Зона А2: Охотничьи игры

      «Виииу–вии… Доб–оброго времени суток, страна! — рвано, с помехами начало тараторить радио. — Сегодняшняя главная новость: взрыв на станции ХХХ, — бодро вещал голос. — Вчера в два часа ночи произошёл взрыв. Полиция просит сохранять спокойствие и уверяет: ФБР проводит тщательное расследование. Если вы находитесь поблизости, то просим вас оставаться дома во время карантина области. Вииу–ккрх…» — после щелчка приёмник окончательно замолк. Большие руки со шрамами и рубцами на грубой коже схватили радио и поставили на верхнюю полку подальше от стойки. — Каждый раз одно и то же, — негодовал мужчина, вытаскивая бутылки рома из тайника. — Говорят, что разберутся — а нетушки! Столько лет уже прошло — а ничего! — Другой мужчина громко ударил уже пустой бутылкой о барную стойку, недовольный такой халатностью. Ёмкость из-под элитного алкоголя, однако, не разбилась. — Вот-вот! — поддержал собрата по несчастью первый. На этом короткий разговор и кончился; тишину разбавляло лишь завывание ветра за окнами и звуки поглощения спиртного.       Вдруг послышался звон ветряных колокольчиков над входной дверью, за которым последовал скрип.       В это пустынное разваливающееся помещение не заходил никто, кроме знакомых хозяина — поэтому появление постороннего человека насторожило мужчину за стойкой.       В дверях показалась фигура, полностью укутанная в одеяния тёмных цветов — лишь часть лица была открыта, что давало возможность увидеть холодные синие глаза. На поясе у человека висела пара ножей, в кобуре виднелся пистолет, а в карманах определённо были заточки или другое колюще-режущее оружие. Почему этот тип зашёл сюда?       Бар снаружи выглядел ещё более удручающим: огромные трещины на стенах и висящая на честном слове вывеска «Стюарт». Пыль, грязь и разбитые окна. Даже сбившийся с дороги наемник посчитал бы, что тут ловить ему нечего, и грустно продолжил бы свой трудный путь.       Давящую на подкорку сознания тишину разбавил вопрос незнакомца: — Хозяин, не найдётся ли рома?       Пока владелец таверны, запоздало кивнув, рыскал по ящикам, второй мужчина исследовал взглядом неизвестного, который так бестактно нарушил покой компании.       «Где-то я его видел!»       Поток мыслей оборванца прервала одна догадка, когда незнакомец вытащил руку из слоёв одежды, чтобы налить ром в маленький исцарапанный стакан.       Метка. Дрожь прошлась по позвоночнику и осела холодом в затылке. Он знал этот знак — рисунок карты треф на внутренней части ладони — клеймо, выжженное на коже тавром. Он быстро распрощался с хозяином и убежал из таверны.       Проследив взглядом за спешившим мужчиной, Джеймс лишь устало выдохнул.       Поднеся к губам своё спасение, он услышал, как что-то зазвонило в кармане его плаща. Тяжело выдохнув, он сжал стакан в руках, чуть его не разбив, и вытащил заклятый телефон. Звонил никто иной как Джонатан Лоуренс — его дражайший брат, которого хотелось послать куда подальше в этот выходной. Приняв факт отмены отдыха, он приложил телефон к уху и с долей цинизма слушал, как его братишка, практически бьющийся в конвульсиях, рассказывал ему последние новости. Бармен с интересом разглядывал прямоугольную штуку, по которой незнакомец с кем-то разговаривал.       Не удивившись длинному монологу об отце, Джеймс чуть не разломил стойку надвое, когда услышал имя — Руслан Иванов.       Из-за малого количества русских в Зоне подобные фамилии встречались крайне редко. Поэтому ошибки быть не могло…       Мгновенно всё остальное ушло на задний план, а перед глазами всплыли воспоминания о человеке с той же фамилией. Найдя в себе силы лишь на твёрдый и холодный вопрос «где он?», Джеймс соскочил с места и вышел из таверны, прихватив с собой недопитую бутылку рома и не забыв за неё заплатить.       Теперь ему отдыха уж точно не видать, ведь все Ивановы любители приключений, а ему всегда приходится их спасать…

***

      Вдоль длинного моста по водной поверхности пробежало нечто, по окраске сливавшееся с окружением.       Существо, напоминавшее человека, но с очень длинными вывернутыми ногами и кожей цвета плесени, в последний миг поднялось над водой и с множеством брызг исчезло во тьме леса. — Держите его! — прокричал на всю округу мужчина, держа в руках винтовку и стоя под лунным светом на мосту. Скудный холодный свет давал возможность рассмотреть его лицо: с множеством морщин и прищуренными карими глазами, зло сверкающими во тьме — он выглядел как злодей из фильмов. Огненно-рыжие волосы, начавшие седеть у корней, стояли дыбом, будто от тока. Повернувшись к отряду, который не исполнял его приказ, он увидел усталость в глазах товарищей и тяжело выдохнул. Всё же гнаться несколько часов за существом, которое, как хамелеон, умеет сливаться с окружением, — задача не из лёгких.       К нему сзади подошёл другой человек в плаще и капюшоне тёмного цвета. — В последнее время проклятых стало слишком много… — разочарованно сказал он, глядя в сторону деревьев. Присутствия твари не ощущалось: похоже, она пошла зализывать раны, значит, опасность миновала. — Ты думаешь, это связано с расколом? — спросил мужчина в накидке, проследив за взглядом рыжего. — Я не могу утверждать что-то, когда даже великие учёные не могут этого понять, — тяжело выдохнул тот, качая головой. — Ты серьёзно им веришь? — в голосе проскакивало недовольство и удивление. Казалось, что под темнотой капюшона человек сузил глаза и внимательно следил за собеседником. — Они последний раз говорили правду полвека назад, — кряхтя и откашливаясь, ответил рыжий. — Хах… если бы… они просто не успевают за временем. — Усмехнувшись ответу, мужчина всё же ушёл, оставив человека с плащом в полном одиночестве.       Рассматривая каждую деталь, он наконец-то выдохнул и, повернувшись, пошёл туда же, куда его собеседник.       Только вот никто не заметил, что из тьмы леса за ними наблюдали маленькие и узкие глаза цвета крови, горящие ненавистью.

***

      Ночь в городе Уиллис была неспокойной. Во тьме по переулкам шастали наёмники и бандиты, улицы были переполнены торговцами, а в домах горел яркий свет, освещая всю округу, из-за чего в уличных фонарях не было необходимости.       В одном из тупиковых переулков этого города-лабиринта стояло два человека. Укутавшись в плащи, они разговаривали о разных вещах. Повидавшие многое за тяжёлую жизнь, они прятались по переулкам от людей в форме Базы Сорок, которые сегодня подозрительно долго «прогуливались» по городу.       Внезапно в их разговор влез третий человек, находившийся на крыше. Спустившись по трубам вниз, он затараторил о том, что вояки ищут сынишку Владимира и хотят начать войну с Охотничьим братством.       На это двое лишь отмахнулись, сказав, что сынок короля давно умер то ли вместе с отцом, то ли вместе с матерью. Да и был ли вообще у них ребёнок? Ответ знали лишь самые приближённые, а точнее те, кто из них выжил — предатели… Поэтому сыну короля стоило оставаться мертвецом для всех.       Бурное обсуждение вскоре превратилось в драку между охотниками, которая быстро закончилась, ведь в переулке появился кто-то ещё.       Силуэт напоминал подростка: довольно высокого, но тощего, как спичка. Он перебирался по крышам и трубам — казалось, за ним кто-то бежал.       Вдруг он спрыгнул со здания под крики за его спиной и оказался в знакомом нам переулке, исчезнув из поля зрения преследователей.       Но и здесь вместо спокойствия он встретился с тремя людьми, судя по одежде — охотниками, которые вовсю дрались. Увидев незнакомца, они взревели, как дикие звери при виде жертвы, и с ножами наперевес побежали на юношу. В последний миг в темноте блеснуло серебро, и охотники замерли на месте, не смея и шелохнуться.       Подросток вытащил из складок одеяний серебряный кулон в виде прямоугольника с вырезанным узором солнца. Покрутив его в руке и показав со всех сторон незнакомцам, он быстро спрятал его. Кивнув на что-то за спиной у компании, он прокричал: «вниз!».       Над их головами просвистели пули, но благодаря смекалке подростка и удаче все успели пригнуться к земле. Прижавшись грудью к холодному бетону, они все ждали ареста или смерти.       Со стороны послышался стук каблуков и трости о бетон. Дойдя до напуганных людей, мужчина снял очки и кивнул солдатам.       На нём был выглаженный белый костюм; взгляд его напоминал замёрзшее озеро: холодный и безразличный, как лёд. На уголках губ и глаз были морщины, напоминавшие об истинном возрасте мужчины, но скрываемые снисходительной улыбкой.       Усмехнувшись, человек учтиво поклонился и поприветствовал важного гостя: — Ну, здравствуй, Руслан Иванов.       На это подросток оскалился и с полными ненависти глазами бросил: — Подонок! — скрежет зубов был слышен всем. — Чёртов обманщик! — Да-да. — На слова юноши мужчина ни капли не обиделся, а лишь кивнул, соглашаясь со всем. — На базу его, живо, — отдал он приказ воякам.       На мальца надели наручники и, плотно обвязав цепями, затащили в чёрный фургон.       Странно, но малец не сопротивлялся; даже было чувство, что он сам протягивал руки, чтобы ему надели наручники.       Пока охотники смотрели вслед, обдумывая произошедшее, фургон всё отдалялся и отдалялся, окончательно исчезая во тьме.       Первый вдруг харкнул кровью и схватился за грудь, которая тупой болью напоминала о метком ударе солдата. Топнув ногой, второй охотник резко заговорил: — Такой кулон был лишь у одного человека! — Его уже забрало ЗМС, — махнул рукой третий, сидя на бетоне с кислой миной. — Вы что, не понимаете?! Мы должны! — продолжал гнуть свою линию второй. — Верно, если бы Владимир узнал об этом, он бы… — кряхтя, медленно говорил первый. — А его здесь нет! — криком перебил последний, после чего, поймав осуждающие взгляды, ушёл.       Оставшись наедине, двое мужчин переглянулись и второй спросил первого: — Мы опять идём спасать чью-то задницу?       На что получил нервный смешок, и язвительный голос ответил: — Да, Генри.

***

      Похоже, перед выходом из города меня вырубили. Последнее воспоминание было связано с угрюмыми лицами военных и слишком уж сильно контрастировавшей улыбающейся мордашкой старика. После чего всё погрузилось во мрак.       Проснулся я уже привязанный цепями и верёвками к металлическому стулу. Казалось, что, кроме моего дыхания, тут нет никаких звуков, из-за чего рваные вдохи казались такими же громкими, как выстрелы из револьвера. В ушах заложило; рой мыслей вдруг сменился на звон — я не мог думать.       В какофонию звуков вторгся чужой, явно звучащий в реальности, а не в голове голос. Сквозь боль приоткрыв веки, я увидел размытое тёмное пятно, которое спустя пару секунд приняло очертания ржавой и старой железной двери. Даже как-то обидно стало… За кого они меня принимают? Тяжело выдохнув и вернув контроль над разумом, я смотрел на неё. Остальная комната была абсолютно белой.       Дверь отворилась. За ней показался силуэт высокого человека. Как только мужчина переступил порог, он громко хлопнул дверью — я удивился, как она не сломалась из-за его необычайной силы. Единственный выход из комнаты оказался отрезан.       Удивление на моём бледном лице исчезло тотчас, когда я понял, кто же зашёл.       Джеймс Лоуренс…       Предатель и лжец в одном лице, трус! А ведь отец когда-то доверял ему… — Руслан Иванов. — Его холодный голос прервал поток моих мыслей.