Оковы прошлого

Огонь жадно захватывал все на своем пути. Глаза Итана были холодными и сосредоточенными. Он не имел права на промедление и сомнения. Сейчас он нужен ей. — Лия! — голос утонул в шуме огня. — Лия!.. Парень согнулся, закашлявшись от едкого дыма. Глаза заслезились. Он снова выпрямился, пытаясь зацепиться взглядом хоть за что-нибудь. Внезапно в глаза бросился яркий кусок чего-то, придавленного балкой. Дыхание сбилось. Он бросился вперед, перескакивая через упавшие балки. Наклонился и потащил это «что-то» на себя, молясь, чтобы это не был лоскуток её одежды. С губ сорвался облегченный вздох, когда он понял, что это всего лишь фотография. Хотя скорее то, что от неё осталось. Мотнув головой, парень засунул фото в карман и обернулся. — Лия! — голос был хриплым от дыма, наполнившего легкие.

***

Сознание постепенно уплывало. Лия не знала, сколько прошло времени. По ощущениям — минимум вечность. Она закрыла глаза, мечтая отключиться. Хоть на миг. Чтобы забыть о происходящем, чтобы больше не чувствовать боли, чтобы не видеть безжизненного лица Макса. Он отключился почти сразу же после того, как она переложила его голову себе на колени. Он почувствовал подобие безопасности рядом с ней. И она была рада за него. Так проще… Она всё чаще сотрясалась от беззвучного кашля, вслушиваясь в треск горящего дерева. Иногда ей чудились голоса. Голоса родителей, сестры, друзей… Иногда ей казалось, что кто-то вытаскивает их отсюда, но потом она вздрагивала и открывала глаза, возвращаясь в реальность. Такие помутнения давались тяжелее всего, потому что… Давали надежду. А надежда бывает жестокой, особенно после осознания, что её нет. Девушка резко распахнула глаза. Ей снова чудился голос. Она снова зажмурилась, коря себя за слишком бурное воображение. Но вот голос снова ворвался в сознание. Девушка подняла голову, всматриваясь в горящую пелену. В этот раз звук был далеким, приглушённым, но он казался таким реальным… Лия открыла рот, в попытке выдавить из себя хоть что-то, но резко закашлялась и снова согнулась. Спина отозвалась болью. Внезапно на плечо легла ладонь. Хэмилтон вздрогнула, но не нашла в себе сил, чтобы поднять голову. — Лия… — родной голос снова проник в голову. Лия бесшумно зарыдала. Молясь, чтобы этот мираж как можно скорее ушел. Он мучил её. Высасывал все оставшиеся силы. Она дернулась, пытаясь скинуть фантомное прикосновение. — Лия!.. — Замолчи… Замолчи… Уйди! Оставь меня! Она отняла ладони от Макса, с силой закрывая уши. Она покачивалась, пытаясь заставить свой мозг не играть с ней. — Хватит… Это слишком жестоко… — тихий, сдавленный шепот сорвался с её губ.

***

Он увидел её в огне. Маленькую, скованную, беспомощную. Она вся сжалась. Он заметил её только благодаря тому, что она вскинула голову, словно прислушиваясь. Затем она вздрогнула и снова склонилась над чем-то. Его грудь сдавило от боли. На глаза навернулись слезы. Итан кинулся к ней, пробираясь сквозь горящие руины. Ещё немного… Ещё… Он преодолел эти несколько метров за пару секунд. Положил ладонь на её плечи. И едва не отдернул руку, когда девушка вздрогнула и затряслась. — Лия… Она дернулась и зажала уши руками. Она шептала что-то бессвязное, покачиваясь словно в бреду. Только сейчас он смог рассмотреть, над чем склонилась девушка. Вернее, над кем. Сердце сжалось от вида парня. Итан мотнул головой. Пусть он и был преступником, никто не заслуживал такой участи… Он сделает всё возможное, чтобы помочь им обоим. Но сначала Лия. Парень снова сконцентрировал свое внимание на девушке. Мягко отодвинул мокрые от крови волосы, заглядывая в глаза. — Это я. Слышишь? Всё будет хорошо. Глаза девушки в неверии распахнулись. Она смотрела на него, словно он был призраком. Снова зажмурилась и вяло мотнула головой: — Боже… Каким жестоким может быть наш мозг… — парень едва расслышал её сбивчивый шепот. — Это не сон, — Итан мягко тряхнул девушку за плечи. — Я вытащу тебя отсюда. Только сейчас в её глазах мелькнуло осознание. Это не выдумка. Это реальность. Он здесь. Он пришел за ней. Из глаз брызнули слезы: — Итан… Ты нашел меня… — Лия задрожала. — Давай, — он просунул ладони ей под мышки и аккуратно потянул вверх. — Нет! — она резко дернулась, сопротивляясь. — Сначала он! Сначала Макс… Вытащи сначала его. Итан отрицательно качнул головой. — Я вытащу тебя, а потом вернусь за ним. Я обещаю тебе. — Нет-нет-нет! Я не оставлю его здесь… Тихий шепот перешел в надрывный крик. Но у неё не было достаточно сил, чтобы противостоять парню. Он бережно подхватил её на руки. Лия ещё раз дернулась и зарыдала: — Макс… Мы не можем его оставить… Дэвидсон крепче прижал к себе девушку, не позволяя ей вырваться. Он медленно пробирался к входной двери, лавируя между упавшими балками. Дыхание сбивалось с каждым следующим шагом. Лия притихла в его руках. Спустя пару минут Дэвидсон наконец толкнул ногой дверь, и она распахнулась. Итан едва ли не вывалился на улицу, вдыхая свежий воздух. Он успел пройти всего пару шагов… Как их накрыло горячей волной. Воздух вокруг задрожал и заискрил. Итана сбило с ног, от чего парень невольно выпустил девушку из рук. Лия упала, больно ударившись головой о землю. Уши заложило. Настолько сильно, что последующий взрыв дошел до сознания лишь отголоском дрожащей земли. Несколько секунд Лия лежала на земле не шевелясь. Казалось, что голова вот-вот взорвется от напряжения. Когда она приоткрыла глаза, всё вокруг расплывалось. К горлу подкатила тошнота. Приподнявшись на дрожащих руках, она оглянулась. Затуманенный взгляд упал на горящие руины. Девушка недоуменно рассматривала то, что осталось от дома, до конца не осознавая произошедшее. Газ. Огонь. Взрыв. Макс. Короткие вспышки били наотмашь. Сердце замерло, чтобы уже через секунду забиться в бешеном ритме, едва не выскакивая из груди. В теле, которое, казалось, истощено до крайности, внезапно появились силы. Лия вскочила на ноги и бросилась к дому. Уши были всё ещё заложены от недавнего взрыва, поэтому она не слышала ни криков, ни топота позади неё. Она лишь видела руины. — Нет-нет-нет… Пожалуйста… До огня оставалось всего пару шагов, когда она начала понимать. Это бессмысленно. В эпицентре взрыва невозможно было выжить. Невозможно… Внезапно кто-то схватил её сзади, сдерживая. Кто-то крепко держал её поперек талии, не позволяя двинуться. Он что-то говорил ей на ухо, но слова пролетали мимо неё. Она вырывалась, кричала, но даже её собственный крик не доходил до сознания. Потому что она не верила. Этого просто не могло быть. Это всё сон. Дурацкий кошмар. Вот! Вот, сейчас она проснется! Сейчас! Сейчас! Прошу… Проснись! По щекам бежали слезы. Дрожащие пальцы тянулись к огню, пытаясь почувствовать его. Чтобы осознать, что это реальность. Его больше нет. — МАКС! Она кричала, срывая связки. Била по чужим рукам. Рыдала. Вырывалась. Она не могла поверить… Мозг просто отказывался принимать. Это просто не могло быть… Он не мог так погибнуть! Неожиданно появившиеся силы резко покинули девушку. Она обмякла в руках парня и рухнула на колени. Она вся сжалась. Хотелось закрыться от этого жестокого мира. Чтобы он больше не мог причинять ей боль. Казалось, что хуже уже не может быть. Но с каждым разом судьба испытывала её всё более изощренными пытками. Пытала невыносимой болью. Била наотмашь, оставляя кровавые раны. Словно издеваясь. Дрожащие ладони закрыли лицо. Её трясло. Она чувствовала на своих руках что-то мокрое и липкое. Возможно, это были слезы. А возможно кровь. И уже даже непонятно, чья именно. Она отняла руки от лица, разглядывая огонь. Девушка бездумно следила за игрой языков пламени. В зеленых глазах отражался горящий дом. Её дом. Дом, в котором она проводила свое детство. Дом, в котором наслаждалась жизнью. Дом, в котором хранились её воспоминания. Дом, от которого осталась лишь несчастная горстка пепла. Но это всё было неважно! Так чертовски неважно, что хотелось кричать! Хотелось спалить весь этот чертов мир, лишь бы не осознавать. Не осознавать, что в этом пепле она похоронила своего друга. В глазах больше не было слез. Было лишь безразличие и пустота. Внезапно на её измазанном сажей лице расплылась улыбка. Жуткая. Ненормальная. Пугающая. Итан присел рядом с ней на корточках, обнимая. Взял её ладошки, крепко сжимая. Несмотря на то, что он только что вытащил её из огня, её пальцы были холодными, как лед. По его щекам бежали редкие слезы, но он молчал. Лишь крепко-крепко прижимал её к себе. А она не смотрела на него. Её взгляд был прикован к огню, пока губы были растянуты в улыбке, словно кто-то свыше дёрнул за ниточки, приподнимая уголки губ. Играя, словно марионеткой. — Почему?.. — её хриплый шепот заставил парня вздрогнуть. — Почему мир так жесток?.. Он был ребенком… У него была вся жизнь впереди. Почему?! Я могла ему помочь. Он не был плохим… У него ещё был шанс. ПОЧЕМУ?! Девушка вырвалась из объятий парня и отскочила в сторону. — Зачем ты спас меня?! Я была готова умереть. Я хотела этого! — её глаза снова стали стеклянными из-за слез. — Он там один… Совсем одинокий. Каким и был всегда. Она смотрела на дом, от которого почти ничего не осталось. И почему-то сейчас ей было совершенно плевать, что это дом её детства. Её волновало лишь то, что он там один. — Я должна была быть с ним! Я обещала ему! Я обещала! Я… Итан прижал к себе девушку. Она била его по груди. Рыдала, выкрикивая оскорбления. Не выдержав напора эмоций, она бессильно уткнулась ему в плечо, оставляя кровавые разводы на толстовке. Её трясло. А он молча держал её, не позволяя отстраниться. Его самого потряхивало от напряжения. Дэвидсон сам не мог до конца осознать, насколько ему было страшно. Страшно, что он мог потерять её. Он прижимал её к себе, как в последний раз, словно она могла раствориться. Он боялся этого. Боялся открыть глаза и понять, что это был сон. Что они до сих пор не нашли её. Что он не вытащил её из того пекла. Что он не держит её сейчас. И ему было больно. Что он не успел помочь ему. Не хватило каких-то пару минут, чтобы успеть. — Ему не было больно, правда? — мольба в её голосе заставила парня сглотнуть. — Правда. Он не знал. Конечно, он ничего не знал. Но ему хотелось, чтобы это было правдой. Парень хотел подхватить её на руки, но девушка покачала головой. — Я сама. Ноги еле держали, но она хотела ощущать землю под ногами. Чувствовать, что это реальность. Ей было это необходимо. Когда они прошли несколько метров, им навстречу из леса выбежал Джон. Его взгляд мельком пробежался по горящим руинам и зацепился за девушку. Она безразлично скользнула по нему взглядом и пошла вперед, поддерживаемая Итаном. Если бы её мозг работал как прежде, она бы обязательно удивилась. Возможно, даже разозлилась бы. Но у неё не было сил. Она не слышала, как парни перешептывались между собой. Она ничего не слышала. Уже через пару минут они вышли к машине. Первым делом Лия увидела Эндрю. А затем её взгляд скользнул к человеку, которого удерживал Хилл. Её глаза встретились с его глазами. На миг её дыхание замерло. Её мозг так мечтал быть обманутым… Но боль в сердце была слишком свежей. Потрясенный увиденным, Итан, инстинктивно, ещё сильнее сжал Лию. Она не стала сопротивляться. Из неё вырвался лишь уставший, безжизненный стон: — Ты… Это ты убил его. Ты убил собственного брата. Как ты… Как ты мог? Ричард скривился. — В мои планы не входило оставлять тебя в живых. А он… Он никогда не был мне братом. — Кстати, — тон Лии стал более твердым и уверенным, — У меня есть для тебя сюрприз. Эта фраза, как и само поведение Лии, удивила её друзей даже больше, чем Ричарда, которому она была адресована. Девушка сунула руку в карман, доставая свернутый листок. — Ты — никто, — по слогам прошептала девушка. — Твой отец идиот. Он избавился от моих родителей, от Мэри… Ради чего? Чтобы Мэри не передала всё, что знала моим родителям? Но она не только смогла передать это. Но и передала кое-что ещё. Узнаешь?.. Знакомая бумажка? Да только содержание немного другое. Она выставила лист перед собой. Ричард недоуменно уставился на завещание. — Мэри всё завещала моей маме. Он дернулся, пытаясь вырваться, но хватка Эндрю только усилилась. — Ты поплатишься за это! Ты… — в порыве ярости и бессилия он не смог подобрать нужных слов. — Сомневаюсь, — прошептала девушка. Она устало оперлась на Итана, безразлично глядя на Ричарда Ньюмана. Всё. Вот и конец. После осознания этой простой истины тело перестало слушаться. Лия прикрыла глаза. Сознание ускользнуло.

***

Девушка задумчиво стояла перед зеркалом, разглядывая свое отражение. Пальцы невесомо прошлись по пластырю, проходящему черед бровь. Взгляд упал на всё ещё забинтованные ладони. Она снова подняла голову, вглядываясь в свои глаза. Казалось, в изумрудных радужках до сих пор можно было разглядеть отголоски пламени. Но в её взгляде больше не было боли. Она выплакала всё тогда. Пять дней назад. Она до сих пор помнила ощущение черного платья, что сдавливало грудь, не позволяя лишний раз вдохнуть. Она ненавидела похороны. Их было слишком много в её жизни. Девушка прикрыла глаза. Никто не знал. Никто, кроме Итана, Эндрю и Джона. Она никому не сказала. Она не сказала, что Макс участвовал в убийствах. Просто не смогла. Парни не спорили с её решением. А что бы это изменило? Ни-че-го… Эндрю помог добиться того, чтобы и Ричард держал рот на замке. В глазах всех Макс так и остался тихим, милым парнем. Сиротой, студентом, живущим в общаге, её другом. Жертвой обстоятельств. И Лия не могла по-другому. Ведь те последние минуты его жизни, которые она провела рядом с ним… Всё изменили. Ей хотелось, чтобы о нем осталась только светлая память. На его похоронах была Лилу. Её светлые, едва ли не белые волосы, казались чем-то инородным в темной толпе. Хэмилтон было больно смотреть ей в глаза. Ведь она чувствовала себя виноватой. Она не сумела уберечь его. Но она смотрела. И видела в её глазах только теплоту и благодарность. Благодарность, что о ней не забыли. Когда Лия приехала в детский дом за Лилу, её там уже не оказалось. Ведь за пару дней до этого ей исполнилось восемнадцать, и она покинула приют. Хэмилтон боялась, что не найдет её, но Эндрю быстро решил проблему. Он нашел её в общежитии. Лилу поступила в Университет Кларка на факультет бизнеса и права. Когда Лия нашла девушку, та светилась от счастья. А Лия была рада за неё. Невероятно рада, ведь Лилу добилась своего и осуществила свою мечту. Несмотря на печальные обстоятельства, Лилу была счастлива видеть девушку. Лия до сих пор помнила её горящие глаза, когда та открыла ей дверь в общаге. Лилу была совершенно не похожей на Лию, но почему-то… Хэмилтон видела в ней себя. Девушки не разговаривали после похорон. Хэмилтон лишь вручила Лилу свой номер и вытащила из неё обещание, что, если ей понадобится помощь, она свяжется с ней. Но оказалось, что самой Лии потребовалась помощь Лилу. Ещё несколько дней назад Хэмилтон приняла важное решение. Это было сложно. Особенно сложно было донести свои мысли до Бартона. Ведь она слишком хорошо знала Лиама, чтобы предвидеть его реакцию. Она отказалась от Hamil Company. Девушка понимала, что это не её мечта. Не её работа. Это не её. И пусть ей было горько отдавать труды родителей в чужие руки, она понимала, что управление фирмой станет для неё лишь обузой, а для фирмы — угрозой. И тем не менее, Лия нашла решение этой проблеме. Возможно, Лиам был не в восторге, но ему пришлось смириться. Ведь новой владелицей Hamil Company станет Лилу. Лия видела в её глазах потенциал. Она видела в ней и себя, и сестру, и даже маму. Ей подсказывало сердце. Хэмилтон искренне верила, что Лилу способна на это. К тому же рядом будет Лиам. А уж какой Лиам наставник, Лия знала не понаслышке. И как бы предвзято Бартон не относился к идее, Лилу ему понравилась. Она была умной, целеустремленной и ответственной. Поэтому Хэмилтон не сомневалась, передавая правление в её руки. К этой новости Лилу отнеслась с огромной опаской. Она боялась. И это было совершенно естественно. Но Лия убедила её в правильности своего решения. И в её возможностях. Мысли снова вернулись в тот день. На похоронах были все её коллеги и друзья. Они были рядом. Их молчаливая поддержка не позволяла Лии расклеиться. Эндрю с Итаном ни на шаг не отходили от девушки. И рядом был даже… Джон. Она помнила первый день после пробуждения. Ей было плохо. Ей было больно. Ей было невыносимо. Как физически, так и морально. И в первые минуты ей хотелось умереть, ведь она помнила, что произошло там. Всё до мельчайших подробностей. И тогда казалось, что безжизненный вид Макса будет преследовать до конца её дней. Но потом пришли они. Её друзья. Её семья. Они вытащили её. Снова. И она была благодарна за это. Девушка помнила долгие разговоры с Итаном, шутливые перебранки с Эндрю, теплые объятья Лиама, слезливые глаза Джона. Вспомнилось, как Ларсен впервые переступил порог её палаты. — Джон?.. — её удивленный тон заставил парня пугливо попятиться. — Я…я… Если ты не хочешь меня видеть, я пойму и уйду. — Нет! — её вскрик удивил даже её саму. Девушка не могла признаться даже себе, но… она ждала его прихода. Едва ли не больше всего. Итан с Эндрю сразу же рассказали ей про его участие в её спасении. Лия злилась на него, обижалась… Но она не могла не думать о нем. Ведь он спас ей жизнь. Ведь если бы не он… Она бы не лежала здесь. Парень замер возле двери, медленно переведя взгляд на её лицо. Неловкое молчание повисло в воздухе. Она не знала, что сказать. Он не знал, как оправдаться. Они молча сверлили друг друга взглядами. — Прости меня. — Спасибо тебе. Их голоса слились воедино, когда они одновременно произнесли слова. Важные для обоих. Не выдержав, Джон бросился к ней. Свалился на колени перед её кроватью, утыкаясь лбом ей в руку. — Прости меня! Прости, прости… Я так виноват перед тобой. Я… Она мягко коснулась его волос, заставляя посмотреть в глаза. — Я давно простила тебя, Джон, — её губы растянулись в нежной улыбке. — Я слишком люблю тебя, чтобы не дать тебе второй шанс. Она действительно долго думала об этом. После смерти Макса она поняла, что… Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на злость и обиду. Его лицо расцвело. Он прижался лбом к её ладони, выдыхая. — Мне было так страшно… Я так боялся, что больше не увижу тебя. Так боялся, что ты уйдешь, так и не простив меня. Девушка сдавленно хихикнула: — Так что, теперь мне можно умирать? Его глаза испуганно округлились, и он замотал головой. — Нет-нет-нет! Я не позволю. Она улыбнулась. — Спасибо тебе, — снова повторила она, глядя в его глаза. — Ты спас меня. — Ерунда, — он мотнул головой. — Нет, — она прищурилась. — Оказалось, ты знаешь меня лучше всех, да? Его губы не дрогнули, но она видела, как в глубине его глаз заплясали задорные огоньки. — Я… Скоро уеду. Девушка удивлённо приподняла брови. — Через две недели я улетаю в Норвегию. Слишком соскучился по своей малышке. Да и Хелли наверняка меня уже заждалась. — Джон… Боже, я так рада за тебя! — Лия стиснула его ладонь, не знаю, куда выплеснуть свои эмоции. — Я жду ваших фото! — Обязательно, — парень рассмеялся. — Но, возможно, мы вернёмся. Если я уговорю Хелли поехать со мной. — Класс! Мечтаю познакомиться с твоей сестрёнкой! Девушка вынырнула из собственных мыслей, снова переведя взгляд в зеркало. Выпрямила спину, поморщившись. Ожог на лопатках был слишком сильным, чтобы пройти за пару дней. И пусть даже несколько дней назад она с гордо поднятой головой, не показывая боли, говорила прощальные слова перед десятками людей… Никто не знал, что скрывается под черным платьем. Взгляд упал на небольшое фото, прикрепленное к верхнему правому углу зеркала. Семейное фото, ставшее портретным. Лия очнулась, когда машина выезжала из лесу. Осознание произошедшего снова больно ударило по расшатанным нервам. По щекам снова потекли слезы. Итан стал шарить по карманам в поисках платка, но внезапно наткнулся на фото, которое подобрал в горящем доме. Их глаза приковались к обгоревшему клочку бумаги. На ней больше не было четверых. Фото обгорело. Справа и слева были черные обугленные клочки. А по центру остался лишь один человек. Почему-то от этого вида внутри что-то перевернулось. На фото была лишь она. Лия. Счастливая, веселая… Одинокая. Словно огонь сделал то же самое, что и жестокая жизнь. Лишил её семьи. Обгоревшие края напоминали о боли. Всей-всей боли, что она когда-либо переживала. Каждый раз, когда она смотрела на него, хотелось рыдать. Но потом она переводила взгляд влево. Ещё одна семейная фотография. Мама и папа стоят по пояс в воде, а девочки у них на плечах. Они шутливо дерутся, пока родители брызгаются водой. На этой фотографии ей 5 лет. И она счастлива. Затем она переводила взгляд вправо. Фото с её друзьями. С её последнего Дня рождения. Селфи, на котором она, Итан, Эндрю, Тоби, Томас, Бартон, Ким и… Макс. Не хватало только Джона, но фото с ним висело ещё правее. Тоже селфи, на котором они хохочут, вымазав друг друга в мороженное. И она счастлива. Прошлое и настоящее. И она счастлива. Всегда была, есть и будет. И пускай в жизни были моменты, когда она теряла себя. Это неважно. У неё всегда будут люди, которые её любят. Вспомнился взгляд Эндрю. В этот раз он не исчезал на время её восстановления. И Лия не упускала ни одной возможности подколоть его на этот счет. Сначала он бесился, но потом эту эмоцию вытесняла забота. — Что, автобус в Джорджию задерживают, да? — ехидно улыбнулась девушка, когда в очередной раз Эндрю явился к ней в палату. По его подсчетам, это был уже 5 подкол на эту тему. Девушка ожидала увидеть его недовольную мордочку, когда он внезапно расплылся в улыбке. — Шутишь, значит идёшь на поправку. Лия скривилась. — Ну вот… — она раздосадованно закатила глаза. — Ты постарел. Звучишь, как Бартон. — Сочту за комплимент, — он усмехнулся, присаживаясь на край кровати. — Зря, очень зря, — она приподнялась на локтях, желая оказаться с ним на одном уровне, но почти сразу же повалилась обратно, застонав от боли. — Неугомонная, — закатил глаза парень, поправляя ей подушку. — И куда ты так спешишь, герой? Девушка покачала головой и улыбнулась. Несколько секунд они помолчали. Наконец Эндрю произнес. — Вчера был суд. Ричарда посадили. Пожизненный срок. Без возможности досрочного освобождения. Хотя с его послужным списком… Я не удивлен. Лия кивнула. Она не могла сказать, что была рада. Ей было… Всё равно. Главное, что справедливость восторжествовала. — Он заслужил это, — прошептала девушка. — А… Она неуверенно замолчала, подбирая слова. — Тогда он прислал вам письма. Что в них было? Эндрю опустил взгляд, заламывая пальцы. Парень сглотнул: — Знаешь, он действительно хорошо знал тебя. И меня, видимо, тоже. Ведь… Мало кто может так ловко сыграть на моей эмоциональности. — Что-что? — фыркнула девушка. — Ты и эмоциональность — это настолько полярные антонимы, что мне даже сложно придумать более удачный пример. — Ты ошибаешься, — хмыкнул Хилл. — Я потерял контроль над собой. И мне стыдно, что я даже просто посмел допустить мысль, что это могли быть твои слова. — Что же там было? Эндрю тяжело вздохнул, не решаясь произнести. Он боялся это озвучивать. Словно произнесенные слова имели возможность материализовываться в реальность. — Ты… Ты обвинила меня в том, что я вижу в тебе замену Эбигейл. Несколько секунд в палате звенела тишина. — Ч-что? — неуверенно прошептала Лия. — Это же… Это же бред! — Да, я знаю. Но я был слишком на нервах, чтобы осознать это. — Ты… Боже, — она закрыла ладонью лицо. — Но… Раз ты допустил мысль, что это мое письмо… Значит, ты уже задумывался об этом раньше? — Нет! — он испуганно вскрикнул, хватаясь за её ладонь, словно она могла убежать. — Нет, я никогда бы даже не подумал об этом. Именно поэтому меня накрыло. Я… Я потерялся. Мне было горько и больно, и я не мог понять как и почему… Видела бы ты меня тогда… Можешь у Итана спросить. Парень на секунду умолк и почти сразу же исправился. — Хотя нет, лучше не стоит. Не спрашивай. Девушка сглотнула, пряча свои чувства. Пусть ей было обидно, она чувствовала, как сильно действует на парня эта тема, поэтому ухватилась за первую же возможность перевести всё в шутку. — О не-е-ет… Уже поздно. Мне слишком интересно. Итан! — она выкрикнула его имя, косясь на дверь. — Что ты?.. Замолчи! — Итан?! — она рассмеялась, наблюдая как стремительно бледнеет лицо парня. — Та шучу я! Успокойся. Нервный какой. Нету его там. Эндрю выдохнул и тут же театрально надул губы. — Ах ты ж! Он мягко толкнул девушку в бок, двигая её в сторону. Уже через секунду он завалился к ней в кровать, задорно хохоча. — Слезь отсюда, орангутанг! — Лия снова рассмеялась, толкая друга в бок. — Ты всё место занял собой! Он повернул голову, заглядывая ей в глаза. Девушка на секунду притихла. Внезапно с её губ непроизвольно сорвался шепот: — Я никогда тебя не оставлю, слышишь? Никогда не предам. — Я знаю. Я тебя люблю, — эти слова сорвались так просто, что он даже не успел задуматься. — И я тебя люблю, Энд. Девушка вынырнула из воспоминания. На плечи легли теплые ладони. Лия улыбнулась, поймав в отражении взгляд Итана. Он улыбнулся ей в ответ и уткнулся подбородком в макушку. Нежно приобнял её, избегая ран. Ведь он знал каждую из них. Знал, потому что возился с ней днями и ночами. Промывал, перебинтовывал, мазал специальными кремами. Он был с ней каждую минуту. И она была бесконечно благодарна ему за это. — Ты умница, — прошептал парень, словно читая мысли. — Так стойко перенесла всё. — Только благодаря вам, — она обернулась. Пальцы запутались в его черных кудрях, когда она притянула его. Он пах уютом, теплом и заботой. И она была уверена… Так пахла любовь. Девушка встала на носочки и прижалась губами к его губам. Она чувствовала, как он улыбнулся и ответил на поцелуй, прижимая девушку к себе. Его руки скользнули по девичьей спине, и Лия напряглась, готовая ощутить боль. Но его ладони так невесомо скользили по ткани домашней футболки, избегая ран, что она невольно удивилась. Ей казалось, что даже она так точно не могла сказать, где ей не больно. Она оторвалась первой, нежно заглядывая в темные омуты. Мысль, крутящаяся с утра, не давала ей покоя. Ей не хотелось выглядеть навязчивой, капризной девчонкой, но она не смогла стерпеть: — Мы пропустили рейс в Лондон, — прошептала девушка, глядя на него печальными глазами. Он тихо рассмеялся, откидывая голову назад. Его черные кудряшки так задорно подскочили, что она не удержалась и снова провела по ним ладонью, улыбаясь. — Лия. Её имя, сорвавшееся с его уст, звучало так нежно… Ещё никогда оно не казалось ей таким красивым. Таким приятным. Таким… Правильным. Он провел ладонью по её волосам, заправляя выбившуюся прядь за ухо: — Ты переживала об этом? Девушка стыдливо опустила глаза в пол. Действительно, это было так глупо. У них было столько проблем в последнее время, что думать о путешествии было как-то… неправильно. И тем не менее, она думала. Едва ли не каждый час с того момента, как увидела билеты у себя в руках. — Прости! Ты прав. Это глупо и… — Ты что! — он встревоженно взял её ладошки в свои, мягко прижимая к своей груди. — Я же не об этом. Он снова улыбнулся. Только теперь в его глазах заплясали хитрые огоньки. — Мы обязательно полетим в Англию. Но не прямым рейсом. Девушка удивленно приподняла брови. Немой вопрос в её глазах заставил парня снова рассмеяться. — Нам надо кое-куда залететь по пути, — он прищурился. — Собирай вещи. Мы летим в Испанию. Буду знакомить тебя со своей семьей.