Инерция

Где-то через неделю Йоджи сообразил, что вроде как… немножко… преследует Шульдиха. Если следить за ним, рыскать вокруг его дома и пытаться залезть в его почту означает «преследовать». Скорей всего, детектив Ямашита назвал бы это именно так. Хорошо, что детектив ни о чем не подозревал. Слежка оказалась развивающим занятием: Йоджи побывал в доселе не виданных им частях Токио, во многие из которых надеялся никогда больше не возвращаться. Поначалу он был уверен: Шульдих нарочно заводит его в такие дебри, чтобы потом смыться – но вскоре засомневался. Однажды у него на глазах Шульдих убил человека. Это случилось в парке Касай Ринкай, возле реки, в сумерках. Поблизости гуляли семейные парочки, играли дети в диснейлендовских ушках Микки Мауса… Шульдих прохаживался по набережной в компании седеющего мужчины средних лет в деловом костюме, а потом достал пистолет и выстрелил ему в лоб. Тело свалилось в воду и камнем пошло ко дну. На следующий день газеты сообщили, что в парке найден труп с полными карманами южноафриканских крюгеррандов. Последнее объясняло, почему он сразу начал тонуть - но вызывало кучу других вопросов, ответов на которые не было, сколько ни таскайся за Шульдихом по злачным местам. Три дня спустя тот зашел в кинотеатр и купил билет на какой-то новый фильм с динозаврами. Йоджи последовал за ним, надеясь, что хоть там Шульдиху не придется никого убивать. Даже в затемненном кинозале его нетрудно было заметить. Он сидел в заднем ряду, почти у самого прохода. С краю оставалось одно свободное место. Йоджи сел. - Привет, - сказал он. – Как дела? - Слушай, я, конечно, красавчик и всё такое, и, очевидно, это был лучший секс в твоей несчастной жизни, но хватит шляться за мной, как… как… - …Хитроумный сексуальный ниндзя, который одевается так стильно, как тебе и не снилось? Шульдих злобно покосился на него: - Заткнись, мать твою. Хитроумный? Ты? Я тебя умоляю… - А кто – ты, что ли? Прихлопнул того парня прямо среди парка. - Никто же не видел. - Я видел! Шульдих закатил глаза: - Потому что я тебе позволил. - Ага, а почему ты мне позволил? И почему ты оставил золото у него в карманах? И почему ты терпишь, что я за тобой шляюсь, если я тебе так надоел? - Терплю? Ты же у нас хитроумный ниндзя. Йоджи промолчал. К чему спорить? - Ты хоть получил мой подарок? - О, да. Потрясающе. Каждую ночь пользуюсь. Йоджи пнул его по щиколотке. Шульдих на секунду замер, разинув рот, а потом ткнул его локтем в ребра: - Черт, да ты чего? - Это ты мне скажи. Ты же телепат. Честно говоря, Йоджи и сам толком не знал, чего это он. Шульдих посмотрел на него. Йоджи почувствовал какой-то знакомый запах. Сначала казалось, это чей-то попкорн с маслом - но когда он потянул носом, аромат изменился. Йоджи удивленно моргнул: - Это ты, да? Я могу унюхать, что ты читаешь мои мысли?! Ничего глупее в жизни не слышал. Шульдих пожал плечами: - Я что, виноват, что ты такой извращенец? Большинство людей слышат звук или ощущают прикосновение. - А на вкус это можно распробовать? - Не твое дело… – Шульдих осекся и нахмурился. – Ты меня не боишься. Йоджи не ответил. Ну да, не боится. - Почему? - Наверно, потому, что у меня в жизни есть вещи и пострашнее. - Ты правда не боишься. Я же могу тебе мозги наизнанку вывернуть. До конца дней будешь валяться в овощном отделе ближайшей больницы. - Ты это сделаешь? - Я могу. А еще могу выложить твоим приятелям-цветочникам все твои грязные тайны. - Они уже знают мою самую грязную тайну. Шульдих озадаченно сдвинул брови. - О том, что я убийца, - пояснил Йоджи. - А, это. Я бы лучше рассказал им, что ты даешь в жопу. - Тебе не кажется, что ты слегка преувеличиваешь? С последнего раза больше месяца прошло. Сидевшая впереди женщина обернулась и недовольно глянула на них. Йоджи вдруг осознал, что фильм уже начался. На экране бронтозавр пожирал какую-то тварь, похожую на саблезубого тигра. - Ого. А я думал, они вегетарианцы. Шульдих по-прежнему смотрел на него, скорее недоуменно, чем рассерженно. - Просто… заткнись и смотри кино, - наконец сказал он. – И не вздумай таскать мои шоколадные палочки. Йоджи не вздумал. Он посидел в темноте, пытаясь следить за событиями на экране, но это оказалось нелегко. Минут через пятнадцать, как раз когда пещерная женщина взлетела верхом на птеродактиле, он наклонился к Шульдиху и прошептал: - Я чувствую, что тупею с каждой минутой. Если досмотрю это до конца, тебе уже не придется возиться с моими мозгами. - Шшш, - оборвал тот. – Мне нравится. - У тебя совершенно отвратный вкус. - Иди на хуй. Йоджи предпочел бы наоборот, но решил придержать язык. Немного выждав, он положил руку Шульдиху на бедро и заскользил ладонью вверх. Он сам не знал, зачем это делает – не то чтобы ему сейчас так сильно хотелось секса – но теребить Шульдиха было забавно. «Нашел время отбросить свои гетеросексуальные предрассудки». Слова сами собой появились у Йоджи в голове, будто его внезапно озарило. Совсем непохоже на то, как бывает, когда их произносят вслух. «Может, мне нравится заниматься этим в кинотеатрах», - подумал он в ответ. Шульдих коротко хохотнул. Женщина в переднем ряду подскочила от неожиданности. «Если хочешь подрочить мне, пока я смотрю кино – валяй. Только не надейся, что я отплачу тем же». Йоджи хотел. Как ни странно, ему даже нравилось трогать твердый выступ у Шульдиха в брюках, чувствуя, как тот отзывается на умелые прикосновения. Зная, как это должно ощущаться. Он, конечно, не телепат, но тоже кое-что может. Вслепую расстегнув пуговицу на ширинке, он дернул вниз язычок молнии. На экране пещерная женщина укачивала младенца под звуки негромкой закадровой музыки. В притихшем кинозале было хорошо слышно, как взвизгнула застежка, и как Шульдих резко втянул воздух, когда Йоджи нащупал член. Трусов под брюками не оказалось. Подумаешь, сюрприз. Член был теплым, гладким и уже твердым. Кожа туго натянулась, открыв головку. Йоджи обвел ее подушечкой пальца, погладил. Неубираемый подлокотник кресла мешал, острым краем врезаясь в локоть. На руке останется синяк. Ну и ладно. Он лизнул ладонь, потом снова обхватил ствол. Шульдих зашипел сквозь зубы и поерзал на сиденье. Йоджи начал дрочить ему, неторопливо, размеренно, больше чтобы подразнить, чем на самом деле дать кончить. Почти полчаса Шульдих терпел медленные осторожные ласки, а потом схватил его за запястье. Йоджи упрямо пытался продолжить, потом рванулся, но Шульдих был сильным – сильнее, чем казался на вид. «Дай мне кончить». «Тогда отпусти мою руку, засранец». - Обойдешься без рук, - шепотом отозвался тот. Будто наяву Йоджи снова увидел во всех подробностях, как Шульдих, не замечаемый никем, отсасывает ему в коридоре школы. Воспоминание или нарочно посланная картинка - но намек был ясен. Он вроде как должен Шульдиху. Да может, и нет в этом ничего страшного… черт, о чем это он думает?! - Это ты мне мозги пудришь? – прошептал он. - Прошу прощения, - ухмыльнулся Шульдих. – Я тут ни при чем. Не моя вина, что тебе внезапно захотелось пососать конец… хотя, наверно, в каком-то смысле именно я увлек тебя на эту скользкую дорожку… Йоджи снова пнул его – гораздо сильней, чем в прошлый раз. Сдавленно вскрикнув, Шульдих сгреб его за волосы и пригнул голову, едва не ткнув носом себе в пах. Йоджи дернулся и замер – во-первых, из опасения, что Шульдих попортит ему шевелюру. А во-вторых, вдруг засомневался, так ли оно противно, как ему всегда казалось. В конце концов, это же просто член, такой же, как у него самого. Не понравится - выплюнет. Шульдих не будет заставлять его… ладно, может, и попытается, но на этот случай есть зубы. Он лизнул головку. Она была теплой, чуть солоноватой, а на самом кончике слегка отдавала горечью. Вроде ничего… Йоджи лизнул еще раз. Пальцы у него в волосах больно сжались. - Пусти, сволочь, - прошипел он, глянув снизу вверх. – И даже не мечтай, что я проглочу. Шульдих усмехнулся и отпустил. - Как тебе будет угод… ох… - выдохнул он, когда Йоджи забрал головку в рот. Неизвестно, было ли это искренне, но прозвучало неплохо. Шульдих замолчал. Время от времени Йоджи украдкой поднимал глаза: тот неотрывно смотрел на экран, вцепившись в подлокотники кресла. Йоджи обхватил член пальцами и сосредоточился на том, чтобы не подавиться, не захлебнуться слюной и не поцарапать зубами чего не надо. Оказалось не так уж легко… тут явно нужен навык. Не то чтобы он собирался приобретать этот навык. И все-таки он, похоже, неплохо справлялся, потому что не прошло и пары минут, как Шульдих кончил. Разумеется, без всякого предупреждения. Вообще-то Йоджи и не рассчитывал, что его предупредят. Шепотом ругаясь, он начал отфыркиваться и отплевываться, но в целом было не так мерзко, как он опасался. Доводилось пробовать кое-что и похуже, когда хотелось произвести впечатление на девушек. Он зашарил по карманам в поисках, чем бы вытереться. Шульдих протянул ему платок. - Благодарю, - одними губами отозвался Йоджи. Как ни странно, фильм еще не кончился. Хотя пещерному человеку, похоже, кранты, если только он не успеет убраться от этого тираннозавра. Йоджи обтер губы и глянул на платок: в уголке виднелся инициал С. Оставалось только надеяться, что платок не принадлежал трупу из парка. Шульдих слегка насупился и казался на удивление серьезным. - Я не заставлял тебя. Даже не подталкивал. Йоджи досадливо закатил глаза: - Ну да, Кудо Йоджи – хуесос. Добровольный. Я уже понял, не обязательно это подчеркивать. - Нет, я в смысле… ладно, забей. Проваливай отсюда, дай кино досмотреть. Йоджи сунул было платок обратно, но Шульдих отмахнулся. - Ладно. Отдам при следующей встрече? - Он не собирался спрашивать, но прозвучало как вопрос. - Как хочешь. Только прекрати за мной таскаться, мать твою. - Шульдих вытащил ручку у Йоджи из куртки и черкнул что-то ему на ладони. Выбравшись из зала (женщина в переднем ряду опять недовольно посмотрела на него), Йоджи купил в киоске газировку. Отхлебнув из банки, задумчиво уставился на руку. Глупо, да? Выслеживать Шульдиха по всему городу, как мишень… придет же такое в голову. И вот результат: минет в кинотеатре и телефонный номер, который всё равно не понадобится. С другой стороны, не в ресторан же приглашать. Еще не хватало. Можно позвонить и сказать: «Слушай, давай трахнемся». Йоджи не собирался звонить. Даже после сегодняшнего, это всё равно что признаться в чем-то… таком. Он зашел в туалет и вымыл руки – так и так надо было помыть. Тер ладонь, пока номер не превратился в мутное синее пятно - но когда вышел, понял, что помнит его. У него всегда была слишком хорошая память на вещи, которые хотелось забыть.