Глава 16
21 августа 2022 г., 17:03
Обито и чёрный Зецу стояли в огромном подвале старого убежища Мадары, где находилась Гедо Мазо и клоны белого Зецу. Клонов пока было не так много, как хотелось бы Пейну, лишь несколько тысяч, поскольку для их создания требовалась чакра и немалое количество времени.
– Итак, что случилось? Почему мы здесь? – спросил чёрный.
– Полагаю, ты и сам догадался, – холодно ответил Учиха, складывая печати. Он частично пробудил Гедо, принуждая её открыть рот. Потом приложил руку к полу, и вокруг них образовался барьер в виде большого куба.
– Ублюдок, – прошипел Зецу, догадавшись, что сейчас будет происходить, и он не сможет сбежать сквозь землю. – Как ты посмел? Кем себя возомнил? Ты всего лишь жалкая пешка!
– Чья пешка, Мадары, что ли? – усмехнулся Обито. – Вот только точно Мадары?
– Не думай, что этот жалкий барьер меня остановит! Я легко завладею твоим телом, убью тебя и продолжу начатое.
– Начатое кем?
– Тебе это не положено знать! Сдохни! – чёрный попытался атаковать, однако Учиха легко увернулся.
– Старик хоть и впадал в маразм, но не настолько. И если бы ты действительно был воплощением его воли, ты бы так не говорил.
Зецу злобно прошипел:
– Ты просто мусор! Я подчиняюсь только одному человеку!
– Значит, это не Мадара, – вздохнул Обито, снова складывая печати. – Я так и думал.
– Этот подвал станет твоей могилой! – выкрикнул чёрный, бросаясь на Учиху.
Бой был длинным и напряжённым. Убить чёрного Зецу было не под силу даже Обито, но он и так догадывался об этом. Использовать оружие было бы бесполезно, прикасаться небезопасно, а дзюцу могли его лишь немного затормозить. Поэтому Учиха и привёл чёрного к Гедо Мазо, надеясь хотя бы запечатать. Во время сражения Обито пожалел, что у него было мало пространства для маневрирования. С другой стороны, без защитного барьера бороться с Зецу также было бы бесполезно, ведь он мог легко уйти под землю. План Обито состоял в том, что у него было лишь маленькое окно в несколько секунд, чтобы Зецу, не оправившийся до конца от атаки, был скован Цепями Демонической Статуи и запечатан. Несколько попыток Учихи закончились провалом, поскольку чёрный очухивался и восстанавливался раньше, чем Обито успевал завершить технику. Однако наконец всё получилось, и Зецу был поглощён Гедо Мазо. Конечно, этого было недостаточно, ведь Нагато всё ещё имел возможность призывать и использовать Гедо. Обито пожалел, что Мадара смог призвать статую, а как отправить её обратно, не рассказал. Но так или иначе, Учиха сделал всё, что мог. Отдышавшись, он подошёл к армии клонов белого Зецу и уничтожил все до единого, использовав Катон. Уходя, Обито посмотрел на коллекцию старого оружия Мадары. Руки потянулись было к Гунбаю, но он остановился, подумав: «Нет, старик. Пусть это остаётся твоим. Спасибо тебе за то, что спас тогда. Прости, но я теперь пойду по собственному пути». Учиха захватил только несколько ценных клановых свитков, после чего покинул подземелье, надёжно спрятав вход.
***
Тем временем запасное убежище Акацуки сотрясалось от крика. У Дейдары всё-таки получилось выбраться из гендзюцу благодаря левому глазу. Теперь он, извиваясь, как змея, на чём свет стоит ругал Учиху и заодно белого Зецу.
– А ну развяжи меня! Я всё здесь взорву, м!
– Извини, Дей. Может, водички?
– Ты с ним заодно, м! О боги, каким же я был дураком! Ведь меня предупреждали и Хидан, и Кисаме!
– Я уверен, Обито тебе всё…
– Да хватит уже с меня! Обито то, Обито сё! Ты тоже что-то знаешь! Ты, ты… Алоэ!
– Алоэ? – Зецу удивился. Он в принципе не знал, что нужно говорить в таких случаях, и просто ждал Обито, надеясь, что тот как-нибудь всё разрулит. Белый ещё ничего не докладывал Пейну. Кроме того, Зецу чувствовал, что происходит в подземелье у Мадары, и это тревожило его.
Уже был поздний вечер, Дейдара от проклятий перешёл к просьбам. Однако Зецу не был уверен, стоит ли развязывать верёвки, хоть ему и было жаль Цукури. Внезапно белый почувствовал, как прервалась связь сначала с чёрным, а потом и слабая связь с клонами. Значит, всё закончилось благополучно. Вскоре пространство закрутилось в виде спирали, и появился сам Учиха, порядком измотанный. Ему предстояло самое трудное, настолько тяжёлое дело, что по сравнению с ним даже запечатывание чёрного было детской игрой.
– Пейн не знает? – сразу же спросил он у белого.
– Ещё нет.
– Хорошо. И не надо.
Дейдара, увидев его, злобно закричал:
– Подонок! Учиха! Шаринганистая тварь, м! Сейчас же развяжи меня!
Обито, тяжело вздохнув, подошёл к нему. Он снял маску, взял стул и сел напротив.
– Я не знаю, с чего начать, – устало проговорил Учиха. – Прости, Дей…
– Да потом будешь извиняться, и немало, – прошипел Цукури. – Развяжи ты меня уже наконец, м!
– Дей, я не знаю, вдруг…
– Да блин! Я же в туалет хочу! – взмолился блондин. – Соображаешь хоть? Я полдня так просидел!
Обито поддел верёвки кунаем:
– Только без лишних движений, Дей. Приведи себя в порядок, и обещаю, что я всё объясню.
Освободившись, Цукури действительно тут же рванул в санузел. Однако его подвели затекшие ноги, и он едва не упал. В последний момент его успел подхватить Зецу.
– Я провожу тебя, держись, – сказал он.
Учиха смотрел на них и вспоминал. Либо белый, либо спиральный Зецу точно так же подхватывали его каждый раз, когда он собирался упасть, в период восстановления, пока он жил у Мадары.
Когда Дейдара сидел в туалете, он пытался обдумать план побега. Цукури понимал, что, как ни крути, ему не тягаться с шаринганом. Глину от него уже давно спрятали, другие техники здесь не вышло бы применить, даже в тайдзюцу Обито его превосходил. Парень вымыл руки и сполоснул лицо холодной водой. «Как же я докатился до такого?», – грустно подумал блондин и вернулся в комнату, где его всё ещё ждал Учиха.
– Что бы ты ни сказал, знай, что я тебя сейчас ненавижу, – брезгливо сказал Дейдара. – Не только потому, что ты Учиха, как ты уже понял.
– Прости, что лгал тебе. Я просто не знал, как сказать об этом, – Обито показалось, что его слова звучат просто нелепо.
– Да, да, – протянул Цукури, – Это я уже понял, м. Ещё что-то новенькое будет?
– Дейдара! А что мне оставалось делать? Смотреть, как ты себя убиваешь? А ещё дело не только в этом. Я мог бы как-то выкрутиться, спасти тебя иначе, но не хотел. Устал врать.
– Ммм, истинное учиховское благородство! – с издёвкой произнёс блондин.
В разговор вмешался Зецу:
– Дей, я кое-что понять не могу. Тебе нравится Обито? Если так, почему ты и его хотел подорвать?
Цукури надулся и замолчал.
– Зецу, не оставишь нас ненадолго? – попросил Учиха. Зецу послушно исчез в полу.
Обито пришлось рассказать Дейдаре всё: и про свою жизнь, и про Мадару, и про Бесконечное Цукуёми. Он, как мог, старался сокращать повествование: боялся, что Цукури надоест. Однако блондин внимательно слушал его. Всё-таки нукенин был способен хорошо понять такого же, как и он сам.
– Ну, а потом я влюбился в тебя, – закончил свой рассказ Учиха.
– Прямо-таки влюбился? – недоверчиво спросил Дейдара. – Когда я тебе признался, ты мне вообще не ответил ничего.
– Да. Если бы не ты, Дей, я бы так и дальше жил в своём вранье. В первую очередь я врал себе. Ты, как оказалось, гораздо храбрее и сильнее меня. Хоть и вспыльчивый, – улыбнулся Обито. – Но и Учихи умеют любить, как никто другой. Однако если они теряют любовь, их сердце заполняет сильнейшая ненависть и темнота. С этим, кстати, связаны свойства наших глаз. Но про это как-нибудь потом расскажу. А ты, Дей, вернул меня к свету. Это не я тебя спасал, а ты меня спас.
– Ну… Знаешь, а твои глаза вроде и не такие ужасные, – пробормотал Цукури.
– Значит, ты больше не злишься на меня? – с надеждой спросил Обито.
– Ещё чего, м! – гордо задрал нос блондин. – Чтобы я не злился, тебе придётся хорошенько постараться, Учиха!
– Ох, и что же мне делать? – пропищал Обито голосом Тоби.
– Раз-мно-же-ни-е, – донеслось тихое хихиканье откуда-то из-под кровати.
