Сражаясь с судьбой

— Эй, Поттер, просыпайся, дом сам себя не уберёт! — раздался возмущённый крик женщины, а через несколько секунд по двери застучали с такой силой, что казалось, она вот-вот вылетит с петель. — Уже иду, — протянула девочка, вставая с кровати и завязывая в хвост свои длинные рыжие волосы. — Гарри, кажется пора вставать, — сказала девочка, посмотрев на кровать своего брата, заваленную пергаментами и книгами. «Видимо он опять не спал всю ночь, — подумала про себя Лина. — Чёртова тётя Мардж, из-за неё весь день мы моем и подметаем.» — Гарри, подъём! Сегодня ужасный день, — со смехом произнесла девочка и стянула одеяло со своего брата. — Да, Лина, я уже встаю, — и в этот же момент Гарри спрыгнул с кровати и принялся переодевать футболку на более приличную, по мнению тёти Петуньи. — Слушай, тебе не кажется, что когда приедет Мардж, нас наконец-то освободят от работы по дому? — спросил сестру Гарри, пока они спускались по лестнице. — О, нет. Думаю, что будет только хуже. Ты же знаешь Вернона, всё должно быть идеально, — и подростки тихо рассмеялись. Сегодняшний вечер не сулил ничего хорошего, ведь вечером приедет сестра дяди Вернона — Мардж. Именно поэтому Лина и Гарри наградили огромным количеством работы по дому. «Да уж, увлекательное занятие, — думала про себя девочка, вытирая пыль с очередной рамки. — Но ничего, осталось потерпеть всего месяц, и мы снова будем в Хогвартсе.» К вечеру, когда все дела были сделаны, а Гарри и Лина уже валились с ног от усталости, раздался дверной звонок. Ребята обменялись грустными взглядами и пошли открывать дверь. — О, Петунья, дорогуша, как давно я тебя не видела! Ты так похорошела! — раздался голос грузной женщины, еле проходившей в дверной проем. — Марджи, ну что ты, по-моему, хорошеешь с каждым днём здесь только ты, — слишком лестным голосом ответила ей Петунья. После довольно-таки продолжительного обмена любезностями, семья уселась за стол, конечно за исключением Гарри и Лины, которые занимались уборкой на кухне. — Ну, что, Вернон, рассказывайте, как обстоят дела? Как мой любимый Дадличек? — прохихикала женщина, напомнив свинью. Лина сморщилась от отвращения. — Всё прекрасно, Марджи. Недавно получил новую должность, — покраснев, ответил ей Вернон. — А что эти? Как их там, Поттеры кажется? Может быть расскажете нам, как ваши дела? — обернувшись к ребятам, спросила Мардж. — Как дела в вашей школе для ненормальных? — О, всё прекрасно! — закипая от гнева, начала говорить Айлин. — Знаете, в нашей школе всё до жути ненормально. В прошлом году мы боролись с троллем и трёх головым псом, а в этом убили огромную змею, такую же большую как вы. Всё семейство Дурслей готовы были провалиться сквозь землю, а дядя Вернон пытался убить Лину взглядом. — Марджи, видишь, они ненормальные. Совсем, — прошептал Вернон своей сестре. — Ну конечно, всегда говорила: дурная кровь — дело безнадежное. Рано ли, поздно ли, она даст о себе знать! Я ничего не хочу сказать плохого о твоей семье, Петунья, — тетушка хлопнула ладонью величиной с лопату по костлявой руке тети Петуньи, — но согласись, сестра у тебя была никудышная! Всю семью опозорила! Сбежала с каким-то прохвостом, и вон смотрите, что получилось! А кем был их отец? Хотя что уж спрашивать, верно алкоголиком, такие дети рождаются только у таких представителей нашего общества. — Ложь, — вдруг отчеканил Гарри. В комнате воцарилась тишина. Гарри сжал кулаки. Никогда ещё он не был так зол. — Ещё бренди! — взревел бледный как мел дядя Вернон. — Марш спать! — шикнул он на подростков. Но Гарри было уже не остановить, да и Лина не особо горела желанием уйти из комнаты. — Они не были пьяницами! — прокричал Гарри — Они были намного лучше вас всех! — Ах, ты — начала было Мардж, но тут же поперхнулась. Её начало раздувать. Полное красное лицо опухло, крошечные глазки полезли из орбит, а рот растянулся до ушей. Твидовый пиджак лопнул, и пуговицы со свистом разлетелись в стороны. Скоро тетушка превратилась в громадный воздушный шар. Юбка лопнула, живот вывалился наружу, а пальцы растопырились, как огромные сосиски. — Мардж!!! — хором закричали тётя с дядей. Тётушку оторвало от стула, и она поплыла к потолку. Она была совсем круглая, как надувная игрушка, руки-ноги безвольно колыхались, глаз почти не видно, из груди рвалось тяжкое пыхтение. — Гарри, надо делать ноги, — прошептала Лина, и подростки тут же бросились наверх за своими чемоданами. — Сейчас же верните всё как было! — закричал на ребят дядя Вернон, когда они подошли к входной двери. — Нет, пусть подумает над своим поведением, — резко ответил ему Гарри и уткнул палочку в его грудь. — Мы уходим, — сказала Лина и, схватив Гарри за руку, потащила его прочь из этого дома.