улыбнулся, но тут же напустил на себя серьезный вид. Он вскользь бросил взгляд на ночной Париж и снова уставился на Маринетт, продолжавшей свою речь.       – Можем мы просто забыть об этом? В смысле, забыть конечно не получится, то есть…       – Маринетт…       – …никто ведь еще не изобрел стиратель памяти. Я имела в виду притвориться, что сегодня ничего не произошло. Нет, постой, сегодня много чего произошло хорошего.       – Маринетт.       – Фильм был действительно интересным, вряд ли ты захочешь его забыть, только если тот момент, где черного кота сбивает автобус.       – Маринетт.       – Я больше не буду тебя целовать… то есть доставать своими чувствами. Хотя и целовать тоже, естественно, не буду, мы никогда…       – Маринетт!       Адриан сжал ее плечи и заставил посмотреть ему в глаза.       – Ты ждала столько лет. Не могла подождать еще пару минут?       Маринетт потеряла дар речи. Она и сама задавала себе этот вопрос, но услышать его из уст Адриана – совершенно другое дело.       – Что бы это изменило?       – Я бы собрался с духом.       Они соприкоснулись лбами, и Адриан несмело улыбнулся, ожидая, пока Маринетт осознает наконец смысл сказанных им слов.       – Ты тоже любишь меня?       – Да, – Адриан отстранился, а его руки перекочевали к ладоням Маринетт. – Я же столько раз давал тебе это понять.       – Коту Нуару нравилась Ледибаг.       – Ты и есть Ледибаг. Забыла? Да и я говорю о том, что было уже после раскрытия.       Маринетт еще пару минут обдумывала сказанное, пытаясь найти в воспоминаниях подтверждение, но мысли играли с ней злую шутку. Все намеки Адриана она всегда воспринимала, как разыгравшееся воображение. Будто она принимала желаемое за действительное, а как оказалось все наоборот. Внезапно она почувствовала, как в ней закипает злость.       – Собраться с духом? Коту и секунды не нужно было, чтобы отвесить комплимент или пригласить меня на свидание. А теперь ты говоришь, что все это время собирался с духом?!       Адриан растерялся, когда ее теплые пальцы выскользнули из его.       – Ну… Ледибаг никогда не отвечала Коту Нуару взаимностью. А когда ей оказалась ты, вечно избегающая Адриана, я подумал, что мои шансы точно на нуле, – он рвано выдохнул, пытаясь повернуть разговор в прежнее русло. – Каждый раз, когда я называл тебя «моя Леди», у тебя было такое лицо, будто тебе неприятно. И я перестал. Но два года в разлуке дали мне понять, что даже если ты не ответишь мне взаимностью, я обязан признаться тебе. Это было бы честно. И стоя здесь и сейчас я пытался подобрать слова, но ты заговорила первая.       Взгляд Маринетт смягчился. Она облизала пересохшие губы, пытаясь уложить всю свалившуюся в миг правду в голове и как ни странно, картинка идеально сложилась. «Два идиота, – мысленно усмехнулась девушка. – Мы обезумели от страха получить отказ, но совсем не боялись навсегда упустить шанс стать счастливыми вместе.»       – Маринетт?       – Ммм?       – Могу я тебя поцеловать?       Нежная улыбка расцвела на ее губах.       – Если ты уже собрался с духом. Или нужно еще пару лет?       Их счастливый смех раздался в ночной тишине Парижа, а губы слились в первом и таком долгожданном поцелуе. А потом втором и третьем, но кто считает?