Я есть Коразон

      Подводка от компании «Марлин» очень стойкая, однако она предназначена для теплых регионов с высокой влажностью. Для Норт Блю все гуру макияжа рекомендуют местных производителей, особенно «БарсКо». Именно ей и пользуюсь, рисуя узор под правым глазом.       С прибытия в Норт Блю прошло больше месяца. С Дозором я рассталась на следующий день и самостоятельно отправилась на Спайдер Майлз. Не знаю, чем кроме огромной свалки, этот остров привлекал Дофламинго. Шляясь по барам, собирая информацию о делах Донкихотов я все чаще начала замечать подозрительные взгляды. Шестерки Дофламинго. Куда же без них. Скорее всего уже успели доложить наверх, что кто-то что-то вынюхивает на острове.       Я знала как это будет. Я морально готовилась к этому с момента отплытия из генштаба. Но знать и делать — две разные вещи.       Прошло чуть больше трёх недель и в один из вечеров в бар, который был более или менее приличным пришел Дофламинго со своей свитой. Мне не надо его видеть, чтобы знать куда он идёт. И нет, дело не в Воле Наблюдения, которую я усердно развиваю, а в звенящем постукивании его ботинок об пол. В шумном баре этот звук должен затеряться на фоне криков, однако Донкихот шел в полнейшей тишине. Видимо местные обитатели боялись его больше чем кары божьей. Хах, хотя он наверняка себя ей и считает.       За время прибывания на Гранд Лайн я заметно окрепла, выросла, и отрастила громоздкие, вьющиеся патлы. Мне нравился их цвет. Эти самые патлы сейчас закрывали моё лицо от брата, который сел за мой полукруглый диванчик напротив. Давно закуренная сигарета тлела. Я не спешила стряхивать пепел или начинать разговор. Дофламинго смотрел на меня и не говорил не слова. На его лице не было привычной улыбки, скорее натянутая ухмылка. Думаю он чувствует себя не очень комфортно. С чего вдруг? Ну я вроде должна быть очень сильно похожа на его покойную сестричку.       — Тебе не кажеться, что копировать чей-то стиль не очень вежливо?       Серьезно? Это его волнует? И вообще, эта шуба слишком удобная, я с ней не расстанусь. Достаю блокнот и пишу ответ:       «Мне можно»       — С чего такая уверенность? — этот чёрт уже успел заказать себе выпить. Оттого при следующих моих действиях он непроизвольно подавился.       Впервые в этой жизни я смотрела в глаза брату. Точнее в почти непроницаемые стекла очков. Пришлось загладить челку, чтобы он рассмотрел моё лицо. Около линии волос виднелся хорошо различимый шрам, про который я уже давно забыла. Про многие шрамы пришлось забыть, ради того, чтобы прямо здесь не прострелить этого ублюдка.       Дофламинго на мгновение застыл. А после залился громогласным хохотом на весь бар. В шоке были все. Даже я, готовая к этому. Сигарета окончательно стлела и убрав руку от челки, я выбросила окурок в пепельницу.       — Я очень рад, что ты жива Росинант.       «Раньше чем ты, не подохну»       — Кажеться за то время что мы не виделись, ты перестала быть тряпкой. Очень этому рад, — он широко улыбнулся, — и что же привело тебя сюда?       «Услышала что ты здесь»       — Как это мило. Тебе что-то надо?       «Делать нечего»       Братец прищурился и окинул меня оценивающим взглядом. В отличае от его «семейки», Дофламинго никогда не подозревал меня в связях с Дозором или другими подрывающими его власть группировками, слишком хорошо он помнил как они с нами обходились. Вот и сейчас, я чувствую на себе сверлящие взгляды двух старших лидеров, которые пришли вместе с братом. Я немного стушевалась.       — Расскажи, чем занималась эти двенадцать лет?       Взгляды Диаманте и Требола исчезли, стоило только Доффи кинуть на них злобный прищур. В баре снова возобновились разговоры. Стало легче дышать.       Открыв новую страницу блокнота начала писать. Ох, горькая моя история о том, как мне удалось уплыть на другой остров, там прибиться в приют и потом работать наемником, благо силушкой богатырской природа не обделила. Мотаясь там и тут услышала о новой проблеме Норт Блю по имени Донкихот Дофламинго и решила навестить любимого братца.       История была ладной и Доффи поверил. Конечно поверил, я ее очень долго выдумывала. Достав пачку огорчённо заметила, что осталась последняя сигарета.       …как иронично…       — Стань членом моей Семьи, — сказал братец под конец моего рассказа. Сидящие неподалеку Диаманте и Требол поперхнулась выпивкой.       Было немного обидно. Он считает своей семьёй каких-то непонятных мужиков с помойки, а не меня. Нет, ну подумать только! Мелкий Дофламинго в окружении двух взрослых мужчин которые от него хотят чего-то незаконного. Ну чем не акт педофилии? Закусив щеку, чтобы случайно не начать говорить, выдерживаю паузу и царапаю в блокноте.       «От такого предложения сложно отказаться»       Мы весь вечер просидели в баре. Дофламинго заказал вина и мы на двоих выпили, бутылок наверное семь. После чего я благополучно отключилась. Проснулась я в знакомо-незнакомой комнате. Здесь я жила и в прошлый раз. Не хватает лишь огромного книжного шкафа, коллекции подводок от «БарсКо» и плотных ночных штор. Я попыталась встать, но закинутая на меня нога не очень этому способствовала.       Этот придурок всегда так делает. Сначала напьется, иногда вместе со мной, потом обязательно надо кого-нибудь убить, ну а после завалиться спать к любимой сестричке под крылышко. Вот же, курица необщипанная!       Собравшись с силами спихиваю трехметровую тушу с себя и многострадального дивана, который облегчённо скрипнул.       — Ай-яй, могла бы и поласковее.

***

      На мой двадцать первый день рождения брат подарил мне… ДВАДЦАТЬ ОДИН КИЛОГРАММ ЗОЛОТА! Я совсем забыла об этом скромном, по мнению Доффи, сюрпризе. Преподнес он мне это при всех членах семьи. Я аж чувствую, как у них задергались глаза и выступили вены на лбу. Оно и ясно. Чудовище в перьях гоняло их последний месяц как сумасшедших и все ради этих киллограмов.       Я от всей души отблагодарила брата устроив ему крепкие объятия с последующим карательным приемом, который провела, когда мы остались наедине. Терять авторитет перед своими подданными Дофламинго не мог, и не позволил бы мне провести пытку над его макушкой.       Время шло и Семья начала окончательно мне доверять. Ну а что? Идеальное исполнение заданий, и отсутствие проблем с моей стороны дали понять всем, что я «верна» их Молодому Господину. Три года в этом крысятнике прошли незаметно. Я вновь обустроила свою комнату, которая, к слову, находилась совсем рядом с братом.       Чтож, стоит немного затронуть отношения с пиратами. Я не пыталась с ними особо контактировать, как и они. Но хочешь не хочешь, а за три года мы нашли общий язык. По крайней мере уровень недоверия понизился. С некоторыми офицерами я даже могла поддерживать беседу.       Все это время я занималась избиением детей.       — И запомните, вы, — воскликнула одна из самых преданных преподовательниц, — вы и никто другой — дозорные! А дозорные, должны быть примером доброты и эталоном справедливости! Должны, да нет, — старая дозорная, вероятно ровесница Сенгоку-сана, резко подтянулась, — обязаны! Защищать слабых, помогать нуждающимся и наказывать негодяев!       Мда, видела бы она меня сейчас. Стою с девочками близняшками, которым самолично сплела волосы вместе и считаю.       Показываю один палец.       Отпускаю девочек, а они не понимают что происходит. Диаманте, сидящий неподалеку злобно посмеивается. Чертов садист-педофил.       Показываю два пальца.       Открываю щеколду на клетке. Сажусь сверху, свесив ноги набок. Под моей задницей, в клетке, скреблись и выли «бешеные» собаки. На лицах рыженьких близняшек промелькнуло осознание.       Показываю три пальца и решетка открывается.       Рыжие быстро сообразили что к чему и спотыкаясь, крича и матеря меня и друг друга пытались встать, но ноги путались и сплетённые волосы не помогали.       Из тени клетки блеснули три пары глаз. Постепенно наружу начали выходить три пса. Близняшки начали паниковать ещё сильнее.       Со стороны Диаманте послышался дикихй хохот. Он смеялся, а вместе с ним подошедшие Махвайз и Лао Джи. Да, повеселила я мужиков.       Близняшки в момент остановились и неверяще уставились на три белых комочка очарования, которые я выпустили из клетки. Маленькие щенки подбежали к белым как смерть девочкам и начали их облизывать, счастливо виляя хвостиками.       — Мда, в прошлый раз спустила бешеного волка. Сдаешь.       Подошедший Дофламинго посмеялся над близняшками, потерявшими сознание после его фразы. Больше мы их не видели.       Были ещё дети. Что только я с ними не делала. Кислотой в них стреляла, и из обычных пистолетов тоже, в лесу оставляла, к Морским Королям кидала ну и так по мелочи. Только вот примерно со мной в одно время пришла и Детка. Что я только с ней не делала, но она осталась. Как и в прошлый раз. И знаете что? Она так восхищённо на меня смотрит, что становиться страшно. Появление второго, как его там зовут, ребенка я прозевала.       — Нервная ты какая-то, — сказал Дофламинго во время очередной нашей пьянки.       Он любил выпить. И пил только хороший, очень хороший алкоголь. Причем каждый раз тянул меня с собой. Ну что за чудо.       Я внимательно его осмотрела. В прошлой жизни я не замечала его «порывов». В первые месяцы не было мне покоя. Этот трехметровый черт постоянно таскал меня с собой. Я ходила с приступами паранойи, думая, что из-за очередного поворота выскочит любимый братец и потащит меня смотреть как он избивает неугодных. Потом он слегка поумерил свой пыли стал вытаскивать только на пьянки.       …есть моменты в моей жизни которые рассказывать не стоит. Каждый раз вспоминая о них, я предпочитаю стереть свою память…       «Нехорошое предчувствие»       — Не переживай, чтобы не случилось, я разберусь.       «Как трогательно. Сейчас расплачусь»       — Фу-фу-фу, какая же ты противная.       «Есть с кого взять пример»       Мне ответили подзатыльник, я в долгу не осталась…       …я честно, нечаянно…       …подожгла шубу Дофламинго.       Бегала я долго и даже не разу не упала. Удивительно. Правда на утро проснулась примотанная к кровати нитями с привычной тяжестью ноги на животе.       Сенгоку-сан, я хочу в Дозор, заберите меня!