Инерция

Шульдих больше не звонил. Йоджи спохватился не сразу. Он был занят: ходил на миссии, в клубы, обедал с товарищами по команде – а однажды проснулся и понял, что Шульдих уже второй месяц не достает его ни звонками, ни внезапными появлениями… ни чем-либо еще. Незадолго до того Йоджи нашел на тротуаре свой Ролекс, с разбитым стеклом и погнутыми стрелками. Но тогда он счел это мелкой местью, а не знаком окончательного разрыва. Справедливости ради, он тоже не звонил Шульдиху. То есть, разумеется, не звонил. По очевидным причинам. Они же не какая-нибудь там парочка. Шульдих вообще тот еще сукин сын. Йоджи достал мобильник и набрал номер. Механический голос сообщил, что этот телефон больше не обслуживается. Это могло означать, что Шульдих уехал из страны, или зачем-то сменил номер... или нарочно скрывается. Блядь, да что за дела? В конце концов, кто кого преследовал?! Ну, если только ублюдок еще в Японии, ему это даром не пройдет. Для начала Йоджи заглянул в телефонную книгу – просто на всякий случай; никакого Шульдиха (ну и имечко!) там, конечно, не оказалось. И никакого Брэда Кроуфорда тоже. Что ж, у него еще остались знакомые в местном отделении полиции, хотя теперь Йоджи нечасто к ним обращался. Как правило, они не могли сообщить ему ничего такого, что не содержалось бы в досье, которые приносила Манкс. Но тут дело другое, Манкс об этом не расскажешь. Он снова взялся за телефон: - Детектива Ямашиту, пожалуйста. Это Кудо Йоджи. С минуту играла какая-то монотонная поп-музыка, а потом раздался голос Ямашиты: - Чего тебе? - Я тоже рад тебя слышать. Черт, давненько не виделись! - Хочешь, чтобы я тебя пристрелил? Йоджи и вправду обрадовался. Ямашита, вечно злой на весь мир – это было так знакомо, что даже приятно. - Ага, за этим и звоню. Пятница подойдет? - В любое время, в любом месте. - Ты славный парень, Ямашита. Серьезно. Не каждый предложил бы мне такое. Ну да, Шульдих предлагал. А потом исчез нахрен. Не то чтобы Йоджи всерьез мечтал о пуле в лоб, но дело же не в этом. - Так чего ты хочешь, Кудо? - Мне нужен адрес и телефон типа, которого зовут Брэдли Кроуфорд. Или… Шульдих. - Это имя или фамилия? - Если б я знал. Может, вообще псевдоним, как у Мадонны. Только он не такой сексуальный. Тут Йоджи слукавил: Мадонна давно уже не та. Возникла пауза – очевидно, Ямашита записывал имена. - Ладно. Я перезвоню. Не дожидаясь благодарностей, он положил трубку. Спустя несколько часов Йоджи получил е-мейл с адресом и телефоном одного Брэдли Кроуфорда. Дом находился в самом центре финансового района Акасака. Довольно странное место жительства для наемных убийц, но, с другой стороны, они-то могут себе это позволить. Да и потом, вряд ли их нанимают для убийства бедняков – так что работа, можно сказать, в двух шагах от дома. Йоджи поехал на метро, потому что его машину Шульдих видел и мог узнать. Здание оказалось ультрасовременным снаружи и изнутри, всё из стали и стекла. Даже швейцар был облачен в серый костюм, в тон колонне, рядом с которой стоял. Йоджи ослепительно улыбнулся и помахал перед ним просроченной лицензией детектива, с расстояния в несколько шагов смахивавшей на полицейское удостоверение. - Мне бы не хотелось беспокоить ваших постояльцев, - сказал он. Всегда лучше начинать с такого заявления. – Я ищу одного человека. Он иностранец, у него рыжие волосы и синие глаза. Заносчивый, как черт знает кто. Видали такого? - Так это же и есть один из наших постояльцев. Он… гостит у мистера Кроуфорда. Долго уже. – Бедняге швейцару явно не терпелось узнать, потащат ли Шульдиха в тюрьму. Хотя трудно было сказать, опасается он такого развития событий или надеется на него. - Понятно, – сказал Йоджи. – Я просто проверил. Надо убедиться, что наши сведения верны. Во избежание ненужных расспросов он быстро двинулся вперед. Предстояло еще кое-что купить. *** Когда зазвонил дверной звонок, все, кроме Кроуфорда, встрепенулись. Гости у Шварц бывали нечасто. - Кого это принесло? – спросил Наги. Шульдих настороженно прислушался к мыслям стоявшего за дверью человека. - Это посыльный, - сказал он. – Иди открой. - Сам открой. - Ах ты… - Я открою. – Фарфарелло встал, потянулся и убрал нож. - Еб твою, да сиди ты! – Шульдих поднялся и опередил его. – У тебя вон кровь течет опять. Он рванул дверь на себя. В ту же минуту в руки ему пихнули длинную белую коробку: - Распишитесь вот тут, будьте любезны. Он был любезен и расписался. - Что это за хрень? - Цветы. – Посыльный вымученно улыбнулся. – Хорошего дня. Шульдих проверил его еще раз, внимательней. Парень из доставки был уверен, что принес цветы. Шульдих пинком закрыл дверь. Коробка была подозрительно тяжелой. Он хотел тряхнуть ее, но удержался и посмотрел на Кроуфорда: - Эй, она не взорвется, если я открою? Кроуфорд покачал головой, глядя на него с плохо скрываемым весельем. Даже книгу отложил. У Шульдиха появилось нехорошее предчувствие. Может, бомбы там и не было, но крышку он все-таки открывал осторожно. Внутри оказалась дюжина алых роз на длинных стеблях, а между ними – предмет, который и придавал коробке такой вес: искусственный член, черный, размером с полруки, отлитый со всеми подробностями рельефа. Шульдих потыкал член пальцем. Поверхность с выпирающими на ней венами слегка пружинила. Кроуфорд, ублюдок, уже хихикал исподтишка. - Целый день этого ждал, да? – спросил Шульдих. - Ты даже не представляешь, как ждал! - А что это? – поинтересовался Наги, подходя ближе. Шульдих попытался захлопнуть коробку, но не успел. - Ого, - сказал Наги. – Первый раз вижу такой… Он не закончил, но явно подразумевал «такой большой». Шульдиху уже случалось видеть сходные по размерам штуковины, только он никогда еще не получал их с курьерской доставкой. Кто мог прислать такой подарок? Он быстро глянул на Фарфарелло, но тот, казалось, тоже был зачарован видом огромного орудия анального уничтожения, мирно покоящегося среди роз. - А открытка там есть? – спросил он. Открытка нашлась. Она была адресована Шульдиху, что, похоже, никого не удивило. «Дорогой Шульдих, - прочел он. – Надо бы отвечать за свои смертельные угрозы. А вдруг я передумал? Й.» - Кто это «Й»? – поинтересовался Фарфарелло из-за его плеча. Шульдих и не заметил, когда псих успел подобраться так близко. - Не твое собачье дело. - Йоджи Кудо, - сказал Наги. – Бойфренд прислал Шульдиху цветы. - Не просто цветы. – Фарфарелло вытащил дилдо и принялся вертеть его, так что поверхность поблескивала в падающем из окна солнечном свете. – Как думаешь, это предложение? Шульдих выхватил у него игрушку. Не то чтобы она была ему нужна, но Фарфарелло вообще опасно давать что-то в руки. - Это украшение, - решительно заявил он, водрузив дилдо на стеклянную крышку журнального столика. – Оригинальный предмет меблировки. Член торчал посреди стола, слегка покачиваясь из стороны в сторону. - Нет, - сказал Кроуфорд. - Ой, да ладно, Брэд. Разве не прелесть? Кроуфорд не ответил, но Шульдих был просто уверен, что к утру игрушка исчезнет. - Ты заставил меня сменить номер твоего мобильника, - напомнил Наги. – Как он тебя нашел? - А я откуда знаю? - Да и зачем ему тебя искать? Шульдих бросил в него подушкой. Разумеется, она не долетела, но главное - выразить намерение. Фарфарелло осторожно забрал цветы: - Пойду поставлю в воду. Шульдих не успел возразить, потому что подушка вернулась и шмякнула его по голове. Спустя еще несколько минут Наги рассерженно умчался к себе в комнату. К тому времени как Шульдих вышел на кухню, розам уже настал конец. Их отрезанные головки весело покачивались в раковине, полной воды. Ну и ладно. Он никогда раньше не получал цветов и всё равно не знал, что с ними делать. Поставить в вазу у себя в комнате – исключено, выбросить – тоже как-то не годится… - Мило, - сказал Шульдих. - Ты бы позвонил ему, - заметил Фарфарелло. – Мне нравится его чувство юмора. - Ну еще бы. - Как думаешь, это сексуальное приспособление должно означать, что ты его затрахал, или что он собирается затрахать тебя? - Ты бы мне больше нравился тупым, чем таким ебанутым. Фарфарелло ухмыльнулся: - Будь я тупым, ты бы мне тоже больше нравился. - Ты прикончил мои розы. - Хочешь, я и твоего бойфренда прикончу? Шульдих подумал. - Спасибо за предложение, но нет. Сам справлюсь. Он мог бы. Ему бы следовало это сделать. Но почему-то он не был до конца уверен, что сделает.