Священное сокровище/A Sacred Treasure

Их смех был громким и заразительным, беззаботным, когда он следовал за ними по пляжу. Капитан Джек Воробей, без башенный и печально известный пират, преследовал молодую женщину по низким волнам и песчаным холмам маленького частного острова, который они занимали. Его нисколько не волновало, что от колена и ниже брюки промокли, поскольку его глаза были сосредоточены с целеустремленной внимательностью, которая шокировала бы большинство тех, кто знал его самого. Вместо того чтобы пить и распутничать в одном городе за другим (хотя ему нравилось это делать, когда была возможность), он делился едой, помогал собирать припасы с плодородного острова и наслаждался отдыхом от жестких рамок жизни пирата в бегах. Он обменивался удовлетворенными поцелуями и проводил языком по ее телу на песчаном пляже в тени пальмы, рассказывал ей истории о своих приключениях как на море, так и за его пределами. И, в свою очередь, она рассказала ему о том, как однажды не смогла больше выдерживать давление, быть идеальной, не иметь контроля над своими мыслями и идеями, быть вынужденной выйти замуж за человека, которого она никогда не сможет полюбить. О том, чтобы украсть корабль и уплыть, не взяв с собой ничего, кроме того, что она могла пронести на борт, прежде чем сбежать. Об опасном и сильном шторме, который сбил корабль с курса, о том, как она проснулась и обнаружила, что ее судно благополучно припарковано на острове. Как в первые в жизни почувствовала свободу, никаких правил и предписаний. Она нашла свободу и счастье в старом пирате, который пошел своим путем, а он нашел признание и любовь в женщине, спасающейся от угнетения. Несмотря на все бахвальство и лукавые замечания, ему очень редко удавалось посидеть и расслабиться без каких-либо махинаций, связанных с Тернером, катастрофы эпических масштабов или попытки кого-то убить его. Вместо этого он наслаждался кратким отпуском на отдаленном острове, населенном одним жителем и несколькими животными. Это были покой и расслабление, которых он никогда не осознавал, но жаждал в промежутках между приключениями и опасностями, никогда не испытывал и не ждал так отчаянно, пока его не выбросило на берег пляжа, когда сбросило с корабля во время сильного шторма, теперь, когда Калипсо была освобождена (там всегда казалось, это были мощные, разрушающие корабли штормы, как будто для того, чтобы компенсировать годы порабощения). Он проснулся на довольно удобной кровати (намного лучше, чем любой гамак на его корабле или коврик в борделе), с головой, обмотанной бинтом, и чувствовал и смотрел! - чище, чем у него было за последние годы, как вошла переодетая юная богиня, широко раскрыв глаза от удивления, увидев, что он проснулся и сел. Он хорошо помнит мягкие, сочные завитки волос, окрашенных в цвет крови, обрамляющие ее слегка загорелое лицо с самыми яркими, зелеными, как изумруды, глазами. Это должно было привести к тому, что она суетилась вокруг него, плотно сжав губы от количества шрамов на теле, легкий румянец покрыл ее щеки, когда она не могла не взглянуть на его обнаженную грудь. Прошедшие дни привели к флирту с его стороны и совершенно забывчивой реакции на нее, прежде чем он отбросил осторожность и быстро поцеловал в губы, на его лице отразилось веселье при виде того, как она ошеломленно стояла перед ним. Услышав шепот о том, что это ее первый поцелуй, он разжег в нем собственническую вспышку. Прежде чем он осознал это, через несколько дней они были на песке острова, исследуя тела друг друга. Прошло совсем немного времени после того, как он научил ее всему, что нужно было знать о мужском теле и удовольствии во всей красе, прежде чем почувствоватб безошибочное желание вернуться к морю. Так он и сделал, оставив после себя девушку с волосами красными, как кровь, и глазами, которые сверкали, как изумруды. Он будет возвращаться каждые пару месяцев, и она будет ждать его. Она и несколько животных, которых девушка держала для компании, и ни одной живой души на их частном острове. Он был достаточно мал, чтобы могли обойти весь за один день, но в нем было прекрасное изобилие местных растений и животных. Только через несколько лет Джек посетил остров, чтобы найти другого человека, с которым он был хорошо знаком. Калипсо в своем человеческом обличье, Тиа Далма, сидела в тени кокосовой пальмы и пила чай с девушкой, которая просто улыбнулась ему своей озорной улыбкой, прежде чем представить свою гостью. -Это было бы невежливо, не так ли? Презирать того, кто управляет морем, которое окружает меня? Мы были знакомыми уже несколько лет, хотя ей определенно сейчас легче навещать меня, чем раньше. - Она была единственной, кто приветствует меня. Она уважает меня, но не боится, в отличие от людей моря. Джек Воробей, - слова слетели с сладких губ, когда тревожный взгляд сфокусировался на нем, когда Калипсо проигнорировала его восклицание. - Капитан! Почему все об этом забывают?- с легкостью, которая говорила о многолетней практике. - Судьба выбрала тебя; как это делают многие. Но все же, - ее глаза сузились, - даже судьба не может контролировать Смерть.- Богиня откинулась на спинку стула, делая паузу, чтобы выпить свой чай и оставив одного пирата нервничать в его душе.- Как странно, что она нашла тебя, Джек. Как странно.- Произнеся эти загадочные, последние слова, женщина попрощалась с жителем острова, прежде чем уйти в океан и исчезнуть. Только после еще двух визитов пират понял, что его островная возлюбленная тоже была богиней в человеческом обличье, хотя и рожденной человеком и превратившейся в неё. И, как и Дэви Джонс до него, он не мог отрицать, что любил богиню с кроваво-красными волосами, не тогда, когда та давала ему покой в его дикой природе. Не тогда, когда она смотрела на него с любящей улыбкой и добрыми глазами, ничего не прося взамен, но готовая принять все, что он добровольно предложит. Девушка стала его убежищем, его домом еще до того, как он это осознал. Девушка с глазами цвета изумруда, с волосами цвета крови и улыбкой, способной осветить комнату, украла сердце пирата, и на этот раз капитан Джек Воробей был доволен тем, что у него что-то украли, хотя бы потому, что тоже украл сердце богини любви и острова. И это было сокровище, которое ни один другой пират никогда не смог бы украсть.