В Новый год сбываются мечты

31 декабря, без пятнадцати девять. Антон стоит в магазине, где повсюду снуют люди, не успевшие вовремя купить продукты. Мужчины накладывают в огромные продуктовые тележки коньяк и водку, а их жены выставляют их обратно на полки, говоря что-то про пьянство, деньги и здоровый образ жизни; маленькие дети набирают конфет по желанию (такое раз в год, так что можно набрать сразу много); молодые парочки, набирая пива и чипсов, смеялись и выкрикивали какие-то поздравления своим знакомым, да и не знакомым тоже. Телефон разрывался от сообщений, которые усердно писал Сережа, а Антон так же усердно их игнорировал, закидывая продукты в тележку и мечтая, что он проведет этот Новый Год весело. — Так, это, — но Шастун не успел закончить свои рассуждения, по сути, так и не начавши, потому что раздался телефонный звонок, и Антон неохотно полез в карман джинсов, что бы ответить. Звонил Сережа. — Ну, алло, — ответил ему Антон с небольшой издевкой в голосе. — И что, где ты? — смеясь в трубку, спросил его Серый. На заднем фоне были слышны голоса, которые о чем-то увлеченно спорили и громко хохотали. — Мы тебя уже ждем. — Мы? Если ты на новогоднюю ночь заказал девушек, то напомню, что у меня уже сердце занято, что бы спать с кем попало, — хихикнул Антон и продолжил выбирать какую ароматическую свечу ему взять. — Да, кстати, что лучше — корица или имбирь? — Мы — это я, Дима и, — тут он сделал небольшую паузу, — Арсений. Свечки упали на шуршащие пакеты в корзину и скатились на самое дно тележки. — А..Арсений? — с неуверенностью переспросил Антон, и попытался собрать все мысли в кучу. — Угу, — на той стороне трубки послышалось шуршание и стук двери, а голоса стихли. — Слушай, да, неожиданно, конечно, но, это твой шанс! — крикнул Сережа, не надеясь хоть на какую-то ответную реакцию. — И да, корица лучше, — послышались гудки. *** Восемь двадцать. Попов носился по комнате, не зная, что ему надеть, чтобы выглядеть празднично, но в то же время, как всегда нарядиться по последнему писку моды. Они с Димой должны были сегодня встретиться у него и встретить Новый Год вместе. — Да нахуй мне этот праздник?! — крикнул он, плюхнувшись на кровать. — Посижу дома, какой мне смысл идти куда-то? — снова риторический вопрос, который ушел куда-то в пустоту. Зазвонил телефон и Арс взял трубку. — Хочешь, обрадую? — сразу спросил Дима, который явно был рад новости больше, чем сам Арсений. — И тебе привет, — беззлобно ответил ему тот. — Дай отгадаю, ты купил новые елочные игрушки? — Арсений обожал украшать новогоднюю елку, и думал, что лучше уже ничего быть не может. — Мимо, — хитро ответил ему Дима. — Мы отпразднуем этот Новый год с Сережей и Антоном, — он знал, что сейчас будет тишина, и хмыкнул. Арс действительно молчал. Это все, что он сейчас мог сделать. — У тебя все шансы, дурак, не проспи их только, — по-доброму отозвался друг и сбросил трубку, потому что знал, что ответ будет не скоро. Гудки разливались из динамика телефона, а время до встречи постепенно истекало. Оставалось совсем ничего, а Арсений не был еще готов, так что, кое-как собравшись с мыслями, он решил, что же он все-таки наденет, вышел из дома и пошел по улицам, которые были ярко освещены гирляндами, свисающими отовсюду и переливающимися яркими огнями. Легкий морозный ветерок обдувал лицо Арсения и тот немного морщился от покалываний в области щек и лба. *** Антон стоит с пакетом еды в темном подъезде перед квартирой Димы. Сейчас он нажмет звонок, дверь отвориться и он зайдет к ребятам. Шастун встретиться с Арсением взглядом, потом они обнимутся, они же друзья. А жаль, что лишь друзья. Он нажал на звонок и тот громко завизжал, а дверь быстро открылась. На пороге стоял Арсений и улыбался до ушей. — О, кто пришел! С наступающим! — крикнул Арс и широко расставил руки для теплых объятий. — И тебя, — ответил ему Антон, и, перешагнув порог, прижался к его груди. Господи, какое это блаженство! Конечно, они не догадываются, что наслаждение это сразу для двоих, а не только по отдельности, впрочем, до чудного момента осталось совсем немного, но, не будем забегать вперед. Арсений попытался как можно больше наполнить легкие запахом антоновых кудряшек и слегка погладил его по спине. Антон, ощутив его дыхание на своей шее, умиротворенно вздохнул — мечта обняться, наконец, сбылась. — Ну, пойдем, — тихо сказал Арсений, отстранившись от Антона, боясь показаться навязчивым. — Мы там уже наливаем, — ухмыльнулся он, и помог кудрявому парню повесить объемную куртку на крючок. *** Одиннадцать пятьдесят семь. — Дима, включай первый канал, там сейчас будет речь Володи и бой курантов! — смеясь, крикнул Серый, и открыл очередную бутылку шампанского. — Я еще длинный тост сказать хочу, а то как-то не празднично! Все поднялись со своих мест, и, пытаясь сохранить серьезное выражение лица, пока Сережа вспоминал нужные слова, наливали себе очередной бокал алкоголя. — Друзья, — начал уже пьяный Сережа, — я искренне желаю вам в этом году стать еще счастливей и успешней. Завести, может, семью, да и просто, — тут он запнулся, как будто хотел вспомнить какую-то историю, но слова, которые все-таки не шли в голову не дали ему это сделать, и он просто закончил свой «очень длинный» тост. — В Новый Год сбываются мечты. Антон, который был еще достаточно трезвым, но уставшим, и потому плохо воспринимавшим все сказанное Сережей в тот момент как будто проснулся. Последняя сказанная фраза пронзила его, и он невольно посмотрел на Арсения. Он не хотел, это произошло случайно, и был крайне смущен, когда понял, что Арс заметил это, но ничего не сказал, а просто мило улыбнулся. Бой курантов. Раз — все поднимают бокалы; два — кричат друг другу поздравления; три — отхлебывают бодрящего шампанского; четыре — Антон тонет в небесно — голубых глазах Арса, а дальше уже никто ничего не слушал и не считал. *** Двенадцать ноль семь. Антон пошел в туалет, что бы хоть немного отвлечься от тяжелых мыслей, да и просто умыться. Холодный кафель, который был измазан зубной пастой возле раковины и душевые шторки с дельфинами были такими родными и знакомыми, что в сердце начало что-то покалывать от теплых воспоминаний. И тут Антон вспомнил. Вспомнил его глаза… Нет, в них можно тонуть, тонуть вечно, тонуть с удовольствием. Антон хмыкнул, ведь он думал, что он вовсе не мазохист, а выходит, что самый настоящий. Его размышления были прерваны стуком в дверь: — Антох, ты там? — спросил Дима, шурша курткой. — Мы короче на салют пошли, ты идешь? — Вы все идете? — Антон протер прохладной водой лоб и вытер его голубым вафельным полотенцем с китом. — Не… — начал было Сережа, но Дима заткнул ему рот и посмотрел злобным взглядом. Сережа тут же понял, что задумал Дима и хитро ему улыбнулся. — Да, все. Так ты остаешься? — Да, я останусь. Если что, то из окна посмотрю, — хмыкнул Антон, и, взяв телефон, начал проверять все свои соцсети. Дима и Сережа хитро переглянулись, после чего направились на кухню к Арсению. — Арс? — тот оторвался от телефона, — пойдешь с нами на салют? — спросил Дима, после чего добавил, — Мы все идем. — Не, я лучше останусь, посижу, а вы идите, — Арс улыбнулся и продолжил строчить сообщения. Ребята хмыкнули, переглянулись, и пошли обуваться, предварительно дав друг другу пять. — А хитро мы с тобой это придумали, — отозвался Сережа, когда они уже вышли в подъезд, и радостный как ребенок, поспешил на улицу, где народ начал уже собираться, что бы полюбоваться салютом. *** Просидев в туалете еще несколько минут, и убедившись, что ребята ушли Антон вышел из своего убежища. Он тихо прошелся по темному коридору, и, прокатившись в носках по полу, завернул на кухню, что бы еще выпить и приготовиться смотреть салют. — Антон? — удивленно спросил чей-то низкий голос и Шастун резко повернулся назад, да так, что из бокала полетели брызги. — Ты не ушел? — Арс? — еще более удивленно спросил Антон, когда заметил того сидящим на диване. — Я думал, что остался один. — Я до последнего момента тоже так думал, — хихикнул Арсений. — Готов смотреть салют? — Наверное, — ноги слегка подкосились, а слова разбежались. — Он.… Во сколько б-будет? — мелькнула мысль, что это был конец — конец жизни или всего сразу. — Через три минуты, — ответил брюнет, поднимаясь с дивана. Он подошел к окну и стал увлеченно разглядывать людей на улице. — Налей мне еще шампанского, пожалуйста. Антон, который к тому моменту уже немного успокоился, взял его бокал и налил шипящий напиток, и, взяв свой, тоже подошел к окну. — Держи, — в это мгновение их пальцы слегка соприкоснулись, а по телу пробежались мурашки. — Я ведь очень люблю салюты, — добавил он, и почувствовал, что взгляд Арсения остановился на профиле его лица. — Это очень красиво, да и просто весело, — он улыбнулся, и у Арса в голове мелькнула мысль, что он до безумия любит эту кошачью улыбку. За окном послышались грохот, после чего на небе расцвели огромные неоновые цветы. Кто-то от восторга завыл, после чего огромная толпа подхватила, да еще и аплодировать начала. Заиграла какая-то новогодняя песня и все, подтанцовывая, выкрикивали поздравления, обмениваясь бенгальскими огнями и веселясь. Антон, который не мог удерживать всё восхищение и радость в себе и тихо захлопал в ладоши. Он улыбнулся и, вслушиваясь в громкие выстрелы, вовсе не заметил, как взгляд Арсения снова начал изучать такое знакомое лицо, скользя по изящной переносице, спускаясь с этого очаровательного носа на губы и…. Арсений подошел чуть ближе, и, привстав на носочки, и поцеловал своими сухими губами уголок губ Антона. Антон резко повернулся к нему лицом и посмотрел своим кошачьим взглядом, пока по его щеке скользило теплое дыхание Арсения. В какой-то момент брюнет даже начал думать, что ему вообще не стоило это делать, но все его сомнения развеялись, когда Антон жадно впился в его губы, постоянно прикусывая их, а потом вылизывая, как бы извиняясь. Их языки сплелись, а руки удобно расположились на талии и груди. Они целовались до тех пор, пока в легких не закончился воздух, а в глазах не потемнело. — Я тебя люблю, Антош, — нежно прошептал Арсений, заглядывая в зеленый сад напротив. — А я тебя, — так же тихо ответил ему кудрявый. *** Двенадцать тридцать один. Арсений сидит на диване и лазит пальцами в кудряшках на голове Антона, пока тот, обнимая его за талию, и, сложив голову на бедро, умиротворенно сопит, а на лице (даже во сне) светиться улыбка. Арсений заботливо укрыл его своей кофтой, и, поглаживая по голове, внимательно изучая каждый сантиметр любимого человека, улыбался. Дима и Сережа зашли в квартиру, в которой было так тихо, что они невольно начали волноваться, но, быстро успокоились, когда зашли на кухню. — Семейная идиллия, — хихикнул Дима, подталкивая локтем Сережу, указывая на диван. — Ага, — ответил ему Сережа и тихонько побрел в спальню. — И я не хочу ее нарушать. — В Новый год же, сбываются мечты, — добавил Дима, усмехнувшись, и прикрыл дверь.